Мы устали от обмана со стороны режима, поэтому у нас нет никакой терпимости к вранью, особенно когда оно исходит от тех, кто обязан говорить правду.

— спокойной ночи

3 июня в Европарламенте прошёл круглый стол о положении российских беженцев, я принял в нём участие. Там выступал и Фёдор Крашенинников. Он жаловался на то, что его заявление на убежище в Бельгии рассматривают слишком долго. Но это откровенное лицемерие. Я неоднократно встречал его в Берлине, а человек с открытым заявлением на убежище не имеет права покидать страну, где он подал документы. Для многих россиян, которые реально ждут решения и ограничены в передвижении, это строгий запрет и тяжёлая реальность. У Крашенинникова же — привилегия, которой нет у большинства.

В итоге круглый стол, который должен был обсуждать судьбы уязвимых людей, превратился в площадку для личного пиара и решения своих бюрократических вопросов. Настоящие беженцы годами живут в приёмных центрах, без работы, без нормальных условий, и их проблемы никто, вмдимо, не хочет решать. Зато человек с ВНЖ и свободой передвижения представил себя жертвой системы.

Претендовать на «представительство россиян за рубежом» — полная ерунда, если твоя работа не приносит результатов. Общественная приёмная, громкие заявления и показуха — вот и вся деятельность.

И тут главный вопрос: а как после такого верить этим «оппозиционерам»? Если они врут в лицо, играют роль жертв, а люди им продолжают верить и не хотят услышать правду. Это не просто личное лицемерие — это удар по доверию ко всей оппозиции. В итоге страдают самые уязвимые, те, кому помощь действительно нужна, потому что их истории начинают воспринимать сквозь призму этих фальшивых примеров.

Если такие люди остаются «лицом оппозиции» в Европе, то оппозиция неизбежно превращается в клуб по интересам, лишённый доверия и реального влияния. А ответственность за это должен нести каждый, кто сознательно пользуется системой в своих целях.

Говорить правду, даже если она не нужна никому — обязанность человека который видит несправедливость

И этим же оппозиционером должно быть стыдно, стыдно за то, что они используют своё положение для продвижения личных вопросов.

Мне стыдно за то, что у меня нет ресурсов, чтобы помочь россиянам, действительно страдающих от дискриминационной политики некоторых странах ЕС. И людей, которых я считал, что они преследуют те же цели, что и я, а потом оказавшись просто лицемерами — мне действительно жаль, потому что у них нет никакого будущего.

Ройзман видимо забыл как его организация «Город без наркотиков» наручниками приковала людей и пытала.

Ройзман — фашня обыкновенная, он пытается чтобы люди забыли как он поддержал аннексию Крыма.

Я буду всё делать ради того, справедливость восторжествовала над такими как его.

Если правительство Германии станет фашистским, я буду обязан совершить действия, которые могут быть расценены как государственная измена.
Я считаю это своим гражданским долгом, который основан на принципах, закреплённых в Конституции Германии.

И такой принцип должен будет быть закреплен в будущей конституции России.

ст. 20 конституции ФРГ.

зетники, либертарианцы пытаются раздуть мою историю и доказать, что я — не политзаключенный. Прошу вас, обратитесь на прямую за коментарием в ФСБ или лично к моему следователью — Савощенко Евгению Николаевичу, майора ФСБ

Михаил Светов в своём стриме назвал меня «немецким шпионом» и заявил, что признание меня политзаключённым «дискредитирует правозащитников».

Но это риторика не оппозиционера, а пропаганды Кремля. Такими словами он подыгрывает режиму, который и без того клеймит всех несогласных «агентами» и «шпионами».

Подобные атаки разрушают солидарность с политзаключёнными и играют на руку Путину — именно этого добивается система, когда заставляет сомневаться в жертвах репрессий, а не в тех, кто их устраивает.

Ройзман продукт своей среды и своего времени. Но даже если бы это было не так, если бы он был каким-то необычным аутлаером (мне кажется, Светова вполне можно таким назвать) — тратить свою энергию на справедливость в отношении таких персонажей сомнительная затея. Ничего не произойдет, ничего не поменяется, если просто катить бочку на какую-либо персоналию, как бы мощна и аргументирована ни была бочка. Имеет смысл двигать свои телеги, формулировать свою позицию, и делать вещи в соответствии с этой позицией, вида "я не приемлю поведение X —> я не практикую поведение X" и "я считаю что надо делать Y —> делаю Y".

Кажется, наверное, что вот он злодей, и вот очевидный способ его наказать, поспособствовать торжеству справедливости. Но это та самая ситуация "до кого могу дотянуться, того и буду трясти". У тебя есть некий социальный капитал, и ты решаешь его использовать таким образом. Но вероятнее всего, в результате этого ты его просто потратишь, потеряешь какую-то его часть на
то чтобы создать конфликт, еще больше потеряешь если не сможешь одержать оглушительную победу в этом конфликте (а конфликт этот с людьми, у которых социального капитала много больше, они этот капитал могут без ущерба слегка потерять). Но в любом случае, единственный потенциальный профит от конфликта — это победа в конфликте. Это не создание чего-то нового, не организация какого-то движения единомышленников, это не результат имеющий последствия вне жизни участников этого конфликта. Действительно ли ты хочешь тратить свой социальный капитал именно на это?.. Я бы не писала эту простыню, если бы мне не думалось, что у тебя гораздо, гораздо больше потенциала, чем кипятящие кровь конфликты с твиттерянами. Знаю, что кровь хочется кипятить, но... должны быть какие-то способы интереснее и продуктивнее. Возможно, например, на этом этапе чтение историй диссидентов и размышление об их пути, их видении мира, их победах и поражениях.

Ты на самом деле сильно напоминаешь Навального своим шилом в попе — и это чудесно. Если бы тебе удалось обрести такую же юморновость и понимание, как работает этот мир, это было бы сродни второму пришествию! У Навального было много проб и ошибок, но он начинал на пустыре, а у тебя есть возможность не тыкаться в случайные места самому и смотреть что выйдет, а использовать опыт других людей. Взаимодействовать с персонажами из твиттера это вообще едва ли политическое действие, не говоря о том, что социального проку от этого даже в теории не добиться — персонажи продолжат быть персонажами, их одобрение или неодобрение отдельными людьми скорее всего не поменяется, а если вдруг и поменяется, то не переродится в какой-то социальный институт — потому что социальные институты возникают совершенно другим образом.

Я полностью согласен с автором — бессмысленно тратить ресурс на бессмысленные конфликты с отдельными фигурами.

Но важно помнить ещё одно: самая тяжёлая несправедливость— та, которую поощряют те, кого мы считаем своими, кого мы воспринимаем как представителей «нашей» стороны. И именно это делает её особенно болезненной.

Эмоции тут неизбежны — трудно не реагировать, когда тебя предают те, кому доверяешь. Но топливо наше ограничено, и сохранить его нужно, чтобы использовать на действительно значимые вещи.

позор и стыд

Самое забавное, что Илья с серьёзным видом ссылается на Конституцию РФ — мол, в статье 6 написано, что гражданина нельзя лишить гражданства.

Но в 2025 году звучит абсурдно апеллировать к этому документу. Под вывеской «конституционного государства» убили Алексея Навального, замучили Викторию Рощину и многих других...

Пока мы продолжаем цепляться за нормы «конституции» фашистского государства, мы лишь воспроизводим его мифы и правила игры. А значит — соглашаемся жить в той реальности, где убийства, пытки и репрессии объясняются законами, которых на деле давно не существует.

порвал паспорт я,а лишили гражданство у Яшина — хорошее начало анекдота

скоро меня обвинять в том, что я проллобировал лишение гражданства Яшина

Никогда не думал, что в 2025 году найдутся люди, готовые защищать российских судей, прокуроров, следователей и фсбшников. Особенно тех, кто делает это, находясь за границей. Для меня они ничем не отличаются от зетников — те же оправдатели репрессий и насилия, только в более приличной упаковке.