Вместе с @lenaisreading переживаем (не очень сильно) о судьбе современной русской литературы. Совсем чуть-чуть. Возможно, вообще даже не переживаем.
❤64
903. Хван Сунвон "Деревья на косогоре" 🇰🇷
Корейская война – тема не самая частая за пределами американской и южнокорейской литератур. Точнее – кроме них никто, наверное, особенно-то и не пишет об этом.
Покойный ныне корейский писатель Хван Сунвон за свою жизнь успел повидатьнекоторое дерьмо кое-что. Родившись в 1915 году на территории нынешней Северной Кореи во время японской оккупации, он начинал как поэт. Он учился в Японии, а потом преподавал в университете Кёнхи (Южная Корея, уже после разделения). Он видел и оккупацию, и гражданскую войну, и период диктатур.
“Деревья на косогоре” (1960) – история о солдатах, которые переживали как могли военный конфликт. Роман делится на две части: военную и послевоенную. На примере этих ребят показываются не только механизмы совладания с непередаваемым страхом войны, но и то, как каждый из них (из тех, кто выжил) жил дальше.
“Деревья…” отличаются и тем, что особенный упор в нем делается на психологическую составляющую, и важностью социально-исторического контекста. Несмотря на то, что в основу сюжета автор ставит солдат, он поднимает и темы отношения к женщинам, роли женщин (два противопоставляющихся образа – приличная девушка из хорошей семьи и проститутка – которые на поверку оказываются в равной степени достойными уважения.)
Другая важная тема – самоубийство как возможность ухода. Встает только вопрос: куда уходит герой? От проблем или наоборот продолжает наматывать себя на беспощадное колесо сансары? Или самоубийство тут обретает черты экзистенциального выхода? В любом случае Хван Сунвон дает самое главное – отсутствие осуждения. Он не поучает, не выводит из этого никакого урока и ничего не решает за читателя.
Что еще очень важно было для меня – бытовая составляющая. Я бы сказала так: первая часть романа – военная, вторая – бытописательная, хоть быт в ней и не занимает основное место. Это быт послевоенной страны.
“Деревья…” – произведение непростое, тоскливое, горькое и глубоко депрессивное. А главный вопрос, как мне увиделось, заключается вот в чем: заканчивается ли война для тех, кто хоть однажды оказался на передовой?
Корейская война – тема не самая частая за пределами американской и южнокорейской литератур. Точнее – кроме них никто, наверное, особенно-то и не пишет об этом.
Покойный ныне корейский писатель Хван Сунвон за свою жизнь успел повидать
“Деревья на косогоре” (1960) – история о солдатах, которые переживали как могли военный конфликт. Роман делится на две части: военную и послевоенную. На примере этих ребят показываются не только механизмы совладания с непередаваемым страхом войны, но и то, как каждый из них (из тех, кто выжил) жил дальше.
“Деревья…” отличаются и тем, что особенный упор в нем делается на психологическую составляющую, и важностью социально-исторического контекста. Несмотря на то, что в основу сюжета автор ставит солдат, он поднимает и темы отношения к женщинам, роли женщин (два противопоставляющихся образа – приличная девушка из хорошей семьи и проститутка – которые на поверку оказываются в равной степени достойными уважения.)
Другая важная тема – самоубийство как возможность ухода. Встает только вопрос: куда уходит герой? От проблем или наоборот продолжает наматывать себя на беспощадное колесо сансары? Или самоубийство тут обретает черты экзистенциального выхода? В любом случае Хван Сунвон дает самое главное – отсутствие осуждения. Он не поучает, не выводит из этого никакого урока и ничего не решает за читателя.
Что еще очень важно было для меня – бытовая составляющая. Я бы сказала так: первая часть романа – военная, вторая – бытописательная, хоть быт в ней и не занимает основное место. Это быт послевоенной страны.
“Деревья…” – произведение непростое, тоскливое, горькое и глубоко депрессивное. А главный вопрос, как мне увиделось, заключается вот в чем: заканчивается ли война для тех, кто хоть однажды оказался на передовой?
❤54
885. Оливия Мэннинг. Балканская трилогия. Книга 1: "Величайшее благо" 🇬🇧
Война за войной у меня в отзывах. Сегодня – Вторая мировая в одной из самых “интересных” стадий, phoney war. На Вики статья про phoney war называется “Странная война”, я бы скорее сказала – липовая. Это тот период во Второй мировой, когда Германия уже пошла “собирать земли”, а страны, не вовлеченные в конфликт непосредственно, прикинулись, что ничего не происходит: СССР все еще думает, что его защитит пакт Молотова-Риббентропа, вместо этого отправившись на маленькую “победоносную” русско-финскую войну; Великобритания была уверена, что Ла-Манш защитит и/или все как-нибудь само рассосется. Все выражали обеспокоенность, но никто ничего не делал. Вот об этих днях и рассказывает Мэннинг в первой книге “Балканской трилогии”.
Гарриет приезжает с мужем Гаем в Бухарест сразу после свадьбы. В румнской столице разброд и шатание. Мало кто верит, что война по-настоящему дойдет до открытых и масштабных столкновений, но тревога есть все равно, поэтому вечеринки похожи на истерический пир во время чумы, когда все стараются выпить как можно больше шампанского.
Отношения Гарриет с мужем очень далеки от идеальных. Гай – то ли безвольная личинка, то осел, на котором катаются все подряд, то ли слабоумный революционер, то ли просто очень странный парень. На нем ездят все, а сам он считает своим долгом помогать всем. Например, местной девице, которая просилась когда-то за него замуж, чтобы получить английское гражданство. Она до сих пор хранит его фото на своем прикроватном столике, зовет “дорогим”, а “дорогой” срывается к ней по ночам, призывая Гарриет к здравому смыслу и чтобы она не скатывалась до такого унижения ее достоинства как ревность.
Творчество Мэннинг справедливо сравнивают с творчеством Ивлина Во и Айрис Мердок: она с остроумной безжалостностью описывает современное ей общество, высмеивая его огромные пороки и маленькие, мерзкие грешки. Нещадным катком проходится она по буржуазному браку, по социальным стереотипам и предрассудкам. Ситуации, в которые она помещает своих героев похожи практически на анекдоты и сатирические скетчи: нарочно не придумаешь.
Если она ставит целью высмеять кого-то, как например “белого” альфонса и нахлебника, который готов спать в своей соболиной шубе на скамейках Бухареста, но при этом пить из хрусталя дорогие вина и есть устриц, то ему не достанется ни капли жалости и оправданий. Если нужно высмеять какого-нибудь местного барончика и его кукольную свиту, то у читателя даже не найдется вялого аргумента, чтобы хоть как-то благопристойно объяснить его поступки.
Мэннинг явно было, что сказать и она мастерски этой возможностью воспользовалась.
Мне сложно сказать почему, но кроме Во и Мердок я еще вспоминала книгу (и ее прекрасную экранизацию с Аланом Рикманом и молодым Хью Грантом) Берил Бейнбридж “An Awfully Big Adventure”, хоть в ней события происходят уже после войны. Сложно сказать почему, но, возможно, кто-то поймет о чем я.
#manning@drinkread
Война за войной у меня в отзывах. Сегодня – Вторая мировая в одной из самых “интересных” стадий, phoney war. На Вики статья про phoney war называется “Странная война”, я бы скорее сказала – липовая. Это тот период во Второй мировой, когда Германия уже пошла “собирать земли”, а страны, не вовлеченные в конфликт непосредственно, прикинулись, что ничего не происходит: СССР все еще думает, что его защитит пакт Молотова-Риббентропа, вместо этого отправившись на маленькую “победоносную” русско-финскую войну; Великобритания была уверена, что Ла-Манш защитит и/или все как-нибудь само рассосется. Все выражали обеспокоенность, но никто ничего не делал. Вот об этих днях и рассказывает Мэннинг в первой книге “Балканской трилогии”.
Гарриет приезжает с мужем Гаем в Бухарест сразу после свадьбы. В румнской столице разброд и шатание. Мало кто верит, что война по-настоящему дойдет до открытых и масштабных столкновений, но тревога есть все равно, поэтому вечеринки похожи на истерический пир во время чумы, когда все стараются выпить как можно больше шампанского.
Отношения Гарриет с мужем очень далеки от идеальных. Гай – то ли безвольная личинка, то осел, на котором катаются все подряд, то ли слабоумный революционер, то ли просто очень странный парень. На нем ездят все, а сам он считает своим долгом помогать всем. Например, местной девице, которая просилась когда-то за него замуж, чтобы получить английское гражданство. Она до сих пор хранит его фото на своем прикроватном столике, зовет “дорогим”, а “дорогой” срывается к ней по ночам, призывая Гарриет к здравому смыслу и чтобы она не скатывалась до такого унижения ее достоинства как ревность.
Творчество Мэннинг справедливо сравнивают с творчеством Ивлина Во и Айрис Мердок: она с остроумной безжалостностью описывает современное ей общество, высмеивая его огромные пороки и маленькие, мерзкие грешки. Нещадным катком проходится она по буржуазному браку, по социальным стереотипам и предрассудкам. Ситуации, в которые она помещает своих героев похожи практически на анекдоты и сатирические скетчи: нарочно не придумаешь.
Если она ставит целью высмеять кого-то, как например “белого” альфонса и нахлебника, который готов спать в своей соболиной шубе на скамейках Бухареста, но при этом пить из хрусталя дорогие вина и есть устриц, то ему не достанется ни капли жалости и оправданий. Если нужно высмеять какого-нибудь местного барончика и его кукольную свиту, то у читателя даже не найдется вялого аргумента, чтобы хоть как-то благопристойно объяснить его поступки.
Мэннинг явно было, что сказать и она мастерски этой возможностью воспользовалась.
Мне сложно сказать почему, но кроме Во и Мердок я еще вспоминала книгу (и ее прекрасную экранизацию с Аланом Рикманом и молодым Хью Грантом) Берил Бейнбридж “An Awfully Big Adventure”, хоть в ней события происходят уже после войны. Сложно сказать почему, но, возможно, кто-то поймет о чем я.
#manning@drinkread
❤74
#просмотрено@drinkread
⭐️8/10
Фильм из категории "долгие планы", "все молчат", "скучно". Великолепный фильм, тревожный, некомфортный, загадочный иранский нуар.
⭐️8/10
Фильм из категории "долгие планы", "все молчат", "скучно". Великолепный фильм, тревожный, некомфортный, загадочный иранский нуар.
❤53
886. Андрей Зализняк "Из заметок о любительской лингвистике" 🇷🇺
Спасибо господу богу и “Альпине НФ” за то, что эта книга есть в широком доступе для любого читателя и любителя научно-популярной литературы и лингвистики.
Если вам когда-то казалось, что между словами “жрать” и “ожерелье” есть что-то общее, то вам не показалось.
Если вам казалось, что египетский бог Амон Ра имеет что-то общее со словом “нора”, то вы пересмотрели в детстве "Аншлаг”.
Андрей Зализняк – великолепный пример того, как можно достать по-настоящему умного, выдающегося человека. “Из заметок..” – это книга, направленная на ликвидацию лингвистической безграмотности среди нас, носителей русского языка. Мы же как привыкли? Вот я родился в России (или мой родной язык русский), значит моих представлений о нем вполне хватит для того, чтобы быть экспертом. Мы все носим гордое звание “носитель языка”. С таким же пиететом мы относимся и к носителям английского языка (и неважно, что они путают their и there’re, you’re и your и т.д.).
“Из заметок…” развенчивает известные этимологические мифы и учит пользоваться этимологическим словарем.
Одно “но” есть у этой во всех отношениях прекрасной книги, написанной прекрасным ученым: прочитают ее только те люди, для которых родство между “этрусками” и “это русские” – забавный каламбур, а не пища для размышлений о великом предназначении Руси в борьбе с погрязшим в содомии Западе.
Остроумная книга о нашем языке, о его родстве с другими языками, о происхождении языков и о том, что каждый язык прекрасен и уникален в своей самобытности. И о том, как в коварных целях можно использовать национальную/языковую идентичность для того, что вселять в умы ложные идеи.
Мне бы очень сильно хотелось, чтобы с таким же знаменем вышел какой-нибудь филолог-литературовед и рассказал о том, какой сильной наукой является литературоведение и что умение складывать буквы в слова, а слова в текст – это еще не гарантия понимания художественного текста.
Пока что это лучшая нон-фикшн книга этого года
#nonfiction@drinkread
Спасибо господу богу и “Альпине НФ” за то, что эта книга есть в широком доступе для любого читателя и любителя научно-популярной литературы и лингвистики.
Если вам когда-то казалось, что между словами “жрать” и “ожерелье” есть что-то общее, то вам не показалось.
Если вам казалось, что египетский бог Амон Ра имеет что-то общее со словом “нора”, то вы пересмотрели в детстве "Аншлаг”.
Андрей Зализняк – великолепный пример того, как можно достать по-настоящему умного, выдающегося человека. “Из заметок..” – это книга, направленная на ликвидацию лингвистической безграмотности среди нас, носителей русского языка. Мы же как привыкли? Вот я родился в России (или мой родной язык русский), значит моих представлений о нем вполне хватит для того, чтобы быть экспертом. Мы все носим гордое звание “носитель языка”. С таким же пиететом мы относимся и к носителям английского языка (и неважно, что они путают their и there’re, you’re и your и т.д.).
“Из заметок…” развенчивает известные этимологические мифы и учит пользоваться этимологическим словарем.
Одно “но” есть у этой во всех отношениях прекрасной книги, написанной прекрасным ученым: прочитают ее только те люди, для которых родство между “этрусками” и “это русские” – забавный каламбур, а не пища для размышлений о великом предназначении Руси в борьбе с погрязшим в содомии Западе.
Остроумная книга о нашем языке, о его родстве с другими языками, о происхождении языков и о том, что каждый язык прекрасен и уникален в своей самобытности. И о том, как в коварных целях можно использовать национальную/языковую идентичность для того, что вселять в умы ложные идеи.
Мне бы очень сильно хотелось, чтобы с таким же знаменем вышел какой-нибудь филолог-литературовед и рассказал о том, какой сильной наукой является литературоведение и что умение складывать буквы в слова, а слова в текст – это еще не гарантия понимания художественного текста.
Пока что это лучшая нон-фикшн книга этого года
“Мне хотелось бы высказаться в защиту двух простейших идей, которые прежде считались очевидными и даже просто банальными, а теперь звучат очень немодно:
1) Истина существует, и целью науки является ее поиск.
2) В любом обсуждаемом вопросе профессионал (если он действительно профессионал, а не просто носитель казенных титулов) в нормальном случае более прав, чем дилетант.
Им противостоят положения, ныне гораздо более модные:
1) Истины не существует, существует лишь множество мнений (или, говоря языком постмодернизма, множество текстов).
2) По любому вопросу ничье мнение не весит больше, чем мнение кого-то иного. Девочка-пятиклассница имеет мнение, что Дарвин неправ, и хороший тон состоит в том, чтобы подавать этот факт как серьезный вызов биологической науке."
#nonfiction@drinkread
❤116
Традиционно ближайшие 10 отзывов:
🇺🇲 Корен Зайлцкас "Учитель драмы"
🇺🇲 Ричард Рорти "Философия и зеркало природы"
🇷🇺 Андрей Десницкий "Библия. Что было ""на самом деле""
🇬🇷 Аристотель "Метафизика"
🇺🇲 Лорен Грофф "Аббатиса"
🇩🇪 Карл Ясперс "Вопрос о виновности. О политической ответственности Германии"
🇬🇧🇧🇩 Моника Али "Брак по любви"
🇬🇧 Martin MacInnes "In Ascension"
🇺🇲 Нэнси Сталкер "Япония. История и культура: От самураев до манги"
🇬🇧 Siân Hughes "Pearl"
🇺🇲 Корен Зайлцкас "Учитель драмы"
🇺🇲 Ричард Рорти "Философия и зеркало природы"
🇷🇺 Андрей Десницкий "Библия. Что было ""на самом деле""
🇬🇷 Аристотель "Метафизика"
🇺🇲 Лорен Грофф "Аббатиса"
🇩🇪 Карл Ясперс "Вопрос о виновности. О политической ответственности Германии"
🇬🇧🇧🇩 Моника Али "Брак по любви"
🇬🇧 Martin MacInnes "In Ascension"
🇺🇲 Нэнси Сталкер "Япония. История и культура: От самураев до манги"
🇬🇧 Siân Hughes "Pearl"
❤40
Audio
#music@drinkread
Если эта песня ещё никогда не всплывала у вас в голове раз в несколько месяцев, то теперь будет:)
Если эта песня ещё никогда не всплывала у вас в голове раз в несколько месяцев, то теперь будет:)
❤15
887. Корен Зайлцкас "Учитель драмы" 🇺🇸
Заходят Фрэнк Эбегнейл и Том Рипли в бар…
Положа руку на сердце, я не могу ответить на вопрос, зачем я прочитала эту книгу. Равно как и не могу сказать, что мне уж совсем не понравилось. В целом я искала что-то вроде “Профайлера”, чтобы на протяжении всего чтения сладостно кринжевать, но не вышло.
Все начинается с того, что Грейси Мюллер с детьми приходит отдохнуть у бассейна отеля для зажиточных господ. Денег у нее нет, но зато есть смекалочка и непреодолимое желание выбиться в люди. Муж у Грейси риэлтор (что уже говорит о многом в американских реалиях), а Грейси вообще даже и не Грейси зовут. И фамилия у нее не Мюллер, но все это не мешает ей познакомиться с местной уставшей красоткой, которая ищет надежного друга. Правда, она не знает, что Грейси (или как там ее зовут на самом деле) – далеко не самый лучший претендент на эту роль.
“Учитель драмы” – типичный авантюрный роман про пикару, которая любой ценой готова пробивать себе дорогу в жизнь. Медленно, шаг за шагом, автор рассказывается историю этой женщины, начиная с того, как ее увез отец и катал по Ирландии, зарабатывая на хлеб им обоим точно так же, как в будущем стала зарабатывать на жизнь Грейси (или как ее там): он втирался в доверие к слабым и эмоционально зависимым людям. У отца Грейси такими были одинокие женщины, у самой Грейси… тоже одинокие женщины! Точнее, одна – богатая, замужняя, но скучающая. Этот сценарий она знает лучше всего. И не только от отца, но и от своего первого мужа-афериста.
Это бесконечный роман, который мог бы стать сериалом в духе “Большая маленькая ложь” (который я, не знаю, важно это или нет тут сказать, не люблю). Будет убийство/несчастный случай, будут побеги, будут морально-нравственные метания, которые строятся на нелегком детстве и отрочестве девушки, которая сначала хотела приключений, а потом домой, к маме.
“Учитель драмы” – это голливудский путь домой. Путь психологический, конечно же, потому что образ мамы так и останется светлым далеким воспоминанием. Меня, как обычно с такими книгами, смущает всегда одно – автор победоносно вкатывается на своей убогой деревянной лошадке из популярной психологии, раскладывая все так, чтобы читателю не пришлось сильно мучиться от того, что героиня почему-то не ведет себя так, как должен вести персонаж, которому хорошо бы пройти терапию.
Если бывает фейл, который вин, то, конечно, бывает и просто фейл. Да, в целом интересно, да, понятно, зачем написано. Хорошо ли получилось? На мой взгляд, нет. Получилось так, как и сейчас ожидается от писателя, чтобы он занял свое место в списке бестселлеров New York Times. Даже на guilty pleasure не тянет.
Заходят Фрэнк Эбегнейл и Том Рипли в бар…
Положа руку на сердце, я не могу ответить на вопрос, зачем я прочитала эту книгу. Равно как и не могу сказать, что мне уж совсем не понравилось. В целом я искала что-то вроде “Профайлера”, чтобы на протяжении всего чтения сладостно кринжевать, но не вышло.
Все начинается с того, что Грейси Мюллер с детьми приходит отдохнуть у бассейна отеля для зажиточных господ. Денег у нее нет, но зато есть смекалочка и непреодолимое желание выбиться в люди. Муж у Грейси риэлтор (что уже говорит о многом в американских реалиях), а Грейси вообще даже и не Грейси зовут. И фамилия у нее не Мюллер, но все это не мешает ей познакомиться с местной уставшей красоткой, которая ищет надежного друга. Правда, она не знает, что Грейси (или как там ее зовут на самом деле) – далеко не самый лучший претендент на эту роль.
“Учитель драмы” – типичный авантюрный роман про пикару, которая любой ценой готова пробивать себе дорогу в жизнь. Медленно, шаг за шагом, автор рассказывается историю этой женщины, начиная с того, как ее увез отец и катал по Ирландии, зарабатывая на хлеб им обоим точно так же, как в будущем стала зарабатывать на жизнь Грейси (или как ее там): он втирался в доверие к слабым и эмоционально зависимым людям. У отца Грейси такими были одинокие женщины, у самой Грейси… тоже одинокие женщины! Точнее, одна – богатая, замужняя, но скучающая. Этот сценарий она знает лучше всего. И не только от отца, но и от своего первого мужа-афериста.
Это бесконечный роман, который мог бы стать сериалом в духе “Большая маленькая ложь” (который я, не знаю, важно это или нет тут сказать, не люблю). Будет убийство/несчастный случай, будут побеги, будут морально-нравственные метания, которые строятся на нелегком детстве и отрочестве девушки, которая сначала хотела приключений, а потом домой, к маме.
“Учитель драмы” – это голливудский путь домой. Путь психологический, конечно же, потому что образ мамы так и останется светлым далеким воспоминанием. Меня, как обычно с такими книгами, смущает всегда одно – автор победоносно вкатывается на своей убогой деревянной лошадке из популярной психологии, раскладывая все так, чтобы читателю не пришлось сильно мучиться от того, что героиня почему-то не ведет себя так, как должен вести персонаж, которому хорошо бы пройти терапию.
Если бывает фейл, который вин, то, конечно, бывает и просто фейл. Да, в целом интересно, да, понятно, зачем написано. Хорошо ли получилось? На мой взгляд, нет. Получилось так, как и сейчас ожидается от писателя, чтобы он занял свое место в списке бестселлеров New York Times. Даже на guilty pleasure не тянет.
❤33
900. Ричард Рорти "Философия и зеркало природы" 🇺🇸
Как я уже говорила раньше, за чтение Рорти я принялась по одной причине: рассказ Уоллеса Philosophy and the Mirror of Nature (сборник Oblivion). Скажем так: мало что чтение оригинальной работы Рорти прояснило у меня в голове относительно рассказа Уоллеса. Это первое. Второе: я не совсем ясно уловила базис из Рорти под работами Уоллеса и в очередной раз поняла, что настало время перечитать как минимум Infinite Jest. Самостоятельно, без дискуссий и чьих-то интерпретаций. Что-то мне подсказывает, что сейчас я узнаю больше.
А вообще с Рорти я фундаментально не согласна. Что мы узнаем из “Философии...”?
1. Зеркало природы – это познание.
2. Философия не обладает каким-то уникальным правом стоять выше других наук.
3. Никакая наука вообще не обладает уникальным правом описывать истину.
4. Истины вообще нет и искать ее не нужно.
5. Философия предоставляет нам всего лишь описательный язык.
6. Итог: вся работа – это изучение соотношения философии в представлении Рорти относительно познания. Или познания в контексте философских представлений Рорти.
И так как я читала эту книгу для того, чтобы понять заголовок рассказа Уоллеса, кое-что для меня пусть и не стало ясным, но кое-какой вектор наметился. Если Рорти расценивает философию как один из языков, созданных для описания действительности, то, наверное, я склонна согласиться с мнением о том, что Уоллес, воспользовавшись методом Рорти, воспользовался философией как методом терапии, исходя из идеи, что всякая терапия – это некий нарратив.
И это вполне логично, потому что, исходя из идеи философии как языка, “Философия…” представляет собой интересный пример лингвистического исследования. И понятно становится влияние Витгенштейна. Но мне легче вообще не стало. Хорошо, я кое-что собрала в более-менее структуру у себя в голове, но это выглядит так, будто какую-то часть я разложила по контейнерам с крышечками, а остальное оказалось в еще большем хаосе. Что тоже хорошо. Тем интереснее будет дальнейшее чтение. Ну и наличие контейнеров (с крышечками) уже радует.
#nonfiction@drinkread
Как я уже говорила раньше, за чтение Рорти я принялась по одной причине: рассказ Уоллеса Philosophy and the Mirror of Nature (сборник Oblivion). Скажем так: мало что чтение оригинальной работы Рорти прояснило у меня в голове относительно рассказа Уоллеса. Это первое. Второе: я не совсем ясно уловила базис из Рорти под работами Уоллеса и в очередной раз поняла, что настало время перечитать как минимум Infinite Jest. Самостоятельно, без дискуссий и чьих-то интерпретаций. Что-то мне подсказывает, что сейчас я узнаю больше.
А вообще с Рорти я фундаментально не согласна. Что мы узнаем из “Философии...”?
1. Зеркало природы – это познание.
2. Философия не обладает каким-то уникальным правом стоять выше других наук.
3. Никакая наука вообще не обладает уникальным правом описывать истину.
4. Истины вообще нет и искать ее не нужно.
5. Философия предоставляет нам всего лишь описательный язык.
6. Итог: вся работа – это изучение соотношения философии в представлении Рорти относительно познания. Или познания в контексте философских представлений Рорти.
И так как я читала эту книгу для того, чтобы понять заголовок рассказа Уоллеса, кое-что для меня пусть и не стало ясным, но кое-какой вектор наметился. Если Рорти расценивает философию как один из языков, созданных для описания действительности, то, наверное, я склонна согласиться с мнением о том, что Уоллес, воспользовавшись методом Рорти, воспользовался философией как методом терапии, исходя из идеи, что всякая терапия – это некий нарратив.
И это вполне логично, потому что, исходя из идеи философии как языка, “Философия…” представляет собой интересный пример лингвистического исследования. И понятно становится влияние Витгенштейна. Но мне легче вообще не стало. Хорошо, я кое-что собрала в более-менее структуру у себя в голове, но это выглядит так, будто какую-то часть я разложила по контейнерам с крышечками, а остальное оказалось в еще большем хаосе. Что тоже хорошо. Тем интереснее будет дальнейшее чтение. Ну и наличие контейнеров (с крышечками) уже радует.
#nonfiction@drinkread
❤27
Для меня фамилия Соссюра - слово с запахом и звуком. Сразу вспоминаются наши лекционные кабинеты со стульями, об которые было порвано несметное множество колготок и чулок. Запах советских лаковых шкафов, пыли на деревянных подоконниках, кофе "мокачино с орешками" за 30 рублей из автомата. Шум дороги из открытого окна, шелест фантиков от "китката" и сладостное предвкушение столовской солянки на получасовой перемене, дух которой долетал даже до третьего этажа, на котором ютился когда-то филологический факультет, которого больше нет.
И функции текста, естественно. Вместе с "языком" и "речью".
Эх.
Редкая привилегия мне досталась, я считаю, учиться тому, что было по-настоящему интересно, а не потому что "надо".
#дорогойдневник@drinkread
И функции текста, естественно. Вместе с "языком" и "речью".
Эх.
Редкая привилегия мне досталась, я считаю, учиться тому, что было по-настоящему интересно, а не потому что "надо".
#дорогойдневник@drinkread
❤98
The Buried Forest / Umoregi / 埋もれ木 (2005)
⭐️8/10
Мой любимый тип фильмов. Странно, медленно, красиво. Очень странно.
#просмотрено@drinkread
⭐️8/10
Мой любимый тип фильмов. Странно, медленно, красиво. Очень странно.
#просмотрено@drinkread
❤32
888. Андрей Десницкий "Библия. Что было "на самом деле"" 🇷🇺
Мне очень хотелось начать отзыв со своей истории взаимоотношений с христианством в целом и православием в частности, но в итоге я решила, что сколько бы поправок я не вводила, все равно бы пришлось долго и мучительно объясняться, поэтому сразу к делу.
Книга Десницкого – история изучения Ветхого завета. Ветхого! Это очень важно. Не Нового. Да, это написано на обложке, сам автор говорит об этом во введении, но читатели почему-то все равно расстраиваются, что ОКАЗЫВАЕТСЯ в книге ни слова про Христа.
Второй важный момент. Сам Десницкий – человек верующий. И тем интереснее мне было читать его. Я не стремилась подловить автора на его “замутненности” (которой, кстати, нет) или на каком-то сарказме в адрес атеистов. В этом отношении эта книга и интересна, и тактична, и занимательна.
Третий важный момент. Десницкий в названии берет “на самом деле” в кавычки и делает справедливо, не претендуя на истинность. Он подходит с научными инструментами к такой ненаучной вещи как религия и пытается разобраться, что есть правда, что вымысел, что следует рассматривать как метафору, а что может быть реальным источником исторической информации. Очень увлекательно. Сам же автор тоже отмечает, что о том, что там было “на самом деле” узнать сложно: тут поможет только время и развитие научного знания.
Четвертое. Целевая аудитория – верующие православные. Я не верующая православная, но книга доставила мне большое удовольствие, так что продолжение про Новый завет я жду теперь с особым трепетом. К тому же надо же как-то перебить послевкусие от убогого “Убийства Иисуса”.
#nonfiction@drinkread
Мне очень хотелось начать отзыв со своей истории взаимоотношений с христианством в целом и православием в частности, но в итоге я решила, что сколько бы поправок я не вводила, все равно бы пришлось долго и мучительно объясняться, поэтому сразу к делу.
Книга Десницкого – история изучения Ветхого завета. Ветхого! Это очень важно. Не Нового. Да, это написано на обложке, сам автор говорит об этом во введении, но читатели почему-то все равно расстраиваются, что ОКАЗЫВАЕТСЯ в книге ни слова про Христа.
Второй важный момент. Сам Десницкий – человек верующий. И тем интереснее мне было читать его. Я не стремилась подловить автора на его “замутненности” (которой, кстати, нет) или на каком-то сарказме в адрес атеистов. В этом отношении эта книга и интересна, и тактична, и занимательна.
Третий важный момент. Десницкий в названии берет “на самом деле” в кавычки и делает справедливо, не претендуя на истинность. Он подходит с научными инструментами к такой ненаучной вещи как религия и пытается разобраться, что есть правда, что вымысел, что следует рассматривать как метафору, а что может быть реальным источником исторической информации. Очень увлекательно. Сам же автор тоже отмечает, что о том, что там было “на самом деле” узнать сложно: тут поможет только время и развитие научного знания.
Четвертое. Целевая аудитория – верующие православные. Я не верующая православная, но книга доставила мне большое удовольствие, так что продолжение про Новый завет я жду теперь с особым трепетом. К тому же надо же как-то перебить послевкусие от убогого “Убийства Иисуса”.
#nonfiction@drinkread
❤78
Hush! / ハッシュ! (2001)
⭐️ 7/10
Гей-пара и девушка, которая хочет иметь ребенка от одного из них. Очень бытовое и доброе кино про семью и родительство.
#просмотрено@drinkread
⭐️ 7/10
Гей-пара и девушка, которая хочет иметь ребенка от одного из них. Очень бытовое и доброе кино про семью и родительство.
#просмотрено@drinkread
❤38
910-912. “Чему я могу научиться у Сергея Королева”
“Чему я могу научиться у Илона Маска”
“Чему я могу научиться у Стивена Хокинга”
Я очень давно хотела эти книжки. Причем! Я даже не знала, что там будет конкретно, но мне так сильно понравились обложки и сама идея, что я решила не стесняться и прикупить себе немного детских книг.
Они великолепны. Я прослезилась на всех трех. И самое лучшее в них то, что они не просто рассказывают истории выдающихся людей, но и учат нетривиальным вещам. Не всем вот этим “хорошо учиться в школе”, а иметь хобби, друзей, мечту. И быть они могут совершенно разными – не стоит идти проторенными дорожками. Для каждой мечты есть свой путь, а задача каждого человека заключается в том, чтобы его найти.
Еще один большой плюс: герои этих трех книг не идеальны и не показаны таковыми. Ну, разве что про Хокинга умолчали чуть-чуть, но зато обо всех остальных довольно честно. Некоторые отмечают суховатость изложения, но мне так не показалось. Но тут и нужно сделать поправку на то, что я в принципе к “сухости” отношусь скорее положительно.
Теперь хочу еще про Гагарина. Возможно, про Майю Плисецкую тоже возьму.
В комментариях иллюстрации.
#nonfiction@drinkread
#детское@drinkread
“Чему я могу научиться у Илона Маска”
“Чему я могу научиться у Стивена Хокинга”
Я очень давно хотела эти книжки. Причем! Я даже не знала, что там будет конкретно, но мне так сильно понравились обложки и сама идея, что я решила не стесняться и прикупить себе немного детских книг.
Они великолепны. Я прослезилась на всех трех. И самое лучшее в них то, что они не просто рассказывают истории выдающихся людей, но и учат нетривиальным вещам. Не всем вот этим “хорошо учиться в школе”, а иметь хобби, друзей, мечту. И быть они могут совершенно разными – не стоит идти проторенными дорожками. Для каждой мечты есть свой путь, а задача каждого человека заключается в том, чтобы его найти.
Еще один большой плюс: герои этих трех книг не идеальны и не показаны таковыми. Ну, разве что про Хокинга умолчали чуть-чуть, но зато обо всех остальных довольно честно. Некоторые отмечают суховатость изложения, но мне так не показалось. Но тут и нужно сделать поправку на то, что я в принципе к “сухости” отношусь скорее положительно.
Теперь хочу еще про Гагарина. Возможно, про Майю Плисецкую тоже возьму.
В комментариях иллюстрации.
#nonfiction@drinkread
#детское@drinkread
❤66
890. Аристотель "Метафизика"
Вот и состоялась встреча, к которой я морально готовилась несколько лет. И если “Поэтика” когда-то изучалась в университете (что логично для филологов), то “Метафизика” и все остальное остались где-то за пределами. Пришло время восполнять пробелы в собственном образовании.
Не могу сказать, что прочитанное оказалось чем-то новым для меня. Прежде всего потому, что я переслушала все лекции по античной философии на платных и бесплатных ресурсах. В том числе о Платоне и Аристотеле. Фактически, для меня чтение “Метафизики” было тем шагом, с которого все же стоило начинать, но как вышло так вышло.
Я много мнений слышала, вплоть до такого, что это основополагающий философский трактат, без которого изучение философии сродни возведению здания без фундамента. Чтение “Метафизики” в частности, да и Аристотеля в целом, занятие очень непростое, требующее огромного сосредоточения, комментариев, поиска дополнительной информации. Небольшую в общем-то “Метафизику” я читала в течение нескольких месяцев. В процессе я поучаствовала в летней школе по философии и логике томского госуниверситета, которая мне очень помогла в понимании.
Тем не менее мне было сложно. Причин для этого много – от сложности изложения до вопросов, которые не переставали меня в прямом смысле мучить. Вроде такого: “Как из такого-то суждения интерпретаторы пришли к такому-то выводу?” Я вижу в тексте места, о которых слышала в лекциях, но часто не понимаю как строится интерпретация. И знаете что? Я рада этому. Значит, у меня еще впереди много открытий. Я уже недавно говорила эту фразу в контексте другой книги, но не перестаю радоваться тому, что мне еще учиться и учиться, удивляться и удивляться.
А пока берусь за “Политику”.
#aristotle@drinkread
#nonfiction@drinkread
Вот и состоялась встреча, к которой я морально готовилась несколько лет. И если “Поэтика” когда-то изучалась в университете (что логично для филологов), то “Метафизика” и все остальное остались где-то за пределами. Пришло время восполнять пробелы в собственном образовании.
Не могу сказать, что прочитанное оказалось чем-то новым для меня. Прежде всего потому, что я переслушала все лекции по античной философии на платных и бесплатных ресурсах. В том числе о Платоне и Аристотеле. Фактически, для меня чтение “Метафизики” было тем шагом, с которого все же стоило начинать, но как вышло так вышло.
Я много мнений слышала, вплоть до такого, что это основополагающий философский трактат, без которого изучение философии сродни возведению здания без фундамента. Чтение “Метафизики” в частности, да и Аристотеля в целом, занятие очень непростое, требующее огромного сосредоточения, комментариев, поиска дополнительной информации. Небольшую в общем-то “Метафизику” я читала в течение нескольких месяцев. В процессе я поучаствовала в летней школе по философии и логике томского госуниверситета, которая мне очень помогла в понимании.
Тем не менее мне было сложно. Причин для этого много – от сложности изложения до вопросов, которые не переставали меня в прямом смысле мучить. Вроде такого: “Как из такого-то суждения интерпретаторы пришли к такому-то выводу?” Я вижу в тексте места, о которых слышала в лекциях, но часто не понимаю как строится интерпретация. И знаете что? Я рада этому. Значит, у меня еще впереди много открытий. Я уже недавно говорила эту фразу в контексте другой книги, но не перестаю радоваться тому, что мне еще учиться и учиться, удивляться и удивляться.
А пока берусь за “Политику”.
#aristotle@drinkread
#nonfiction@drinkread
❤66
891. Лорен Грофф "Аббатиса" 🇺🇸
Про Марию (Мари) Французскую, жившую на рубеже XII-XIII вв. мы знаем примерно ничего кроме одного очень важного факта: именно она оказала сильнейшее влияние на развитие куртуазной (придворной) литературы. На этой благодатной целине и вырос роман Лорен Грофф, где талантливая, но очень некрасивая, поэтесса, безответно влюбленная в королеву, сначала изгоняется с глаз долой в какое-то богом забытое аббатство, а потом становится аббатисой. История о том, как одна пацанесса долго шла и в итоге все-таки пришла к успеху.
Мари поставила перед собой великую цель: не просто объединить женщин под одной крышей, но и обучить их грамоте, ремеслам, создать настоящий женский рай, где девушки и женщины смогут заниматься тем, что им нравится, не становясь при этом исхудалыми, вечно голодным рабынями (!) господними.
Наверное, самая главная идея этой немаленькой книги заключается в том, что сила духа, подкрепленная трудностями, может стать настоящим двигателем. В некоторой степени “Аббатиса” – это такой мотивирующий феминистский роман о силе женщин, сплотившихся вместе ради достижения конкретных целей. Здесь не будет хороших и плохих, скорее здесь будут женщины разной степени несчастности. И это тоже важная мысль: мало кто приходит в обитель с желанием добровольно уйти от мирских тревог. Практически всех туда кто-то отправил против воли, как и саму Мари. Разве что пожилые матроны там добровольно заканчивают свою долгую жизнь, лишенные всех прав после смерти супругов.
Читатель хоть и переживает за судьбу Мари, но, думаю, чувствует, что в каждой строке, в каждом испытании на прочность, что выпали на долю этой талантливой и сильной женщины с тяжелым посохом, есть намёк на счастливый конец. Оказавшись в безвыходной ситуации, она все перевернула в свою пользу: получила огромную власть, которой до этого не было у женщины, посмотрела, во что превратилась со временем ее несбывшаяся возлюбленная и терпеливо дождалась у реки, когда мимо проплыли трупы ее врагов. Метафорически выражаясь, естественно.
На мой вкус – отличное чтение для отпуска, дороги, долгих выходных.
Про Марию (Мари) Французскую, жившую на рубеже XII-XIII вв. мы знаем примерно ничего кроме одного очень важного факта: именно она оказала сильнейшее влияние на развитие куртуазной (придворной) литературы. На этой благодатной целине и вырос роман Лорен Грофф, где талантливая, но очень некрасивая, поэтесса, безответно влюбленная в королеву, сначала изгоняется с глаз долой в какое-то богом забытое аббатство, а потом становится аббатисой. История о том, как одна пацанесса долго шла и в итоге все-таки пришла к успеху.
Мари поставила перед собой великую цель: не просто объединить женщин под одной крышей, но и обучить их грамоте, ремеслам, создать настоящий женский рай, где девушки и женщины смогут заниматься тем, что им нравится, не становясь при этом исхудалыми, вечно голодным рабынями (!) господними.
Наверное, самая главная идея этой немаленькой книги заключается в том, что сила духа, подкрепленная трудностями, может стать настоящим двигателем. В некоторой степени “Аббатиса” – это такой мотивирующий феминистский роман о силе женщин, сплотившихся вместе ради достижения конкретных целей. Здесь не будет хороших и плохих, скорее здесь будут женщины разной степени несчастности. И это тоже важная мысль: мало кто приходит в обитель с желанием добровольно уйти от мирских тревог. Практически всех туда кто-то отправил против воли, как и саму Мари. Разве что пожилые матроны там добровольно заканчивают свою долгую жизнь, лишенные всех прав после смерти супругов.
Читатель хоть и переживает за судьбу Мари, но, думаю, чувствует, что в каждой строке, в каждом испытании на прочность, что выпали на долю этой талантливой и сильной женщины с тяжелым посохом, есть намёк на счастливый конец. Оказавшись в безвыходной ситуации, она все перевернула в свою пользу: получила огромную власть, которой до этого не было у женщины, посмотрела, во что превратилась со временем ее несбывшаяся возлюбленная и терпеливо дождалась у реки, когда мимо проплыли трупы ее врагов. Метафорически выражаясь, естественно.
На мой вкус – отличное чтение для отпуска, дороги, долгих выходных.
❤66
Наконец-то мы выпустили зимний (да, который должен был выйти ещё в начале года) чёрно-белый номер "Иначе".
https://www.calameo.com/read/006841588883130322a82
Мы все больше поворачиваемся в сторону многоязычного журнала, сохраняя материалы на оригинальном языке, добавляя перевод на русский, а не заменяя им.
Кому интересно, что там делала я лично кроме редакторской работы, то в конце можно почитать мою статью о Ницше про аполлоническое и дионисийское начала.
Уже скоро (я очень надеюсь) выйдет и весенний номер. Уже почти все готово!
https://www.calameo.com/read/006841588883130322a82
Мы все больше поворачиваемся в сторону многоязычного журнала, сохраняя материалы на оригинальном языке, добавляя перевод на русский, а не заменяя им.
Кому интересно, что там делала я лично кроме редакторской работы, то в конце можно почитать мою статью о Ницше про аполлоническое и дионисийское начала.
Уже скоро (я очень надеюсь) выйдет и весенний номер. Уже почти все готово!
calameo.com
Литературный life style журнал «Иначе», шестой номер «Чёрное/Белое»
Ольга Фатеева, Massimo Riva, Игорь Дыдзинский, Max Lowton, Steve Fuller, Carsten Henn, Наталия Станкевич, Наталья Коваленко, Кирилл Марков, Ольга Лиманец, Сергей Карев и др.
❤50
892. Карл Ясперс "Вопрос о виновности. О политической ответственности Германии" 🇩🇪
Честно говоря… Сначала я не хотела писать отзыв вообще. Потом я хотела просто выложить под ним цитаты и ничего не писать, а сейчас все-таки решила не жевать вола, а написать обычный отзыв.
Когда закончилась Вторая мировая, немцы оказались в очень неудобной ситуации – нужно было разобраться с важным вопросом, который, пока с ним не разберешься, не дал бы Германии двигаться дальше: кто виноват. Не, ну спору нет, Гитлер и его прихлебатели. Разве что прихлебателей у него было по состоянию на 1933 год, когда состоялись выборы в Рейхстаг, было немногим меньше половины страны. Дальше официальные цифры варьировались, наверное, в районе 78-146%.
Когда война закончилась, кто-то сильно расстроился, кто-то обрадовался, кто-то прикинулся ветошью, а вопрос так и остался открытым: кто виноват? Гитлер и его друзья по бункеру застрелились, Геринга, Риббентропа, Кейтеля, Кальтенбруннера и иже с ними казнили очно, Бормана – заочно. Кто-то сбежал и прекрасно дожил до старости, кого-то вернули и покарали. Но к населению вопросики так и остались.
Карл Ясперс выделил три аспекта вины немцев перед мировой общественностью: вина политическая, вина моральная, вина метафизическая.
Но все было бы очень просто, если бы на этом и закончились умствования великого философа. На протяжении всего чтения ощущается, как тяжело Ясперсу давались классификации и как он все время укатывался в размышления о смежном и пограничном. Он не накинулся на всех немцев и не заставил никому целовать ноги, он остался достаточно трезв и логичен. В некоторые моменты, когда речь доходит до “коллективной вины” и все вдруг становится вроде бы понятным, Ясперс уходит на другую ветвь размышления, а ясность пропадает снова.
Ясперс не отвечает в этой книге на вопросы, он переселяет правильные вопросы в голову и заставляет читающего отвечать на них самостоятельно. И это прекрасно накладывается на его философию.
#nonfiction@drinkread
Честно говоря… Сначала я не хотела писать отзыв вообще. Потом я хотела просто выложить под ним цитаты и ничего не писать, а сейчас все-таки решила не жевать вола, а написать обычный отзыв.
Когда закончилась Вторая мировая, немцы оказались в очень неудобной ситуации – нужно было разобраться с важным вопросом, который, пока с ним не разберешься, не дал бы Германии двигаться дальше: кто виноват. Не, ну спору нет, Гитлер и его прихлебатели. Разве что прихлебателей у него было по состоянию на 1933 год, когда состоялись выборы в Рейхстаг, было немногим меньше половины страны. Дальше официальные цифры варьировались, наверное, в районе 78-146%.
Когда война закончилась, кто-то сильно расстроился, кто-то обрадовался, кто-то прикинулся ветошью, а вопрос так и остался открытым: кто виноват? Гитлер и его друзья по бункеру застрелились, Геринга, Риббентропа, Кейтеля, Кальтенбруннера и иже с ними казнили очно, Бормана – заочно. Кто-то сбежал и прекрасно дожил до старости, кого-то вернули и покарали. Но к населению вопросики так и остались.
Карл Ясперс выделил три аспекта вины немцев перед мировой общественностью: вина политическая, вина моральная, вина метафизическая.
Фраза: «Это ваша вина» – может означать:
Вы отвечаете за преступления режима, который вы терпели, – тут речь идет о нашей политической вине.
Ваша вина в том, что вы еще и поддерживали этот режим, участвовали в нем, – тут наша моральная вина.
Ваша вина в том, что вы бездействовали, когда рядом творились преступления, – тут намечается метафизическая вина.
Но все было бы очень просто, если бы на этом и закончились умствования великого философа. На протяжении всего чтения ощущается, как тяжело Ясперсу давались классификации и как он все время укатывался в размышления о смежном и пограничном. Он не накинулся на всех немцев и не заставил никому целовать ноги, он остался достаточно трезв и логичен. В некоторые моменты, когда речь доходит до “коллективной вины” и все вдруг становится вроде бы понятным, Ясперс уходит на другую ветвь размышления, а ясность пропадает снова.
Морально я могу быть обязан рисковать своей жизнью, если надо что-то осуществить. Но морально несостоятельно требование, чтобы кто-то жертвовал жизнью, зная наверняка, что этим ничего не достигнешь. Морально требование риска, но не требование, чтобы кто-то выбрал верную смерть.
Народа как целого не существует. Все разграничения, которые мы делаем, чтобы определить его, перечеркиваются фактами. Язык, гражданство, культура, общность судьбы — все это не совпадает, а пересекается. Народ и государство не совпадают, как не совпадают язык, общность судьбы, культура. Народ нельзя превратить в индивидуум.
Ясперс не отвечает в этой книге на вопросы, он переселяет правильные вопросы в голову и заставляет читающего отвечать на них самостоятельно. И это прекрасно накладывается на его философию.
#nonfiction@drinkread
❤83