Серьезно, двойники в пространстве горби-рока – отдельная тема.

Это не какие-нибудь трибьют-группы на корпоративы и мемориальные фестивали. Или, того хуже, дань. Это – судьба. Во всяком случае, артисты и продюсеры хотели, чтобы со стороны смотрелось именно так.

На картинке история успеха “русского Элвиса” Рафа Санзябетдиновича Кашапова (газета Rock Fuzz, ‘91 год). Успеха, которого не случилось, но планы были.

Несмотря на то, что Кашапов взял Гран-при американского конкурса двойников Короля, сам проект “Лас-Вегас. Элвис-шоу” не взлетел.

Зато Кашапов позднее нашел себя в телесериалах. Например, в “Улицах разбитых фонарей”. В серии, где ему сначала подпаливают “густую черную бородищу” зажигалкой, потом Ларин выписывает ему в табло, и где комик Гальцев играет сексуального маньяка со свалки.

А еще Кашапов озвучивал Пумбу в “Тимоне и Пумбе”. Но даже там его ждала серия, где Пумбе не удается выдать себя за другого: за собаку, критика, переводчика и халявщика.

В Русской службе Би-би-си контакты Ирины Понд не сохранились. Более того, там вапще сомневаются, что она была их сотрудницей. “Внештатно, быть может, изредка подрабатывала”, – добавляет Кан. Его коллега из предыдущих серий Ирина Шумович, реально работавшая в РС Би-би-си, тоже не помнит никакой Понд.

“Это явление в порядке вещей, – продолжает Кан. – Вокруг Русской службы всегда было и есть много людей, которые приходят, что-то делают, не являясь при этом сотрудниками. Зато любят себя таковыми называть”.

Итак, что мы имеем? Ирина Понд. На Би-би-си не работала, фамилия не настоящая.

Кажется, единственный рабочий способ найти реальную Irene – завалиться в один там стрим и от ее имени написать “шайтан”.

Фронтмены горби-рока уже несколько лет рассказывали иностранным СМИ об особой духовности советского андеграунда, своем служении музыке и отсутствии материальных стимулов.

“Рок-музыка – это наша религия”, красной нитью шло в каждом втором интервью. Это на Западе звезды и кумиры, у русских всё иначе – идолы и молодые боги. От БГ сияние исходит, Бутусов стоит, как истукан, Цой дарует “Лужникам” огонь.

“Мономах” развили тему и выдали максимально клерикальный клип “Русский крест”, обогнав Мамонова-Грозного из “Царя” ровно на 20 лет. Солист “Мономаха” поет в царской рубахе до пят, в рукавах можно проводить обыски, на груди висит крест. Как насчет шапки? Гляньте сами. И все это на фоне черно-белой хроники с вождями партии и генсеками вплоть до Брежнева. Кажется, гениальный видеоарт “Сапожники” Диброва-Столярова вырос как раз отсюда.

“Куполов мы снова видим блеск!”, “веруем, веруем, веруем!”, “покайся, брат!” – доносилось с пластинки “Мономаха”.

Окей, каюсь. Гораздо раньше своя хард-ода деревянным церквям Руси была у “Чёрного кофе”. Но! Тогда обошлось без фатальных последствий. Подумаешь, разовый приступ национал-патриотизма и интерес к движению “Память”. “Мономах” же выстроил вокруг своих почвенных риффов целую программу возвращения матушки-Руси на путь истинный.

“Мономах” стали звать на телек и в туры по окрестностям, но Запад молчал. Музыканты добавили в оформление пластинок китч титанов американского стероид-метала Manowar, представ в образе конанов-варваров. Не помогло, не дожали. Тогда они выпустили богатырский хард-рок “Великоросс” про спасителя славян, который выведет братьев из темного времени, и снова мимо.

И тут “Мономах” феерически переобулись на лету. На втором альбоме группа спела о своей “дивной и несбыточной мечте”. Если вы решили, что это присоединение к Московской Руси земного шара, то нет. Все прозаичнее. “Мономах” очень хотели слетать в Калифорнию. Просто побывать в Америке, ничего больше.

“Калифорния – сладкий сон! Калифорния – я влюблен! Калифорния – пальмы, пляж, мираж!”.

И так всю песню, рядом с которой “В Питере пить” не более чем бездушная нативка.

Видимо, группу недопоняли. Они пели не про град Китеж, а про город ангелов. Слышали не колокольный звон, а кокакольный. И вообще шапка Мономаха – это кепка полицейского из Майами.

Убедившись, что “Мономах” не ждут уже вапще нигде, группа распалась на 25 лет. И все бы ничего, но три недели назад они пульнули ремастированную дискографию в стриминг и воссоединились в старом составе.

Вот, например, дебютный альбом с "Русским крестом" и всем остальным на всех мыслимых платформах.

Держу кулачки.

Про электрогитару, купленную Стингрей на деньги Боуи и переданную БГ, знают все, но была ведь еще электроскрипка от Заппы для ДДТ.

С какого перепуга?

Заппа опять пригнал по делам в Москву и увидел, на каких дровах играют ДДТ.

Особенно его убил скрипач Никита Зайцев, который тюнинговал свой инструмент изолентой, пластилином, клеем и жвачкой. Ну просто чтобы хоть что-то держалось. А играл при этом как бог. Заппа решил, что это преступление против человечества, и при первой же возможности передал ему моднейшую белую скрипку. Лучше всего ее слышно и видно здесь.

И тогда ДДТ стали звучать и играть вот так. Забейте на качество съемки, там было кое-что поважнее.

Долго не мог понять, что делает клип "Красный рок" таким великим?

Когда Брейтбург останавливается, он будто сходит с оси и спускается с пьедестала.

Присмотритесь, его выдают плечи. Едва заметно, как он за долю секунды делает небольшой шаг в сторону, затем еще один.

Откуда в нем это всё? Бодрость. Здоровье. Ловкость. Грация.

В '89 году "Аукцыон" вернулся из Франции и Германии в Ленинград – и попал в новости последнего часа и всей прошлой недели.

Еще одно документальное свидетельство силы и надежд горби-рока.

Летняя кул стори от митька-братушки Владимира Шинкарева:

1 июня Дмитрий Шагин пошел в гости к Борису Гребенщикову и, сдав гребенщиковские пустые бутылки, выручил восемь рублей.

2 июня Дмитрий Шагин пошел к Виктору Цою и, сдав цоевские пустые бутылки, выручил двенадцать рублей.

А, может быть, к Константину Кинчеву [призадумался Шагин]? Да ну его к черту! Кинчев вообще в Москве.

А, может, к Полу Маккартни?

Да пошел он к черту! У него такие бутылки, что не примут.

Американский тележурналист и бывший легкоатлет Микки Алмон приехал в Москву освещать Олимпийские игры. На него вышел советский ученый и предложил сотрудничество: “У меня есть материал, который я хотел бы передать на Запад”. Первый шаг – публикация в западной прессе. Если повезет, впереди открытия, патенты и слава. В случае Нобелевки Алмону гарантировано место среди лауреатов.

Алмон согласился, но вывезти из Союза ценную информацию не смог. Им занялись спецслужбы, и все завертелось: арест, допросы, обвинение в шпионаже. Через три месяца Алмон попал в трудовой лагерь недалеко от Полярного круга, где оказался в одной компании с русскими политзаключенными.

Так начинался фильм “ГУЛАГ” (он же “Побег из ада”) Роджера Янга, одна из громких премьер HBO в ‘85 году. За полгода до “ГУЛАГа” на канале вышел двухчасовой байопик “Сахаров”, рассказывающий о судьбе всемирно известного советского физика и правозащитника. Ссылка в Горьком и жизнь в бараке, конечно, отличаются, но исходные те же: наука, политика, Nobel Prize, изоляция. А главное, государство как тюрьма. Один из героев Янга так и говорит: “Целая страна лагерей!”.

HBO уже тогда заморачивался над достоверностью экранного мира и не жалел времени и денег на консультантов. Одним из них в “ГУЛАГе” был Сева Новгородцев. Радиоведущий Би-би-си настолько вписался в проект, что в итоге стал фактически вторым человеком на площадке. “Без моего добра режиссер отмашку не давал”, – вспоминал он.

Когда один из русских актеров не пришел на съемки под Лондоном, его заменил Новгородцев. Потом еще одного. Он же переводил русские песни, басни, плакаты и вывески. И, конечно, маты. Точнее, следил, чтобы они выглядели и звучали как надо, без акцента и ошибок. Съемочный день стоил 150 тысяч долларов, и Сева выкладывался на 100%. “Ебаный в рот, блять!” – взаправду ругались мужики в вагоне под пафосную музыку; “мудак” – почти светилось на заборе; “хуй”, “пизда” – столбиком шли на стене сортира. Годную аутентичность подтвердила сама The New York Times.

Это был не первое масштабное кино, к которому подключался Сева, но в этот раз Русская служба Би-би-си почувствовала неладное. Его вызвал начальник и потребовал вернуться на работу. “У тебя график, смена. – Я не могу, там огромный проект. – У тебя контракт, ты обязан. – Тогда я уволюсь”.

И Сева ушел. Правда, лишь на больничный, после которого он мог не возвращаться. “Свою передачу я за собой, естественно, оставил”. Чем кончится конфликт, никто не знал. В этот недолгий период Новгородцев записывал свои программы не в студии, а где придется. Дома, на съемках, за кулисами. “Хожу и среди какой-то фанеры надиктовываю на диктофон очередной выпуск”. Едва ли его реплики могли попасть в сценарий, но в одной из сцен “ГУЛАГа” главный герой говорит: “Начнем же рок-н-ролл!”.

Вдруг выяснилось, что автор “Рок-посевов” подтянул в фильм еще одного сотрудника Русской службы Геннадия Галина. Это была уже настоящая диверсия. “Мы с ним сделали хулиганский радиопроект, – говорит Новгородцев. – Гена великолепно зачитал на ленту неприличную поэму Баркова про Луку, а я положил это на драматическую музыку Римского-Корсакова”.

Тогда за Новгородцева взялись уже в Союзе. Местным журналистам стали поступать заказы на разоблачительные статьи, будто “никакой он не эксперт по рок-музыке, а просто дурит голову малолетним слушателям”. Одним словом, “мусор”.

Вскоре все вернулось в прежнее русло: Сева вновь был в эфире Би-би-си, а HBO после премьеры выпустил “ГУЛАГ” на видеокассетах. Следом откуда ни возьмись появился сборник “Совет поп”, о котором Сева рассказал на Би-би-си.

Интересно, в какой момент все сошлось – русские, рок-н-ролл, запись из-под полы, передача материалов за границу, КГБ, кассеты – и Новгородцев вдруг понял, что пора действовать. Как говорил один из героев “ГУЛАГа”: “Чтобы побег удался, его нужно начинать за тысячу километров отсюда”.

Видимо, Ирина Понд – это действительно псевдоним.

Псевдоним Севы Новгородцева.

Но если за Ирину Понд себя выдавал Новгородцев, то кем была та девушка, с которой общался Крис Катлер? Кто передал ему записи для сборника “Совет поп”? В письме он четко указывал на женский пол.

И еще кое-что смущало меня с самого начала.

Все записи, изданные Катлером на кассете в ‘85 году, были сделаны гораздо раньше, в период с ‘79-го по ‘83-й. Откуда этот лаг в несколько лет? Получалось, что в RRQ релиз продвигали так: в журнале – актуальная инфа о группах, на кассете – сырое старьё. Скажем, визитка “Кино” завершалась сравнениями с модным звуком The Smiths и Bronski Beat, тогда как с кассеты звучала архаичная акустика “Время есть, а денег нет”. Одно никак не клеилось с другим.

Когда три года назад Новгородцев рассуждал о природе русского рока, он вспомнил все те же строки: “Денег нет и некуда пойти… Это отражало абсолютно состояние целого поколения”.

Такое впечатление, что после ‘83 года захлопнулась дверь или упал занавес. Дальше уже ничего не было. Кто-то вывез эти записи для кассеты и больше с советским роком дела не имел. Пусть так, но Сева махнул в Англию гораздо раньше, еще в ‘70-х.

Я спросил у Кана, когда из Ленинграда в Лондон перебралась коллега Новгородцева по Би-би-си Ирина Шумович?

В ‘83-м, ответил Кан.

Правда, перед этим был Портсмут, добавил он, город в ста с лишним километрах от Лондона. Город, где когда-то играл Крис Катлер.

Главные герои продолжают стоять на своем. Новгородцев, Шумович и Кан утверждают, что не имеют никакого отношения к кассете "Совет поп". Тем более никто из них не выдавал себя за Ирину Понд.

Катлер обещал помочь с поисками и сам пропал.

Последний день хрупкой веры в существование самой загадочной женщины в судьбе горби-рока. Будет ахуено узнать, что я гонялся не за реальным человеком, а за вымышленным персонажем.