Хаверим, а помогите саблетом! Ко мне в Израиль внезапно прилетает подруга 2 — 12 января. Невероятно, но это новогодние каникулы, и найти что-то уже очень трудно. Может, сдает кто-то что-то на эти даты за приятную дружественную цену? Ну и да, знаю этого человека с 11 лет, так что это не кто-то там левый!
UPD: всем спасибо, нашли!
UPD: всем спасибо, нашли!
Слышу разговор двух пожилых израильтян, которые случайно встретились в магазине:
— Ну как твои дела?
— Да нормально, вот перевезли магазин в новое место. Короче, переезжаем, продаем, переезжаем, продаем и так по кругу.
— Ну да, живем, в общем.
— Ну как твои дела?
— Да нормально, вот перевезли магазин в новое место. Короче, переезжаем, продаем, переезжаем, продаем и так по кругу.
— Ну да, живем, в общем.
Поговорила для «Мела» во время нон-фикшна с Йессикой Баб Бунде — автором детского комикса про Холокост «Когда я вернусь». В комментариях к материалу люди беснуются: мол, вы своими комиксами хотите сделать из детей дебилов, да и как, вообще, можно совмещать такую сложную тему с таким простым форматом. Я не педагог и даже не родитель, но мне кажется, книга хорошая и подойдет детям 9 – 12 лет https://mel.fm/chto-pochitat/6340587-jessica_bab_bonde
Стою на платформе, жду поезда. Подходит симпатичный американец:
— Прости, пожалуйста, но ты выглядишь очень badass. В хорошем смысле слова.
— Вау... Ну, спасибо.
— Куда ты едешь?
— К папе в Хайфу.
— Это очень здорово, когда люди поддерживают отношения с семьей. Вот у меня был друг в Нью-Йорке, он сидел на героине. Один раз пришел ко мне с какой-то женщиной и они вместе начали ставиться. Оказалось, это была его мама. Понимаешь, какой у них уровень близости? Вот это family goals! Ну ладно, с праздником тебя!
— Прости, пожалуйста, но ты выглядишь очень badass. В хорошем смысле слова.
— Вау... Ну, спасибо.
— Куда ты едешь?
— К папе в Хайфу.
— Это очень здорово, когда люди поддерживают отношения с семьей. Вот у меня был друг в Нью-Йорке, он сидел на героине. Один раз пришел ко мне с какой-то женщиной и они вместе начали ставиться. Оказалось, это была его мама. Понимаешь, какой у них уровень близости? Вот это family goals! Ну ладно, с праздником тебя!
В раздевалке бассейна в Хайфе три 15-летних девочки жалуются друг другу на свои семьи:
— Мне приходится соблюдать шабат, потому что мой папа француз, они там все религиозные, — говорит одна.
— Знаешь, что такое вырасти у йеменских? Это когда тебе 15, а у тебя уже 13 племянников, — рассказывает вторая.
— Зато вам завтра не надо идти к бабушке с дедушкой есть салат картошка*, — обреченно говорит третья.
*салат картошка = оливье
— Мне приходится соблюдать шабат, потому что мой папа француз, они там все религиозные, — говорит одна.
— Знаешь, что такое вырасти у йеменских? Это когда тебе 15, а у тебя уже 13 племянников, — рассказывает вторая.
— Зато вам завтра не надо идти к бабушке с дедушкой есть салат картошка*, — обреченно говорит третья.
*салат картошка = оливье
Жизнь забросила меня первого января в Эйлат. Последний раз я была здесь шесть лет назад и убежала от скуки в Иорданию через пару часов. Короткая прогулка по городу доказала, что ничего особо не изменилось, но (!) вдруг я чего-то не знаю. Читает меня кто-нибудь из Эйлата? Мне тут тусить сутки, сегодня одной. Может, есть какие-то вкусные/интересные места, которые вы скрываете от понаехавших?
В общем, я вчера была в храме, и это снова не увенчалось успехом. Последний раз я оказалась там на отпевании своего мастера из ВГИКа, и мне случайно подожгли волосы свечкой. Вчера я приехала с православной подружкой в Иерусалим, и она попросила отвести ее куда-нибудь на Рождество. Так, после четвертого стакана виски мы пришли в Русское подворье и я погрузилась в мир золота, ладана, икон и других запретных мне вещей. Пока не самая праведная подруга пыталась креститься в такт с остальными паломниками, я нашла книжку об истории Иерусалима, и села с ней в углу. Через 20 минут ко мне подошли две активные прихожанки.
— Милочка, твоим поведением здесь не очень довольны, — начала первая.
Я мысленно оценила свое черное платье до колена, книжку в руках и удивилась.
— Понимаешь, ты сидишь ножка на ножку: у нас так не принято. Платочек не надела, а его на входе же прям дают. Не крестишься со всеми, а ведь можно спросить, мы подскажем когда.
— Если честно, я еврейка, подружку привела сюда, потому что она попросила. Но я могу на улице подождать, если хотите.
— Ой, ну какая ты молодец! Оставайся, конечно! Бог нас всех любит, даже евреев! — тут же ответили они и начали меня обнимать.
Через пару минут одна из них наклонилась ко мне и прошептала на ухо: «У меня вообще вся кухня кошерная и внук обрезанный, не переживай». Я вежливо кивнула и терпеливо продолжила ждать подругу. Понимание, что пора бежать пришло после того, как эта же женщина очень таинственным голосом объявила нам: «Литургия — это мистерия. Сейчас она начнется».
— Милочка, твоим поведением здесь не очень довольны, — начала первая.
Я мысленно оценила свое черное платье до колена, книжку в руках и удивилась.
— Понимаешь, ты сидишь ножка на ножку: у нас так не принято. Платочек не надела, а его на входе же прям дают. Не крестишься со всеми, а ведь можно спросить, мы подскажем когда.
— Если честно, я еврейка, подружку привела сюда, потому что она попросила. Но я могу на улице подождать, если хотите.
— Ой, ну какая ты молодец! Оставайся, конечно! Бог нас всех любит, даже евреев! — тут же ответили они и начали меня обнимать.
Через пару минут одна из них наклонилась ко мне и прошептала на ухо: «У меня вообще вся кухня кошерная и внук обрезанный, не переживай». Я вежливо кивнула и терпеливо продолжила ждать подругу. Понимание, что пора бежать пришло после того, как эта же женщина очень таинственным голосом объявила нам: «Литургия — это мистерия. Сейчас она начнется».
Forwarded from На словах (Linor Goralik)
Начала смотреть сериал «Мессия» (мне пока очень нравится). В первой серии ISIS, бои в Дамаске, агенты ЦРУ, то, се... И все время говоришь себе: нельзя, наверное, верить кино. Черт его знает, так ли выглядят боевики ISIS. Черт его знает, так ли устроены бои в Дамаске. Черт его знает, в каких квартирах живут агенты ЦРУ... А потом показывают израильский погранпост посреди пустыни. Вышка. Внутри валяются разморенные жарой девочка и мальчик лет двадцати. Форма надета, как попало. Девочка читает журнал сорокалетней давности, который на этом посту, видимо, ее бабушка позабыла. У мальчика в пасти зажженный косяк. И время от времени девочка смотрит на пустыню в большой бинокль. И вот она видит, как по пустыне на них идет неизвестный человек с непокрытой головой. И говорит: «Ой, какой-то пизданутый ебанат*». Мальчик берет бинокль, смотрит, говорит: «Здравствуй, пизданутый ебанат». И вдруг понимает, что за пизданутым ебанатом идут две тысячи человек. И они с девочкой начинают орать: ״Oh shit oh shit oh shit oh shit!!11!!”, гасить косяк об стол и судорожно искать свои шлемы.
И тут ты понимаешь, что и бои в Дамаске устроены именно так, и агенты ЦРУ живут именно в таких квартирах.
——
*Ben-zona meturaf.
И тут ты понимаешь, что и бои в Дамаске устроены именно так, и агенты ЦРУ живут именно в таких квартирах.
——
*Ben-zona meturaf.
Смотрите, кого Elle France поставила на обложку. Это не актриса, не политик, не писательница. На фотографии 45-летняя Дельфин Орвиллёр — одна из трех жен-раввинов страны. Она часто высказывается об отношениях между мусульманами и евреями в стране. В прошлом году, например, во Франции активно обсуждали ее «Размышления об антисемитском вопросе». Еще она главред небольшого еврейского издания https://tenoua.org/. При этом во многих интервью Дельфин говорит: I am not only Jewish! I am many other things!