Мент как сущность вшит в нашу ментальность, и всё держится только на нём: документы, алименты, медикаменты, комментарии — часть обыденности каждого человека в мире. Играя с корнями и суффиксами русского и английского языков, писательница Эмилия Деменцова написала морфемный верлибр «Ментовской беспредел», фиксирующий, как монументальная фигура силовика пронизывает каждый сегмент общественной жизни, формирует реальность, подавляет протест против самой себя и напоминает о смерти.

https://discours.io/expo/literature/prose/mentovskoy-bespredel

Память не ухудшается с возрастом, а пожилой человек запоминает информацию даже лучше молодого. Воспоминания могут храниться в мозге всю жизнь, но из-за обилия новых знаний доступ к ним затрудняется. Кроме того, если постоянно извлекать и оживлять старые воспоминания, не подкрепляя их сильной эмоциональной реакцией, они модифицируются или деформируются — именно поэтому, если часто прокручивать в голове какое-либо событие, можно потерять его важные детали или случайно придумать новые.

Публикуем конспект лекции доктора биологических наук и члена-корреспондента РАН Павла Балабана о том, как устроена и где локализована память, можно ли её стереть, существует ли молекула, отвечающая за запоминание, почему мы забываем, и есть ли таблетка, которая поможет сохранять воспоминания?

https://discours.io/articles/social/pamyat-nechelovecheskaya-pochemu-my-zabyvaem

Приговорённый к 2,5 годам тюрьмы Алексей Навальный отбывает срок в «ИК-2 Покров» во Владимирской области, где ему не дают спать, а больную спину и отнимающуюся ногу предлагают лечить ибупрофеном и мазью. 31 марта Навальный объявил голодовку, потому что к нему не пускают врачей — ситуацию не изменило даже то, что сотни известных людей от Андрея Звягинцева до Джоан Роулинг напрямую потребовали от Путина оказать политику медицинскую помощь.

Из-за критических анализов Алексея и иска прокуратуры о признании ФБК и сети региональных штабов Навального экстремистскими организациями, сторонники оппозиционера анонсировали всероссийские акции протеста с требованием допустить к Навальному врачей.

В день выступления Путина с посланием Федеральному Собранию, 21 апреля, в разных городах России в поддержку политика на улицы вышли десятки тысяч человек. Общую численность протестовавших по всей стране МВД оценило в 14 400 человек, однако, в одной только Москве, по другим данным, вышло от 10 до 25 тысяч. Сотни людей выходили на улицы в других странах — Германии, Франции, Великобритании. Митинги сопровождались задержаниями в 98 городах России — всего в отделениях оказались более 1950 человек, при этом в столице задержали всего несколько десятков. Центром полицейского насилия стал Санкт-Петербург — там задержали более 800 человек, часть из которых жаловалась на избиения и пытки электрошокерами. Во многих городах также прошли аресты и обыски у активистов, сторонников Навального и других политиков.

Рассказываем, как мир следил за голодовкой оппозиционного политика, который может умереть без врача в российской тюрьме, как прошли внезапно анонсированные митинги за допуск врачей к Навальному, чем апрельские протесты отличились от январских и февральских, как петербургские депутаты отчитывали силовиков за насилие и чего удалось добиться протестующим.

https://discours.io/articles/social/free-navalny-protests

Оставив хорошую работу в московском банке, Гюзель Андержанова переквалифицировалась в преподавательницу и переехала в мусульманское поселение в Воронежской области, чтобы учить физкультуре местных детей. За полтора года она стала вегетарианкой, начала вести ИЗО, музыку и труд, наладила контакт с детьми, настроила против себя других учителей и зареклась работать в государственной школе. Публикуем интервью с Гюзель о том, почему дети не хотят общаться со взрослыми, как найти подход к ребёнку с аутизмом, зачем школе помещение для особенных детей, если они всё равно их не принимают, как с помощью обычного обруча научить самых тихих и забитых учеников разговаривать, и почему современная образовательная система антигуманна.

https://discours.io/articles/social/gniloe-yabloko-sobachya-zhizn-i-mesto-sily-kak-pereehat-iz-moskvy-v-musulmanskuyu-derevnyu-i-ne-pozhalet

«Как не получить по е**лу дубинкой?
И пулю в упор в лоб?
Конституция защищает право на смерть,
А не живущий в стране народ»

Нытьём ничего не изменить, а сделать мир лучше можно только отказавшись от статуса жертвы — уверена участница Маяковских чтений Holy Melany. Поэтесса высмеивает традиции, стадный инстинкт и пишет о социальном «сегодня»: насилии на протестах, экологических катастрофах, изоляции и бездумном поведении людей. Чтобы разобраться, почему «Маяки» считаются самой свободной поэтической площадкой в России, и рассказать о поэтах улиц, мы продолжаем цикл «Поэзия площади», в котором публикуем лучшие стихи, звучавшие в центре столицы в последнее десятилетие.

В восьмом выпуске — Holy Melany о снах, в которых дети будущего боятся выйти на улицу, потому что их предки сегодня струсили; погибшей морской фауне Камчатки; сборе личных данных в эпоху ковида; людях, ставших опухолью на теле планеты; нерентабельности мыслей о будущем; праве гражданина на смерть и стране, в которой нас учат не дышать.

https://discours.io/expo/literature/poetry/holy-melany-poetry

«Достаточно увидеть на человеке белые перчатки, чтобы признать в нем врага». К началу XX века число жертв анархистского революционного террора в Российской империи исчислялось тысячами человек: боевики грабили международные банки, подрывали кофейни, поезда и океанские суда. Хотя в первую очередь целью террористов были губернаторы, министры, помещики и другие представители элиты, часто случайными жертвами становились простые люди, бесконечно далёкие от диспутов об устройстве России. Несмотря на масштаб подрывной работы и количество убитых, анархисты так и не смогли свергнуть режим — идеологические разногласия не позволили активистам объединиться, а мелкие террористические акты переросли в банальный бандитизм.

Публикуем фрагмент книги доктора исторических наук Олега Будницкого «Терроризм в Российской империи: краткий курс», в котором автор рассказывает об истории анархистского террора и идеалах подрывников, а также о том, кто организовывал самые опасные и смертельные акты, почему активисты боролись с царизмом точечно — уничтожая буржуев, и что раскололо анархистское движение:

https://discours.io/articles/chapters/anarchist-terror-in-russian-empire

Средневековые европейцы судили богохульников, просверливая им языки и прилюдно казня. Люди верили, что, если вовремя не осудить святотатца, — Всевышний нашлёт кару на всех людей. К XIX веку Западная Европа отошла от религии, практика применения законов о богохульстве сократилась, но не изжилась. В 1968 году в Нидерландах судили писателя Герарда Реве, изобразившего Бога в романе ослом. В речи на суде Реве заявил, что запрет ограничивает представления о Боге, и Ослиный процесс стал последним случаем применения закона в Голландии — с тех пор религиозное чувство стало личным правом каждого человека.

В новом выпуске подкаста — история Егора Осипова о том, как сделать намерение оскорбить Бога недоказуемым, почему мусульманам приходится мириться с «пассивным богохульством» в либеральном обществе, и чем хула на Бога отличается от последовательной критики религии.

Подкаст: Apple Podcasts, Google Podcasts, Anchor, Яндекс.Музыка, Radio Public, CastBox, PodLink
Версия для чтения:«Я — настолько же Бог, насколько и вы»

В течение нескольких десятилетий фотограф Виктория Ивлева ездила по африканским и постсоветским странам, снимая последствия военных конфликтов, нищету и разруху, помогая беженцам выживать. Она побывала во многих горячих точках мира: снимала вооружённый конфликт в Нагорном Карабахе, беременная ездила освещать гражданскую войну в Афганистане, запечатлела ужасы геноцида тутси в Руанде, фотографировала страшные трущобы в Кении, где живут ВИЧ-инфицированные, и с гуманитарной помощью посещала Судан. В Африку журналистка возвращалась много раз. На её снимках — люди, потерявшие ноги из-за противопехотных мин, ежедневные многочасовые путешествия за водой, играющие с останками танков дети, бульдозеры, сгребающие трупы в кучи, женщины за готовкой и радость от долгожданного воссоединения с семьёй. «Все эти люди селились в моей памяти, а кто-то и в жизни» — говорит Виктория.

Ивлева фиксировала увиденное не только на фотографиях, но и в дневниках — она писала о жизни в смертельно опасных условиях, о бескорыстной помощи, которую оказывали друг другу незнакомцы, об усыновлении выброшенных детей и надежде на будущее. Публикуем четыре истории журналистки о поездках в Руанду, Уганду, Анголу и Кению, в которых она рассказывает о пленённом мальчике Одонге Боско — ему Виктория помогла пойти в школу и стать врачом, о благотворительных организациях, поддерживающих больных СПИДом в Найроби, и о миротворцах, отдающих свои жизни во благо других. А также о том, в каких условиях живут беженцы, как дети ходят в школу через минное поле, почему саммиты ООН по миротворческим делам — лицемерны, как террористы в Уганде воруют детей и превращают их в боевиков, и почему любовь — главный двигатель человечества.

https://discours.io/articles/empiric/afrikanskie-dnevniki-fotozhurnalistki-viktorii-ivlevoy-zametki-iz-goryachih-tochek-o-voyne-genotside-golode-i-sile-lyubvi

С первой думской кампании 2003-го, «Единая Россия» неизменно получала большинство мест в главном законодательном органе страны и монополизировала принятие каких угодно законов и проведение какой угодно политики. За время правления «ЕР» курс либеральных экономических реформ сменился нефтегазовым застоем, количество больниц сократилось вдвое, школ — на треть, а страна стала одним из мировых лидеров по количеству полицейских и самоубийц на душу населения.

Спустя 20 лет работы партии по уровню коррупции, верховенства права и свободы прессы Россия находится на уровне африканских и азиатских диктатур. Однако, несмотря на значительный антирейтинг и на то, что сейчас за партию готовы проголосовать не более 30% граждан, на предстоящих выборах в парламент «Единая Россия» вновь планирует получить две трети мандатов. В масштабном лонгриде об истории и обещаниях «Единой России» разбираемся, откуда появилась главная политическая сила современной России, чьи интересы она представляет, какие обещания партия давала россиянам и смогла ли она их выполнить, каким образом, несмотря на критику, единороссам удаётся удерживать власть и почему всё меньше людей доверяют «партии власти».

https://discours.io/story/fails-and-promises-of-er

Представим на секунду, что руководитель РПЦ — истинный христианин, без труда отличает пророка Иону от Илии, бессеребренник, ездит на метро и пользуется запыленным перемотанным скотчем ноутбуком. Патриарх — противник бюрократии, сближения церкви и власти, роскошных лимузинов и квартир; его цель — исповедовать открытость, скромность, честность и гуманизм. Что заставит такого человека баллотироваться в президенты?

В пьесе драматурга Павла Соколова «Антипатриарх, или диалоги с Великой Инквизиторкой» Патриарх Московский и всея Руси Николай надеется изменить порочную систему, отказывается играть по правилам государства, однако верит — пути Господни неисповедимы. Как страх за жизнь заставит наставника паствы пересесть с подземки на авто, а галлюцинации об Уиллеме Дефо в образе Христа — бежать в монастырь на Соловках, что станет с патриархом спустя годы уединения, и как слух о его безумии, пущенный политическими конкурентами, расчистит Николаю дорогу к золотым часам?

https://discours.io/expo/literature/drama/antipatriarh-play