Обычно Пекин публикует цели и задачи на пятилетний срок, однако данный план использует меньший горизонт планирования, но с гораздо более конкретным количественными целями по энергосбережению и сокращению выбросов впервые для ряда наиболее 'грязных' секторов экономики.

Причина появления данного плана кроется в том, что Китай отстаёт от показателей снижения энергопотребления на период 14-й пятилетки, во многом из-за локдаунов и коронавируса. Пекин хочет ускорить процесс и постепенно перейти от более гибкой системы контроля за энергопотреблением к прямому ограничению выбросов CO₂.

Согласно плану, основные цели на 2024 и 2025 годы включают:

• В 2024 году снизить энергопотребление и выбросы CO₂ на единицу ВВП на 2,5% и 3,9% соответственно.

• В 2025 году довести долю потребления энергии из неископаемых источников до 20%.

• Сокращение за два года выбросов CO₂ примерно на 260 млн тонн.

Для достижения указанных целей план предполагает выполнение 27 задач по 10 секторам (основные идеи):

1️⃣ Ископаемые энергоресурсы – контроль за потреблением угля, его чистое использование

2️⃣ Неископаемые источники энергии – акцент на развитие крупных ветро- и солнечных электростанций и увеличение мощностей накопителей энергии

3️⃣ Сталелитейная промышленность – контроль за производственными мощностями и вторичной утилизацией лома

4️⃣ Химическая и нефтехимическая промышленность – развитие производства зеленого водорода, внедрение крупномасштабных и высокоэффективных компрессоров и современных газификаторов

5️⃣ Цветная металлургия – повышение доли переработанных металлов

6️⃣ Производство строительных материалов – повышение комплексной утилизации материалов

7️⃣ Строительный сектор – продвижение новых строительных материалов и быстровозводимых зданий

8️⃣ Транспортный сектор – развитие электротранспорта и повышение доли общественного городского транспорта

9️⃣ Общественный и государственный сектор – ужесточение контроля за потреблением энергии и обновление оборудования

🔟 Государственный сектор – обновление энергетически неэффективного оборудования.

Документ также чётко прописывает управляющие механизмы:

• Усиление ответственности за достижение целей по энергосбережению и сокращению выбросов

• Ужесточение контроля при оценке инвестиционных проектов

• Усиление мониторинга и диагностики ключевых потребителей энергии

• Повышение точности статистического учета энергопотребления и выбросов углерода.

Таким образом, компании и чиновники в указанных отраслях будут испытывать большее давление для улучшения энергосбережения и сокращения выбросов.

План — логичное продолжение тренда на ужесточение регуляторных требований в области зелёного развития Китая, и в ближайшее время таких дорожных карт будет больше

Да, на наш взгляд, это важный сигнал, указывающий на то, что деятельность инвесторов-активистов, требующих от компаний более амбициозных климатических целей, оказывается неэффективной.

В случае Shell 78% акционеров поддержали обновление климатической стратегии Shell (то есть смягчение целей), при этом лишь 18,6% проголосовали за климатическую резолюцию, предложенную группой Follow This, которая, напротив, выступала за ускорение декарбонизации.

Shell продолжает ориентироваться на снижение абсолютных выбросов на 50% к 2030 году и достижение net zero к 2050 году. При этом цель снижения интенсивности выбросов к 2030 году понижена с 20% до 15-20% (базовый год – 2016), а заявленная ранее среднесрочная цель (снижение удельных выбросов на 45% к 2035 году) полностью исключена из обновлённой стратегии.

Компания объясняет это сменой общекорпоративной стратегии, в частности смещением фокуса с поставок электроэнергии розничным потребителям на поставки коммерческим потребителям.

Несмотря на заверения компании, создается впечатление, что крупнейшие игроки самого углеродоёмкого сектора не имеют чёткого видения безуглеродного будущего и не готовы ставить промежуточные цели.

Это становится особенно очевидно на фоне заявлений главы Shell о намерении уменьшить бюджет своего ветроэнергетического подразделения и сократить штат сотрудников дочерней компании, производящей морские ветряные установки.

Кроме того, сопротивление нефтегазовых компаний климатическим активистам становится более активным. В качестве примера можно привести кейс фонда Arjuna Capital, акционера ExxonMobil, подавшего резолюцию для ужесточения климатической политики компании.

Резолюция не получила поддержки большинства акционеров, а ExxonMobil подала иск против Arjuna, обвинив группу в намеренном сборе пакета акций для манипулирования мнением акционеров.

Подобные судебные иски могут использоваться для ослабления голосов экологически ответственных инвесторов. Если крупные нефтегазовые компании возьмут на вооружение стратегию ExxonMobil, климатический активизм может стать существенно более рискованной деятельностью.

Следует учитывать, что без перестройки нефтегазового бизнеса достижение климатических целей не представляется возможным. Новый обзор BloombergNEF New Energy Outlook 2024 показывает, что даже для удержания потепления на уровне 2,6° 70% электроэнергии к 2050 году должно производиться из ВИЭ, и значительную долю в невозобновляемых источниках должны занять АЭС.

Реализация сценария net zero возможна только при производстве 81% энергии из ВИЭ, при этом эксперты исходят из того, что глобальное потепление удастся удержать в пределах 1,75°. То есть цель в 1,5° уже сейчас является нереалистичной.

Важно отметить, что более подробное изучение изменения климата может дать нам новые данные относительно скорости повышения глобальных температур.

Например, недавно в журнале Nature Climate Change было опубликовано исследование океанологов, изучавших древние морские губки. В ходе исследования ученые пришли к выводу, что средние температуры на Земле уже выросли на 1,7° с середины 1860-х, что заметно выше текущих оценок экспертов ООН.

Если выводы подобных исследований будут приняты мировым сообществом, может потребоваться корректировка как международных климатических целей, так и прогнозов по их достижимости

Последствия глобального потепления для стран Азии уже являются крайне серьезными. Согласно докладу Экономической и социальной комиссии для Азии и Тихого океана ООН:

"С 1970 г. на этот регион приходится 57 % от общего числа погибших в результате стихийных бедствий и 87 % населения планеты, пострадавшего от опасных природных явлений.

С 1970 по 2020 гг. от стихийных бедствий в Азиатско-Тихоокеанском регионе пострадали порядка 6,9 млрд чел. и погибли более 2 млн чел.

По мере дальнейшего роста температуры регион будет подвергаться очень серьёзному воздействию из-за повышения уровня моря и экстремальных погодных явлений, связанных с изменением климата".

Температура окружающей среды в Азии растет в два раза быстрее, чем в среднем по миру, что коррелирует с увеличением частоты и серьёзности стихийных бедствий, связанных с погодой.

Мировые расходы на энергетический переход в 2023 г. составили порядка $1,77 трлн, в т.ч. 41% ($735 млрд) - Китай ($675 млрд), Япония и Индия. Для сравнения, сумма в 2022 г. составила $1,11 трлн, т.е. за год произошло увеличение совокупных расходов на 60%.

Согласно данным EDGA, объём выбросов CO₂ в целом в атмосферу в 2020 г. составил порядка 35,961 млрд т, а в 2021 г. - уже 37,858 млрд т. По совокупным итогам выбросы шесть стран Азии (Китай, Индия, Япония, Республика Корея, Индонезия и Иран) составляют порядка 48% (или 18,12 млрд т) всех выбросов CO₂ в атмосферу.

А вот пример конкретных действий Китая и Индии как основных "загрязнителей" в мире.

🔺 Ранее Китай установил цель — довести установленную мощность ВЭС и СЭС до 1200 ГВт к 2030 г. Однако уже на начало 2024 г. совокупная мощность составляла 1050 ГВт. Китай почти наверняка достигнет указанной цели уже в текущем году, т.е. на 6 лет раньше запланированного срока.

🔺 "Программа восходящего солнца" от премьер-министра Индии. Технический потенциал кровельной мощности для солнечных панелей в стране был оценен в 637 ГВт. В рамках программы 10 млн домов будут оснащены СЭС, а совокупная установленная мощность составит 40 ГВт уже в 2026 г.

Для понимания масштабов роста установленной мощности ВИЭ в Азии, назову только одну цифру. В России совокупная установленная мощность всех электростанций сейчас составляет порядка 248 ГВт.

До 2022 г. огромное внимание во всём мире было приковано к процессам декарбонизации в Европе. Еще в 2019 г. была осуществлена крупнейшая в истории ЕС коррекция экономического курса, так называемая "Зелёная сделка".

Введение трансграничного углеродного регулирования, а также принятие "Водородной стратегии для климатически нейтрального ЕС" с инвестициями порядка €470 млрд обсуждались на множестве площадок в интернете.

В 2022 г. российский бизнес переключился на преимущественно азиатские и иные неевропейские рынки, и тема декарбонизации из "общей" сети практически исчезла [нишевые ресурсы из ESG-сообщества не в счёт. - прим. @esgworld].

И именно это создаёт стратегическую угрозу для российского бизнеса в том, что может неожиданно "встретиться для него" через некоторое время на азиатских рынках

Интересно проследить последовательность событий, которые при этом продолжают развиваться.

Первое заявление о намерении SBTi изменить свои взгляды на использование углеродных кредитов появилось на сайте организации 9 апреля 2024 года.

Далее последовала статья в Guardian от 11 апреля, повествующая о том, что сотрудники SBTi призвали генерального директора и членов правления организации уйти в отставку в связи с новыми планами руководства, обозначенными в вышеуказанном заявлении.

19 апреля, спустя 10 дней после выхода первого заявления, на сайте организации появилось дополнительное пояснение, в котором было указано, что SBTi продолжит изучение роли, которую углеродные кредиты могут сыграть в смягчении последствий изменения климата.

Совет директоров SBTi также обозначил приверженность консультациям со всеми заинтересованными сторонами в процессе обновления своего ключевого стандарта Corporate Net-Zero Standard.

После выхода дополнительного пояснения со стороны SBTi некоторые эксперты выразили надежду, что подходы организации не будут столь спешно и кардинально пересмотрены без широкого обсуждения и более глубокого погружения в суть вопроса. В частности, такой вывод можно сделать, например, из сообщения на сайте Carbon Trust.

Следует отметить, что на сайте SBTi продолжают появляться комментарии на указанную тему. Наиболее свежий комментарий опубликован 29 мая в ответ на статью в Bloomberg, посвящённую "скандалу с охватом 3".

В комментарии ещё раз подчеркивается, что никакие стандарты организации к текущему моменту не изменились.

"Предварительный взгляд на эволюцию концептуальных основ постановки целей в области охвата 3" SBTi намерена опубликовать в июле. Также ожидается, что публичные консультации по обновлению стандарта Corporate Net-Zero Standard будут проходить вплоть до конца 2024 года.

Судя по последним комментариям SBTi, подходы организации пока не изменились и всё ещё являются предметом обсуждений.

Вместе с тем вопрос об использовании углеродных кредитов для компенсации выбросов охвата 3 остаётся открытым и, благодаря "шуму" вокруг заявлений SBTi, получил дополнительный импульс.

Можно предположить, что намерения изменить текущие подходы продиктованы несколькими факторами. И один из них, как отмечалось в статье Bloomberg, это появление в руководстве SBTi людей, которые заинтересованы в развитии рынка углеродных единиц.

Другим, менее очевидным фактором, может быть ограниченная способность большинства компаний влиять на цепочку поставок для снижения выбросов охвата 3.

Это, в свою очередь, делает невозможным достижение ими заявленных амбициозных целей по снижению выбросов и достижению net zero и заставляет группы заинтересованных лиц искать возможности продвижения таких неоднозначных инициатив, как пересмотр и смягчение стандартов.

Совет директоров SBTi взял дополнительное время на изучение имеющихся сведений и подготовку обоснования своего решения по пересмотру ключевого стандарта.

Если Совет всё-таки решит пересмотреть стандарт в пользу смягчения подходов, ему придётся предоставить общественности убедительные основания для такого решения, особенно с учётом широкой огласки и информационного фона.

В противном случае доверие к организации, с которой свои цели в области климата согласовывают более 1 000 компаний во всём мире, может быть подорвано.

Впрочем проблема доверия характерна не только для данного случая пересмотра стандартов конкретной глобальной инициативы, но и в целом для всего направления устойчивого развития, связанных с ним заявлений, обязательств и проектов.

Общая задача экспертов в этой области – сделать всё возможное для снижения неопределённости в данных вопросах