Христос Воскресе!

Как и планировали, к Святой Пасхе презентуем II часть нашего романа:

СИМ ПОБЕДИШИ

Великий пост весьма помог сконцентрировать силы (хотя, конечно, церковная жизнь ограничивала в том числе время на писанину), и вот — следующая страница трилогии готова!

В первой половине второй части герои переступят порог 2010-х, многие из них — доберутся до Первопрестольной. Здесь разгорится борьба, связанная с кощунственными акциями и силовым противодействием им. История коснётся таких актуальных для начала прошлого десятилетия тем, как уличный акционизм, правый хип-хоп (пришедший на смену року) и сетевая апологетика. Вторая же половина перенесёт нас в переломный момент украинской революции и сопротивления ей пророссийского Востока. Здесь всё будет происходить немного не так, как в нашем мире — во многом, драматичнее. Впрочем, один момент, который мы считали китчевым, вскоре после написания эпизода «сбылся», и теперь многим будет казаться, что это плагиат с реальности (по ходу чтения, возможно, поймёте). Герои же, оставшиеся в более мирной обстановке, столкнутся с духовными искушениями — как на христианском пути, так и в попытках играть с тёмными силами.

По мере сил будем вычитывать, править ошибки, очепятки и матчасть, ну а также — выходим на финишную прямую по созданию III части!

В символический день Преполовения Пятидесятницы (то есть прошла половина срока от Пасхи до неё, а к Пятидесятнице мы планируем закончить книгу) начинаем выкладывать III часть произведения!


РОССИЯ В ОГНЕ


Мы перенесёмся на три года с окончания предыдущих событий, когда страна, измотанная испытаниями, буквально находится на пороховой бочке. А потому надвигается эпоха, когда Россию вместе с ближним зарубежьем захлестнёт пламя, ведь дремавшие ранее силы разрушения поймут: настал их час.

Пока что выложены 5 вступительных глав, в ближайшие дни по мере шлифовки и доработки — остальная половина (если получится). Ну, а потом мы выйдем на финишную прямую... 🫡

​Сегодня был день памяти святителя Игнатия Брянчанинова. Помимо прочих заслуг, у него есть рассуждение об антигероях и злодеях в литературе. И замахнулся святой, ни много ни мало, на двух топовых в школьной программе авторов.

В Онегине Пушкина и Печорине Лермонтова изображен эгоист, современный каждому из двух поэтов. Взглянувшие в это зеркало, узнавшие в нем себя ощутили ли угрызение совести? Заронилась ли в их душу, как благословенное семя, мысль исправиться? сомнительно.

...

Разумеется: прочитали Онегина, особенно Печорина, многие молодые люди пред вступлением в свет, или только что вступив в него, прочитали со всем жаром, со всею восприимчивостию юности: этим чтением произведено ли в них отвращение от эгоизма? сомнительно, сомнительно! не такова судьба природы человеческой, и не испорченной еще опытами жизни. Должно быть, большая часть юных читателей заразилась ядом эгоизма! во многих непременно блеснула мысль: "Вот, верный способ успевать в свете!" – и – вперед! по следам Григория Александровича.

...

Печорин умирает во время бестолкового путешествия в Персию. При жизни он был мертв для общества, а в частности для ближних: – мало того! заражал смертным недугом всякого, кому бы ни пришлось быть в соприкосновении с ним. И этого мало! несмотря на свое нравственное одиночество, на свое отчуждение от людей, Печорин оставил по себе многочисленное потомство последователей, которых он ведет туда же, куда достиг сам.

...

Всякий по необходимости должен убедиться, что в человеке добро смешано со злом; удовлетворять одним порочным стремлениям – значит ли любить себя? скорее значит – ненавидеть.

Если Онегин и Печорин настолько разрушительны, что уж говорить про идолов современной культуры. Впрочем, тут урок и нам самим: ведь в нашей книге есть немало антигероев и злодеев не без привлекательных качеств. Всё же «в человеке добро смешано со злом», как говорит святой в цитате выше. Но образцом – всегда должен быть христианский идеал, герои должны побеждать не из-за своей «тёмной стороны», должны если не исправляться – то в любом случае получать авторскую оценку. Герой настолько положителен, насколько он стремится к церковности или хотя бы поддержке Церкви (а не абстрактному «добру»). Так что, надеемся не подвести читателя на финишной прямой 🫡

Вдогонку – цитата св. Игнатия на канале соавтора, только об истории и политике. К слову, опасайтесь подделок: это вовсе не антимонархическое высказывание, а пророчество о возможной революции в России. Кстати, в нашей книге тоже всё к ней идёт...

https://xn--r1a.website/bvgekb/821

Забавный синхрон с нашей книгой! Во второй части, в линии Майдана, один из героев раскрашивает поваленный памятник Бланку под клоуна. Попутно обыгрывается профессия Зели (которого в мире книги нет). Написано до этого перформанса. Может, кто-то ЭЛР начитался? 😳

Можно продолжить логику в жанре хоррора. Ленин как Пеннивайз в России. Возвращается раз в 20 лет, чтобы кошмарить Церковь и страну.

1917: революция.
1937: большой террор.
1957: ±начало хрущёвской антирелигиозной кампании.
[...]
2017: съёмка кощунственного фильма про Царя (ослаб монстр, но то ли ещё будет).

Кто же остановит древнее зло?

Внезапно, в преддверии окончания книги (к слову, черновик завершён полностью, и к Троице планируем выложить всё), родилась нулевая глава:

https://author.today/reader/255757/2489748

Теперь получается классная структура: Пролог в начале (0), 3 части по 33 главы, посередине второй части (и всей книги) Интерлюдия, и завершится всё Эпилогом под номером 100. Троичная структура, так сказать :)

Прочитать Пролог, естественно, могут все желающие без малейшей опасности словить спойлер... Основной сюжетной линии он никак не касается и откровенно ничего не ретконит.

Если ещё не приступили к ЭЛР, может, теперь самое время? ;)

Дельные и актуальные размышления по теме вызывающей вопросы технологии. Ну, и, как водится, возможная основа для сюжета произведения 😌

Поздравляем подписчиков с праздником Святой Троицы!

И сегодня, как обещали, презентуем законченную книгу «Это ли революция?»

3 части по 33 главы (ну, ещё пролог и эпилог). Три эпохи – от стабильности нулевых до мрачного будущего. Места от захолустного ПГТ до Храма Христа Спасителя, от двориков Питера до казачьей станицы. Роман-исповедь и роман-предостережение... Впрочем, не без отсылок на любимые франшизы, ностальгии по 2007-му и прочему старью, юмора, сатиры.

Посвящается пострадавшим от террора и святотатства – под левым или правым флагом, в патриотических или оппозиционных одеждах, открыто безбожного или псевдодуховного. Как жертвам, так и кающимся участникам.

Благодарим всех, кто помогал мотивацией и вдохновением, вычиткой, подсказками по матчасти. Редакция романа будет продолжаться, но обещаем без ретконов и принципиальных изменений сюжета :)

Канал соавтора:
@orthinq

Информподдержка:
@bvgekb | @bookssower
@pravfut
@jestem_katerina

⬆️ Любопытные заметки пишут. Там ещё рецензия на кино и рассуждение о кощунстве в культуре 90-х.

Сегодня без предупреждения были забанены на прежде союзном канале «Ноев Ковчег» активные участники и авторы ПКБ. Также стёрт репост нашей книги. Пост написан в какой-то мере как ответ на возможный вопрос «куда мы делись оттуда?».

Ковчег – самобытный авторский канал, посвящённый возрождению семейных ценностей среди русских православных, воспитанию детей, анализу массовой культуры. Он стал нам союзным как образец сочетания идеализма и интеллекта: первое без второго ведёт к однобитности, второе без первого – к перманентной революции.

Но постепенно на Ковчеге стали появляться одиозные мнения: от крайнего неприятия телесных наказаний детей (мы не настаиваем, что их применение – догмат, но тем не менее) до пожелания Церкви женатого епископата. Это то, что может быть найдено в поиске на самом канале. В частных беседах руководитель проекта доходил до экзерсисов в стиле «бородатые девственники и жирные инцелы [монахи и белые батюшки – W.] мешают семейному счастью», переделывания фамилий и ников православных христиан (не еретиков и не кощунников, как бывает в ПКБ!), вплоть до всяких отсылок на извращения и фекалии. Не буду прикреплять скрины, дабы не сливать личные разговоры (кстати, они чудесно сохранились, несмотря на удаление) – но сказать об этом стоит, раз уж для частного вразумления брат оказался глух.

Админ Ковчега в ответ на критику своих антиклерикальных, почти розановских (антимонашеских) взглядов, пишет нам: мол, вы сами панки, настоящие ревнители вас назовут модернистами. Отвечаем: панк-культуру в том виде, в каком она есть, мы воспринимаем как в основном левацкое и безбожное явление, мы панки в том же смысле, в каком пресловутый «Death to the world». Да, мы постим неформальную музыку, посещаем некоторые гиги, носим атрибутику – но это появляется в отчётах на канале, и в реальности не скрываем (просто не палим имена и лица: как, впрочем, сам админ Ковчега).

Единственное, что нам можно нам «зеркально» вменить: скептическое отношение к патриотизму, культу ВОВ и т.п. Есть такое. Но это – критика внешнего воздействия на Церковь, обмирщения гражданской религией, а не идущих от самой Церкви веяний. Условно говоря, мы не пишем – «мохнорылые инцелы из-за своей доктрины смиренного куколдства склонились перед Сталиным». Вообще, о политике спорить с админом Ковчега – дело гиблое. Одной рукой он может поносить братьев и отцов за критику часовни одной ЧВК, другой – осуждать «стяжателей-политруков». И там, и там: осуждение, осуждение, осуждение. И не внешних, а своих: братий, клириков, владык.

Но главное, в чëм наше различие: да, нас (кроме меня, например, соавтора – Лио) можно попрекнуть безбожным прошлым или какими-то фривольностями (кто-то курит, пьёт, слушает страстную музыку, играет на компе, пишет сальные шутки в чате), но наш строгий принцип: быть за Церковь. Что это значит? Хорошо описал один из наших друзей (за чье мнение, видимо, мы и репрессированы). Нужно доверять Церкви, её людям, её практике, чувствовать себя частью её, а не «прогрессором Руматой», направлять мятежный («панковский») дух вовне, как тайное общество из книги Льюиса, которое хвалил о. Даниил Сысоев, а не внутрь Церкви, гнобя «низкотестостероновых диабетиков» и «бритых в барбершопе стяжателей».

Заявления о том, что «монахи-аскеты-инцелы деформировали Церковь и убили демографию» (немного приукрасив, так звучит лейтмотив части проповедей Ковчега) – это дерзость, сравнимая с тем, что «после Константина Церковь не торт» у всяких кураевцев, или как минимум с руганью на крещенские купания. Пкбшники сами – обращённые от интеллигенции с типичными болячками, но мы пытаемся канализировать интеллигентскую жажду критиковать в русло полемики с внешними и ренегатами. Не надо ходить по краю, это опасно для души. То, что залëтные протестанты-кощунники пишут «на Ковчеге адекватное православие» – мощный звоночек.