Forwarded from Гуляев | Курск
Недавнее заявление Зеленского о намерении провести террористические акции в воздушном пространстве России воспринимается как запредельная наглость. Наблюдая сегодня интенсивные и массовые атаки дронов в приграничной Курской области, несложно догадаться, что в дальнейшем усилия могут быть перенесены на аэропорты внутри страны. В данном случае потенциальная угроза, помимо жертв среди россиян, способна привести к гибели иностранных граждан. Противник добивается «чистого неба», как над Ираком, Ираном и Афганистаном? Не многовато ли будет для Зеленского и «недоукраины»?
В этой связи особенно весомо звучит голос лидера партии «Родина» Алексея Журавлёва, который уже не первый день призывает к активным ударам по логистике, центрам принятия решений и критической инфраструктуре. В данной ситуации именно у «Родины» наиболее сильная и последовательная позиция.
В то же время текущая обстановка не делает чести «партии мира» и тем политическим силам, которые не желают понять простой истины: противоречия, из-за которых началась война, не ликвидированы. О мире надо было думать до войны, а когда идёт война — необходимо думать о победе.
Есть основания полагать, что в преддверии выборов в Государственную думу кажущаяся сформированной партийная конфигурация претерпит изменения. Несложно спрогнозировать, что помимо колоссальных внешних угроз мы рискуем получить и пассивную внутреннюю поддержку противника. Повторюсь: до 20 сентября остаётся ещё три недели, и это время есть и у россиян, и у лиц, принимающих ответственные решения, чтобы всё обдумать.
В этой связи особенно весомо звучит голос лидера партии «Родина» Алексея Журавлёва, который уже не первый день призывает к активным ударам по логистике, центрам принятия решений и критической инфраструктуре. В данной ситуации именно у «Родины» наиболее сильная и последовательная позиция.
В то же время текущая обстановка не делает чести «партии мира» и тем политическим силам, которые не желают понять простой истины: противоречия, из-за которых началась война, не ликвидированы. О мире надо было думать до войны, а когда идёт война — необходимо думать о победе.
Есть основания полагать, что в преддверии выборов в Государственную думу кажущаяся сформированной партийная конфигурация претерпит изменения. Несложно спрогнозировать, что помимо колоссальных внешних угроз мы рискуем получить и пассивную внутреннюю поддержку противника. Повторюсь: до 20 сентября остаётся ещё три недели, и это время есть и у россиян, и у лиц, принимающих ответственные решения, чтобы всё обдумать.
Снятие Александра Барашкова бьёт по «Новым людям» сильнее, чем по нему самому, потому что противоречит всему, на чём партия строит свой образ.
Сняли не случайного человека. Барашков основатель «Гагаринга», лаборатории электроники для фронта, создатель системы связи «Кузнечик» для управления FPV и самолётными БПЛА в условиях РЭБ. Он выстроил производство под задачи СВО и приоритетно нанимает участников боевых действий. В 2026 году это дефицитный профиль, а не повод для дисциплинарного разбирательства.
Основания для снятия подчёркнуто бюрократические: не представил программу под специфику округа, не подал сведения о печатной площади. Проблема не в их правдивости, а в тайминге. Такие недочёты устраняют при регистрации или не вспоминают вовсе. Когда их оформляют решением Центрального совета за две недели до голосования, это выглядит как поиск предлога, а не контроль документов.
Дальше противоречие, которое партии придётся объяснять. «Новые люди» публично гордятся миллиардами, проведёнными через бюджет на беспилотники и подают дроны как технологию будущего. На этом фоне вычеркивание реального разработчика дронных систем опровергает их собственную повестку.
Отдельно работает версия соратников Барашкова, связывающих снятие с его намерением наладить независимое наблюдение по округу. Это позиция заинтересованной стороны, а не факт, и приговором её подавать нельзя. Но сам факт, что такое объяснение звучит изнутри кампании, ставит партию прозрачности в положение оправдывающейся.
Вывод простой. Если основания весомые, их предъявляют открыто и заранее, а не бумагами на финише. Пока этого нет, непротиворечивая трактовка одна: сильного и неудобного кандидата убрали, пожертвовав и его репутацией, и своей.
Подпишись на Башни
Сняли не случайного человека. Барашков основатель «Гагаринга», лаборатории электроники для фронта, создатель системы связи «Кузнечик» для управления FPV и самолётными БПЛА в условиях РЭБ. Он выстроил производство под задачи СВО и приоритетно нанимает участников боевых действий. В 2026 году это дефицитный профиль, а не повод для дисциплинарного разбирательства.
Основания для снятия подчёркнуто бюрократические: не представил программу под специфику округа, не подал сведения о печатной площади. Проблема не в их правдивости, а в тайминге. Такие недочёты устраняют при регистрации или не вспоминают вовсе. Когда их оформляют решением Центрального совета за две недели до голосования, это выглядит как поиск предлога, а не контроль документов.
Дальше противоречие, которое партии придётся объяснять. «Новые люди» публично гордятся миллиардами, проведёнными через бюджет на беспилотники и подают дроны как технологию будущего. На этом фоне вычеркивание реального разработчика дронных систем опровергает их собственную повестку.
Отдельно работает версия соратников Барашкова, связывающих снятие с его намерением наладить независимое наблюдение по округу. Это позиция заинтересованной стороны, а не факт, и приговором её подавать нельзя. Но сам факт, что такое объяснение звучит изнутри кампании, ставит партию прозрачности в положение оправдывающейся.
Вывод простой. Если основания весомые, их предъявляют открыто и заранее, а не бумагами на финише. Пока этого нет, непротиворечивая трактовка одна: сильного и неудобного кандидата убрали, пожертвовав и его репутацией, и своей.
Подпишись на Башни
Представители США Стив Уиткофф и Джаред Кушнер за два дня прошли маршрут Москва – Киев, чтобы проверить, можно ли собрать новую переговорную конструкцию до зимы. В Москве они получили российские оценки «устойчивого урегулирования», в Киеве – набор украинских условий о гарантиях безопасности, поддержке в зимний период и сохранении переговорной субъектности. Быстрого соглашения миссия не принесла, но американцы пообещали вернуться к следующему раунду.
Логистика визита добавила переговорам наглядный политический контекст. В Москву делегация прилетела государственным бортом ВВС США. До Киева Уиткофф и Кушнер добрались через польский Жешув и железнодорожный коридор. Украинское небо остается закрытым даже для посланников Трампа. Этот маршрут показывает цену военных действий: инфраструктура, логистика и безопасность страны требуют постоянной внешней поддержки.
Вашингтон собирает позиции сторон по частям. В Кремле американцы обсуждали российские требования. В Киеве они сверяли их с украинскими условиями. Затем в процесс придется включать европейские столицы, поскольку они финансируют значительную часть украинской устойчивости и будут участвовать в гарантиях безопасности. Уиткофф и Кушнер передают предложения и одновременно определяют пределы уступок Москвы, Киева и Брюсселя.
Участие Кушнера указывает на экономическую часть будущего торга. Для России переговоры могут включать режим санкций, инвестиции и доступ к рынкам после политического соглашения. Для Украины на первом месте остаются восстановление, бюджетная поддержка, ПВО и гарантии безопасности. Москва оценивает пакет через закрепление военно-политических условий. Киев исходит из того, сможет ли страна сохранить оборону после паузы в боевых действиях.
Белый дом стремится к результату до зимы. После начала отопительного сезона растут риски для украинской энергетики, бюджета и систем жизнеобеспечения. Одновременно Киев получает сильный аргумент для новых поставок ПВО, боеприпасов и финансирования. Зеленский уже говорит о подготовке к продолжению военных действий зимой. Переговоры идут одновременно с подготовкой к новому военному циклу.
В информационное поле уже выводят возможные пункты пакета: прекращение огня, территориальные решения, внеблоковый статус, ограничения ВСУ, выборы и конституционные изменения. Официального подтверждения этому перечню нет. Он работает как тестовая матрица. Участники процесса измеряют реакцию элит, общества и внешних партнеров до появления официального документа.
Донбасс остается центральным вопросом, но его одного недостаточно для сделки. Любое соглашение придется провести через украинское право, парламент, избирательную кампанию и общество, живущее в логике военных действий. Попытка закрепить его в ускоренном порядке оставит следующей украинской власти юридические основания пересмотреть обязательства. Долгая легализация, напротив, сохраняет конфликт в активной фазе.
Маршрут Уиткоффа и Кушнера показывает разрыв переговорных повесток. Москва обсуждает территориальные и военно-политические условия, а также экономические параметры. Киев концентрируется на ПВО, зимнем снабжении и гарантиях безопасности. США пытаются соединить эти позиции в одном документе. Пока совпадений мало.
Следующий раунд потребует от Вашингтона выбора. США могут ограничиться передачей предложений между столицами. Либо им придется вложить в будущую сделку политический капитал, ресурсы для Украины, переговоры об экономических ограничениях для России и обязательства перед Европой. Без этого встреча в Москве и поездка в Киев останутся очередным обменом позиций.
Подпишись на Башни
Логистика визита добавила переговорам наглядный политический контекст. В Москву делегация прилетела государственным бортом ВВС США. До Киева Уиткофф и Кушнер добрались через польский Жешув и железнодорожный коридор. Украинское небо остается закрытым даже для посланников Трампа. Этот маршрут показывает цену военных действий: инфраструктура, логистика и безопасность страны требуют постоянной внешней поддержки.
Вашингтон собирает позиции сторон по частям. В Кремле американцы обсуждали российские требования. В Киеве они сверяли их с украинскими условиями. Затем в процесс придется включать европейские столицы, поскольку они финансируют значительную часть украинской устойчивости и будут участвовать в гарантиях безопасности. Уиткофф и Кушнер передают предложения и одновременно определяют пределы уступок Москвы, Киева и Брюсселя.
Участие Кушнера указывает на экономическую часть будущего торга. Для России переговоры могут включать режим санкций, инвестиции и доступ к рынкам после политического соглашения. Для Украины на первом месте остаются восстановление, бюджетная поддержка, ПВО и гарантии безопасности. Москва оценивает пакет через закрепление военно-политических условий. Киев исходит из того, сможет ли страна сохранить оборону после паузы в боевых действиях.
Белый дом стремится к результату до зимы. После начала отопительного сезона растут риски для украинской энергетики, бюджета и систем жизнеобеспечения. Одновременно Киев получает сильный аргумент для новых поставок ПВО, боеприпасов и финансирования. Зеленский уже говорит о подготовке к продолжению военных действий зимой. Переговоры идут одновременно с подготовкой к новому военному циклу.
В информационное поле уже выводят возможные пункты пакета: прекращение огня, территориальные решения, внеблоковый статус, ограничения ВСУ, выборы и конституционные изменения. Официального подтверждения этому перечню нет. Он работает как тестовая матрица. Участники процесса измеряют реакцию элит, общества и внешних партнеров до появления официального документа.
Донбасс остается центральным вопросом, но его одного недостаточно для сделки. Любое соглашение придется провести через украинское право, парламент, избирательную кампанию и общество, живущее в логике военных действий. Попытка закрепить его в ускоренном порядке оставит следующей украинской власти юридические основания пересмотреть обязательства. Долгая легализация, напротив, сохраняет конфликт в активной фазе.
Маршрут Уиткоффа и Кушнера показывает разрыв переговорных повесток. Москва обсуждает территориальные и военно-политические условия, а также экономические параметры. Киев концентрируется на ПВО, зимнем снабжении и гарантиях безопасности. США пытаются соединить эти позиции в одном документе. Пока совпадений мало.
Следующий раунд потребует от Вашингтона выбора. США могут ограничиться передачей предложений между столицами. Либо им придется вложить в будущую сделку политический капитал, ресурсы для Украины, переговоры об экономических ограничениях для России и обязательства перед Европой. Без этого встреча в Москве и поездка в Киев останутся очередным обменом позиций.
Подпишись на Башни
В «Бойлерной» показали письмо первого зампреда комитета по экономике Госдумы Николая Арефьева к премьер-министру Михаилу Мишустину, в котором депутат приводит пугающую оценку результатов денежно-кредитной политики Банка России: замедление темпов экономического роста в девять раз при практически нулевом выхлопе.
Госдума в свои последние дни в текущем составе уже отчаялась донести свои мысли до Банка России. Критика жёсткой ДКП уже не раз звучала из уст народных избранников. Сам председатель Госдумы Вячеслав Володин во время годового отчёта ЦБ перед парламентом заявил:
«Вопрос от подавляющего большинства депутатов Государственной Думы: решая задачу снижения инфляции до 4 %, может так получиться, что от этого проиграет экономика, которая сейчас уже не развивается теми темпами, как ранее, именно из‑за высокой ключевой ставки. Может быть, неплохо будет, если 6 % – инфляция, но ставка опустится до 10 % и задачу, возможно, именно так перед собой поставить».
Но с весны ничего не поменялось – Банк России гнёт свою линию. Вопрос «Может, хватит душить экономику рисованными цифрами?» повис в воздухе и зазвучал снова после выступления зампреда ЦБ Алексея Заботкина. Регулятор уже мастерски научился игнорировать любые замечания примерно так же, как Набиуллина – заседания правительства, которые ей настоятельно рекомендовал почаще посещать Президент.
Рассинхронизация исполнительной ветви власти и ЦБ, который уже давно вышел по своим полномочиям за границы понятия «регулятор», оказалась губительной для реальной экономики. Стагнация ВВП при приближении становится «отрицательным ростом» в ряде отраслей промышленности, а проценты по кредитам (25-30% для бизнеса) превышают рентабельность большинства проектов.
Реальная ситуация в бизнесе сильно расходится с официальной оценкой: мнимая макроэкономическая стабильность в отчётах никак не вяжется с растущими рисками, которые видят экономические акторы – и снижают деловую и, что важнее, инвестиционную активность. Доверие к звучащим сверху тезисам падает, а вслед за ним падает и экономика: так будет работать «спираль снижения рисков» в текущем сценарии.
Сегодня ситуация требует разворота к синхронизации ЦБ и Правительства – и принятия решений в общем поле во благо экономики, а не цифр в отчётах (которые всё равно не бьются). Вероятно, стоит прислушаться к идеям народных избранников, чьи компетенции и познания выходят за пределы стерильного кабинета.
Подпишись на Башни
Госдума в свои последние дни в текущем составе уже отчаялась донести свои мысли до Банка России. Критика жёсткой ДКП уже не раз звучала из уст народных избранников. Сам председатель Госдумы Вячеслав Володин во время годового отчёта ЦБ перед парламентом заявил:
«Вопрос от подавляющего большинства депутатов Государственной Думы: решая задачу снижения инфляции до 4 %, может так получиться, что от этого проиграет экономика, которая сейчас уже не развивается теми темпами, как ранее, именно из‑за высокой ключевой ставки. Может быть, неплохо будет, если 6 % – инфляция, но ставка опустится до 10 % и задачу, возможно, именно так перед собой поставить».
Но с весны ничего не поменялось – Банк России гнёт свою линию. Вопрос «Может, хватит душить экономику рисованными цифрами?» повис в воздухе и зазвучал снова после выступления зампреда ЦБ Алексея Заботкина. Регулятор уже мастерски научился игнорировать любые замечания примерно так же, как Набиуллина – заседания правительства, которые ей настоятельно рекомендовал почаще посещать Президент.
Рассинхронизация исполнительной ветви власти и ЦБ, который уже давно вышел по своим полномочиям за границы понятия «регулятор», оказалась губительной для реальной экономики. Стагнация ВВП при приближении становится «отрицательным ростом» в ряде отраслей промышленности, а проценты по кредитам (25-30% для бизнеса) превышают рентабельность большинства проектов.
Реальная ситуация в бизнесе сильно расходится с официальной оценкой: мнимая макроэкономическая стабильность в отчётах никак не вяжется с растущими рисками, которые видят экономические акторы – и снижают деловую и, что важнее, инвестиционную активность. Доверие к звучащим сверху тезисам падает, а вслед за ним падает и экономика: так будет работать «спираль снижения рисков» в текущем сценарии.
Сегодня ситуация требует разворота к синхронизации ЦБ и Правительства – и принятия решений в общем поле во благо экономики, а не цифр в отчётах (которые всё равно не бьются). Вероятно, стоит прислушаться к идеям народных избранников, чьи компетенции и познания выходят за пределы стерильного кабинета.
Подпишись на Башни
В России еще одну партию могут снять с выборов в Государственную думу.
Речь об ЛДПР. Наследников Жириновского обвинили в иностранном финансировании. Доказательств пока не представлено. По информации кремлевского политтехнолога Минченко есть материалы финансирования партии от азербайджанской общины. Центризбирком пока ничего не комментирует.
По словам источников, Минченко может быть причастен к подготовке к снятию ЛДПР. Политтехнолог и его жена Стулова долгие годы работают на «Новых людей», напрямую заинтересованы в снятии партии. Ранее сняли партию «Яблоко» для обеспечения перетоков либеральных голосов, но этого не случилось. Сам лидер «Яблока» Рыбаков назвал «Новых людей» самой лицемерной партией, чем отбил желание у своего электората голосовать за новолюдов.
Рейтинг «Новых людей» по последним замерам рухнул ниже 5-ти процентов. Скорее всего Минченко решил пойти по уже понятному пути в надежде, что электорат ЛДПР может клюнуть на «Новых людей».
Азербайджанская община, как инструмент, выбрана очень изощренно. Мол, самая русская партия получает деньги из-за границы. По мнению политтехнолога это должно было отвернуть традиционное ядро от ЛДПР. Но попытки не увенчались успехом, поэтому сейчас пытаются продвинуть судебный иск. Ставки задрали самые высокие.
Тем не менее, вокруг ЛДПР сплотились организации, поддерживающие жесткие антимигрантские меры. А сами предложения нашли широкую поддержку людей. Если политтехнологам удастся добиться снятия ЛДПР, то у избирателя, выступающего против мигрантов, не останется своего представителя в Государственной думе.
Подпишись на Башни
Речь об ЛДПР. Наследников Жириновского обвинили в иностранном финансировании. Доказательств пока не представлено. По информации кремлевского политтехнолога Минченко есть материалы финансирования партии от азербайджанской общины. Центризбирком пока ничего не комментирует.
По словам источников, Минченко может быть причастен к подготовке к снятию ЛДПР. Политтехнолог и его жена Стулова долгие годы работают на «Новых людей», напрямую заинтересованы в снятии партии. Ранее сняли партию «Яблоко» для обеспечения перетоков либеральных голосов, но этого не случилось. Сам лидер «Яблока» Рыбаков назвал «Новых людей» самой лицемерной партией, чем отбил желание у своего электората голосовать за новолюдов.
Рейтинг «Новых людей» по последним замерам рухнул ниже 5-ти процентов. Скорее всего Минченко решил пойти по уже понятному пути в надежде, что электорат ЛДПР может клюнуть на «Новых людей».
Азербайджанская община, как инструмент, выбрана очень изощренно. Мол, самая русская партия получает деньги из-за границы. По мнению политтехнолога это должно было отвернуть традиционное ядро от ЛДПР. Но попытки не увенчались успехом, поэтому сейчас пытаются продвинуть судебный иск. Ставки задрали самые высокие.
Тем не менее, вокруг ЛДПР сплотились организации, поддерживающие жесткие антимигрантские меры. А сами предложения нашли широкую поддержку людей. Если политтехнологам удастся добиться снятия ЛДПР, то у избирателя, выступающего против мигрантов, не останется своего представителя в Государственной думе.
Подпишись на Башни
Путин и Трамп поговорили по телефону после поездки Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера в Москву и Киев. Формально стороны оценили миссию «со знаком плюс», но ее публичный итог пока один: прямой канал между Москвой и Вашингтоном сохранен, а согласованной формулы урегулирования нет.
Вашингтон увязывает скорое завершение конфликта с перспективой восстановления российско-американских отношений. Москва готова обсуждать возобновление контактов, включая трехсторонний формат, но не представила признаков пересмотра своих базовых условий. Поэтому нынешняя дипломатия – не торг о финальной сделке, а сверка пределов возможного.
Наиболее реалистичным промежуточным сюжетом выглядит зимняя деэскалация. США изучают возможные шаги в этом направлении, а Киев публично обозначил энергетику и экспортную инфраструктуру как темы для обсуждения. Такой пакет мог бы ограничить ущерб инфраструктуре и снизить риски для зерновой логистики, но не затрагивает главные узлы конфликта: территории, гарантии безопасности и санкционный режим.
Сам разговор Путина и Трампа важен прежде всего как подтверждение работоспособности канала после миссии Уиткоффа и Кушнера. Ни Москва, ни Вашингтон не назвали сроков трехсторонней встречи, площадки или дорожной карты. Это означает, что стороны продолжают обмениваться предложениями, но пока не нашли формулу, готовую для публичного оформления.
Неопределенность касается не только содержания сделки, но и того, кто будет вести американский трек. Financial Times сообщила о возможном усилении роли главы ЦРУ Джона Рэтклиффа, однако Белый дом и ЦРУ это опровергли, подтвердив доверие Уиткоффу и Кушнеру. Сам эпизод показывает слабое место нынешнего подхода: разовые визиты не заменяют постоянную переговорную инфраструктуру, способную свести в один пакет военные, санкционные и экономические вопросы.
Для Москвы пауза без разрыва выгодна: она сохраняет прямой контакт с Трампом и не требует менять публично заявленные условия. Трампу нужен хотя бы ограниченный результат, который можно представить внутри США как управляемую деэскалацию.
Проверка наступит до зимы. Если появятся взаимные ограничения на удары по энергетике или экспортной инфраструктуре, переговоры перейдут от деклараций к частичному управлению конфликтом. Если нет, нынешний звонок останется подтверждением того, что Москва и Вашингтон сохраняют связь, но не согласовали компромисс.
Подпишись на Башни
Вашингтон увязывает скорое завершение конфликта с перспективой восстановления российско-американских отношений. Москва готова обсуждать возобновление контактов, включая трехсторонний формат, но не представила признаков пересмотра своих базовых условий. Поэтому нынешняя дипломатия – не торг о финальной сделке, а сверка пределов возможного.
Наиболее реалистичным промежуточным сюжетом выглядит зимняя деэскалация. США изучают возможные шаги в этом направлении, а Киев публично обозначил энергетику и экспортную инфраструктуру как темы для обсуждения. Такой пакет мог бы ограничить ущерб инфраструктуре и снизить риски для зерновой логистики, но не затрагивает главные узлы конфликта: территории, гарантии безопасности и санкционный режим.
Сам разговор Путина и Трампа важен прежде всего как подтверждение работоспособности канала после миссии Уиткоффа и Кушнера. Ни Москва, ни Вашингтон не назвали сроков трехсторонней встречи, площадки или дорожной карты. Это означает, что стороны продолжают обмениваться предложениями, но пока не нашли формулу, готовую для публичного оформления.
Неопределенность касается не только содержания сделки, но и того, кто будет вести американский трек. Financial Times сообщила о возможном усилении роли главы ЦРУ Джона Рэтклиффа, однако Белый дом и ЦРУ это опровергли, подтвердив доверие Уиткоффу и Кушнеру. Сам эпизод показывает слабое место нынешнего подхода: разовые визиты не заменяют постоянную переговорную инфраструктуру, способную свести в один пакет военные, санкционные и экономические вопросы.
Для Москвы пауза без разрыва выгодна: она сохраняет прямой контакт с Трампом и не требует менять публично заявленные условия. Трампу нужен хотя бы ограниченный результат, который можно представить внутри США как управляемую деэскалацию.
Проверка наступит до зимы. Если появятся взаимные ограничения на удары по энергетике или экспортной инфраструктуре, переговоры перейдут от деклараций к частичному управлению конфликтом. Если нет, нынешний звонок останется подтверждением того, что Москва и Вашингтон сохраняют связь, но не согласовали компромисс.
Подпишись на Башни
Президент Сербии Александр Вучич объявил, что 27 сентября подаст в отставку. Затем он поведет Сербскую прогрессивную партию на досрочные парламентские выборы 25 октября и будет претендовать на пост премьера. Это не уход из политики, а попытка перенести центр власти из президентского кабинета в правительство.
Сербская конституционная модель разводит эти роли. Глава государства задает общий курс, премьер контролирует бюджет, министерства, парламентское большинство и госкомпании. Переход в правительство нужен Вучичу не ради смены должности. Он пытается получить прямой контроль над повесткой в момент, когда протестный кризис перестал быть только уличной проблемой и стал вопросом о будущем всей системы.
Этот кризис начался после трагедии в Нови-Саде. В ноябре 2024 года при обрушении навеса на вокзале погибли 16 человек. Для студентов и городской оппозиции катастрофа стала символом коррупции и закрытости власти. Требования расследования постепенно переросли в требование досрочных выборов. Вучич принял этот вызов в момент, который считает для себя выгодным.
Отставка позволяет ему вести кампанию как лидеру партии, а не как главе государства. Он сможет ездить по регионам и разговаривать с избирателями без официального протокола. Формально это снижает претензии к использованию президентского ресурса. На деле схема возвращает Вучича к его сильной стороне – персональной кампании и прямой мобилизации сторонников.
Главная слабость оппозиции – не нехватка сторонников, а неспособность превратить общественное недовольство в голоса. Студенческое движение только входит в избирательную кампанию, а его отношения с проевропейскими партиями, националистами и локальными лидерами пока не дали общего центра. В этой конфигурации власть может проигрывать настроение крупных городов, но удержать парламентское большинство за счет раздробленного соперника.
Внешняя линия не изменится автоматически. Сербское руководство продолжит балансировать между экономическими связями с ЕС, политическим и энергетическим каналом с Россией, инвестициями из Китая и торгом вокруг Косово. Но премьерский пост потребует не заявлений, а решений по тарифам, бюджету, инфраструктурным контрактам и социальной стабильности.
До 25 октября важнее смотреть не на рейтинги, а на способность противников власти собрать единый список и назвать людей, готовых взять ответственность за кабинет. Вучич предлагает знакомую систему в новой юридической форме. Его оппоненты предлагают смену системы, но пока не объяснили, кто и по каким правилам будет руководить Сербией после выборов.
Подпишись на Башни
Сербская конституционная модель разводит эти роли. Глава государства задает общий курс, премьер контролирует бюджет, министерства, парламентское большинство и госкомпании. Переход в правительство нужен Вучичу не ради смены должности. Он пытается получить прямой контроль над повесткой в момент, когда протестный кризис перестал быть только уличной проблемой и стал вопросом о будущем всей системы.
Этот кризис начался после трагедии в Нови-Саде. В ноябре 2024 года при обрушении навеса на вокзале погибли 16 человек. Для студентов и городской оппозиции катастрофа стала символом коррупции и закрытости власти. Требования расследования постепенно переросли в требование досрочных выборов. Вучич принял этот вызов в момент, который считает для себя выгодным.
Отставка позволяет ему вести кампанию как лидеру партии, а не как главе государства. Он сможет ездить по регионам и разговаривать с избирателями без официального протокола. Формально это снижает претензии к использованию президентского ресурса. На деле схема возвращает Вучича к его сильной стороне – персональной кампании и прямой мобилизации сторонников.
Главная слабость оппозиции – не нехватка сторонников, а неспособность превратить общественное недовольство в голоса. Студенческое движение только входит в избирательную кампанию, а его отношения с проевропейскими партиями, националистами и локальными лидерами пока не дали общего центра. В этой конфигурации власть может проигрывать настроение крупных городов, но удержать парламентское большинство за счет раздробленного соперника.
Внешняя линия не изменится автоматически. Сербское руководство продолжит балансировать между экономическими связями с ЕС, политическим и энергетическим каналом с Россией, инвестициями из Китая и торгом вокруг Косово. Но премьерский пост потребует не заявлений, а решений по тарифам, бюджету, инфраструктурным контрактам и социальной стабильности.
До 25 октября важнее смотреть не на рейтинги, а на способность противников власти собрать единый список и назвать людей, готовых взять ответственность за кабинет. Вучич предлагает знакомую систему в новой юридической форме. Его оппоненты предлагают смену системы, но пока не объяснили, кто и по каким правилам будет руководить Сербией после выборов.
Подпишись на Башни
Forwarded from Гуляев | Курск
Только недавно обратил внимание на агитацию на баннерах и других агитационных материалах партии "Новые люди". Они используют логотип этих выборов, принадлежащий ЦИК РФ, хотя этого делать нельзя.
1. Логотип принадлежит ЦИК, и его использование строго регламентировано. Согласно Положению о геральдической символике ЦИК России, все права на использование символики ЦИК и производных от неё принадлежат Центризбиркому, который «имеет исключительное право регламентировать порядок использования своей символики нижестоящими комиссиями и третьими лицами». Логотип ЕДГ — это информационно-разъяснительный символ, а не агитационный.
2. Элла Памфилова, председатель ЦИК РФ, прямо запретила использовать символ ЦИК в агитации. Элла Памфилова неоднократно подчёркивала: «Информационные материалы ЦИК России были разработаны исключительно с целью информирования и разъяснения. И недопустимо, чтобы дизайнерские элементы этих материалов, включая логотип, использовались третьими лицами в агитации».
3. Использование чужой символики в агитации — основание для отмены регистрации. Пункт 1.1 статьи 56 Федерального закона № 67-ФЗ запрещает агитацию, нарушающую законодательство об интеллектуальной собственности.
При этом, агитация с использованием логотипа избиркома велась несколько месяцев на протяжении всей предвыборной кампании.
Напомню, в судебной практике есть случаи отмены регистрации кандидатов за использование чужого логотипа в агитационных материалах — например, на этих выборах так случилось в Свердловской области, кстати, по инициативе кандидата от «Новых людей». Поэтому, в партии знали, что нарушают закон и намеренно шли на это.
Избирком Курской области не мог не знать об этом запрете и всё равно разрешил использование данной агитации. Поэтому сейчас я обратился в региональный избирком с просьбой провести работу над ошибками: прекратить всё использование агитматериалов партии «Новые люди» с логотипом избиркома и в соответствии с законом и его современной трактовкой подать в суд на отмену регистрации партии «Новые люди».
А вот един ли закон для всех, мы с вами увидим еще до конца недели.
1. Логотип принадлежит ЦИК, и его использование строго регламентировано. Согласно Положению о геральдической символике ЦИК России, все права на использование символики ЦИК и производных от неё принадлежат Центризбиркому, который «имеет исключительное право регламентировать порядок использования своей символики нижестоящими комиссиями и третьими лицами». Логотип ЕДГ — это информационно-разъяснительный символ, а не агитационный.
2. Элла Памфилова, председатель ЦИК РФ, прямо запретила использовать символ ЦИК в агитации. Элла Памфилова неоднократно подчёркивала: «Информационные материалы ЦИК России были разработаны исключительно с целью информирования и разъяснения. И недопустимо, чтобы дизайнерские элементы этих материалов, включая логотип, использовались третьими лицами в агитации».
3. Использование чужой символики в агитации — основание для отмены регистрации. Пункт 1.1 статьи 56 Федерального закона № 67-ФЗ запрещает агитацию, нарушающую законодательство об интеллектуальной собственности.
При этом, агитация с использованием логотипа избиркома велась несколько месяцев на протяжении всей предвыборной кампании.
Напомню, в судебной практике есть случаи отмены регистрации кандидатов за использование чужого логотипа в агитационных материалах — например, на этих выборах так случилось в Свердловской области, кстати, по инициативе кандидата от «Новых людей». Поэтому, в партии знали, что нарушают закон и намеренно шли на это.
Избирком Курской области не мог не знать об этом запрете и всё равно разрешил использование данной агитации. Поэтому сейчас я обратился в региональный избирком с просьбой провести работу над ошибками: прекратить всё использование агитматериалов партии «Новые люди» с логотипом избиркома и в соответствии с законом и его современной трактовкой подать в суд на отмену регистрации партии «Новые люди».
А вот един ли закон для всех, мы с вами увидим еще до конца недели.
В истории с внезапно появившимся в публичной повестке письмом владельца Forbes Russia Магомеда Мусаева бывшему главе Дагестана Рамазану Абдулатипову (по совместительству – тесть Мусаева) есть один важный момент, на который пока почти не обратили внимания.
Документ появляется в дагестанском информационном поле спустя больше десяти лет. Его начинают разбирать региональные и федеральные каналы (тем более, что фактура там для детального изучения насыщенная); пишут, что в свое время письмо дошло не только до самого Абдулатипова, но и до Администрации президента.
А в этот же день, 15 сентября, в Дагестан приезжает Валентина Матвиенко. Не рядовой федеральный чиновник, а глава Совфеда. Проводит рабочую встречу с врио главы республики Фёдором Щукиным, обсуждает экономику, молодежь, взаимодействие с федеральными органами и – что особенно любопытно в контексте письма Мусаева – говорит о кредите общественного доверия, который руководителю региона необходимо оправдывать каждый день своей работой.
Конечно, рабочий визит председателя Совета Федерации готовится заранее, и утверждать, что между двумя событиями существует прямая связь, оснований нет. Но совпадение получилось почти литературным.
Потому что письмо Мусаева двенадцатилетней давности в сущности ровно об этом же. Федеральный центр дает региональному руководителю огромный аванс доверия, но этот аванс ничего не гарантирует. Его можно либо превратить в работающие институты, сильные кадры, частные инвестиции и развитие региона, либо растратить на кумовство, слабую кадровую политику и замыкание власти на ближнем круге.
Есть и второй пласт. Мусаев еще тогда писал о необходимости перестать воспринимать Дагестан как территорию вечной бюджетной зависимости. Его модель – сильный федеральный центр, сильный субъект внутри него, частная инициатива, возвращение капитала и элит к развитию собственной республики, социальные лифты вместо клановости. В геополитике он исходил из того, что противостояние России с Западом становится долгосрочным, а Кавказ в этой конструкции приобретает особое значение.
Прошло больше десяти лет – и значительная часть поставленных тогда вопросов никуда не исчезла. Поэтому самое интересное сейчас даже не то, кто именно вытащил старый документ из архива. Гораздо интереснее, почему его вытащили именно сейчас.
Трудно представить, что письмо, которое несколько дней обсуждают так активно, не попало в поле зрения людей, отвечающих за региональную повестку в Москве. Но что именно они в нем увидели – вопрос, на который публичного ответа нет. По крайней мере – пока.
Одно можно сказать точно: спустя двенадцать лет текст и смыслы, которые в него заложил Мусаев, выглядят не столько архивным документом, сколько довольно точным описанием и предсказанием процессов, которые тогда только зарождались.
Подпишись на Башни
Документ появляется в дагестанском информационном поле спустя больше десяти лет. Его начинают разбирать региональные и федеральные каналы (тем более, что фактура там для детального изучения насыщенная); пишут, что в свое время письмо дошло не только до самого Абдулатипова, но и до Администрации президента.
А в этот же день, 15 сентября, в Дагестан приезжает Валентина Матвиенко. Не рядовой федеральный чиновник, а глава Совфеда. Проводит рабочую встречу с врио главы республики Фёдором Щукиным, обсуждает экономику, молодежь, взаимодействие с федеральными органами и – что особенно любопытно в контексте письма Мусаева – говорит о кредите общественного доверия, который руководителю региона необходимо оправдывать каждый день своей работой.
Конечно, рабочий визит председателя Совета Федерации готовится заранее, и утверждать, что между двумя событиями существует прямая связь, оснований нет. Но совпадение получилось почти литературным.
Потому что письмо Мусаева двенадцатилетней давности в сущности ровно об этом же. Федеральный центр дает региональному руководителю огромный аванс доверия, но этот аванс ничего не гарантирует. Его можно либо превратить в работающие институты, сильные кадры, частные инвестиции и развитие региона, либо растратить на кумовство, слабую кадровую политику и замыкание власти на ближнем круге.
Есть и второй пласт. Мусаев еще тогда писал о необходимости перестать воспринимать Дагестан как территорию вечной бюджетной зависимости. Его модель – сильный федеральный центр, сильный субъект внутри него, частная инициатива, возвращение капитала и элит к развитию собственной республики, социальные лифты вместо клановости. В геополитике он исходил из того, что противостояние России с Западом становится долгосрочным, а Кавказ в этой конструкции приобретает особое значение.
Прошло больше десяти лет – и значительная часть поставленных тогда вопросов никуда не исчезла. Поэтому самое интересное сейчас даже не то, кто именно вытащил старый документ из архива. Гораздо интереснее, почему его вытащили именно сейчас.
Трудно представить, что письмо, которое несколько дней обсуждают так активно, не попало в поле зрения людей, отвечающих за региональную повестку в Москве. Но что именно они в нем увидели – вопрос, на который публичного ответа нет. По крайней мере – пока.
Одно можно сказать точно: спустя двенадцать лет текст и смыслы, которые в него заложил Мусаев, выглядят не столько архивным документом, сколько довольно точным описанием и предсказанием процессов, которые тогда только зарождались.
Подпишись на Башни
Forwarded from Любимов.Zавтра
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
‼️ВАЖНО‼️
Я, Александр Любимов («Акела»), Руководитель Координационного Центра Помощи Новороссии официально информирую всех читающих эти строки, что принимаю участие в выборах в Государственную Думу России.
Я иду по федеральному списку Партии Прямой Демократии и являюсь первым номером региональной группы кандидатов от Партии по Санкт-Петербургу.
Как возникла Партия и как я в ней оказался? Партию создал в 2020 году Слава Макаров, старинный знакомый Андрея Морозова («Мурза»). И именно Мурз меня с ним тогда и познакомил. Я принял участие в создании Санкт-Петербургского отделения Партии. Важно упомянуть, что тогда же Московское отделение создал, возглавил и возглавлял до своей героической гибели Дмитрий Лысаковский («Гудвин»). Его история многим известна.
И сейчас в партии есть много хороших людей!
Согласно результатам жеребьевки, партия занимает четвертое (4) место в избирательном бюллетене, но после снятия «Яблока» четвертое место превратилось в третью строчку между ЛДПР и партией «Зеленых».
Зачем я принимаю участие в выборах от ПОКА малоизвестной Партии? Есть как минимум две основных причины.
1) Я всегда стараюсь говорить ПРАВДУ и о войне, и о том, что происходит вокруг войны. И сейчас я хочу продолжать это делать уже в официальном статусе кандидата в депутаты Государственной Думы.
2) Напомню, что в России надо жить долго!
В сентябре 21-го года во время прошлых думских выборов никаких волонтеров и добровольцев в избирательных списках не было. И в тот момент я, Мурз, Гудвин и многие другие люди казались странными фриками, зачем-то помогающими воюющему Донбассу.
В 2026 году я уже принимаю участие в этих выборах. И многие другие люди тоже принимают.
А на следующих выборах мы и наши идеи победим!
Программа Партии Прямой Демократии тут
Подписаться на мой канал|
Я, Александр Любимов («Акела»), Руководитель Координационного Центра Помощи Новороссии официально информирую всех читающих эти строки, что принимаю участие в выборах в Государственную Думу России.
Я иду по федеральному списку Партии Прямой Демократии и являюсь первым номером региональной группы кандидатов от Партии по Санкт-Петербургу.
Как возникла Партия и как я в ней оказался? Партию создал в 2020 году Слава Макаров, старинный знакомый Андрея Морозова («Мурза»). И именно Мурз меня с ним тогда и познакомил. Я принял участие в создании Санкт-Петербургского отделения Партии. Важно упомянуть, что тогда же Московское отделение создал, возглавил и возглавлял до своей героической гибели Дмитрий Лысаковский («Гудвин»). Его история многим известна.
И сейчас в партии есть много хороших людей!
Согласно результатам жеребьевки, партия занимает четвертое (4) место в избирательном бюллетене, но после снятия «Яблока» четвертое место превратилось в третью строчку между ЛДПР и партией «Зеленых».
Зачем я принимаю участие в выборах от ПОКА малоизвестной Партии? Есть как минимум две основных причины.
1) Я всегда стараюсь говорить ПРАВДУ и о войне, и о том, что происходит вокруг войны. И сейчас я хочу продолжать это делать уже в официальном статусе кандидата в депутаты Государственной Думы.
2) Напомню, что в России надо жить долго!
В сентябре 21-го года во время прошлых думских выборов никаких волонтеров и добровольцев в избирательных списках не было. И в тот момент я, Мурз, Гудвин и многие другие люди казались странными фриками, зачем-то помогающими воюющему Донбассу.
В 2026 году я уже принимаю участие в этих выборах. И многие другие люди тоже принимают.
А на следующих выборах мы и наши идеи победим!
Программа Партии Прямой Демократии тут
Подписаться на мой канал|
«Мы вместе 38 лет»: эксклюзивное интервью настоящей жены Айрата Шаймиева после скандала с Динарой Саляховой.
После скандала в Казани, когда некая «Миссис Мира» назвала себя женой совладельца ГК «ТАИФ» Айрата Шаймиева (74-ая строчка российского Forbes) реальная жена дала эксклюзивное интервью «Комсомолке». Выяснилось – многоженство в Татарстане никто не разрешал.
Подпишись на Башни
После скандала в Казани, когда некая «Миссис Мира» назвала себя женой совладельца ГК «ТАИФ» Айрата Шаймиева (74-ая строчка российского Forbes) реальная жена дала эксклюзивное интервью «Комсомолке». Выяснилось – многоженство в Татарстане никто не разрешал.
…Говорить о фамилии такого уровня можно только с уважением. Для меня фамилия Шаймиевых – это огромная ответственность и история, которой мы крайне дорожим. У нас есть свои незыблемые правила. Личная жизнь – это пространство, которое принадлежит только нам.
Подпишись на Башни