Еще подумалось в свете всех этих событий: ставка администрацией на силовые скилы этнических меньшинств и наделение их особыми полномочиями на насилие и самобытность в сфере экономики, политики, права и культуры - это следствие сложившегося недоверия между самой администрацией и силовыми группами из этнибов, которые идеологически практически всегда ставили общую этническую выгоду выше собственной групповой. Иными словами этнибы по отношению к распределению ресурсных ништяков верхами всегда относились негативно и требовали пересмотра - социальной справедливости для всех - в отличии от меньшинств, которых общая проектность в исторических границах мало как волнует, они лишены ресентимента великодержавности, поэтому вполне себе готовы на решение специфических нишевых задач без явной политической претензии к центру.

The Evolutionary Dominance of Ethnocentric Cooperation (2013)

"From a random start, ethnocentric strategies dominate other possible strategies (selfish, traitorous, and humanitarian) based on cooperation or non-cooperation with in-group and out-group agents. Here we show that ethnocentrism eventually overcomes its closest competitor, humanitarianism, by exploiting humanitarian cooperation across group boundaries as world population saturates."

"Selfish and traitorous strategies are self-limiting because such agents do not cooperate with agents sharing the same genes. Traitorous strategies fare even worse than selfish ones because traitors are exploited by ethnocentrics across group boundaries in the same manner as humanitarians are, via unreciprocated cooperation."

The published paper is paywalled but the preprint is accessible here: https://escholarship.org/content/qt72z42376/qt72z42376_noSplash_4b566ab45881562861ca6d054eef8e9f.pdf

Смотрел вчера защиту кандидатской В.В. Королькова на юрфаке Московского Университета. Надо признать – это хорошая осторожная попытка привнести в отечественный конституционализм (скорее даже в науку публичного права) какой-то реализм: основная мысль работы заключалась в том, что действительным главным субъектом федеративных отношений является не народ, а элиты (и отдельные институции вроде Президента РФ).

Когда долго находишься не в затхлом научном сообществе, а в живом телеграм-публицистическом поле, такие мысли представляются самоочевидными. Но для нашей «науки» это натурально новое слово и шаг вперед.

Очень показательным стал первый же вопрос от члена диссовета Кряжкова: «А куда же [в связи с обозначением роли элит] делся принцип народовластия, принцип самоопределения?». Проще говоря, Кряжков не понимает, куда из системы федеративных отношений, политических отношений, делся народ. Давайте поможем профессору Кряжкову понять, куда же делся народ.

И тот же Кряжков, но уже не только он, пытался указать на то, что работа больше социологическая и политологическая, чем юридическая. Конечно, такие упреки, когда речь идет о публичном праве, совершенно посмешны и выдают в профессорах глупых людей. Покажите, говорят, норму. Нормативистское позорище. Нормативист – не юрист.

Самого публичного права, раз уже на то пошло, не существует. Существует публичный порядок. Конечно, бывают на практике такие ситуации, когда в публичных, властных отношениях возникает баланс, порождающий право, но это девиация публичного порядка, а не наоборот.

В общем, поздравляю Вадима с защитой, и желаю нашей науке скорейшего избавления от динозавров, принципиально отрицающих реальность или действительно не понимающих, чем же они десятилетиями занимаются, и куда деваются результаты их «трудов».

По поводу выборов. Речь даже не о нынешних выборах – они только предлог сказать пару слов по теме. В нашем случае понятно, кто победит, но проблема на самом деле не в этом, а в самом механизме.

Вот представьте себе такую ситуацию. Есть человек. Избиратель. Он не принимает участия в формировании списка кандидатов, он этих кандидатов никогда в жизни не видел, он не участвует в обустройстве избирательных участков, от него не зависит, как будет выглядеть бюллетень, даже финансово он в этом не принимает никакого участия. Да, это всё финансируется с его налогов, но степень его участия в этом нулевая: отправил деньги в казну и всё. Что с ними дальше будет, какая часть из них и каким конкретно образом пойдет на те же выборы – это не его ума дело. Он просто платит за то, чтобы не быть осужденным за неуплату, и всё.

Выборы для этого человека, таким образом, организует какой-то дядя. Где-то там, то ли наверху, то ли непонятно где.

Но этот человек всерьез думает, что именно его галочка напротив чьей-то фамилии в итоге что-то значит, хотя организовал и оплатил всё условный дядя.

То есть речь не только и не столько про конкретно нашу с вами действительность, а в целом про реалии общественных отношений, в которых нет непосредственности, которые выстроены на условностях. Результат немного предсказуем – неважно, РФ это или «РНГ».

Populus autem non omnis hominum coetus quoquo modo congregatus, sed coetus multitudinis iuris consensu et utilitatis communione sociatus

(народ не любое соединение людей, собранных вместе каким бы то ни было образом, а соединение многих людей, связанных между собою согласием в вопросах права и общностью интересов)

150 человеческих жизней и одно отрезанное ухо

Давеча наблюдал дискуссию по поводу жесткого задержания с фокусом отделения уха одного из животных, устроивших стрельбу в КСХ:

Тени Руси возмущается:

На видео не "допрос". УПК РФ нарушен, растоптан и использован как подтирка для не очень умного эго. Допрашивающий - не дознаватель и не следователь. На видео - разговор неизвестного силовика с задержанным, с грубым нарушением дисциплины и выходом за рамки своих полномочий ради хвастливого видоса в сеточку

Творить херню - это признак дебила. А хлопать этому - признак тупого инфантила-дрочера.Никакого влияния на терроризм, на заказчиков и исполнителей терактов это не оказало. Зато показало бардак в силовых структурах РФ. А бардаком терроризм не победить. Скорее бардак - благоприятная среда для терроризма.

> https://xn--r1a.website/tenirusi/4866

Его мысль продолжает какой-то чухан:

"Люди" перестают понимать смысл совершенно простых базовых вещей. Вот на Тенях щас настоящий зоопарк начался. Набежала мертвечина, которая вообще не понимает что такое суд и следствие. Но они не просто не понимают, они считают это вражской ненужной хренью. Разъярённые, злобные недочеловеки гавкают на тех, кто защищает самые базовые, фундаментальные атрибуты цивилизации и выписывают их из русских.

> https://xn--r1a.website/VVozvishenie/92

Имеет смысл ответить сразу обоим.

Цивилизация – это не данность, а достижение конкретных людей и для конкретных людей. Благо ограниченного пользования. Цивилизация – для цивилизованных.

Простая мысль:

К инвазивным элементам (к чужим) не могут применяться те же меры воздействия в рамках тех же процедур, что предусмотрены для своих. Это просто не работает.

Бородач не связан правовыми нормами общества, в которое он вторгся. Он на них плевать хотел. Они его не ограничивают, потому что его внутреннее отношение к ним равнодушное. Вместе с тем при стандартном либеральном подходе он может пользоваться благоприятствующими правовыми гарантиями – тем самым нарушается баланс применимого к нему права: оно уже не выполняет своей функции, а лишь благоприятствует тому, кто пришел ломать его через колено.

Другими словами, не для бородача закреплены те гарантии, что закреплены для белого человека.

Другой вопрос – тот, кто резал ухо, делал это потому что перед ним бородач, или просто потому что может? Ведь во втором случае можно ожидать такого же поведения и в отношении «своих», ведь для него «своими» могут быть вовсе не те люди, что массово одобряют его поступок в интернете. Может быть, «свои» у него только в конторе или еще где. Это было бы логичнее, чем если бы «своими» для него были абстрактные «люди», которых он не видел и не знает.

Поэтому я отдельно писал о практической полезности «левацкого нарратива defund police».

Отчасти в том же ключе высказались в SUS SCROFA:

О чем вы морализируете? Проблема народа не в том, что он одобряет подобные меры, проблема в том, что он делегирует это право на воздаяние за преступление такого масштаба государству. Мы за право гражданина судить «нелюдей» лично.

> https://xn--r1a.website/susscrofa_clan/9295

Ну и, конечно, база:

Манипуляторы всегда усложняют простые вещи. Ищут украинские, турецкие, сионисткие следы.. (и т.д.). Факт в том, что четыре таджика убили 150 русских. Для путинских лоялистов это «ребята» и «жертвы обстоятельств», нас же они просто пришли убивать. Вот и вся разница между нами. Проведи черту и перестройся вправо.

> https://xn--r1a.website/thetimeofthebells/67

Евгений В. пишет в комментариях:

Это насилие именно ради насилия, а не по отношению к бородачам, завтра этот отрезвющий ухо будет в десна жмахаться с ахматовцами. Это именно беспредел государственных нуреков. Именно как и в случае с Журавелем. Потому что могут. Потому что плевать они хотели на права и нормы в отношении народа своего прежде всего, а потом уже на террористов

Допустим, это так. Что дальше?

Наверное, в очередной раз стоит проговорить важную вещь: двойные стандарты – это нормально, это необходимо, это обязательно.

Не имеет никакого смысла об этом [что сказал Евгений] говорить в контексте произошедшего, когда мы своими глазами видим, КТО это [в КСХ] сделал, и КОМУ отрезали ухо. Я упомянул об этом, чтобы напомнить, что действия государева человека не могут трактоваться как выражение народного гнева.

У нас есть тот же Никита Журавель, чтобы поговорить о нарушениях всех возможных требований закона. Одного его уже достаточно. Есть и другие примеры. Но не таджики, которых помяли, и одному из которых отрезали ухо.

Когда у нас достаточно причин воспринимать окружающую среду как враждебную, нет никаких оснований каким-либо образом даже риторически поддерживать чужих, даже в форме требования соблюдать в их отношении УПК. Выживающая группа может вступать в разные ситуативные союзы, но уж точно не с теми, кто сюда приехал нас резать.

Я увижу, как полисмены щемят узбекотаджиков у метро, применяя свои классические говносхемки – меня это тронет? Для меня это будет поводом для возмущения? Брошусь ли я на защиту закона, ведь точно так же те же полисмены могут щемить моих товарищей? Нет. А вот что вызовет у меня возмущение – так это какой-нибудь русский «правозащитник», «юрист», который сделает так, чтобы эти таджикоузбеки пошли себе спокойно дальше вооружаться и толкать наркотики на рынках, параллельно высасывая деньги из бюджета.

Применять двойные стандарты – нужно. Поднимать, тянуть своих в ущерб чужим – нужно. Ссылаться на правила, когда это выгодно, и отрицать правила, когда они невыгодны – нужно. Пользоваться чужими слабостями – нужно. Своим – всё, чужим – закон. Так нужно. Такова логика выживания. И они так живут, а мы всё не можем это принять.

Если в твоем отношении кто-то применяет двойные стандарты – лучше не бороться за вселенскую справедливость, а набирать ресурс, чтобы самому применять такие же двойные стандарты. Кто-то сильный? Будь сильнее. Кто-то богатый? Будь богаче. Как говорится, нужно не экономить, а больше зарабатывать. Не жаловаться на чужие связи, а создавать свои.

В стране, где Стрелков сидит в тюрьме, а воевавший в ВСУ ичкериец Джамбетов кайфует на свободе — люди на полном серьёзе обсуждают необходимость смертной казни. Смешно (на самом деле грустно).

Нас тут товарищ Шедоу причислил к «секте ухорезов». Что сказать? Остается в ответ причислить товарища Шедоу к сообществу слепошарых. Не получается у человека отделить своих от чужих: кругом калейдоскоп из «зетников, пацифистов, монархистов, демократов, православных, атеистов и язычников».

Давайте все вместе посмотрим на картинки (см. иллюстрацию выше) и подумаем, где на них свои, а где чужие. Спойлер: для этого не нужно никого из изображенных ни о чем спрашивать.

В чем ошибка товарища Шедоу?

Надо понимать, что «свои» существуют одновременно на разных уровнях.

В первую очередь, свои – это семья. Дальше идет социум, в котором свои – это те, кто обладает с тобой общностью интересов и согласием в вопросах права. На этом моменте многие приписывают мне позицию «лишь бы человек был хороший», но хер там. Общность интересов и согласие в вопросах права имеют биологические предпосылки. Общность происхождения является очевидным условием социальной общности.

Семья, социум, а дальше? А дальше вот, на картинке. Общность цивилизационная. Как и с частным случаем общества, цивилизация стоит на биологическом фундаменте.

И, конечно, когда я писал об ухе, я имел ввиду именно такую – цивилизационную – общность. Когда не надо ничего спрашивать у лежащего под тобой подозреваемого в зеленом терроре. Когда сразу видно, нужно ему ухо или нет, и имеет ли смысл это всё потом обсуждать.

Отношения же внутри цивилизации, между представителями этой цивилизации, со всей очевидностью должны быть цивилизованными. Когда гарантии, права, и всё такое. Об этом и написано два поста, посвященных теме двойных стандартов (и многие другие посты).

пост товарища Шедоу:
> https://xn--r1a.website/tenirusi/4869
(осторожно, в комментариях атмосфера пенсии и менопаузы)

предмет дискуссии:
> https://xn--r1a.website/defensorcivitatis/1744
> https://xn--r1a.website/defensorcivitatis/1746

В сообществе слепошарых так и не поняли, что я пытался им донести. Единый для всех законный порядок – это правильно, это нужно. Только надо четко понимать, кто такие «все», а кто в их число не входит. Я уже дал подсказку, как именно такого рода принадлежность определяется (+ см. опыт США, где наиболее последовательно реализовывали принцип «закон для всех», правовые гарантии и проч., и при этом до поры до времени держали небелых на том положении, на которым им положено быть).

И если сабж не входит в число тех, о ком стоит переживать, то и нечего о нем переживать.

Это же такая простая мысль. Поговорить о полицейском беспределе можно на миллионе других примеров. Говорить же о нем на примере бородатых коричневых людей, которые пришли нас резать – это верх долбоебизма.

Видишь, что режут ухо таджикоузбеку – просто промолчи, вспомни (и поговори, если хочешь) о Никите Журавеле или многих других запытанных русских. Видишь, что таджикоузбека щемят полисмены в метро? Пройди мимо. В данном вопросе универсализм совершенно контрпродуктивен. Вот, берите пример с Манижи.

Занимательная карта древней Сардинии с обозначением племен, о существовании и нахождении которых известно благодаря римским источникам.

Задумайтесь вот над чем: племя – это всегда порядка 150-ти человек. С учетом давности описываемого, можно сказать, что мы знаем древних сардинцев практически лично.

В то же время, что мы знаем о древних славянах?

Я лезу, конечно, не в свою сферу, но что-то мне подсказывает, что мы имеем о славянских племенах крайне фрагментарное представление, а насчет численности населения древней Руси глубоко-глубоко заблуждаемся, завышая её в десятки раз, а возможно и в сотни. И уж точно знаем лишь малую часть проживавших тогда племен.

Собственно, почему и интересна история Древнего Рима: благодаря обширности исторического материала мы можем наблюдать, как организовывалась жизнь нескольких крупных племенных групп, осевших в Лациуме, в условиях взрывного социального роста.

И особый интерес предсталяет именно царский период: он вовсе не проходной. Все более поздние политические и территориальные перипетии как раз не особо интересны – в отличие от истоков организации жизни Лациума. История Арвальских братьев и патрицианских триб куда важнее всего того, о чем мы обычно думаем, вспоминая Рим.

https://xn--r1a.website/bookshelfus/68

Думаю, что старина Сесил Родс, проводивший последовательную политику изъятия полезных ископаемых у бесполезного туземного населения в пользу своего кошелька и Империи над которой когда-то никогда не заходило Солнце, знатно бы охуел, узнав что колонию, а в последствии и даже мало кем признанное государство, названное в его честь эта самая Империя и Корона кинет через хуй, оставив наедине с кровожадными дикарями, и что теми немногими, кто протянет им руку помощи, а не обложит санкциями или вообще будет поставлять жаждущим убить тебя людоедам оружие и инструкторов, окажутся такие же бедолаги африканеры-буры, которых сам Старина Родс неоднократно пытался прижать к ногтю. Поймите, простую вещь, малютки. Империи и государства не вечны, чего не скажешь о биологической близости по набору гаплогрупп, а так же иных генотипических и фенотипических признаках. Все эти обиды, горе, страдания и обоюдная злость уйдут в прошлое перед тем, что окажется по настоящему важным, перед тем вызовом истории, проиграть который означает расписаться в собственном популяционном самоубийстве. Возможно до многих из вас это дойдёт это лишь когда ваш мозг окончательно прочистится от болотных миазм теплыми ветрами над Кубанью, дующими майским вечером с Чёрного моря.

Так оно и есть. Как-то раз мне довелось объяснять ребенку тему с призванием варягов. Варяжские князья – это арбитры, их функции изначально заключались именно в судействе, в медиации клановых конфликтов.

Причем, как я считаю, призвание таких арбитров – это свидетельство высокой развитости общества, а не необорот. Очевидно, что призвавшие варягов на «княжение» города были на более высоком уровне развития общественных отношений и торговли, чем те, что обходились родовой знатью (своей или навязавшей свою власть чужой). Не сужу о том, хорошо это само по себе или нет, но точно, что призвание варягов – это не какая-то постыдная история, которую надо отрицать.

Государствоцентричность российской истории

Очень важный момент отметил ув. Дмитрий Тараторин. Магистральное направление истории и развития общества на протяжении всего существования России задавало государство: имперское воображение, осмысление миссии русского народа всегда было государствоцентричным. Одним из первых, кто на суть этого «Проекта» обратил внимание, был историк-марксист Михаил Покровский. «Проект» – это нечто вроде торгово-военного предприятия по образу Ост-Индской торговой компании. Ученые Джейсон Шарман и Эндрю Филипс называли такие предприятия company-state: они закладывали основу государственности через организацию инфраструктуры по торговле и эксплуатации ресурсов ( это феномен Нового Времени, но, тем не менее, по функционалу очень схож с тем, что мы наблюдаем в начале российской истории).

Были редкие эпизоды независимого, как говорят на Западе grassroots initiatives ( инициативы от народа), немейнстримных попыток народного воображения,но они все были радикальными, анархичными и разрушительными по своей сути. Беспощадный русский бунт, черный передел или град Китеж: это оно, оторванное от реального мира мессианство и бегство в воображаемые миры. В итоге народ, будучи неспособен адекватно воспользоваться слабостью государства, снова и снова попадал под его власть.

Интеллектуалы вроде национал-большевика Устрялова, кадета Милюкова или евразийца Трубецкого тоже строили свои концепции вокруг сильного государства и имперской традиции, где народ неизбежно играл пассивную роль. У государствоцентричности никогда не было конкурентов.

Сейчас альтернативу предлагают многие, начиная национал-демократами, заканчивая либералами. Однако чтобы новое мышление пустило корни, нужно нечто большое, чем составление политических программ.

На мой взгляд, это должно быть изучение истории своей семьи, исследование микроисторий сословий, небольших этнических и религиозных групп, в составе которых наши предки жили веками. И конечно же история родных краев: краеведения. И, чуть не забыл, национальной кухни.

Поиск нового негосударствоцентричного национального воображения должен начинаться из глубины веков, с историй наших семей и предков, и малой родины. Уверен здесь можно найти огромный запас источников для вдохновения и мышления. Но и о будущем и настоящем забывать не стоит. Это в широком смысле задача деятелей культуры: писателей, художников и иных интеллектуалов.

Если мы не обретем твердой почвы под ногами, осознав себя кем-то большим, чем просто придатком государства , то после любых будущих потрясений мы опять попадем под его гнёт.

#комментарий

🔻 Подпишись на Politicanimalis

Ночная музыка:

https://www.youtube.com/watch?v=lM0b7XEJflE

Свидетельство инфантильности

К главному событию дня. Книга Буковского, который отсидел в советских лагерях более 10 лет и в итоге был обменян (почти принудительно, поскольку он принципиально отказывался покидать СССР) на лидера компартии Чили — Корвалана, заканчивается следующим описанием:

А чекист, снявший наручники, замечает назидательно:
- Наручники-то, между прочим, американские. — И показывает мне клеймо.

Будто я и без него не знал, что Запад чуть не с самого начала этой власти поставляет нам наручники — в прямом и переносном смысле. Он что думал — разочарует меня?

Я никогда не питал иллюзий относительно Запада. Сотни отчаянных петиций, адресованных, например, в ООН, никогда не имели ответа. Разве уже это одно не показательно? Даже из советских инстанций приходит ответ. Хоть бессмысленный, но приходит. А тут — как в колодец. А так называемая «политика разрядки», Хельсинкские соглашения? Мы-то во Владимире сразу, на своей шкуре, почувствовали, кто от них выиграл.

Не первый день на наших костях строят «дружеские отношения» с Советским Союзом. Но омерзительнее всего, что Запад всегда пытался оправдать себя всякими заумными теориями и доктринами. Точно так же, как советский человек создал бесчисленное множество самооправданий, чтоб облегчить себе соучастие в тотальном насилии, так и Запад успокаивает свою совесть. И самооправдания-то эти иногда одни и те же. Но насилие безжалостно мстит тем, кто его поддерживает. И те, кто думает, что граница свободы и несвободы совпадает с государственной границей СССР, — жестоко ошибаются. Опять пришёл начальник:

- Мы пересекли советскую границу, и я должен объявить вам официально, что вы выдворены, с территории СССР.
- У вас есть какой-нибудь указ, постановление?
- Нет, ничего нет.
- А как же мой приговор? Он отменён?
- Нет, он остается в силе.
- Что ж я — вроде как заключенный на каникулах, в отпуске?
- Вроде того. — Он криво усмехнулся. — Вы получите советский паспорт сроком на пять лет. Гражданства вы не лишаетесь.

Странное решение, наперекор всем советским законам. И после этого они требуют, чтобы их законы принимали всерьёз. Ни посадить по закону не могут, ни освободить. Весёлое государство, не соскучишься.
Самолёт шёл на снижение, и чекисты с любопытством поглядывали на Швейцарию.

- Лесов-то поменьше, чем у нас.
- А участков сколько, гляди! Это ведь всё частники.
- У них тут у каждого свой дом, участок.

Хорошо, когда в мире есть заграница и, воротясь из служебной командировки, можно привезти жене заграничную тряпку. Это ли не высшее благо?
И чем ближе мы были к этой загранице, тем заметнее они менялись. Таяла чекистская непроницаемость, загадочная молчаливость. Оставался советский человек. На меня они поглядывали уже с некоторой завистью — я на их глазах превращался в иностранца.
Подрулили к аэропорту. И тут вдруг на поле выкатились бронетранспортёры, высыпали солдаты. Самолёт оцепили.

- М-да... — грустно сказал чекист. — Вот и всё. Даже в аэропорт не выйдешь.

Теперь уже они были в тюрьме, под стражей. Подъехала санитарная машина — забрали в госпиталь Мишку. Потом выпустили нас с матерью. Посадили в машину советского посольства. Затем подъехала машина американского посла Дэвиса, и мы пересели в неё. Вот и вся церемония обмена. Ни шмона, ни проверки документов. Чудеса. Всё моё барахло, все бесценные тюремные богатства лежали тут же, прямо в тюремной матрасовке, как я их собрал в камере. Книжки, тетрадки, запрятанные ножички и лезвия, шариковые ручки, стержни... Много недель жизни для кого-то. Всё это не имело больше никакой цены — в один миг изменились привычные ценности.

И пока мы ехали к зданию аэропорта, я не мог избавиться от странного ощущения, будто по чекистской оплошности провёз нечто очень дорогое, запретное, чего никак нельзя было выпускать из страны. Только никакой шмон не смог бы этого обнаружить.

Как же закольцована русская история. Но главное здесь — это горькая усмешка свободного человека над государственными законами. Бутафория, прикрывающая организованное насилие. А рубеж между свободой и несвободой проходит совсем не по национальным границам. И там, к счастью, КПП не наставишь

О политической субъектности, по материалам Записок о галльской войне

Далее по тексту Гая Юлия Цезаря:

У гельветов первое место по своей знатности и богатству занимал Оргеториг. Страстно стремясь к царской власти, он вступил в тайное соглашение со знатью и убедил общину выселиться всем народом из своей земли: так как гельветы, говорил он, превосходят всех своей храбростью, то им нетрудно овладеть верховной властью над всей Галлией.

Эти основания, а также авторитет Оргеторига склонили их к решению приготовить все необходимое для похода, скупить возможно большее количество вьючных животных и телег, засеять как можно больше земли, чтобы на походе было достаточно хлеба, и укрепить мирные и дружественные отношения с соседними общинами. Для выполнения всех этих задач, по их мнению, довольно было двух лет, а на третий год должно было состояться, по постановлению их народного собрания, поголовное выселение.

Оргеториг взял на себя посольство к общинам. Во время этой поездки он убеждает секвана Кастика, который много лет был царем секванов и имел от нашего сената титул друга римского народа, захватить в своей общине царскую власть, которая раньше была в руках его отца; к такой же попытке он склоняет и Думнорига, брата Дивитиака, который в то время занимал в своей общине высшую должность и был очень любим простым народом.

Оргеториг доказывает им, что эти попытки очень легко осуществимы, так как сам он должен получить верховную власть в своей общине, а гельветы, несомненно, самый сильный народ в Галлии; он ручается, что при своих средствах и военной силе обеспечит им царскую власть. Под влиянием подобных речей они дают друг другу клятвенные обязательства и надеются, что после захвата царской власти они овладеют всей Галлией при помощи трех самых сильных и могущественных народов.

Но об этих замыслах гельветы узнали через доносчиков. Согласно со своими нравами они заставили Оргеторига отвечать перед судом в оковах. В случае осуждения ему предстояла смертная казнь посредством сожжения. Но в назначенный для суда день Оргеториг отовсюду собрал на суд всех своих крепостных, около десяти тысяч человек, а также приказал явиться всем своим клиентам и должникам, которых у него было много; при помощи всех этих людей он избавился от необходимости защищаться на суде.

Когда возмущенная этим община пыталась вооруженной силой осуществить свое право и власти стали набирать народ из деревень, Оргеториг умер; по мнению гельветов, есть основания подозревать, что он покончил с собой.

После его смерти гельветы тем не менее продолжали заботиться о выполнении своего решения выселиться всем народом.