Друзья из «Прочитано» попросили с чем-нибудь выступить, и теперь я выступаю за отмену долгого ящика в креативном производстве:

Соображения о творческой экономике

Написать рассказ — лучший способ запатентовать идею.

Потом, если кто-то высвистит похожий мотив и заработает денег, вы у него через суд стребуете и будете сыты и правы, хотя, конечно, рупь — ничто по сравнению с удовольствием от осуществления замысла.

Известно, что идеи, едва они покажутся на радаре, надо поскорее записывать, иначе они разлетаются и оставляют вас в страшных муках лишения, ведь давно известно, что забытые идеи — всегда самые лучшие, по крайней мере такой у них, неиспробованных, запах. Я же убеждён, что и записанная идея — даже не полблюда, а сырой, живой и курлычущий ингредиент, и хорошо бы его ощипать да припечь, пока не пропал аппетит. Что до рассказа, то он, продолжая метафору, являет собой простейший рецепт. Брэдбери, к примеру, начинающим авторам советовал изготовлять не менее рассказа в неделю, а Чехов в тот же срок писал их в количестве двух, а то и трёх штук. Чем вы хуже Чехова?

Другое дело, когда идея родилась великая. В рассказе ей, пожалуй, будет тесновато, но вы уж как-нибудь утрамбуйте. Главное — застолбить. Потом распишете в вещь на десять авторских листов. Так можно. И более того — в писательских вольерах малые формы нередко вырастают в сравнительно крупные, как то: «Любимец» Кира Булычёва, «Тёзка» Джумпы Лахири (рассказ «Гоголь»), «Дар» Набокова («Круг»), «Миссис Дэллоуэй» Вулф и многие-многие другие.

«Что их, рассказы, писать, — скажете, — на них не заработаешь».

Я вам отвечу, что и на романах не заработаешь, — это первое. А второе: всякое бывает, и если ваша история хороша (а зачем бы вам писать плохую?), придёт богатый кинодел и вручит вам за неё под миллион или за. Он, кинодел, тоже человек. У него дисперсия внимания и самая интересная лента на свете. Ну какие длинные книги? На рассказик бы время выкроил. Взять вот Стивена Кинга. Две последние его экранизации («Обезьяна» и «Жизнь Чака») — обе по малой прозе.

Вы мне: «Штучные сделки!»

Они, может, и штучные, а за каждым вторым эпизодом нетфликсовской антологии «Любовь, смерть и роботы» — недлинный литературный источник. Больше всего повезло фантасту Джону Скальци, в рамках сериала анимировано семь, что ли, его рассказов, но есть адаптации и Джо Лансдейла, и Джо Аберкромби. У первого в библиографии преимущественно ужасы, у второго — фэнтези.

«Что нам, русским людям, латиница? Тьфу на неё!»

Так ведь и в кириллице случается. В основе сериала «Аутсорс» с Янковским — рассказ Дениса Драгунского «Дочь военного пенсионера», права на который были проданы киноцеху за некую «устроившую» автора сумму.

«И всего?»

А сколько надо? Дарья Жук мастерит кино по рассказу Татьяны Замировской, а у Цыпкина уже киновселенная по мотивам материала его «БеспринцЫпных чтений».

А впрочем, кто бы спорил. Проза — бедное дело, и мы не Кинги, и «Нетфликс» ушёл, и не про нас писали «Денискины рассказы». Всё правда, но я в литературе за экономическую грамотность, из которой следует: задумки сами по себе — воздух, ничто, а вот их выражение, пусть даже немногословное — уже какая-никакая инвестиция.

Фотоколлаж: Вера Варочкина*
___
*деятельность организации Meta Platforms Inc, её продуктов Instagram и Facebook запрещена в Российской Федерации

* равно известно

У библиотеки «Прочитано», кстати, появился сайт-компаньон чисто про бумагу. Выглядит очень сексуально.

Зацените: https://sbornik.prochitano.ru/

По новому тому «Прочитано» имею сказать, что, хоть первый и был красавцем, второй в плане оформления задает планку уже не литературным изданиям, а вообще изданиям. Это во-первых.

Во-вторых, прибавилось знакомых имен — в сборнике фигурируют тексты Айгуль Клиновской, Ивана Бевза, Иры Данильянц и др.

В-третьих, «Пустой рассказ» Евгения Сологуба, про который я в тот раз писал как про публикацию в онлайн-библиотеке, во втором томе зафиксирован на бумаге. Хороший рассказ, так ему и надо.

В-четвертых, совершенно раскатался со «Слова рыбака» Арины Обух, и теперь постулирую, что если автор не умеет брать высоту какого-нибудь тысячника ЖЖ золотой поры платформы, ему не следует писать ничего, что предполагается как смешное и/или остроумное. Обух умеет. Уже ищу ее канал для досужего чтения.

Вот такой он, посмотрите.

В-пятых, Евгений Сологуб, который, напоминаю, исключительный писатель, но не исключительно писатель, а еще литературный редактор «Прочитано», завел канал, в котором успел ненавязчиво преподнести список внеклассного чтения участникам регулярно объявляемых проектом опен-коллов, а в окружающих постах, по моим личным ощущениям, изобрел жанр неаудиторного ASMR-контента на околокнижную тему.

Вы обязаны подписаться: https://xn--r1a.website/slovami_i_tropami

Четвертая глава «Бледного короля», но картинка.

Подозреваю, что все издание in principio затеялось как раз из-за нее и последующей, пятой, которая читается как законченный рассказ о маленьком святоше Леонарде Стецике или пророчество о народном (не всего народа, но какой-то регистрируемой его части) возмущении поборничеством Греты Тунберг, и даже уверен, поскольку эти две главы — Уоллес в лучшем виде, то есть смешной, проницательный и синтаксически слепой. Зачем читать роман дальше, неясно.

Последующие явления Леонарда, уже масштабированного до взрослого мужика, написаны, видимо, совсем начерно либо просто без огонька, а главы, на разный лад каталогизирующие жаргон налоговиков, — их, понятно, писать веселее и проще, чем читать, хотя и читать веселее, чем, например, что угодно из шортлиста «Большой книги», поэтому, отвечая на вопрос, брать или нет, я, конечно, приказным тоном скажу брать, иначе не видать вам русского издания сборника «Девочка с любопытными волосами», который, выключая раздутую, устаревшую, испытывающую читательское терпение пародию на Джона Барта в конце книги, прекрасен до умопомрачения.

Пока «Журнальный зал» был в отрубях, вытащил из номера «Иностранной литературы» за 2009 год единственный переведенный на русский фрагмент «Европы Централь» Уильяма Воллманна. Архив вроде восстановили, но пусть будет.

Про роман почитать можно на «Пыльце», а для общего развития рекомендую еще эссе «Жизнь террориста», переведенное Ульяной Мытаревой для Kongress W Press. Это по сути рецензия (с экскурсами) Воллманна на досье, собранное на него силовиками за годы слежки. Очень бодрящее чтение, причем здесь, в этом десятилетии и на этом материке, даже больше, чем там. В качестве тизера вот вам цитата Уоллеса, который снимает шляпу перед Воллманном-эссеистом, обозревая карибский круиз в «Может, это и интересно, но повторять не хочется»:

Я на глаз рассчитываю пространство, которое мне предстоит перепрыгнуть или продюльфировать, чтобы попасть на [лайнер] «Навстречу мечте», и мысленно набрасываю абзацы с подробностями о таком отважном и уильям-т.–воллманновском журналистском безрассудстве, как буквально перескочить с одного мегакорабля 7НК на другой.

До самых недавних был уверен, что он тут иронизирует, а вот нет.

Шлифануть «Жизнь террориста» можно книжкой Кэтрин Вердери «My Life as a Spy». Они и по отдельности хороши, но вдвоем образуют glacer le sang дабл-фичер, который я предварительно обозвал «В родном доме и стены слушают».

У Антона Секисова дроп. Лейбл: V–A–C. Жанр: дневник наблюдений за воздухом.

Вообще, если Секисов переведет на язык хантов и построчно прокомментирует меню Burger King, будем читать и это, но пока главный текст июля как бы про погоду, но фактически про внутреннюю медиацию через письмо, и бонусом — микро-рецензия на второй сезон «Репетиции» Нейтана Филдера.

В «Супермене» Джеймса Ганна мне больше всего понравилось, что у понаехавшего из деревень Кларка Кента квартира в высотке с окнами в пол, а у коренной метрополички Лоис Лейн бабушкин ремонт и тряпка за ковер в прихожей. Очень наблюдательно, я считаю.

Тут Максим Мамлыга составил список примечательных литературных кроссоверов и включил туда наше «Помутнение».

Я же напоминаю, что мой рассказ из сборника можно прочитать за ноль рублей на сайте «Литрес: Журнала».