https://xn--r1a.website/ejdailyru/376146

Кремль может хоть до посинения тестировать «новые идеологические модели». «По завершении программы вам предложат торт и возможность выговориться перед дипломированным сочувственным слушателем». Результаты попыток внедрения этих «моделей» будут нулевыми (если не отрицательными) ещё как минимум тридцать-сорок лет. Потому что даже у самых молодых сотрудников «внутриполитического блока» до сих пор от зубов отлетает «я, Петя Васечкин, вступая в ряды всезоюзной пионерской организации имени Владимира Ильича Ленина, перед лицом своих товарищей торжественно клянусь» и прочие мощные идеологемы семидесятилетней выдержки. Почему они не строят коммунизм, а конструируют «человека будущего»? Попробуйте с детства убеждать человка в реальности Деда Мороза, заставлять его кричать «слава Деду Морозу» на демонстрациях — а потом сообщить, что вы Деда Мороза убили, поэтому теперь свободный рынок и все дозволено. Вот тебе, дите, ваучер. Пацаны из России, доллары из Америки. Потолок кремлёвских технологов, в голове у которых болтается вот такой шизофренический салат из Ленина, Уварова, сверхпотребления, Великой Отечественной и РПЦ — это «давайте нападем на Украину и посмотрим, что получится». Результаты известны. Заниматься строительством «социальной архитектуры» будут те, кому сегодня два-три года, или даже те, кто сегодня ещё не родился. Попытки делать это самостоятельно можно отложить лет на сорок — тем более, если за дело берутся «социальные архитекторы», которые из решения вопроса формата «бабка отжала квартиру» (уровень участкового милиционера) устраивают катастрофу федерального масштаба с участием президента.

Нет, «дух Анкориджа» — это не «никакого прекращения огня». «Дух Анкориджа», про который они как попки талдычат в каждом публичном обращении к большому американскому господину — это неизвестно что, некие персональные договорённости, о которых российская сторона не считает нужным сообщить российской общественности («вы кто такие, чтобы вам что-то рассказывать»), зато американцам постоянно про них напоминают. «Пацаны, мля, ну мы же перетерли по понятиям, че за порожняк беспонтовый, вы че, попутали». Ленинградская школа уличных переговоров против нью-йоркской школы «искусства заключения сделок». Наверное, что-то про бабки. Не про людей же.

https://xn--r1a.website/ejdailyru/376275

На девяносто пять процентов все готово, буквально осталось решить, ну, пару мелких вопросов — что там с, э-э-э, как его, [заглядывает в бумажку], Донбассом, да, и ещё чтобы боевые действия прекратились. Но это мы сейчас в оперативном режиме уже решим. В остальном — готовы на девяносто пять процентов и как никогда близки к завершению. Это будет ВЕЛИКОЛЕПНАЯ сделка, самая ЛУЧШАЯ. Спасибо за ваше внимание к этому вопросу.

Путин хочет поставлять дешевую электроэнергию на Украину — Трамп
@ejdailyru

Но Владимирович Владимирович стабильно держит планку, так сказать. Орёл.

Будем, говорит, отстраивать Украину, дешёвую электроэнергию поставлять.

Переговоры президентов США и Украины Дональда Трампа и Владимира Зеленского могут привести к первому за более чем пять лет телефонному разговору последнего с президентом России Владимиром Путиным, — Fox News со ссылкой на источник, знакомый с ходом обсуждений.

Судя по уровню выступлений переговорных групп Россия-Украина в предыдущих сериях (в понимании обеих сторон процесса «переговоры» нужны для того, чтобы унизить оппонента, «размазать его по стенке» и так далее), «первый телефонный разговор за пять лет» будет выглядеть примерно так:

Уровень патриотизма среди россиян от 18 до 24 лет уже достиг 99%, заявил руководитель «Росмолодежи» Григорий Гуров. В целом 86% граждан страны считают себя патриотами.

Нормальные люди не читают систему обеспечения законодательной деятельности и правильно делают. Но некоторые читают. «Путин подписал закон, позволяющий россиянам подтверждать возраст при покупке алкоголя и табака с помощью мессенджера Мах». Казалось бы, кого и в чем тут можно надуть. Но умудрились. Первое надувательство — думское стандартное: закон, который позволяет легко и непринуждённо покупать пивко и табачок с помощью крутого приложения «макс» изначально был законопроектом, который боролся со страшной заразой — продажей алкоголя и табачка несовершеннолетним в интернете. Мы же все ради детей делаем. И ради здоровья россиян. В итоге к третьему чтению в законопроекте вдруг появляется «многофункциональный сервис обмена информацией», который необходимо предъявлять продавцу для подтверждения возраста. Чтобы удобнее было распивать водочку. Забыл паспорт дома? Не беда, россиянин, Путин о тебе позаботился. Ни про какой «мессенджер макс» речи в законе не идёт, потому что «макс», согласно правительству — это «программа для ЭВМ» и «цифровая платформа», которая «обеспечивает функционирование многофункционального сервиса обмена информацией». Несмотря на наличие ФЗ там довольно трудно понять, кто на ком стоял в коммуникационной сети «Интернет», но как можно предъявить продавцу «многофункциональный сервис», «программно-аппаратный комплекс» в качестве подтверждения личности — я не очень понимаю. А если я его на дискете покажу? Существует определяемый ФЗ и указами президента перечень документов, которые удостоверяют личность гражданина. Это паспорт, военный билет и так далее. Никакого «мессенджера макс» в этом перечне нет. Зато есть указ президента за номером 695, в котором написано, что демонстрация чего-то электронного «в отдельных случаях, определённых правительством и ФСБ», приравнивается к демонстрации паспорта. Только в указе номер 695 написано, что это электронное — не «многофункциональный сервис обмена информацией» и даже не «мессенджер макс». Это госуслуги.

Молодцы, нахуевертили. Кажется, что ничего страшного не происходит, ну попиарили какой-то мессенджер, какая разница. Проблема в том, что завтра придёт Греф и захочет для продвижения «вжуха» сделать его «тоже паспортом». Потом придёт Кириенко-младший, скажет, что изобрёл такую федеральную жужжалку для жопы, для её успешного внедрения она тоже должна быть паспортом, иметь доступ к ЕСИА, являться общедомовой жужжалкой в каждом ТСЖ и так далее. Через пару лет окажется, что вы не очень понимаете, что у вас в стране является удостоверением личности, при этом все это радостно утекает, подделывается, ломается, образуются лакуны в законодательстве и так далее. Зато есть «макс», офигенно.

Один шаг вперёд — два шага назад. Второй год этим танцам пошёл и каждый раз одно и то же, как по протоколу. Кто-то о чем-то договаривается — на следующее утро в Москве взрывается очередной генерал, в Киеве рушится какая-нибудь поликлиника. Вчера, видимо, так хорошо договорились, что пришлось перекрывать аж Путиным. Кому-то очень-очень не хочется, чтобы всё закончилось. Кому?

https://360.ru/tekst/obschestvo/traty-peterburga-na-novyj-god/

Отличный материал Анастасии Мироновой про борцов с «танцульками во время СВО» и о тех, кто эту музыку заказывает.

...Который день слышу, будто бы яркая иллюминация и елки — это плевок в ветеранов. Простите, все мы живем в обществе. Хоть кто-то видел бойца спецоперации, потребовавшего лишить его ребенка похода на елку или отменить украшение улицы, на которой живет его семья? Вы лично таких встречали, слышали про них?

Меж тем крики о кощунственном веселье уже перестали быть смешными. Я лично стала подозревать: руководство нашей школы платные походы на елки отменило от греха подальше, дабы тоже не попасть под кампанейщину полуанонимных активистов, которые кричат, что люди шикуют. Сидит себе какой-нибудь в кожаном кресле, кофе пьет с малиновым сиропом и рассуждает о «недопустимости» трат на елки.

«Лучше бы отправили деньги нашим парням с фронта».

Вы глаза парней представляете, которым присылают полторы тысячи рублей с формулировкой: «Ребята, эти деньги мы для вас сэкономили на детской елке»? Чтобы они там всем подразделением в новогоднюю ночь плакали, представляя малыша, оставшегося без утренника?...



В ответ на террористическую атаку украинскими БПЛА, которой не было, по резиденции Путина на Валдае — вдарим несуществующим «Орешником» по резиденции Зеленского в Киеве, который сбежал в Польшу в две тысячи двадцать втором году. И при этом все происходит в сознании Будды.

Самый замечательный факт происходящего заключается в том, что когда тридцатого декабря две тысячи двадцать третьего года украинцы долбанули по предновогоднему Белгороду, убив двадцать пять человек и ранив сто — Дмитрий Анатольевич не угрожал заспиртовать зелёного карлика, Сергей Викторович не анонсировал в ночи мощные контрмеры, никто экстренно не звонил Дональду Трампу, и премьер Индии, как его там — ну, предположим, Ганди, — заявлений в поддержку не делал. «Переговорные позиции» не менялись. Это все легко проверить по лентам новостей и их каналам.

Не важно, была эта атака по резиденции Путина или нет — оцените масштаб вовлечения в проблему. Ударили по Белгороду, множественные жертвы среди мирного населения — «Песков сообщил, что Путину доложено». Тишина. Правильно, новый год, не портите нам праздник, россияне. Ударили по Валдаю (а может и не ударили), ноль жертв — третьи сутки уже истерика, вопли, угрозы атомным оружием, звонки президенту США. Национального лидера обидели. Это же не какие-то белгородцы. Белгородцы — это вообще практически хохлы, так что не жалко.

https://xn--r1a.website/youlistenedmayak/40807

Интересно, почему Лавров. И под камеры первого выпустили (ночью), и сейчас телеграммы поздравительные принимает, и вообще какое отношение к этому вопросу имеет МИД? Неужели нашего Горбачева таки заперли в Форосе

Ожидаемо, от вранья про «мобильный интернет отключают для вашей безопасности из-за угрозы БПЛА» перешли к аргументам в стиле «мобильный интернет выключают, чтобы вы, дебилы, тупые ролики не смотрели». Тупая глиста не в состоянии даже на уровне вранья наделить вверенный ей «народец» субъектностью. «Народец» для них — это стадо баранов, которое в отсутствии контроля пьет водку, блюет, пытается убить себя в ДТП и при первой возможности несет деньги в МММ. Себя же они полагают пастырями. Допасутся. Но проводной интернет они не гасят и не будут гасить никогда, потому что (в логике тупой глисты) по проводному интернету гражданин работает на благо Родины в ограниченное трудовым законодательством и контролируемое время, а вне этого времени читает всякие непотребства как раз с телефона. Логика бюрократической глисты.

Традиционная новогодняя мистерия в этом году вышла на три поста, но вы справитесь.

«УВАЖАЕМЫЕ ГРАЖДАНЕ РОССИИ». НОВОГОДНЯЯ МИСТЕРИЯ НОМЕР ТРИ.

Приглушенный свет. Подчеркнуто «кремлевский» кабинет, обставленный в соответствии с модой семидесятых и обшитый дубовыми панелями. Посреди кабинета, за столом для совещаний, сидят двое — ПАТРУШЕВ и БОРТНИКОВ. На столе — тарелка с мандаринами, графин, несколько стаканов и ряд телефонов-«вертушек». Во главе стола — ПАТРУШЕВ. Справа от него сидит БОРТНИКОВ. Вдоль стола, по кабинету нервно расхаживает взад-вперед КИРИЕНКО. ШОЙГУ развалился на диване поодаль, вертит в руках мандарин. В углу кабинета — телевизор.

ШОЙГУ
Ну что, коллеги. С наступающим.
(поднимает мандарин)
Кто-то вообще ел сегодня?

ПАТРУШЕВ
Сядь нормально.

ШОЙГУ
(усмехается, садится ровно)
Насидеться мы ещё успеем, Николай Платонович.

КИРИЕНКО
(быстро, не глядя, продолжая мысль)
По плану в ноль-ноль — выпуск. Андреева уже в студии. Заставка, текст с суфлера, титры. Регионы мы «технически» отрубили заранее, там всё прошло спокойно. Пустили по новостям, что массовый сбой на «Орбите», из-за БПЛА, никто ничего не понял.
(останавливается)
Главное сейчас — не сломаться в ноль-ноль.

БОРТНИКОВ
(коротко)
В аппаратной кто?

КИРИЕНКО
Наши, наши. Там люди проверенные. Я только что с ними говорил.

ШОЙГУ
(лениво)
Проверенные люди тоже любят Новый год. Особенно в Останкино. Может, они там на бровях все уже? Не ту кнопку нажал — и привет...

ПАТРУШЕВ
(игнорирует ШОЙГУ)
Сергей Владиленович, без лекций. Дальше, по минутам.

КИРИЕНКО
(кивает, сглатывает)
Значит, сейчас куранты. Сразу после — пускаем Катю, экстренный выпуск, «по состоянию здоровья не может исполнять обязанности», все как в классике. Дальше развлекательный блок и в три ночи гасим эфир.

С экрана телевизора улыбается НИКОЛАЙ БАСКОВ. В верхнем правом углу экрана идёт обратный отсчёт до Нового года.

ПАТРУШЕВ
(не глядя на остальных, пристально смотрит в телевизор)
Что там Владай? Связь с объектом есть?

КИРИЕНКО резко замирает. ШОЙГУ перестаёт крутить мандарин.

БОРТНИКОВ
Контроль вокруг объекта — стопроцентный, фэсэошников практически всех сняли. Ребята докладывают, что все тихо, движения на объекте нет. Они, может, спят там уже.

ПАТРУШЕВ
Понятно.

ШОЙГУ
(тихо, с вызовом)
Слушайте, а вот этот момент…
(машет рукой в сторону телевизора)
…когда вся страна, в едином порыве, так сказать, прильнув к экранам...
Он же всегда такой неприятный?

БОРТНИКОВ
Приятный, неприятный... Сейчас надо ничего не упустить, понял?

ШОЙГУ
(указывает на графин)
Налить? Для ровности мысли.

ПАТРУШЕВ
Серёжа, не отвлекайся.

ШОЙГУ
(пожимает плечами)
Да я ж для тонуса. Тут, знаешь ли, момент исторический. Гэ-ка-че-пэ в новогоднюю ночь устроили — это вам не…

БОРТНИКОВ
(смотрит на часы)
Тридцать секунд.

КИРИЕНКО перестаёт ходить. Стоит. Дышит часто, потом берёт себя в руки, делает вдох.

КУРАНТЫ. 00:00.

КИРИЕНКО
Во-во, сейчас должно пойти.

На экране, вместо Екатерины Андреевой и логотипа экстренного выпуска новостей, появляется надпись на фоне Спасской башни, белыми буквами — ОБРАЩЕНИЕ ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ.

Через несколько секунд на экране появляется ПРЕЗИДЕНТ.

ПРЕЗИДЕНТ
(Улыбается, смотрит в камеру)
Уважаемые граждане России. Сегодня — последний день уходящего года...

Несколько секунд четверо тупо смотрят на телевизор. Потом одновременно «ломаются» — каждый по-своему.

ШОЙГУ.
Блядь.

БОРТНИКОВ
Это... че такое?

КИРИЕНКО
(срывается)
Нет. Нет-нет-нет.

(хватает телефон, нажимает кнопку быстрого вызова, кричит в трубку)

Что у вас там происходит?! Это что?! Это кто выступает?! Откуда он взялся?

Слушает. Глаза бегают.

В смысле «пришло»? Откуда «пришло»?

ШОЙГУ
(резко встает, подходит к телевизору, наклоняется к экрану, прищуривается)
Лицо — нормальное. Голос... нормальный. Вроде бы не этот, как его... дипфейк.

(оборачивается, переводит взгляд на ПАТРУШЕВА)
Это что, он нас обыграл, получается?

ПАТРУШЕВ
(спокойно)
Тише.

БОРТНИКОВ
(хватает со стола трубку «вертушки», набирает номер)
Валдай мне дайте.

Ждёт. Слушает. Лицо не меняется, голос становится жёстче.

Докладывайте.

(пауза)

Где он?

КИРИЕНКО опускает телефон. Пытается «думать быстро, говорить медленнее».

КИРИЕНКО
Если это запись — она должна была быть у нас еще вчера. Мы бы ее видели в аппаратной. Значит, это прямой эфир. Если это прямой эфир — то он где-то стоит перед камерой.
(смотрит на телевизор)
А мы в ноль-ноль должны были дать другое. Люди вот это (тычет в экран), что бы это ни было — уже смотрят. Это что же … всё, получается?

ПАТРУШЕВ
Без эмоций. Ждём информацию.

БОРТНИКОВ
(в трубку, медленно)
Ещё раз.
(короткая пауза)
Повторите.

Убирает трубку от уха на секунду, смотрит на ПАТРУШЕВА. Потом возвращает и дослушивает.

БОРТНИКОВ
(в трубку)
Понял.

Кладёт телефон. В комнате тихо. Телевизор продолжает: ПРЕЗИДЕНТ говорит что-то о важности семейных взаимоотношений.

БОРТНИКОВ
На Валдае его нет. Пропал.

КИРИЕНКО
(быстро, истерическим тоном)
Но в эфире-то он у нас есть?! Значит, кто-то дает картинку...

БОРТНИКОВ
(внезапно)
А Андреева-то где?

КИРИЕНКО
Андреева сейчас сидит в студии и думает, что мы с ума сошли.

ПАТРУШЕВ
Резюмируем. На Валдае его нет, но картинка откуда-то идёт. Мне нужно понимать: кто его включил, откуда идет эфир, где стоит камера.

(внезапно искривляет лицо, передразнивая КИРИЕНКО)

«Наши люди в аппаратной»... «Останкино»... Придурок.

КИРИЕНКО
(кивает резко, уже набирает)
Да. Сейчас. Сейчас.

БОРТНИКОВ
(выходит из кабинета, на ходу отрывисто командует по мобильному телефону)
Подъём. Группы. Периметр.

ШОЙГУ
(встаёт, поправляет рукав)
Вот это, конечно, Новый год.

Все выходят из кабинета. ПАТРУШЕВ замирает на секунду у стола. Смотрит на телевизор. На экране салют, звучит гимн. Он берет со стола пульт, выключает звук. В кабинете становится ещё тише.

Занавес.

***

Сначала проверили самое очевидное: дома в Сочи, маршруты, служебные борта, последние подтверждённые перемещения. Взятая в кольцо резиденция «Долгие Бороды» на Валдае встретила штурмовую группу ЦСН ФСБ, воврвавшуюся на объект в ноль-ноль двадцать пять, задумчивой тишиной. Внутренняя охрана ФСО лежала лицом в пол, журнал событий был в порядке, камеры не показывали ничего. Пропал человек, мистика.

Параллельно развивалась другая сюжетная линия — телевизионная, и вот здесь как раз начиналась не мистика, а настоящая шизофрения. Уже через двадцать минут после новогоднего обращения президент появился в телевизоре снова: короткий новостной сюжет о запуске новой производственной линии Магнитогорского машиностроительного комбината. Запись выглядела свежей. Президент — в деловом костюме и белой защитной каске — окруженный рабочими, уверенно втолковывал что-то человеку, стоящему спиной к камере (титр указывал: «министр промышленности Антон Алиханов»; настоящего министра Алиханова через десять минут после «выпуска новостей» арестовали на квартире в Москве, сорок минут спустя его уже отпаивали коньяком в кабинете Бортникова — Алиханова трясло).

Через час, вместо обещанной «развлекательной программы со звездами эстрады и кино» — очередной выпуск. Президент в пути, кадры из самолёта, разговор с губернатором неназванного региона. Потом, ещё через сорок минут — встреча с врачами в Челябинске, потом — с волонтёрами в Петербурге. Никакой логики в географии не было: разные часовые пояса, разные декорации, разное освещение. Всё выглядело убедительно, никаких следов монтажа и использования новомодного искусственного интеллекта. С виду настоящий телевизионный президент за час преодолевал расстояния в пять тысяч километров, не меняя галстуков — с его лица не сходила странная, чуть хитрая улыбка.

К утру первого числа в администрации президента начали составлять таблицу появлений. В одной колонке — время выхода в эфир, в другой — канал, в третьей — предполагаемое место съемки. Таблица быстро перестала сходиться. Сюжеты из разных регионов выходили раз в несколько минут без всякой системы.

Спецназ прочесывал студии, аппаратные, передвижные комплексы Останкино. Ни одна камера не числилась задействованной, ни один из называемых в сюжетах корреспондентов не подтверждал работу, сотрудники аппаратных «на выгоне» клялись и божились, что готовый материал каким-то неведомым образом сам шел в эфир. Источник сигнала определить не удавалось.

К утру третьего дня президент стал присутствовать в эфире постоянно. Он открывал новые фабрики и автомобильные трассы, разрезал торжественные ленточки, принимал подарки от работников сельскохозяйственного сектора, поздравлял молодожёнов и ветеранов, комментировал актуальные внешнеполитические события. Газеты какое-то время пытались сдерживаться, но уже четвёртого января все сдались и начали перепечатывать заявления президента из телевизора.

Попытки связаться напрямую ни к чему не привели. Ни один «личный» номер (их было немного) не отвечал. К середине пятого дня в АП перестали говорить «исчез», использовали формулировку «отсутствует подтверждённое местонахождение»; или, как невпопад заявил кому-то в телефонном разговоре Песков, «местонахождение президента не должно быть предметом публичного обсуждения». Кривая формулировка позволяла работать дальше.

Для большинства президент никуда не делся. Он был в телевизоре — говорил, обещал, поздравлял, награждал и все время улыбался. Он выглядел так же, как всегда — подтянутый, свежий, но какой-то слишком веселый. Новогодние праздники прошли штатно. Позже, в одном из закрытых отчётов, появится фраза: «с точки зрения медиареальности, субъект продолжает функционирование в полном объёме». Документ перепишут несколько раз, но смысл сохранится.

Физически президента, после неудавшегося путча, больше никто и никогда не видел. Но в телевизоре он выступает до сих пор.