В '89 году "Аукцыон" вернулся из Франции и Германии в Ленинград – и попал в новости последнего часа и всей прошлой недели.
YouTube
Самолёт
1989 г. в театре-студии Олега Табакова.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Еще одно документальное свидетельство силы и надежд горби-рока.
Летняя кул стори от митька-братушки Владимира Шинкарева:
1 июня Дмитрий Шагин пошел в гости к Борису Гребенщикову и, сдав гребенщиковские пустые бутылки, выручил восемь рублей.
2 июня Дмитрий Шагин пошел к Виктору Цою и, сдав цоевские пустые бутылки, выручил двенадцать рублей.
А, может быть, к Константину Кинчеву [призадумался Шагин]? Да ну его к черту! Кинчев вообще в Москве.
А, может, к Полу Маккартни?
Да пошел он к черту! У него такие бутылки, что не примут.
Летняя кул стори от митька-братушки Владимира Шинкарева:
1 июня Дмитрий Шагин пошел в гости к Борису Гребенщикову и, сдав гребенщиковские пустые бутылки, выручил восемь рублей.
2 июня Дмитрий Шагин пошел к Виктору Цою и, сдав цоевские пустые бутылки, выручил двенадцать рублей.
А, может быть, к Константину Кинчеву [призадумался Шагин]? Да ну его к черту! Кинчев вообще в Москве.
А, может, к Полу Маккартни?
Да пошел он к черту! У него такие бутылки, что не примут.
👍1
Американский тележурналист и бывший легкоатлет Микки Алмон приехал в Москву освещать Олимпийские игры. На него вышел советский ученый и предложил сотрудничество: “У меня есть материал, который я хотел бы передать на Запад”. Первый шаг – публикация в западной прессе. Если повезет, впереди открытия, патенты и слава. В случае Нобелевки Алмону гарантировано место среди лауреатов.
Алмон согласился, но вывезти из Союза ценную информацию не смог. Им занялись спецслужбы, и все завертелось: арест, допросы, обвинение в шпионаже. Через три месяца Алмон попал в трудовой лагерь недалеко от Полярного круга, где оказался в одной компании с русскими политзаключенными.
Так начинался фильм “ГУЛАГ” (он же “Побег из ада”) Роджера Янга, одна из громких премьер HBO в ‘85 году. За полгода до “ГУЛАГа” на канале вышел двухчасовой байопик “Сахаров”, рассказывающий о судьбе всемирно известного советского физика и правозащитника. Ссылка в Горьком и жизнь в бараке, конечно, отличаются, но исходные те же: наука, политика, Nobel Prize, изоляция. А главное, государство как тюрьма. Один из героев Янга так и говорит: “Целая страна лагерей!”.
HBO уже тогда заморачивался над достоверностью экранного мира и не жалел времени и денег на консультантов. Одним из них в “ГУЛАГе” был Сева Новгородцев. Радиоведущий Би-би-си настолько вписался в проект, что в итоге стал фактически вторым человеком на площадке. “Без моего добра режиссер отмашку не давал”, – вспоминал он.
Когда один из русских актеров не пришел на съемки под Лондоном, его заменил Новгородцев. Потом еще одного. Он же переводил русские песни, басни, плакаты и вывески. И, конечно, маты. Точнее, следил, чтобы они выглядели и звучали как надо, без акцента и ошибок. Съемочный день стоил 150 тысяч долларов, и Сева выкладывался на 100%. “Ебаный в рот, блять!” – взаправду ругались мужики в вагоне под пафосную музыку; “мудак” – почти светилось на заборе; “хуй”, “пизда” – столбиком шли на стене сортира. Годную аутентичность подтвердила сама The New York Times.
Это был не первое масштабное кино, к которому подключался Сева, но в этот раз Русская служба Би-би-си почувствовала неладное. Его вызвал начальник и потребовал вернуться на работу. “У тебя график, смена. – Я не могу, там огромный проект. – У тебя контракт, ты обязан. – Тогда я уволюсь”.
И Сева ушел. Правда, лишь на больничный, после которого он мог не возвращаться. “Свою передачу я за собой, естественно, оставил”. Чем кончится конфликт, никто не знал. В этот недолгий период Новгородцев записывал свои программы не в студии, а где придется. Дома, на съемках, за кулисами. “Хожу и среди какой-то фанеры надиктовываю на диктофон очередной выпуск”. Едва ли его реплики могли попасть в сценарий, но в одной из сцен “ГУЛАГа” главный герой говорит: “Начнем же рок-н-ролл!”.
Вдруг выяснилось, что автор “Рок-посевов” подтянул в фильм еще одного сотрудника Русской службы Геннадия Галина. Это была уже настоящая диверсия. “Мы с ним сделали хулиганский радиопроект, – говорит Новгородцев. – Гена великолепно зачитал на ленту неприличную поэму Баркова про Луку, а я положил это на драматическую музыку Римского-Корсакова”.
Тогда за Новгородцева взялись уже в Союзе. Местным журналистам стали поступать заказы на разоблачительные статьи, будто “никакой он не эксперт по рок-музыке, а просто дурит голову малолетним слушателям”. Одним словом, “мусор”.
Вскоре все вернулось в прежнее русло: Сева вновь был в эфире Би-би-си, а HBO после премьеры выпустил “ГУЛАГ” на видеокассетах. Следом откуда ни возьмись появился сборник “Совет поп”, о котором Сева рассказал на Би-би-си.
Интересно, в какой момент все сошлось – русские, рок-н-ролл, запись из-под полы, передача материалов за границу, КГБ, кассеты – и Новгородцев вдруг понял, что пора действовать. Как говорил один из героев “ГУЛАГа”: “Чтобы побег удался, его нужно начинать за тысячу километров отсюда”.
Видимо, Ирина Понд – это действительно псевдоним.
Псевдоним Севы Новгородцева.
Алмон согласился, но вывезти из Союза ценную информацию не смог. Им занялись спецслужбы, и все завертелось: арест, допросы, обвинение в шпионаже. Через три месяца Алмон попал в трудовой лагерь недалеко от Полярного круга, где оказался в одной компании с русскими политзаключенными.
Так начинался фильм “ГУЛАГ” (он же “Побег из ада”) Роджера Янга, одна из громких премьер HBO в ‘85 году. За полгода до “ГУЛАГа” на канале вышел двухчасовой байопик “Сахаров”, рассказывающий о судьбе всемирно известного советского физика и правозащитника. Ссылка в Горьком и жизнь в бараке, конечно, отличаются, но исходные те же: наука, политика, Nobel Prize, изоляция. А главное, государство как тюрьма. Один из героев Янга так и говорит: “Целая страна лагерей!”.
HBO уже тогда заморачивался над достоверностью экранного мира и не жалел времени и денег на консультантов. Одним из них в “ГУЛАГе” был Сева Новгородцев. Радиоведущий Би-би-си настолько вписался в проект, что в итоге стал фактически вторым человеком на площадке. “Без моего добра режиссер отмашку не давал”, – вспоминал он.
Когда один из русских актеров не пришел на съемки под Лондоном, его заменил Новгородцев. Потом еще одного. Он же переводил русские песни, басни, плакаты и вывески. И, конечно, маты. Точнее, следил, чтобы они выглядели и звучали как надо, без акцента и ошибок. Съемочный день стоил 150 тысяч долларов, и Сева выкладывался на 100%. “Ебаный в рот, блять!” – взаправду ругались мужики в вагоне под пафосную музыку; “мудак” – почти светилось на заборе; “хуй”, “пизда” – столбиком шли на стене сортира. Годную аутентичность подтвердила сама The New York Times.
Это был не первое масштабное кино, к которому подключался Сева, но в этот раз Русская служба Би-би-си почувствовала неладное. Его вызвал начальник и потребовал вернуться на работу. “У тебя график, смена. – Я не могу, там огромный проект. – У тебя контракт, ты обязан. – Тогда я уволюсь”.
И Сева ушел. Правда, лишь на больничный, после которого он мог не возвращаться. “Свою передачу я за собой, естественно, оставил”. Чем кончится конфликт, никто не знал. В этот недолгий период Новгородцев записывал свои программы не в студии, а где придется. Дома, на съемках, за кулисами. “Хожу и среди какой-то фанеры надиктовываю на диктофон очередной выпуск”. Едва ли его реплики могли попасть в сценарий, но в одной из сцен “ГУЛАГа” главный герой говорит: “Начнем же рок-н-ролл!”.
Вдруг выяснилось, что автор “Рок-посевов” подтянул в фильм еще одного сотрудника Русской службы Геннадия Галина. Это была уже настоящая диверсия. “Мы с ним сделали хулиганский радиопроект, – говорит Новгородцев. – Гена великолепно зачитал на ленту неприличную поэму Баркова про Луку, а я положил это на драматическую музыку Римского-Корсакова”.
Тогда за Новгородцева взялись уже в Союзе. Местным журналистам стали поступать заказы на разоблачительные статьи, будто “никакой он не эксперт по рок-музыке, а просто дурит голову малолетним слушателям”. Одним словом, “мусор”.
Вскоре все вернулось в прежнее русло: Сева вновь был в эфире Би-би-си, а HBO после премьеры выпустил “ГУЛАГ” на видеокассетах. Следом откуда ни возьмись появился сборник “Совет поп”, о котором Сева рассказал на Би-би-си.
Интересно, в какой момент все сошлось – русские, рок-н-ролл, запись из-под полы, передача материалов за границу, КГБ, кассеты – и Новгородцев вдруг понял, что пора действовать. Как говорил один из героев “ГУЛАГа”: “Чтобы побег удался, его нужно начинать за тысячу километров отсюда”.
Видимо, Ирина Понд – это действительно псевдоним.
Псевдоним Севы Новгородцева.
👍1
Но если за Ирину Понд себя выдавал Новгородцев, то кем была та девушка, с которой общался Крис Катлер? Кто передал ему записи для сборника “Совет поп”? В письме он четко указывал на женский пол.
И еще кое-что смущало меня с самого начала.
Все записи, изданные Катлером на кассете в ‘85 году, были сделаны гораздо раньше, в период с ‘79-го по ‘83-й. Откуда этот лаг в несколько лет? Получалось, что в RRQ релиз продвигали так: в журнале – актуальная инфа о группах, на кассете – сырое старьё. Скажем, визитка “Кино” завершалась сравнениями с модным звуком The Smiths и Bronski Beat, тогда как с кассеты звучала архаичная акустика “Время есть, а денег нет”. Одно никак не клеилось с другим.
Когда три года назад Новгородцев рассуждал о природе русского рока, он вспомнил все те же строки: “Денег нет и некуда пойти… Это отражало абсолютно состояние целого поколения”.
Такое впечатление, что после ‘83 года захлопнулась дверь или упал занавес. Дальше уже ничего не было. Кто-то вывез эти записи для кассеты и больше с советским роком дела не имел. Пусть так, но Сева махнул в Англию гораздо раньше, еще в ‘70-х.
Я спросил у Кана, когда из Ленинграда в Лондон перебралась коллега Новгородцева по Би-би-си Ирина Шумович?
В ‘83-м, ответил Кан.
Правда, перед этим был Портсмут, добавил он, город в ста с лишним километрах от Лондона. Город, где когда-то играл Крис Катлер.
И еще кое-что смущало меня с самого начала.
Все записи, изданные Катлером на кассете в ‘85 году, были сделаны гораздо раньше, в период с ‘79-го по ‘83-й. Откуда этот лаг в несколько лет? Получалось, что в RRQ релиз продвигали так: в журнале – актуальная инфа о группах, на кассете – сырое старьё. Скажем, визитка “Кино” завершалась сравнениями с модным звуком The Smiths и Bronski Beat, тогда как с кассеты звучала архаичная акустика “Время есть, а денег нет”. Одно никак не клеилось с другим.
Когда три года назад Новгородцев рассуждал о природе русского рока, он вспомнил все те же строки: “Денег нет и некуда пойти… Это отражало абсолютно состояние целого поколения”.
Такое впечатление, что после ‘83 года захлопнулась дверь или упал занавес. Дальше уже ничего не было. Кто-то вывез эти записи для кассеты и больше с советским роком дела не имел. Пусть так, но Сева махнул в Англию гораздо раньше, еще в ‘70-х.
Я спросил у Кана, когда из Ленинграда в Лондон перебралась коллега Новгородцева по Би-би-си Ирина Шумович?
В ‘83-м, ответил Кан.
Правда, перед этим был Портсмут, добавил он, город в ста с лишним километрах от Лондона. Город, где когда-то играл Крис Катлер.
Главные герои продолжают стоять на своем. Новгородцев, Шумович и Кан утверждают, что не имеют никакого отношения к кассете "Совет поп". Тем более никто из них не выдавал себя за Ирину Понд.
Катлер обещал помочь с поисками и сам пропал.
Последний день хрупкой веры в существование самой загадочной женщины в судьбе горби-рока. Будет ахуено узнать, что я гонялся не за реальным человеком, а за вымышленным персонажем.
Катлер обещал помочь с поисками и сам пропал.
Последний день хрупкой веры в существование самой загадочной женщины в судьбе горби-рока. Будет ахуено узнать, что я гонялся не за реальным человеком, а за вымышленным персонажем.
Да, это было сообщение от Троицкого.
«Любопытный фактик: именно Ира Куликова в 1974 году порекомендовала меня редактору журнала “Ровесник” – с чего и началась моя, так сказать, журналистская карьера»
О том, как Куликова-Понд привела 19-летнего Троицкого в редакцию, он несколько лет назад рассказывал «Новой газете». Редактора «Ровесника», на которого ссылается Троицкий, звали Наталья Рудницкая.
Я ей написал, она всё подтвердила. «Ирина и Артем были моими первыми авторами. Помню только Ирин материал о The Who, опубликованный где-то в конце ‘70-х под псевдонимом Б. Комова». В последний раз Рудницкая общалась с ней в ‘83 году.
Но далеко не в последний раз о ней слышала.
Пять лет назад Рудницкая вспоминала, как менялся «Ровесник» во время перестройки и становился все более свободным в выборе тем и героев. «В какой-то момент стало понятно, что то же самое, что мы делаем, можно делать интереснее, живее, откровеннее».
Если бы не одно но: «Ко мне тогда кагэбэшник приходил, пытался меня завербовать. Как раз был конец ‘80-х, перед ‘91-м». Рудницкая подробно описывает ту встречу, почитайте. Если вкратце, ей предложили стать осведомителем: ходить на концерты и по-тихой собирать нужную инфу, которая могла бы пригодиться, когда следователи начнут подшивать папочки. О самой встрече товарищ майор попросил не распространяться.
И тут Рудницкая взорвалась: «”Как вы себе это представляете? Мы сидим с вами в моем закрытом кабинете в течение двух часов, в дверь кто-то ломится, все знают, что я в редакции, что с кем-то закрылась. Что я людям скажу?”. Он говорит: “Вы можете сказать, что к вам приходили из Комитета государственной безопасности и мы разговаривали об Ире Куликовой”. И тут меня второй раз накрыло: это моя подружка, которая уехала в начале ‘80-х и которая работала на BBC».
То есть все-таки работала.
Но куда интереснее другое: какое дело было КГБ до уехавшей пять-шесть лет назад девушки? Почему она оставалась на карандаше? Причем тут Би-би-си?
Ведь к тому времени власти официально прекратили глушить иностранные радиостанции – «Голос Америки», «Немецкую волну», «Радио Канады», «Радио Ватикана», «Радио Японии» и, естественно, «Би-би-си». Последний бастион, запрет главного иноагента тех лет – «Радио Свобода» – и тот пал в конце ‘88 года.
Почему Понд была так важна? Может, она вывезла не только песни? А что, если на кассете “Совет поп” были, скажем так, бонус-треки?
Иначе чем объяснить, что в сборник попали лишь восемь песен, половина из которых короче трех с половиной минут.
Черт, это же лежало на поверхности. Продолжительность “Совет попа”, если верить трек-листу, меньше получаса. Обычно у Recommended Records кассетные релизы звучали раза в полтора дольше. Например, двойной сборник “Local International” (1 и 2), выпущенный в том же ‘85 году.
Тогда товарища майора можно понять: молодая москвичка вывозит в Лондон некие записи и распространяет их среди сотни человек по специальной базе данных. Какие там были песни у Лозы, Антонова и Цоя, его явно не волновало.
Как теперь уже и меня. Главное – не это.
На кассете было что-то еще.
«Любопытный фактик: именно Ира Куликова в 1974 году порекомендовала меня редактору журнала “Ровесник” – с чего и началась моя, так сказать, журналистская карьера»
О том, как Куликова-Понд привела 19-летнего Троицкого в редакцию, он несколько лет назад рассказывал «Новой газете». Редактора «Ровесника», на которого ссылается Троицкий, звали Наталья Рудницкая.
Я ей написал, она всё подтвердила. «Ирина и Артем были моими первыми авторами. Помню только Ирин материал о The Who, опубликованный где-то в конце ‘70-х под псевдонимом Б. Комова». В последний раз Рудницкая общалась с ней в ‘83 году.
Но далеко не в последний раз о ней слышала.
Пять лет назад Рудницкая вспоминала, как менялся «Ровесник» во время перестройки и становился все более свободным в выборе тем и героев. «В какой-то момент стало понятно, что то же самое, что мы делаем, можно делать интереснее, живее, откровеннее».
Если бы не одно но: «Ко мне тогда кагэбэшник приходил, пытался меня завербовать. Как раз был конец ‘80-х, перед ‘91-м». Рудницкая подробно описывает ту встречу, почитайте. Если вкратце, ей предложили стать осведомителем: ходить на концерты и по-тихой собирать нужную инфу, которая могла бы пригодиться, когда следователи начнут подшивать папочки. О самой встрече товарищ майор попросил не распространяться.
И тут Рудницкая взорвалась: «”Как вы себе это представляете? Мы сидим с вами в моем закрытом кабинете в течение двух часов, в дверь кто-то ломится, все знают, что я в редакции, что с кем-то закрылась. Что я людям скажу?”. Он говорит: “Вы можете сказать, что к вам приходили из Комитета государственной безопасности и мы разговаривали об Ире Куликовой”. И тут меня второй раз накрыло: это моя подружка, которая уехала в начале ‘80-х и которая работала на BBC».
То есть все-таки работала.
Но куда интереснее другое: какое дело было КГБ до уехавшей пять-шесть лет назад девушки? Почему она оставалась на карандаше? Причем тут Би-би-си?
Ведь к тому времени власти официально прекратили глушить иностранные радиостанции – «Голос Америки», «Немецкую волну», «Радио Канады», «Радио Ватикана», «Радио Японии» и, естественно, «Би-би-си». Последний бастион, запрет главного иноагента тех лет – «Радио Свобода» – и тот пал в конце ‘88 года.
Почему Понд была так важна? Может, она вывезла не только песни? А что, если на кассете “Совет поп” были, скажем так, бонус-треки?
Иначе чем объяснить, что в сборник попали лишь восемь песен, половина из которых короче трех с половиной минут.
Черт, это же лежало на поверхности. Продолжительность “Совет попа”, если верить трек-листу, меньше получаса. Обычно у Recommended Records кассетные релизы звучали раза в полтора дольше. Например, двойной сборник “Local International” (1 и 2), выпущенный в том же ‘85 году.
Тогда товарища майора можно понять: молодая москвичка вывозит в Лондон некие записи и распространяет их среди сотни человек по специальной базе данных. Какие там были песни у Лозы, Антонова и Цоя, его явно не волновало.
Как теперь уже и меня. Главное – не это.
На кассете было что-то еще.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Важное дополнение к книге Саймона Рейнольдса "Всё порви, начни сначала".
Весна '93 года, Курехин представляет на радио в Осло свой новый диск "Воробьиная оратория", записанный на деньги норвежских спонсоров.
Ведущая спрашивает у Капитана, что он вапще такое придумал. Это рок-оратория или где?
Нет, говорит Курехин, там смешение стилей: джаз, рок, классика, электроника, минимализм, фолк, много всего. Ведущая аккуратно выписывает стили на листе бумаги, чтобы ничего не забыть.
И тут Курехин, заглядывая в лист, как учитель младших классов, фактически диктует по буквам: "Пост-панк! Пост. Панк. Пост-панк, плиз!".
Послушайте "Воробьиную ораторию", если еще не. Такой пост-панк вам зайдет, обещаю.
ВКонтакте | Я. Музыка | Spotify | Apple | YouTube
Весна '93 года, Курехин представляет на радио в Осло свой новый диск "Воробьиная оратория", записанный на деньги норвежских спонсоров.
Ведущая спрашивает у Капитана, что он вапще такое придумал. Это рок-оратория или где?
Нет, говорит Курехин, там смешение стилей: джаз, рок, классика, электроника, минимализм, фолк, много всего. Ведущая аккуратно выписывает стили на листе бумаги, чтобы ничего не забыть.
И тут Курехин, заглядывая в лист, как учитель младших классов, фактически диктует по буквам: "Пост-панк! Пост. Панк. Пост-панк, плиз!".
Послушайте "Воробьиную ораторию", если еще не. Такой пост-панк вам зайдет, обещаю.
ВКонтакте | Я. Музыка | Spotify | Apple | YouTube
В 2012 году белый южноафриканский музыкант Уоррик Сони, лидер местной фантом-группы Kalahari Surfers с 30-летним стажем, выпустил альбом “Agitprop” – и там была песня “Wings of a Stingray”.
Kalahari Surfers примерно всегда были политизированы, топили за гражданский активизм, проклинали апартеид и как могли боролись с режимом. “Agitprop” – концентрат подобных усилий, только вынесенных за пределы континента, с четким фокусом на красной диктатуре и военном коммунизме. Об этом и только об этом – весь буклет диска. Китай, Северная Корея, Советский Союз, массовые казни, репрессии и страх.
А что с крыльями Стингрей-то? Там что-то про перестройку и “Red Wave”?
Не совсем. В интервью Сони настаивает на политическом прочтении “Agitprop” и подтверждает, что пихал в буклет серп и молот не просто так. Но вот ведь какая штука – и тут он делает шаг в сторону – это еще и ностальгический альбом, память о времени “the Soviet coolness of the 1980s”. В том числе память о советском роке.
В ‘89 году Kalahari Surfers были первой группой из Южной Африки, приглашенной на концерты в Союз – в Москве, Ленинграде и Риге. Запись выступления в Московском дворце молодежи вполне сохранилась и лежит здесь. За барабанами в тот вечер сидел Крис Катлер, хохо.
Там-то Сони со всеми и перезнакомился.
Интересно, был ли на том концерте Бугаев “Африка”.
Kalahari Surfers примерно всегда были политизированы, топили за гражданский активизм, проклинали апартеид и как могли боролись с режимом. “Agitprop” – концентрат подобных усилий, только вынесенных за пределы континента, с четким фокусом на красной диктатуре и военном коммунизме. Об этом и только об этом – весь буклет диска. Китай, Северная Корея, Советский Союз, массовые казни, репрессии и страх.
А что с крыльями Стингрей-то? Там что-то про перестройку и “Red Wave”?
Не совсем. В интервью Сони настаивает на политическом прочтении “Agitprop” и подтверждает, что пихал в буклет серп и молот не просто так. Но вот ведь какая штука – и тут он делает шаг в сторону – это еще и ностальгический альбом, память о времени “the Soviet coolness of the 1980s”. В том числе память о советском роке.
В ‘89 году Kalahari Surfers были первой группой из Южной Африки, приглашенной на концерты в Союз – в Москве, Ленинграде и Риге. Запись выступления в Московском дворце молодежи вполне сохранилась и лежит здесь. За барабанами в тот вечер сидел Крис Катлер, хохо.
Там-то Сони со всеми и перезнакомился.
Интересно, был ли на том концерте Бугаев “Африка”.
YouTube
Wings of a Stingray
Provided to YouTube by CDBaby
Wings of a Stingray · Kalahari Surfers
℗ 2012 Kalahari Surfers
Released on: 2012-01-01
Auto-generated by YouTube.
Wings of a Stingray · Kalahari Surfers
℗ 2012 Kalahari Surfers
Released on: 2012-01-01
Auto-generated by YouTube.
К юбилею дебютного альбома “Тату” вышло с десяток больших текстов, но лучший ожидаемо написал Андрей Бухарин.
Пока читал, вспомнил про сборник “Russian Rock-91”, изданный в Японии по лицензии “Мелодии”, с никому не нужными и отбитыми проектами. Почему вспомнил? Из-за названий групп и песен.
На диске были, например, коллективы “Демарш”, “Новый завет”, “Красный рассвет”. Последние закрывали сборник откровением “Мама, я полюбил” – и там все о том, как лирический герой сходит с ума, потому что ему нужна она, “девчонка с большими глазами”. Там же намеки на скорый суицид, но если они будут вместе, то их не догонят. До встречи на дискотеке!
В общем, “Красный рассвет” при желании могли докрутить песню, но уже ничего не попишешь.
Диск можно послушать в ВК, а почитать канал “Бухарин слушает” – здесь.
Пока читал, вспомнил про сборник “Russian Rock-91”, изданный в Японии по лицензии “Мелодии”, с никому не нужными и отбитыми проектами. Почему вспомнил? Из-за названий групп и песен.
На диске были, например, коллективы “Демарш”, “Новый завет”, “Красный рассвет”. Последние закрывали сборник откровением “Мама, я полюбил” – и там все о том, как лирический герой сходит с ума, потому что ему нужна она, “девчонка с большими глазами”. Там же намеки на скорый суицид, но если они будут вместе, то их не догонят. До встречи на дискотеке!
В общем, “Красный рассвет” при желании могли докрутить песню, но уже ничего не попишешь.
Диск можно послушать в ВК, а почитать канал “Бухарин слушает” – здесь.
Горби-рок как спасательный круг 🔝
В конце ‘80-х за ростом популярности Горбачева следили не только в сверхдержавах и англоязычном мире. Это же касалось и горби-рока.
Неожиданно образ генсека с гитарой наперевес, подсмотренный из статей на тему “русские идут” и “красной волны” в американской прессе, всплыл в Бельгии.
44-летний пионер бельгийского рок-н-ролла Берт Бланка решил вернуться в игру после недолгого затишья и пошел с козырей. Что там в новостях? Кто в топе? Горбачев? Пишем сингл “Gorby Gorby Rock”!
Один раз его точно нужно послушать, зацените. Нелепая мешанина из Дина Рида, Stray Cats и Boney M, завернутая в слова-мемы вроде “водки”. Когда Бланка начинает поверх всего еще добавлять “Калинку-малинку”, “Катюшу” и “Черного ворона”, становится так плохо, что даже хорошо. “Парк Горького” будут эксплуатировать этот же китч лишь год спустя, так что Бланка успел красиво оторваться и чутка хайпануть.
Еще через три года “Gorby Gorby Rock” перепели три финна, после чего их группа закономерно распалась.
В конце ‘80-х за ростом популярности Горбачева следили не только в сверхдержавах и англоязычном мире. Это же касалось и горби-рока.
Неожиданно образ генсека с гитарой наперевес, подсмотренный из статей на тему “русские идут” и “красной волны” в американской прессе, всплыл в Бельгии.
44-летний пионер бельгийского рок-н-ролла Берт Бланка решил вернуться в игру после недолгого затишья и пошел с козырей. Что там в новостях? Кто в топе? Горбачев? Пишем сингл “Gorby Gorby Rock”!
Один раз его точно нужно послушать, зацените. Нелепая мешанина из Дина Рида, Stray Cats и Boney M, завернутая в слова-мемы вроде “водки”. Когда Бланка начинает поверх всего еще добавлять “Калинку-малинку”, “Катюшу” и “Черного ворона”, становится так плохо, что даже хорошо. “Парк Горького” будут эксплуатировать этот же китч лишь год спустя, так что Бланка успел красиво оторваться и чутка хайпануть.
Еще через три года “Gorby Gorby Rock” перепели три финна, после чего их группа закономерно распалась.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Июнь '90 года. "Аукцыон" и "Бригада С" отбирают хлеб у уличных музыкантов Парижа. Выходит хорошо.
Дисклеймер: если следующий пост покажется вам бессмысленным набором букв, сделайте шаг назад и листайте вниз, пока будут силы – это уже почти сериал.
Кроме визиток советских рок-групп для журнала RRQ, у Ирины Понд нашлись и другие публикации о героях горби-рока.
Скажем, в журнале Popular Music & Society ‘87 года. Большая статья на 15 страниц в тематическом издании, где ученые и музыковеды изучали меломанов.
Вы все поймете уже из названия статьи – «Soviet rock lyrics: Their content and poetics». Понд обильно и внимательно цитирует отцов русского рока (особенно Макаревича), увязывает содержание их песен с реалиями Союза, общественными настроениями и духом времени в целом.
Исследовательница музыкальных медиа и рулевая образцового канала Катя Ханска уверяет меня, что Понд была «первой, кто написал на английском языке про “русскую рок-поэзию”». Вот как раз в той самой статье выше.
Было ли там что-то, что мы уже видели в RRQ? Конечно. И фрагменты из визиток групп, и те же переводы текстов (например, «Вперёд, Боддисатва!» Майка). В свою очередь многое из «Soviet rock lyrics» потом тоже всплывет в еще более крупном сочинении Понд.
Скажем, в журнале Popular Music & Society ‘87 года. Большая статья на 15 страниц в тематическом издании, где ученые и музыковеды изучали меломанов.
Вы все поймете уже из названия статьи – «Soviet rock lyrics: Their content and poetics». Понд обильно и внимательно цитирует отцов русского рока (особенно Макаревича), увязывает содержание их песен с реалиями Союза, общественными настроениями и духом времени в целом.
Исследовательница музыкальных медиа и рулевая образцового канала Катя Ханска уверяет меня, что Понд была «первой, кто написал на английском языке про “русскую рок-поэзию”». Вот как раз в той самой статье выше.
Было ли там что-то, что мы уже видели в RRQ? Конечно. И фрагменты из визиток групп, и те же переводы текстов (например, «Вперёд, Боддисатва!» Майка). В свою очередь многое из «Soviet rock lyrics» потом тоже всплывет в еще более крупном сочинении Понд.
Когда "Автограф" впервые выехал в Америку и Канаду, промо группы было таким.
Зима, тулупы, купола – всё правильно, хорошая фотосессия. Для "лауреатов советского рок-н-ролла", как у казано внизу, самое то. Щелкались, правда, не для этого и на год раньше; никто ничего специально для зарубежного тура не снимал.
Тут они для афиш Госконцерта позируют в Коломенском. Конец '86 года.
Зима, тулупы, купола – всё правильно, хорошая фотосессия. Для "лауреатов советского рок-н-ролла", как у казано внизу, самое то. Щелкались, правда, не для этого и на год раньше; никто ничего специально для зарубежного тура не снимал.
Тут они для афиш Госконцерта позируют в Коломенском. Конец '86 года.
Forwarded from Говна Пирога
баловства ради набрал несколько раритетных композиций для всеми вами любимого канала про то, как достоевский джаггера петь учил (https://xn--r1a.website/gorbyrock)
там всё равно такого не раздают
с точки зрения здравого смысла и временной линейки всё это дело укладывается в диапазон с 1963 до 1988
как пел федя фомин, 25 лет в ссср, ага
там всё равно такого не раздают
с точки зрения здравого смысла и временной линейки всё это дело укладывается в диапазон с 1963 до 1988
как пел федя фомин, 25 лет в ссср, ага
Telegram
Между The Rolling Stones и Достоевским
о том как советские рокеры покоряли Запад
для связи: @morsin
поддержать: https://xn--r1a.website/gorbyrock/2346
для связи: @morsin
поддержать: https://xn--r1a.website/gorbyrock/2346
Не так важно, попал ли Сергей “Африка” Бугаев на концерт Kalahari Surfers в Москве – главное, что он попал в понятно какой фильм.
Горби-рок и кино, вечная тема.
Наверное, без очкарика Африки в кадре опытный режиссер больших картин вполне мог обойтись. В крайнем случае заменить: кто бы не справился с его ролью? Там такая толпа персонажей, что бери любого. Это вапще беспроигрышный вариант – загнать в комнату местную богему, обставить все как тусовку, затариться водкой “Столичная” и смотреть, как по углам творится искусство. Или сыграть на варгане кому-то на ухо, если что-то пошло не так. Рядом молодая Смирнова, скучно точно не будет.
Произносишь заветные четыре буквы, двоящиеся в середине слова, и будто попадаешь в другое измерение. Работает безотказно.
Впрочем, вы и так знаете каждый кадр. Весь фильм – уходящая за горизонт надежда. Музыка, секс и ощущение, что достоин большего. Бесконечные пробы и проверка себя на прочность, идиотские сцены, измены, нелепые музыкальные номера, озабоченные художники, чей-то папик, который не дает уйти. Город-остров с высоты птичьего полета. И, конечно, великий саундтрек.
Бугаев знал, где надо сниматься. Великие четыре буквы.
Горби-рок и кино, вечная тема.
Наверное, без очкарика Африки в кадре опытный режиссер больших картин вполне мог обойтись. В крайнем случае заменить: кто бы не справился с его ролью? Там такая толпа персонажей, что бери любого. Это вапще беспроигрышный вариант – загнать в комнату местную богему, обставить все как тусовку, затариться водкой “Столичная” и смотреть, как по углам творится искусство. Или сыграть на варгане кому-то на ухо, если что-то пошло не так. Рядом молодая Смирнова, скучно точно не будет.
Произносишь заветные четыре буквы, двоящиеся в середине слова, и будто попадаешь в другое измерение. Работает безотказно.
Впрочем, вы и так знаете каждый кадр. Весь фильм – уходящая за горизонт надежда. Музыка, секс и ощущение, что достоин большего. Бесконечные пробы и проверка себя на прочность, идиотские сцены, измены, нелепые музыкальные номера, озабоченные художники, чей-то папик, который не дает уйти. Город-остров с высоты птичьего полета. И, конечно, великий саундтрек.
Бугаев знал, где надо сниматься. Великие четыре буквы.