«Азербайджан польщен доверием, которое мировое сообщество оказало нам в проведении COP29. Но мы всего лишь одна страна, и мы не можем решить климатический кризис в одиночку. Мы стремимся вдохновить каждого участника и продемонстрировать, что возможно с приверженностью и решимостью, и мы никогда не недооцениваем ценность индивидуального вклада. Мы надеемся напомнить всем, что даже перед лицом такой огромной проблемы каждое действие имеет значение, потому что каждая доля градуса имеет значение».

«Сейчас настало время для всей вселенной заинтересованных сторон в области климата подписаться, высказаться и активизировать действия по борьбе с изменением климата. Если мы хотим достичь наших целей, нам нужно, чтобы каждый внес свой вклад. Это ваш шанс сыграть важную роль в COP29»

Три вопроса в контексте новой климатической цели.

Кто? Классический подход, который, наверное, должен соблюдаться и дальше: в Парижском соглашении прописано, что финансировать количественную цель должны развитые страны [дискуссии, в частности, идут вокруг того, следует ли включать в число доноров Китай – на этом настаивают западные страны, апеллируя к росту экономической мощи КНР. – прим. @esgworld].

Сколько? Поставленная ранее в 2009 году количественная цель в $100 млрд — нижний порог, а верхняя граница не определена. И это лишь небольшая часть от общей потребности в финансировании для перехода к net zero, оценки которой разнятся от $35 трлн до $200 трлн к 2050 году.

BloombergNEF, например, ориентируется на $7 трлн в год. С этой перспективы не такая уж большая разница, собрали $100 млрд или не собрали.

На каких условиях? Источники финансирования могут быть разными: государственные средства, смешанные финансы [blended finance], когда банки развития смешивают средства с частными финансами, полностью частное финансирование. Подавляющая часть предыдущей цели в $100 млрд была собрана при участии банков развития.

Должны ли в новой цели учитываться кредитные средства? Для развивающихся государств это критически важный вопрос, потому как сегодня базовые ставки по кредитам высоки: по доллару, например, выше 5% против ~1-2%, под которые раньше можно было брать у банков развития. И это при уже высокой долговой нагрузке развивающихся стран.

Помимо этого, $100 млрд без учёта дисконтирования когда-то было огромной величиной, сегодня, с учётом инфляции за 10 лет, сумма уже существенно скромнее.

По углеродным рынкам при всей критической важности вопроса, полагаю, диалог будет идти сложно. Но COP – не только про переговорный процесс, но и про параллельные треки, определяемые компаниями, НКО и другими профессионалами.

Один из таких треков в прошлом году касался переходного финансирования. С текущим инструментарием цель заменить одну, старую экономику на новую недостижима, а переходное финансирование как раз позволяет традиционным индустриям снизить влияние на климат и получить доступ к мировым финансовым потокам.

Газпромбанк активно взялся за эту тему на площадке БРИКС. В рамках диалога на Деловом совете БРИКС разработана концепция, определяющая основные параметры переходного финансирования. Собственно, идея родилась как раз из сторонних дискуссий [в рамках COP’ов]

Переговорный ландшафт будет формироваться с учётом правового контекста — роста числа климатических судебных исков. В первую очередь в США и странах ЕС. На Глобальный Юг приходится около 10% дел. В России практика скромная, но опыт всё же был, хотя хода эти дела пока не получили.

Ответчики — в большинстве случаев государства, когда НКО пытаются добиться пересмотра стратегий в части снижения выбросов. Около четверти исков поданы к бизнесу, в первую очередь добывающему, транспортному и авиационному.

Из примечательного — иски, связанные с перекрытием финансирования на проекты по ископаемому топливу. Расширяются требования к оценке воздействия на окружающую среду, куда включаются выбросы не только от добычи, но и сжигания углеводородов.

Есть риски для топ-менеджмента при инвестициях в проекты, влияющие на климат. В Польше рассматривается дело бывших руководителей энергогиганта Enea за решение инвестировать в угольную шахту, которая не была построена в связи с климатическими обязательствами