Конечно, чтобы строить виллу в псевдо-средиземноморском стиле с бассейном севернее 70й параллели в северном полушарии — это надо быть большим оптимистом, — или идиотом.

Ну, должна сказать, что все эти годы он очень плохо шифровался.

Повесточку, которая форсировалась во всех этих Бильдах и прочих боевых листках, была видна из Космоса без бинокля.

Наконец-то, хоть что-то полезное для страны сделал РКН.

Не признал «пидорас» ругательным словом.

Во всех редакциях страны щас выдохнули, и прикинули дальнейшие возможности при таком раскладе.

Страшно подумать, что произойдет с депутатами, когда они узнают про ЧерЕмшу.

Миллион лет назад, когда я была маленькая, каждое лето я ездила к бабушке на Кубань.

Бабушка была страстной любительницей цветов, и в каждую комнату в доме ставила букет — шоб красиво было и ароматно.

И если приехать вовремя — в конце мая, — еще можно было застать бесстыдно-нежную, невероятно роскошную, дурманяще-пахучую сирень.

Ее бабушка ставила всегда в мою комнатку. А если открыть окно — то кучерявые кусты этой же сирени были на расстоянии протянутой руки. Сиреневый дурман заполонял жилое и внешнее пространство — особенно нагло он это делал, когда шел редкий и желанный кубанский дождь.

И с тех пор это мой самый любимый цветок. Или растение. В общем, любимая. Из жизни без мессенджеров, войн, сведения дебета с кредитом, бессмысленной полемики из каждого бытового прибора, без ИИ, без Госдепов и Брюсселей, без климатических аномалий и культуры, не к ночи будь помянута, отмены.

Жизнью, в которой единственными санкциями были бабушкины причитания по поводу наполовину слопанного в тихушку торта, пока она предавалась обязательному дневному сну. Потому что это еще была жизнь без ЗОЖа и без целлюлита.

Хорошая была жизнь. Сиреневая.

Я примерно так контрольную по физике в 6 классе писала.

И тоже нефига не поняла.

Я/Мы заяц (хотя бы, в мечтах).

Он сделал то, о чем мы все мечтали уже несколько лет.

По моим наблюдениям за людьми на столичных просторах, после +28 пиво перестало быть алкогольным, и превратилось просто в «холодный напиток для поддержания в себе сил, пока ты продираешься через раскопки в лабиринте улиц имени генералов и маршалов».

Причем, этот статус оно приобрело как у простых мужиков, так и у респектабельных бабулек.

За каким-то хером полезла сегодня в Хвиттер, посмотреть, что там есть по Старобельску.

А там ликование хохлов. Повсеместное. И вот эта подленькая, вездесущая на Западе линия: русские постоянно ударяют по мирному населению, 20 000 гражданских погибло, так им и надо.

Мне и так уже напрописывали разных таблеточек (которые я не пью), поэтому не стала вступать в бесполезную и бессмысленную полемику с моральными тарасами уродами.

Не знаю, какой там народ у нас братский (кроме белорусского), но точно не тот, который радуется жуткому преступлению.

В комментах у нормальных людей, вроде Джорджа Гэллоуэя, такие же нормальные люди — итальянцы, британцы, испанцы, — спрашивают: а сколько Россия будет еще терпеть? Ведь это же за пределами понимания разумного.

Неистово хочется ответов.

Как верно отметили в (Х)виторе, теперь понятно, с кем здоровался Байден — с тем же человеком, с которым Трамп проводит переговоры по Ирану.

Это факт.

С Днём пограничника всех причастных!

Низкий вам поклон, ребята.

Ха! Напугали ежа голой этойсамой.

Я всегда пишу рецензию в заметках, потом ее правлю, чувства настаиваются, потом правлю еще, а потом уже выкатываю своё ценное мнение по поводу очередной нецелесообразной траты средств на какой-то целлюлоидный шлак.

И знаю, многие умные люди так делают.

Это всё равно, что призвать их не использовать воздух.

Россия призвала Великобританию не разжигать русофобию, Украину - не совершать военные преступления, Францию - не жечь Париж по любому поводу, а Трампа - не пиздеть в интернете.

Зачем-то прочитала (пробежала взглядом по диагонали, как я уже привыкла) по письму зелебобы, и в который раз хочу отметить:

Краткость — сестра таланта.

Много и долго можно писать только про интересные истории, или саму историю. А все остальное нужно сокращать.

Не можешь ты свой пук вместить в три коротких абзаца — ну и нехер писать вообще. Я вместила в четыре, и не очень собой довольна.

А, ну еще про звезды можно много писать.

И про картины. Но это тоже интересные истории.

Как показала практика, оповещения в Максе приходят через телеграм в ручном режиме.