Христос Воскресе!

Он подарил избавление от смерти нам всем: нигилистам и антинигилистам, людям по разные стороны линий фронта, всех народов и классов. Главное – сделать ответный шаг к Нему.

С Праздником!

​Антипатриотизм
К известной дате

Быть антипатриотом – это травматично. Примерно как быть в контрáх с родителями или испытывать «гендерную неконформность». По умолчанию в человеке установлена любовь к месту, где он живёт (другое дело, что в последние века границы народов покромсали и централизацией, и наоборот, раздроблением). Проблемы с т.н. «ориентацией» – это не «выбор, есть мороженое с клубникой или с бананом», как говорят наивные либералы, а жёсткий вывих мозга. То же самое с антипатриотизмом. Это против природы, это ощущение себя чужим.

А кто ещё против природы и ощущает себя чужим? Христиане. Царство наше не от мира сего. Самые суровые требования Библии внешне напоминают самый жёсткий нигилизм. Но при условии крайней, безраздельной преданности Богу.

Как назвать человека, который уходит из дома, заставляя плакать мать? Подонок. А если это сделано во Христе? Чуть ли не каждый второй святой монах. Как назвать того, кто ходит голым и кидает камни в иконы? Дегенерат и кощунник. А если с Христом, это св. Василий Блаженный. Кто называет себя именем противоположного пола? Во Христе – св. Ксения Петербургская. Без Него – какой-нибудь представитель 666-и гендеров. Об этом писали и старшие товарищи.

Это относится и к расовому вопросу. Многие правые-христиане ломают голову, как же соотнести Библию и расизм. «Нет эллина и иудея» с Христом – Вселенская Церковь, без Христа – любимая всеми левыми толерастия и негры в роли Анны Болейн и Ахилла. Даже понятие «новиоп» в сущности не несёт зла. Новая историческая общность из племён: подходит к христианству. Но совки христианами не являются...

То же и с патриотизмом. Отринули его такие эпохальные личности, как Авраам (предок всех монотеистов) или нацпредательница Раав, ибо действовали во имя Бога. Антипатриотизм – то, что становится благородным, когда сочетается с высотами духа. Есть обличение Империи свт. Арсением (Мацеевичем) и «ненужной войны» – равноап. Николаем Японским, сожжение портрета Ленина – прп. Гавриилом (Ургебадзе), горячие проповеди против патриотизма о. Даниила Сысоева. А есть критика РИ, Совка, РФ либералами и безбожниками, по форме похоже, но в сути пустота. Если бы юродивый стал кидать камни в монумент ветеранам, как Василий Блаженный в икону, он был бы свят. Если «белогвардеец-непримиренец» без Христа говорит самые правильные вещи, какой Путин совок и как плохо завозить мигрантов, это верно, но сам он может быть одержимым.

В этом и проблема белых докрасна (да, это типа развëрнутая статья, спасибо за пиар, кто сие сделал). За отречение от родины можно браться, только крепко вцепившись в Небо. А если не смог, то просто улетишь в грязь. Получается эффект зловещей долины: когда пугает не откровенный монстр, а что-то похожее на человека, но с неуловимыми отличиями.

Святость и нигилизм иногда почти идентичны, если не присматриваться. Если семьянин-работяга с крестом и без – внешне похожи (кроме того, что «без» – не спастись), то борец против системы – либо великий святой, либо легионер (одержимый).

До вершин святости рядовому веруну-праваку в нижнем инете – пилить и пилить. Яростное противление государству в такой ситуации будет настолько же близко к подвигу Авраама, как мерч с черепом – к реальному затвору в схиме. Конечно, тому, кто «выпил красную таблетку», не вернуться и к плакатному патриотизму. Но нужно соизмерять свои силы и не пытаться достичь высших уровней отречения от мира, находясь в самом начале пути.

​Кстати, к сведению всех фанатов статей ПКБ, знатно проявивших себя выше, сегодня был большой праздник: день свт. Стефана (Пермского). Миссионера финно-угорских народов Руси. То есть среди чуди.

Проблематика «Руси против Чуди», поднятая антинигилистом И. Буниным, занимает и нас. Ведь стоит искать не примитивно-плакатные причины исторических событий, а метафизические.

По мнению некоторых отцов Церкви, «чудь» (фейри) – потомки строителей Вавилонской башни, они связаны с язычеством и магией, с антиповедением, ну, и в конце концов, с революцией и возрождением дохристианских мерзостей.

Причём «быть чудью» – не приговор. Собственно, святые обращали язычников, колдунов, людоедов и так далее. Если Русь перебили катаклизмы XX века, возможно, Чуди придётся встать ей на смену.

В общем, к чему это... Предлагаем перечитать наш «Сказ об отце Ермогене и новой волшбе чуди».

Мы перенесëмся во времена после проповеди свт. Стефана – мрачные, ибо семена христианства там приживались нелегко (чем в наше время некоторые гордятся). Кстати, рассказ написан до фильма по ссылке... Тема, на самом деле, неисчерпаемая, и надеемся, что найдётся ещё работоспособность продолжить исследования мистических сторон истории.

​В чëм ценность опыта нигилизма для кающегося грешника?

На самом деле, почти ни в чëм. Бытует мнение, что из бывших богоборцев и беззаконников получаются «самые ревностные верующие». Это совсем не очевидно.

Есть единичные примеры эпохальных личностей, как Мария Египетская, мученик Киприан, князь Владимир. Но они искупили свои грехи великими подвигами. Причём не все подобные личности были именно нигилистами: например, Савл из Тарса начинал как ревностный законник, а не какой-нибудь сатанист.

К тому же, не всякое безбожие есть яростное богоборчество. Например, философ Константин Леонтьев в юности был либералом, а прп. Серафим (Роуз) – атеистом, потом традиционалистом по Генону. Но Бога они не хулили. Под «полноценным» нигилизмом стоит понимать вещи типа оккультизма, революции, наркомании, разврата.

Есть, конечно, бывший народоволец Лев Тихомиров или обращëнный от рок-н-ролла ревностный монах Арсений, которые полностью подходят под критерии. Но единичные примеры не создают правило.

Обычно воцерковление человека, достигшего духовного дна, проходит неровно и криво, с постоянными срывами и рецидивами. И нашими кругами это проверено на практике, увы. Как типичный пример можно привести уверовавших рокеров. Собственно, большое счастье, если они действительно хотя бы пришли к Церкви, а не абстрактному теизму. Многие не порывают с вреднейшими страстями, годами исполняют старые нехристианские песни, поддерживают советские или либеральные нарративы (что говорит о крайнем нубстве в богословии). Реабилитация эзотериков тоже крайне сложна.

Не зря Феофан Затворник писал:

Какими мы выходим из лет юношеских, очень много зависит от того, какими вступаем в них... Из нее выходят два порядка людей: одни сияют добротою и благородством, другие омрачены нечестием и развратом; а третий — средний класс, смесь добра со злом, коим подобие — головня из огня, кои склоняются то на добро, то на зло, как испорченные часы — то идут верно, то бегут или отстают.

И всё же, один из скиллов, которыми может помочь людям бывший нигилист – «определение своих».

В своё время дьяк Кураев писал, что в Церкви надо ввести «гей-радар» – человека с соответствующими наклонностями, который их сдерживает и «чует» своих. Примерно то же с нигилизмом. Это, конечно, не какая-то магия: скорее считывание не самых заметных паттернов в поведении и в структуре организаций. Человек, знавший секты, может почувствовать сектантский душок в патриотическом движении или на невинной молодёжке. Бывший анархист – ощутить дух противления ФМДшных бесов в проповеди либерального клирика или в деятельности белых докрасна.

Например, в середине 2010-х некоторые уже ощутили в деятельности Д. Энтeо ростки нигилизма. Хотя тогда он ещё не был другом Пусси и Кураева и близко. То же касается увлечения будущего тульподьякона всяким фэнтези (говорим о тех, кто упоминался на страницах ПКБ).

Конечно, человек с очищенным добродетелями сердцем может увидеть скрытое зло и грехи человека духовным взором. Но прозорливых старцев не так много, и обычно они не заходят в нижний инет. А замаскированного зла сейчас много.

Не всякому дано вести миссию, задача исцелëнного бесноватого может быть в ином:

Человек же, из которого вышли бесы, просил Его, чтобы быть с Ним. Но Иисус отпустил его, сказав: возвратись в дом твой и расскажи, что сотворил тебе Бог. Он пошел и проповедывал по всему городу, что сотворил ему Иисус. (Лк. 8: 38-39)

Иллюстрация: действие навыка Scrye из игры Undying.

Тень Чёрной руки: корни и плоды правого террора

Феномен «правой революции» и «правого подполья» занимает умы многих наших участников и читателей. В рассказах ПКБ он получил своё название: «Рутения» – нечто вроде Междуморья на границе либерального Запада и ордынского Востока. Да и в романе-первоисточнике нашего названия происходил низовой бунт консерваторов. Причём правизна понималась нами не как что-то обязательно строго ортодоксальное, а максимально расширительно (имперство, либертарианство, зиги и так далее).

В современности образ патриотического боевика крайне популярен, в том числе по обе стороны российско-украинской границы. В основном это парамилитарии, выходцы из ультраправых движений. Казалось бы, вот оно, воплощение архетипа. Но «было гладко на бумаге, да забыли про овраги». Опыт показал, подобные группировки зачастую оказываются замешаны в довольно инфернальных практиках.

Может, они просто «недостаточно правые»? Вагнеров и русичей западники называют совками (хотя что там, строго говоря, советского?). О запрещённых в России «РДК» один ТГ-автор пишет, что социальная база группировки соответствует не классическим правым, а анархистам и криминалитету. Но дело в том, что для правого, а особенно с приставкой «ультра», это вполне органично! Не копая совсем глубоко, перенесёмся в начало XX века на Балканах...

[читать далее по ссылке...]

Сегодня, кстати, был день памяти свв. Бориса и Глеба: покровителей, так сказать, отказа от ответного политического террора. А пока в статье исправлялись опечатки, произошло покушение на премьер-министра Словакии. Однако...

Внезапно глубокий мем.

Дело в том, что по святоотеческому преданию, выродки человеческого естества, полузвери и полулюди произошли от созидателей башни, смятенных гневом Божиим. То есть фейри, в их числе и песьёглавцы, а Шариков является почти таковым. Ну, и коммунизм, разумеется, в свою очередь — попытка построить новый Вавилон.

#мифпанк