441. Дёрдь Шпиро “Дьяволина Горького”

У меня очень странные отношения с Горьким. Они начались в школе и там же закончились. Как ни странно, мне даже тогда было интересно читать “Мать”, тогда же история про Данко даже у меня, на тот момент пышущей романтикой девушки, вызвала недоумение, я смеялась над глупым пИнгвином, который робко прячет тело жирное в утесах, ломала копья об “На дне”. После этого с Горьким я не встречалась. До того дня, пока не начала читать эту книгу.

“Дьяволина Горького” - роман, организованный в форме фиктивных воспоминаний сначала домработницы, а затем и сиделки Горького - Олимпиады Дмитриевны Чертковой. Липа - персонаж реальный, в некоторой степени роман довольно историчен. Естественно, нельзя говорить о достоверности диалогов и мыслей, но в целом исторические события показаны достаточно точно. Роман охватывает практически всю жизнь Алексея Пешкова, начиная с его ранней молодости и до самой смерти. На протяжении всего этого времени (с небольшой паузой) рядом была его Дьяволина. Это слово он придумал, пытаясь перевести ее русское прозвище - Чертовка - на итальянский.

Книга написана с большой любовью к Горькому. Он показан буквально со всех сторон и в разные годы. Здесь описаны все его чаяния, страхи, подробно описаны отношения со Сталиным и Ко, но не стоит обманываться и принимать эту биографию слишком близко к сердцу и по ней судить о тех людях, о которых в ней идет речь. Как и любое историческое художественное произведение, “Дьяволина Горького” заставляет читателя думать самостоятельно, не полагаясь целиком и полностью на слова автора.

Чем-то мне этот роман напомнил “Аристономию” Акунина - биографическим характером, описанием одного и того же временного промежутка и событий, людей. Похожи они и в своей описательной манере. С той лишь разницей, что Шпиро не будет углубляться в античную философию. Ее героиня - простая женщина, пусть и далеко не глупая, проницательная, заметная. За счет этого чтение “Дьяволины” - это довольно приятное и легкое времяпрепровождение.

23 января 2021

442. Франц Кафка “Превращение”

С Кафкой меня связывают долгие любовные отношения, которые до нескольких лет назад походили скорее на слепое восхищение, чем на понимание того, что вообще творится в его книгах. По этой причине я решила кое-что у него перечитать (“Превращение”), дочитать (“Замок” и “Процесс”) и прочитать впервые (рассказы, письма).

Когда-то Кафка был одним из претендентов на то, чтобы оказаться под прицелом моего научного исследования в университете, но я тогда не смогла в нем найти достаточное количество отсылок к Ницше. Возможно, я плохо искала, возможно, они действительно связаны лишь косвенно и очень отдаленно (не так, как Ницше был связан с Гессе, Томасом Манном, Цвейгом). Но по всем прочим признакам он мне подходил. Короче, не срослось у меня с тогда.

Первое знакомство с творчеством также пришлось примерно на то же время. Я читала “Превращение” (в издании, которое сейчас днем с огнем не сыскать, только у букинистов, а у меня были в нем и Платон, и Стендаль, и Дос Пассос, и еще много кто; надо все забрать) и пыталась читать “Замок”. С “Замком” дело шло очень плохо по одной лишь причине: я не была готова к нему. С “Процессом” точно такая же история. Правда, тогда меня преимущественно выбил из колеи тот факт, что читать приходилось с экрана, а у меня очень плохо дела обстоят с любыми электронными носителями - я их не воспринимаю. Да и зрение не то.

Короче [2]! Я решила перечитать избранное. И начала с “Превращения” в дивном переводе моего любимого Соломона Апта. Сюжет пересказывать смысла я не вижу. Кто не знает Кафку?! Ну, кто не знает, тот пусть попробует почитать - чтение при должном усердии весьма впечатляющее.

(Я помню, у нас были в университете господа по 19 лет которым было и они ходили и клялись в любви Кафке. Я их не осуждаю за это! Я их осуждаю за то, что они думали, что все поняли. В 19 лет, если ты тепличный цветочек с филфака, понять вообще что-то едва ли представляется возможным. Для чистоты эксперимента можно попробовать перечитать то, что было “понятно” спустя лет 15. Очень отрезвляет и опускает на землю. Верхом шока будет тот факт, что и спустя полтора десятка лет не все будет так прозрачно. Но в 19 мы все умудренные жизнью интеллектуалы-декаденты. И смех, и грех...)

Поразительное дело. Кафка, который писал максимально сдержанно, по-канцелярски, уничтожая любые следы витиеватых тропов, эмоциональность в ее привычном нам проявлении, в “Превращении” умудрился всем этим своим отстранением и холодностью создать такую эмоционально гнетущую атмосферу и тревогу, что потом еще нужно какое-то время посидеть, подумать, пропустить снова все прочитанное через себя.

Дискомфортное, угнетающее чтение, от которого хочется спрятаться куда-нибудь подальше, замотаться в уютненький пледик и гирлянды и давиться какаушкой с зефирками, просто чтобы не ощущать того, о чем пишет Кафка. Холодно и равнодушно он описывает одиночество и покинутость всеми, трагедию маленького человека, простого клерка. Трагедию, от которой никуда не деться, когда все с самого начала предрешено.

Он умудряется так показать фантастичность происходящего, что ни на минуту не возникает сомнения, что такого быть не может. Вместо этого невольно начинаешь думать о том, что с ним обходятся несправедливо, хочется ворваться в этот абсурд и гротеск и всем рассказать, что ну это же он - Грегор Замза, ну почему вы такие деревянные и злые?! Сказать, что я в восторге и восхищении - ничего не сказать… Как вообще можно что-то писать после того, как написано ТАКОЕ? У меня лично опускаются руки.

25 января 2021

#dcrb_kafka

616. Чинуа Ачебе "Все рушится" (1958) 🇳🇬

Не европейская, не американская, не русская литература - это почти всегда что-то очень свежее для меня. Это литература, в которой не будет тем, про которые ты уже все знаешь и совершенно ничему не удивляешься. А если они и есть, то изображены совсем иначе, а формальная и содержательная стороны выражены совсем не так, как привычно. За это я полюбила нигерийскую литературу - яркую, самобытную, метафоричную, почти что волшебную в своей отдаленности от нас. Или от меня. При этом я прекрасно осведомлена о том, что происходит в Нигерии, поэтому никаких иллюзий не питаю, это не сказочная страна.

Сказочная страна - это то место, которое описывает Ачебе. На краю Леса было Девять деревень. В них жили люди под предводительствами своих вождей. Они поклонялись своим богам, занимались хозяйством, объявляли войны и заключали перемирия. Жили и жили себе. Не очень-то хорошо по современным меркам (многоженство, насилие в семье, холодность по отношению к детям), но уж как жили так жили, их устраивало. А потом пришли белые люди и притащили, как обычно, господа бога нашего Иисуса Христа. “Мы пришли с добром!” - говорили они и рушили веками устоявшийся уклад.

Для меня как читателя эта линия повествования была, как и должно быть, одной из самых главных, но более сильное впечатление произвела история быта описываемых народов. История людей. История одного человека, который, не желая походить на отца, - легкомысленного весельчака, - решил стать другим. Настоящим мужчиной. Но когда мужчина вдруг решает стать “настоящим мужчиной”, а женщина “настоящей женщиной” - добра от этого можно не ждать. И если в случае с “настоящей женщиной” она скорее сама губит свою жизнь, то “настоящий мужчина” губит всех, кто оказывается рядом в угоду этому очень важному (исключительно для него самого) статусу.

Мир Девяти деревень рухнул по многим причинам. Я не уверена, что автор закладывал эту идею, скорее все было наоборот, но у меня сложилось твердое мнение, что даже если бы не пришли европейцы, мир этих деревень все равно бы рухнул, потому что они сами подтачивали твердое основание. И это было бы нормально, потому что кроме закона гомеостаза есть еще и закон развития. Жить так, как есть сейчас, всегда невозможно. Что-то внутри системы должно было измениться.

Хорошая книга с какой стороны ни глянь.

#dcrb_achebe

"Есть хорошее правило - дело сделано - и ладно, забудь о нем. Иначе не выдержать. В нашем мире нет ничего, что кончалось бы само по себе, вся хитрость в том, чтобы уметь самому ставить точку и больше к этому не возвращаться."

- Кага Отохико "Приговор"

#dcrb_цитаты
#dcrb_otohiko

443. Терри Вулф “Кодзима - гений. История разработчика, перевернувшего индустрию видеоигр”

Вот такая вот у меня сегодня книга, которая уж точно не привлечет к себе внимание книжного сообщества, потому что… ну где книжное сообщество, а где игры? (Правда, чем не угодила книжка Дёрдь про Горького я тоже не знаю… видимо, где книжное сообщество, а где Горький?)

Пойду от целого к частному, чтобы сразу объясниться, почему у меня эта книга вызвала интерес и желание ее прочитать.

Первое. Я никогда не была геймером. Ну, по молодости лет я играла в Silent Hill, No One Lives Forever, Tomb Raider… Что-то еще было, конечно, но при всем своем искреннем желании я не смогла увлечься играми. The Sims не считается. Это тамагочи для девочек, поэтому я к ней не отношусь серьезно, да и играю в нее раз в пятилетку, хотя бережно собираю все дополнения, чтобы были. Из последнего играла в Green Hell, The Forest, Soma и прочие выживалки и квесты, где не надо бегать и стрелять по людям. Прекрасное впечатление осталось от Detroit: Become Human. Не столько игра, сколько кино, которое ты создаешь сам.

Второе. Про Кодзиму я узнала примерно тогда же, когда увлеклась, прошу прощения за выбор слова, Маском и его творчеством. Где-то кто-то бросил такую фразу: “Вот бы было круто, если бы Маск и Кодзима встретились!” Ну, я человек простой - не знаю имя, иду его гуглить. С тех пор он стал встречаться мне буквально везде.

Третье. Ни в одну игру Кодзимы я никогда не играла.

Конкретно эта книга описывает тот период, который автор называет первым в творчестве Кодзимы: с детства и до 2003 года, когда он выпускает Metal Gear Solid 2: Substance. Фактически всю книгу можно поделить на две важных части: личная жизнь и работа. Нельзя сказать, что ему было очень легко и там, и там, но в итоге гений он и в Африке - гений.

Почему гений? Вообще слово “гений” преимущественно закрепилось за ним в России и СНГ. Оригинальное название книги вообще - The Kojima Code. Так вот гений он потому, что он создал то, что перевернуло полностью индустрию видеоигр. А если происходит важный сдвиг в игре сейчас, то двигаться начинает и повседневная жизнь. Новые механизмы и решения расходятся по всем смежным и не только областям.

Парень он очень странный. Самооценка вооооот такая (абсолютно заслуженно), наглость и хитрость такие же. В “Кодзима - гений” бОльшая часть книги - описание прохождения Metal Gear’ов от самой первой до той, которая вышла в 2003 году, включая всякие спин-оффы, которые не входят в официальную антологию.

Казалось бы, зачем это? Но суть в том, что через прохождения, пасхалки, задачки и решения показывается сам Кодзима и методы его работы. Не зная их, понять, что у него вообще в голове творится едва ли представляется возможным. Да и зная тоже. Кодзима - это бренд. Игроки будут плеваться, швырять контроллеры, рыдать, но доиграют.

Во введении сказаны совершенно правильные слова: вам будет интересно читать, даже если вы вообще не имеете никакого отношения к видеоиграм. Как я, например. Меня интересовала именно личность, я ее получила. Правда, теперь хочу в Metal Gear поиграть... Ужасно уморительно читать про всех этих кибернейрониндзя, особые наноговна, чтение мыслей и управление волей... Короче, вся эта пацанская жетская дичь, которая вообще не вяжется с глубокими идеями, которые он закладывает в свои игры. Как это поймут дети, играющие в Metal Gear, я не знаю.

Но так как тема сисек у Кодзимы завсегда раскрыта, то кого особо сильно волнует философская составляющая?

29 января 2021

#dcrb_nonfiction

444. Франц Кафка “Замок”

Продолжаю читать огромный том Кафки.
Если “рассказ про мужика, который стал тараканом” знают плюс-минус все (при этом не обязательно его читая и зачастую даже не зная, что не в таракана, а в неопознанное насекомое превратился Грегор Замза), то “Замок” чаще остается в стороне.

Я едва ли могу назвать какое-то одно произведение Кафки, которое как-то значительно выделяется среди прочих, потому что Кафка тоже пишет об одном и том же. “Замок” - логичное идейное продолжение “Процесса” (до него тоже скоро доберусь). Землемер К. приезжает в некий населенный пункт у замка, потому что ему пришло приглашение: замку нужен землемер. Но тут выясняется, что в замок попасть невозможно, с пригласившим чиновником тоже никак не встретиться, все кругом заросло справками, протоколами, бумажкам, донесениями, а достучаться хоть до кого-то - пытаться танком раздавить клопа. Типичный загс, паспортный стол, поликлиника или налоговая.

Кругом - адский сюр, гротеск, абсурд, но тот, кто сталкивался с любыми государственными органами (особенно с налоговой), тот поймет несчастного К. Но так ли несчастен К.? За неделю он успевает найти себе невесту, новую работу,
оказаться уволенным, сдвинуться с мертвой точки, узнать, что его приглашение - бюрократическая ошибка, расстаться с невестой, получить и потерять двух помощников… В общем, К. прожил насыщенные дни.

Роман не дописан, но какое это имеет значение? С самой первой страницы (и чем дальше, тем очевиднее) становится понятно, что ничего хорошего там не произойдёт: справедливость не восторжествует, невеста не окажется нормальной, помощники не будут помогать, да и работы у К. так и не появится.

Кафка не дописал роман преднамеренно. Просто в 1922 году он просто взял и перестал, хотя планировал, что К. Так и умрет в этой деревне, не добравшись до замка. “Замок” - настолько символичный роман, что простор для интерпретации открывается практически бесконечный. Например, путь К. к замку сравнивают с путем поиска спасения души. Почему бы и нет?

Кафка прекрасен тем, что он, уводя читателя в полнейшую фантасмагорию и гротеск, очень конкретно подсвечивает проблемы современного ему мира. Как оказалось, и современного нам. За те сто лет, что прошли с момента прекращения работы над романом, едва ли можно представить себе что-то еще более близкое к нашей реальной жизни.

Чтение романа - удивительный опыт. Читать его сложно, но захватывающе. Логика персонажей раздражает, но ты ее понимаешь, где-то очень глубоко внутри читатель понимает, о чем хочет сказать автор. И в моменты такого понимания все происходящее уже не кажется таким уж абсурдным. Обычная жизнь. Просто со своими трудностями, но в целом - ничего нового. Просто принесите нотариально заверенную копию справки о том, что была получена другая справка. И оригинал. И еще одну справку. И будет вам счастье. И свидетельство о рождении. И не даже не пытайтесь с этим бороться, у вас все равно нет ни сил, ни прав, ни возможностей.

31 января 2021

#dcrb_kafka

445. Чарльз Диккенс “Дэвид Копперфильд”

Чтение классики раз в пятилетку сродни первой чашке кофе утром летом на балконе с открытыми настежь окнами, когда ночью шел дождь, а сейчас уже вышло солнце и неуверенно начинает пятнить асфальт. А ты стоишь со своей кружкой, вдыхаешь это утро. И тебе хорошо. Примерно так читается классика.

“Дэвид Копперфильд” (а точнее: “The Personal History, Adventures, Experience and Observation of David Copperfield the Younger of Blunderstone Rookery”, ну любили тогда многословные названия для многословных романов) - история, которую знают многие. Это что-то вроде пацанской версии “Джен Эйр”, разве что интереснее. Диккенс шутит, искрометно описывает своих героев, он прост, чист, прозрачен, как альпийский ручей. С первой строчки мы знаем, что все у Дэвида будет хорошо. С первого упоминания его друга Стирфорта тут же становится ясно, что у него рыльце в пушку и душонка мерзкая. Когда Дэвид женится, глядя на то, сколько осталось до конца романа и слушая речи других героев и героинь, мы понимаем, что хэппи-энда в этом браке не будет.

Все максимально предсказуемо, чудовищно просто, но… так хорошо! Ну, просто прелесть! Я с похожими эмоциями “Не родись красивой” смотрела сто лет назад - ежу понятно, чем там все кончится, герои очевидные, поступки шаблонные, психологизм плавает на поверхности, как… ну никак, просто плавает, но все равно сидишь, смотришь и тебе хорошо.

Такие книги ужасно приятно читать тогда, когда хочется полежать на диване и спокойно попереворачивать страницы незатейливого чтения.

Интересный факт: Диккенс не писал план романа. Когда он начал, то не знал точно, что будет в конце. Героев романа он тоже не сидел отдельно в блокнотик не расписывал: пришла идея - сразу в текст. На ходу придумывал им имена, профессии и т.д.

Я снова почувствовала себя немножечко в университете, когда читаешь всякое вот такое и тебе нравится абсолютно все. Когда ты еще не начитался всяким трэшем современным и тебе кажется, что если книги, то только такие. А потом ты читаешь “Будденброков” и “Сагу Форсайтах” и понимаешь, что на ближайшие сто литературных лет будет только тлен.

4 февраля 2021

#dcrb_dickens

447. Франц Кафка “Процесс”

Продолжаю читать Кафку.

“Процесс” начал писаться Кафкой в первый год Первой мировой войны. Но не это стало катализатором написания, а события в личной жизни. В мае 1914 года, в Шавуот, было объявлено о помолвке Кафки и Фелиции Бауэр. Ссыкунишка Франц сделал предложение письмом, а потом через несколько недель после помолвки героически слился. Что творилось у него в голове - понять сложно. Он писал летописи-письмена Фелиции, а потом в 1917 году после многолетнего взаимного эпистолярного выноса мозга, они снова обручились. Но и эту помолвку Кафка расторг, на этот раз из-за своего туберкулеза… Но это к “Процессу” уже не имеет никакого отношения.

“Процесс” писался сложно. Главы писались не по порядку. Отрывки текста он писал на вырванных листах из других тетрадей, скреплял это все, раскладывал по разным конвертам. Короче говоря, всячески не способствовал тому, чтобы произведение легко далось потомкам. Он то останавливался, то продолжал. Роман давался ему тяжело, но в итоге все-таки был написан.

Как и прочие свои произведения, “Процесс” был с удовольствием принят любимым многими (и мной в том числе) издательством - “В стол”. Друг Кафки Макс Брод не исполнил воли писателя и ничего не сжег. С одной стороны, еще друг называется, а с другой - спасибо ему большое.

30-летний Йозеф К. работает прокуристом в банке. Однажды утром он просыпается,а ему не подали завтрак. Вместо этого приходят какие-то люди и говорят, что против него заведено некое уголовное дело. На все вопросы Йозефа, мол, господа, извольте объясниться, ему ничего толком не отвечают и приглашают на слушание. После этого Йозеф начинает свой путь, который позже критики назовут путем поиска божественного спасения.

Мы все знаем, чем закончилась история: Йозефа К. Зарезали “как собаку”. Точно так же, как потом зарежут Веничку в “Москва - Петушки”. Удивительное дело… Йозеф К. - герой неприятный. И ведет он себя неприятно. Но в той ситуации, в которой он оказался, вряд ли кто-то бы вел себя иначе. Абсурдность бытия порождает абсурдность поступков. Так что правильно говорил помянутый недавно Карл Маркс - бытие определяет сознание. Такие же мерзкие и кругом люди, очень явственно напоминающие тех героев, которые потом появятся в “Замке”.

Кафка снова пишет своим сухим языком. Никаких тебе речевых красот, восклицаний, оценок. Он просто описывает все с доскональностью равнодушного и отстраненного повествователя. Как и всегда, под этим показным равнодушием прячется крик отчаяния и бессилия.

Есть романы, которые в своем обилии заданных вопросов и не предоставленных читателю ответов, раздражают. Хочется сказать авторам, что они недоработали. Но тут совершенно иная история. Все вопросы, которые задает Кафка, направлены туда, куда нужно, а ответ каждый читатель будет искать для себя сам. Кто-то найдет, кто-то - нет. Кто-то вообще даже вопросов не увидит. Что тут поделаешь?

8 февраля 2021

#dcrb_kafka

​Удивительно, но среди тех, кто читает канал, оказались люди, не читавшие меня до этого в инстаграме, поэтому расскажу немножко про себя. Немножко, конечно, это не мой конек, но я постараюсь.

Анастасия Петрич, 33 года. Потомственный педагог. Три высших: филология (романо-германская), юриспруденция (гражданское право) и психология (семейная психология и консультирование). Первые два получала одновременно, поэтому, нет, я не всю жизнь учусь. Хотя… нет, вру. Всю.

Кем я только ни работала: официанткой, маркетологом (в строительстве, индустрии красоты, с инфопродуктами), директором ресторана, устным и письменным переводчиком, даже в авиации поработала немного. Чем я там занималась - трудно объяснить. А на сегодняшний день я даю уроки английского, перевожу и вхожу в редколлегию литературного журнала @inache_magazine.

Вести, как говорится, оседлый образ жизни мешает ай-на-нэ в крови, поэтому постоянно откуда-то куда-то переезжаю. Четыре года жила в Словении, словенский не выучила, но немного его понимаю. Посетила 20+ стран и столько же, уверена, еще впереди. Никогда не хотела брать ипотеку и где-то оседать. Осяду на пенсии. Но не факт. Пока что я в Москве, но надолго ли? До Словении жила в СПб, а до СПб в Челябинске, а родилась… ну в общем, это уже очень далекое прошлое.

Свой инстаграм drinkcoffee.readbooks вела больше 5 лет. За это время написала более 600 обзоров, опубликовала на самиздате свою книгу давненько, поэтому про нее не рассказываю обычно. Сейчас пишу. Медленно, но пишу. Время от времени здесь отчитываюсь о ходе дела.

Литература - моя самая большая любовь в жизни.
Пережила предсказание от друга, который уверял, что до 30 я не доживу.
Я очень люблю общаться с людьми, которые приходят с миром.
Я стараюсь помочь всегда всем, кто просит о помощи.
На вопрос “что посоветуешь почитать?” обычно отвечаю уклончиво, потому что ответить на него могу только тем, кого хорошо знаю или в соответствии с четким ТЗ.
Вообще я добрая, но многим кажется, что злая. Тем, кто плохо меня знает.
Сейчас увлекаюсь философией и читаю все, на что хватает ума. И на что не хватает - тоже читаю и пытаюсь понять.
Собачница. Яростная.
Вышиваю крестиком:)

На этой странице кроме обзоров: песни, шутки, цитаты из книг, отрывки из написанного мной, забавные истории, книжные покупки, интересные ссылки. Канал на 90% - о книгах, остальные 10% - я. Хотя… наверное, тут всё - это и есть я.

Дочитав "Приговор" Отохико, а потом зачем-то прочитав еще пару гневных и как бы умных отзывов-рецензий, поняла, что некоторые читатели так и не научились отличать авторскую речь от речи его героев.

Прискорбно.

#dcrb_otohiko

617. Вигдис Йорт "Песня учителя"🇳🇴

Проблемы людей первого мира.

Главная героиня романа, преподаватель Академии Искусств в Осло, Лотта Бёк, дама средних лет, живет очень даже неплохо. Все у нее нормально. Она живет в Норвегии (что уже хорошо), она занимается любимым делом (так вообще везет не многим), ее жизнь - приятная рутина: каждый день одно и то же, но ей нравится. Она самозабвенно читает лекции про Брехта (честно говоря, так себе лекции, да и тип лектора - жутковатый, но многие таких любят) до тех пор пока ей не поступает предложение от выпускника режиссерского факультета поучаствовать в его выпускном проекте. Таге Баст планировал снять кино про некоторых преподавателей, но потом все бросил и сосредоточился на Лотте.

Спустя некоторое время после прочтения я гораздо лучше понимаю свои чувства относительно этой книги, но сегодня хотелось бы чуть меньше о чувствах.

Героиня переживает переоценку собственной личности Посмотрев на себя глазами другого человека, она понимает, что все, что она делала до этого никак не связано с реальным миром, частью которого она себя считала. Все ее попытки заниматься эко-благотворительностью, собирательство билетиков со спектаклей, ее высокопарные лекции - все это бесполезно и выглядит по меньшей мере глупо. Но Лотта - не декадент, она не бросается в депрессию, она решает выбить из себя всю свою дурь с душком бремени белого человека.

Речи Лотты о том, что Брехт пишет самое актуальное, что его произведения невероятно четко отражают схожесть ситуации с сирийскими беженцами, ее попытки тронуть тупорылых студентов хоть чем-то, чтобы они хоть чуть-чуть начали думать, заканчиваются тем, что тупорылой оказалась она сама. Точнее так: и они, и она. Но автор пытается нам сказать, что только она, а студенты на самом деле - нормальные. Он так этим давит на глаза, что я ему не поверила.

Проблематика с одной стороны выглядит, как торт типа “Наполеон”, а с другой все сводится к двум ведущим темам - адекватное самовидение и проблемы стран первого мира. Исходя из этого, роман делится на две части - до выхода фильма Таге Баста и после. Фильм переломил жизнь Лотты попалам, но та концовка, которую предложил автор, выглядит совсем немножечко убого. Петушатина, я это называю. Почему? Потому что уж больно все гладко, больно все как-то… нормально что ли? Характеры героев, их мотивация, поступки, выводы, которые они делают, не просто прозрачны и понятны даже тем, кто совсем в литературном бронепоезде, но даже банальны. Слишком банальны.

Есть произведения, которые написаны ясно, которые в своей ясности несут красоту и отдохновение. А есть вот такие произведения, где все беды героев приводят к предсказуемым и малореалистичным последствиям. Да даже не малореалистичность тут плоха, а общая реализация посыла. Если автору хотелось рассказать о том, что житель Норвегии никогда в жизни не поймет сирийского беженца, то получилось очень вяло. Или что он хотел? Показать глазаоткрывающую роль кинематографа? Ну так, спасибо, в курсе, не первый день живем.

Роман настолько логичный в причинах и следствиях, что я ему не верю. Если кто-то читал, то поделитесь, пожалуйста, соображениями.

#dcrb_hjorth

448. Шарль Левински “Кастелау”🇨🇭

Вот это надувательство! Я, человек, который ко всему относится с величайшим скепсисом, наученный всевозможными литературными мистификациями, повелась, как вообще не знаю кто!.. Давно я столько не гуглила в процессе чтения.

Ночью с 26 на 27 июня 2011 года на Аллее Славы в Голливуде была произведена попытка задержания мужчины, который твердо вознамерился киркой выкорчевать звезду оскароносного Эрни Уолтона, на тот момент уже покойного. История с обезвреживанием закончилась плачевно для горе-копателя, а в руки автора книги попали его документы - результат его многолетних исследований киноиндустрии времен Третьего рейха.

Как я уже не раз говорила, для меня истории про Вторую мировую сродни… помните, как в “Томе и Джерри”, когда они унюхивают что-то вкусненькое и летят на этот запах, не видя преград? Вот это я и истории про Вторую мировую. Чаще всего мне не нравится, но соблазн всегда велик - а вдруг именно тут будет что-то интересное да еще и хорошо написанное. И чтобы без дешевого слезовыжимания.

История, которую рассказывает злоумышленник, Сэмюэль Саундерс, о том, как однажды группа киношников из UFA (Universum Film AG, немецкая кинокомпания, кстати ныне существующая) в конце 1944 года отправляются в городок Кастелау где-то между Мюнхеном и Зальцбургом, чтобы снимать кино. Точнее, это был благовидный предлог, на самом деле все хотели просто свалить из Берлина, который уже всячески разрушался союзниками. До конечной точки доехали только ослик, суслик, паукан и мокренькая кисонька - актриса слезного жанра. А еще сценарист и статистка с репертуаром в духе “кушать подано”.

История эта рассказана несколькими людьми: пожилой владелицей кабака по типу “моя бабушка курит трубку”, которая принимала участие в экспедиции, мальчиком из Кастелау и самим Сэмюэлем, который и интервьюировал и бабку, и уже взрослого мужчину, который когда-то был свидетелем съемок. (Беспроигрышный образ словоохотливой и постоянно накатывающей бабки, хозяйки наливальни, конечно, уже использован везде, где только можно, но своего очарования он не теряет.)

“Кастелау” - это не высокая литература, но это и хорошо! Это качественный, ужасно интересный детектив с одним из моих самых любимых приемов - палимпсестом. Я всегда сажусь с ним в лужу, никогда не могу понять, где меня обманывают, но от этого еще больше его люблю.

В какой-то момент, когда раскрылась главная интрига романа, я на секунду была разочарована. Было что-то вроде: и это все? Но уже через несколько минут раздумий я поняла, что вот именно этот исход - куда хуже, чем какой-то совершенно хитровывернутый поворот сюжета. Самое страшное - это когда книга получается как сериал “Чужак”. Знаете такой? Когда первые три-четыре серии ты не можешь оторваться даже кофейку налить, а потом начинается неадекватная дичь про Бабу-Ягу.

Здесь все очень гармонично, а развязка тем острее, чем сильнее ты сливаешься с сюжетом. А автор делает для этого абсолютно все. Даже несуществующие статьи из Википедии для читателя пишет. Ведь я действительно начала искать Кастелау! По примерным описаниям места, я была почти на 100% уверена, что-то где-то там я была - там ведь действительно один разрушенный замок на другом!

“Кастелау” - книга для запойного чтения. Чтобы взять и больше не спать, а есть, мыться и отправлять естественные потребности с книжкой в руках. К тому же будет прочитана не одна статья в Википедии, так что о всесторонней пользе (кроме как для сна) смело можно говорить. По крайней мере для меня это было так. Мало ли, может кому-то не нравятся шуточки про Геринга.

12 февраля 2021

#dcrb_lewinsky