Нам нужно было два билета от Владимира до Гуся Хрустального. А женщину в пригородных кассах звали Железова Елена Полуэктовна. Фамилия, конечно, необычная. Но отчество — Боже мой, что за чудесное отчество! Дочь могучего Полуэкта выбивает кассовые чеки, сидя за пыльным стеклом. Если так хороша Полуэктовна, то при виде Целоэктовны, надо полагать, люди сутками стоят пораженные. Да, упражняться можно долго. Но женщина так улыбалась, будто вся общеобразовательная школа прошла для нее без травм. 

В Гусе Хрустальном мы сразу пошли в кассу, чтоб купить обратные билеты. Женщину звали Пучкова Ольга Рудольфовна. 
Дойдя до музея мы не удивились, что в цокольном этаже его проходит выставка художницы по имени Анна Адольфовна.
В ресторане “Мальцов” приятная официантка Екатерина пыталась убедить нас, что ее отчество Александровна, но я думаю, как минимум, Жильберовна.

Погода была отличная, минус двадцать и никого. Люди же на улицах они отчасти как природное явление. Хорошо, если их вытесняет по домам повышенным атмосферным давлением. Музей хрусталя им. Мальцовых в трех минутах пешком от вокзала и в здании бывшего Георгиевского собора. Что непонятно, когда подходишь к нему — большой каменный терем в русском стиле, куполов нет. А вот заходишь, и ах! Огромное, построенное Леонтием Бенуа пространство, где в алтаре мозаика “О тебе радуется Благодатная” высотой метров десять, а напротив полотно “Страшный суд” 7 на 7. Всё авторства Виктора Васнецова. Белоснежные своды и черные лабродаритовые колонны. И везде хрусталь — от рюмок до кубков с Гоголем или Сталиным, кому что.

Почти напротив Историко-художественный музей. Там три маленькие комнаты и женщина, которая рассказывает, что вся надежда на федеральное финансирование по случаю включения города в Золотое кольцо. 
— Вот у нас тут на перекрестке уже и арт-объект поставили, чтоб туристов привлекать!

Новый арт-объект конкурирует с привычным жкх-артом. Какие-то ползучие слюдяные цветы в фольгированной клумбе. 
А город — музей сам по себе. Мальцовы там построили заводы, больницу, школу, училище и пятьсот краснокирпичных домиков для рабочих. Пока эти дома вносили в список архитектурного наследия, их покрывали сайдингом, перестраивали и сносили. Осталось 250. Но всё-таки неплохо.

Какие ещё нужна арт-объекты?
Люди сидят на золоте почти буквально, им издали показывают зеркальце и бусы, они и рады — арт-объект!
Не так ли и все мы, скажи мне, Полуэктовна?
Полуэктовна молчит и улыбается.

Пискарёвское мемориальное кладбище. Фотографии 1960-х годов. Перед входом на кладбище установлена памятная доска с надписью:

С 8 сентября 1941 года по 22 января 1944 года на город было сброшено 107158 авиабомб, выпущено 148478 снарядов, убито 16744 человек, ранено 33782, умерло от голода 641803 человек.

На последнем снимке — мой дед Александр Иванович Демьянов (справа), ветеран Великой Отечественной войны.