Сегодня ровно год, как я открыл сайт «Родословная энциклопедия», на котором собираю информацию о своих предках, а также о местах и событиях, с ними связанных.

Начинал почти с нуля. Сырые материалы по семейной истории были, но готовых текстов – биографических и краеведческих справок – не было совсем. Вернее была одна – биография прадеда, с ее публикации 6 января 2020 года все и началось.

Спустя год полноценных биографий уже 17, причем 8 из них собраны буквально с нуля.

Краеведческих справок за год удалось написать 10: о 4 селах, 5 малых городах и об одном лагере для военнопленных. Все эти справки состоят из двух частей – собственно краеведческой и семейной.

Больше всего текстов вышло в блоге – 44. В основном о промежуточных результатах поисков – все, что важно зафиксировать, но невозможно было сразу помещать в биографии или «географию».

Увы, за год так и не дошли руки до раздела «История», где я собирался писать о жизни семьи на фоне больших исторических событий. Впрочем сейчас, когда примерно прояснены судьбы прадедушек и прабабушек, можно собирать общую историю про Великую Отечественную войну.

Еще из недостатков сайта – раздел с древом. Так и не удалось пока подобрать удачное техническое решение. Работать с кодом из «Древа жизни» очень неудобно, хотя сама программа отличная.

В целом сайт-энциклопедия, на мой взгляд, — крайне удачный вариант хранения и систематизации генеалогической информации. Миллионы людей публикуют на специальных сайтах фотографии и биографии своих фронтовиков, так почему бы не рассказать о жизни других родственников? В конце концов степень открытости и откровенности вы определяете сами.

Кажется, я стану героем передачи «Жди меня» 😳

Никогда не рассматривал «Жди меня» как серьезный способ поиска родственников. Проект безусловно полезный и наверняка помог большому количеству людей найти друг друга. Но ТВ существует ради шоу, а у шоу свои законы, зачастую далекие от обретения когда-то утраченных связей с родней.

И тем не менее вчера продюсер передачи «Жди меня. Украина» телеканале «Интер» пригласила меня сняться в их мартовском выпуске, и я это предложение принял.

В декабре я нашел на сайте Polk.inter.ua биографию младшего брата моего прадеда по матери – Александра Павловича Петренко. Polk.inter.ua – это что-то вроде нашего «Бессмертного полка»: потомки фронтовиков присылают для размещения на сайте истории своих ветеранов и их фотографии. По состоянию на 2018 год на сайте было 100 тыс. таких историй. Имеет смысл искать своих фронтовиков там, если их потомки живут сейчас в Украине.

Мой двоюродный прадед Александр Петренко – кадровый офицер, командир минометного взвода, участник Советско-финляндской войны. В июле 1941-го при прорыве из немецкого окружения под Кировоградом он попал в плен. Вскоре бежал. Партизанил. Вернулся в строй в марте 1944-го, но уже рядовым. Отличился в боях на улицах Берлина. В 1948-м репрессирован, освободился только в 1956-м.

Я написал в редакцию сайта «Полка» . Попросил контакты родственников. В качестве подтверждения приложил фотографию, на которой Александр Павлович (слева) запечатлен с братом Николаем и его женой, моей прабабушкой, Зоей Евгеньевной.

Письмо попало в редакцию «Жди меня», и вот теперь они хотят сделать выпуск про то, как мы с моими дальними украинскими родственниками нашли друг друга.

По правилам проекта, сначала канал заручился моим согласием на участие, теперь должен получить согласие потомков Александра Павловича. Если они не будут возражать, на что я очень надеюсь, то в марте мы встретимся в эфире «Интера». Увы, из-за ковида это будет только телемост.

Исполнители Большого террора – это сотрудники ФСБ России (документ)

В ноябре прошлого года мы получили архивные уголовные дела репрессированных родственников моей жены – ее прапрадеда и его брата. С получением дел не было никаких сложностей, однако из самих документов были вымараны фамилии и звания всех чекистов.

Я советовался с Сергеем Прудовским, который судился с ФСБ из-за похожей истории, и он рекомендовал мне для начала спросить, кто и на каком основании рассекретил дела.

Когда у нас на руках было документальное подтверждение, что дела рассекречены, мы уже со ссылкой на это запросили их полные копии – без каких-либо изъятий.

Псковская ФСБ долго думала. Люди там работают пунктуальные, надо отдать им должное, - когда вышел месячный срок, они попросили еще время «в связи с необходимостью дополнительной проверки информации».

И вот в середине января пришел удивительный ответ (.pdf):

«Информация о сотрудниках НКВД изъята на основании ст. 7 Федерального закона от 3 апреля 1995 г. № 40-ФЗ «О федеральной службе безопасности».

Статья эта называется «Защита сведений о федеральной службе безопасности» и речь в ней идет о бывших и нынешних сотрудниках ФСБ.

Очевидно, что сотрудники НКВД 1930-х сотрудниками ФСБ, созданной в 1995-м, не являются, следовательно закон о ФСБ на них не распространяется.

Решение это, как следует из административного регламента ФСБ, можно обжаловать либо у начальника псковского управления, либо у начальника Управления регистрации и архивных фондов (УРАФ) ФСБ России.

В то же региональное управление смысла жаловаться я не вижу, поэтому на днях мы подадим жалобу в УРАФ.

Очень интересно, считают ли там исполнителей Большого террора своими коллегами или пока до такой степени преемственности не докатились.

Кстати, начальник УРАФ Алексей Васильев входит в состав Межведомственной группы по увековечению памяти жертв политических репрессий.

Со «Жди меня» все-таки складывается

Мне назначили дату съемки в московской студии.

Правда, как выяснилось, это вовсе не означает, что я встречусь в эфире со своими украинскими родственниками, что они дали согласие. «Формат нашей передачи – сюрприз», - объяснила мне московский продюсер.

Она, кстати, напомнила, что в 2018 году я оставлял на сайте российского проекта заявку на поиск деда по маме. Тогда я только начинал заниматься генеалогией и у меня не было совершенно никаких идей, как к этому подступиться. Припоминаю сейчас, что тогда я даже к частному детективу обращался, но он заломил такую цену, что я решил пробовать искать самостоятельно.

Так вот та заявка все это время висела в системе «Жди меня», и сейчас продюсер предложила заодно записать обращение о поиске деда.

Я не без гордости ответил, что сам его нашел (он умер в 1999 году) и даже полностью восстановил его биографию. Продюсеру было интересно узнать, как я это сделал.

Издание «Проект» сегодня публикует портрет помощника Путина, генерала ФСБ Анатолия Серышева, который по всей видимости стоит за преследованием историка Юрия Дмитриева.

Похоже, у Серышева есть личный мотив – его родственник Василий Серышев тоже был чекистом, он участвовал в сталинских репрессиях, а потом и сам был репрессирован (но не реабилитирован).

В 2016 году «Мемориал» опубликовал в интернете базу данных сотрудников НКВД времен Большого террора, среди них был и Василий Серышев. И хотя Юрий Дмитриев в составлении этой базы прямого участия не принимал, после ее появления в интернете историку стали поступать угрозы. Анатолий Серышев в ту пору был начальником карельского ФСБ.

Некоторое время назад я публиковал здесь свою переписку с псковским ФСБ по поводу фамилий чекистов, вымаранных из уголовных дел репрессированных родственников моей жены. Отдавать нам дела без купюр псковские фсб-шники не хотят, потому что считают, что сотрудники НКВД 1930-х – это сотрудники ФСБ России, а персональные данные последних – государственная тайна.

Мой пост об этом откровении тогда поместили в группу «Генеалогия и семейная история» (27 тыс. подписчиков). В комментариях там случилась бурная дискуссия, большинство участников которой высказались за то, что фсб-шники все делают правильно – потомки репрессированных не должны знать имен палачей их предков.

Аргументы приводились разные. Самый распространенный – мы де будем мстить потомкам палачей. Вряд ли я ошибусь, если скажу, что в России не было ни одного случая такой мести, хотя огромное количество людей успели узнать, кто лишил жизни и свободы их прабабушек и прадедушек.

Зато теперь мы знаем, что мстить могут и потомки палачей. Мстить тем, кто не дает забыть о «подвигах» их предков. Мстить теми же методами – отправляя на 13 лет в лагеря по сфабрикованным делам.

Так как я в очередной раз занялась генеалогическими изысканиями (как я пытаюсь отправить из Японии ДНК-тест MyHeritage – отдельная история), то решила узнать у знакомых японцев, как у них дела обстоят с генеалогией, знают ли они своих предков и насколько глубоко.

Спрашиваю у своей подруги японки. Да, отвечает, конечно. А на сколько поколений вглубь, уточняю, прадедушек, прабабушек знаешь? «Ну как насколько, – задумывается она, – На шестнадцать».

Оказалось, что в семье подруги есть специальная книга, какейдзу (家系図 на японском, семейное древо, дословно — "Карта принадлежащих к семье", спасибо подписчикам за перевод), которая ведется несколько веков. По отцовской линии такой нет, но в семье ее матери 16 поколений назад прародители прикупили землю и начали на ней бизнес. И чтобы передавать ее по наследству, завели какейдзу, где описаны члены семьи, когда родились, кто наследовал, что именно.

Собственность передавалась и передается по мужской линии – первому сыну. У него же и хранится книга, остальные члены семьи (аутсайдеры, рассмеялась подруга) к ней даже доступа не имеют. Если после смерти мужчины его первый сын по каким-то причинам оказывается неспособен управлять собственностью/бизнесом, например, слишком молод и неопытен, то ли все наследство, то ли право управлять им переходит следующему по старшинству мужчине в семье. В данном случае это брат умершего (не следующий сын). Ситуаций, когда наследство может получить дочь, не бывает. Если наследника нет, найдут какого-нибудь восьмиюродного брата и все имущество отойдет ему.

Подруга рассказала, что в ее семье портреты прародителей по традиции висят на стенах, поэтому она с малых лет помнит, как они выглядели.
#японияповседневности #удивлениедня

Беломорканал vs Канал им. Москвы. Как одна ГУЛАГовская стройка вытеснила из семейной истории другую

Интересно устроена семейная память. Я с детства слышал, что прадед по маминой линии строил Беломорканал – не как заключенный, а как привлеченный специалист. Подозревали даже, что он был как-то связан с ОГПУ, в ведомстве которого находилась стройка.

Убедительным доказательством была вот эта фотография: прадед в гражданском, начальственно опираясь одной ногой на подножку полуторки, разговаривает с двумя мужчинами – один в фуражке и шинели, второй в буденовке. Надпись на обороте гласит: «приезд в Медгору. Беломорканал им. Сталина. 1936 10/XII».

В поселке Медвежья Гора (ныне город Медвежьегорск) действительно находилась администрация Белбалтлага. Вот только построили канал еще в 1933-м, за три года до того, как был сделан этот снимок. В 1931-1933 годах, когда велись работы, прадед учился в одесском строительном техникуме.

В 1932 году был начат другой большой сталинский водный проект – стройка канала Москва – Волга. Строительством руководил Лазарь Коган, бывший начальник Беломорстроя. Освобождавшиеся на строительстве Беломорканала «человеческие ресурсы» и оборудование перебрасывались под Москву. К апрелю 1937 года вся трасса канала была заполнена водой.

На днях я получил из РГАСПИ учетно-партийные документы второго прадеда по линии матери. И каково же было мое удивление, когда я увидел, что в мае 1936 года он приехал из Севастополя в подмосковный Дмитров и поступил на службу в управление канала Москва – Волга! Прадед работал там до декабря 1939-го – сначала начальником электроснабжения, а потом начальником электросетей и подстанций.

То есть семья маминого отца оказалась под Москвой благодаря этой ГУЛАГовской стройке. На берегу канала, поэтически выражаясь, в 1937 году родился мамин отец. Но ни мама, ни, соответственно, я об этом ничего не знали.

А легенда о Беломорканале жила до недавнего времени.

Ко Дню защитника Отечества

Военный – самая распространенная профессия среди четырех поколений моих предков мужского пола. И хотя я вырос в военном городке, но никогда не задумывался, что с армией нашу семью так много связывает. Судите сами:

Отец – майор, отчим – полковник.

Майором был дед, отец отца, второй дед три года служил на флоте, а потом всю жизнь проработал на оборонном предприятии.

Трое из четырех прадедов – участники Великой Отечественной войны и кадровые военные: майор, инженер-майор и генерал-майор. Четвертый прадед перед войной как гражданский специалист работал в Управлении военного строительства Наркомата обороны, строил стратегические объекты в Ленинградском и Московском военных округах.

Ветераны ВОВ – две прабабушки: одна военфельдшер, вторая – старший лейтенант медслужбы.

В Великой Отечественной рядовым участвовал один из прапрадедов, он пропал без вести. Другой – участник Первой мировой войны.

С праздником всех причастных!

Матрикульные книги – бесценный источник информации о дореволюционных железнодорожниках

Кучу времени потратил на поиск информации о прапрадеде-железнодорожнике в архивах РЖД. Оказалось, что искать надо было в Центральном государственном архиве Москвы. Именно там хранятся документы по личному составу Московско-Белорусско-Балтийской железной дороги с 1897 по 1923 год.

Мне прислали копии двух разворотов матрикульных книг – два листа А3 по горизонтали. На каждом развороте 24 (!) графы, среди них: должность, перемещения по служебной лестнице с датами, образование, вероисповедание, год рождения, размер жалования и даже загадочный «номер алфавита жандармской полиции».

Написал подробно о своих поисках и находках здесь. Там же сканы самих матрикульных книг.

#архивы

👮🏻‍♂️ История о жандармском алфавите, или мир не без добрых профессионалов

Первая графа матрикульной книги (о которых я писал утром) – «номер алфавита жандармской полиции». Меня этот жандармский алфавит очень взволновал, когда я только получил из ЦГА Москвы предложение прислать копии этих документов.

Жандармерия для таких обывателей как я – это политическая полиция. Неужели мой дед, репрессированный ОГПУ в 1930-м, имел какое-то отношение к царской охранке? – гадал я в ожидании материалов из архива.

Ответ оказался прозаичным. Жандармерия ведала не только политическим сыском и борьбой с революционным движением. На железной дороге были свои жандармы. И чем они только не занимались! Даже качеством пирожков в станционных буфетах и наказанием пьяных машинистов.

Об этом я узнал из статьи Виктора Федоровича Вакуленко. Он исследует Юго-Восточную железную дорогу, публикуется в газете «Вперед!» - филиале легендарного «Гудка».

Вчера я без особой надежды на ответ написал в редакцию этой газеты и попросил Виктора Федоровича проконсультировать меня по поводу жандармского алфавита. Сегодня Вакуленко сам мне позвонил. Мы проговорили полчаса.

Сначала разобрали поочередно все графы матрикульной книги. «Жандармский алфавит», как я и предполагал, оказался номером в списках железнодорожной жандармерии, которая вела собственный учет железнодорожников, следила в том числе за их благонадежностью.

Номер сберегательной кассы, по мнению Вакуленко, связан со страховкой. Договоры коллективного страхования на царских железных дорогах заключались при посредничестве сберегательных касс.

Билетный кассир (мой дед был кассиром), как оказалось, – привилегированная должность на станции. Кассиры получали больше, чем многие другие сотрудники, особенно мастеровые.

Конторщики (мой дед работал и им) занимались документооборотом, например, учетом грузов.

Объяснил Виктор Федорович и про жалование. В матрикульной книге обозначен годовой оклад, которым, однако, довольствие железнодорожников не исчерпывалось. Им могли компенсировать деньги на аренду жилья и выписывать всякие премии.

Звания мой дед не имел, потому что не имел профильного образования (в книге его образование называется то общим, то домашним; насколько я знаю, он окончил сельскую школу). Кроме званий на железной дороге были еще и чины.

После разбора матрикульной книги мы еще поболтали с Виктором Федоровичем о его исследованиях и о железнодорожной литературе. Вакуленко советовал читать Вульфова и перепроверять публикации в интернете. Рассказал, как сам нашел в архивах настоящую дату запуска их железнодорожного направления. До этого принято было считать, что поезда на юго-восточной линии пошли на несколько месяцев позже. Причем неправильная дата кочевала даже по научным диссертациям.

Замечательный человек! Серьезный исследователь вот так запросто позвонил новичку и потратил на него полчаса своего драгоценного времени. И никакого менторства и высокомерия.

А ведь Виктор Федорович Вакуленко – не первый, кто отзывается на просьбу о помощи в моих генеалогических изысканиях.

И вы не стесняйтесь обращаться к профессионалам. В нашей сфере много отзывчивых людей.

UPD: Полез искать в интернете фотографию Виктора Федоровича, окалось, что он до недавнего времени работал заместителем начальника Юго-Восточной железной дороги!

Сегодняшний юбилей Горбачева – повод рассказать о «персональном деле» моего дедушки Руслана Федоровича Березы. Семистраничную папку с материалами дела 1987 года я в прошлом году нашел в Центральном госархиве Москвы.

Персональное дело – это рассмотрение на собрании поведения коммуниста, нарушившего партийный устав или государственный закон. Не берусь оценивать ценность таких дел как генеалогического источника, но поскольку я почти ничего не знал о деде и собирал его биографию по крупицам, мне дорог был каждый документ с упоминанием о нем.

Похоже дедушка был искренним идейным коммунистом. В 15 лет он вступил в комсомол, в армии был секретарем комсомольского бюро части, перед демобилизацией стал членом КПСС. Не знаю точно, но почти уверен, что в партии мой дед оставался до ее роспуска. В персональном деле есть характеристика, в которой среди прочего указано, что в 1984 году дед закончил Университет Марксизма-Ленинизма по теме «Международные отношения. Внешняя политика СССР».

В мае 1985 года, спустя два месяца после прихода к власти Горбачева, была объявлена антиалкогольная кампания. Соответствующее постановление ЦК КПСС предписывало всем партийным органам усилить борьбу с пьянством и алкоголизмом.

Дед почти всю жизнь работал инженером на оборонном предприятии «Гранит». Оно существует и сейчас, занимается ремонтом объектов Воздушно-космических сил.

В 1985 году он был секретарем парторганизации на одном из таких объектов (в документах они по понятным причинам обозначены номерами). Как партийный босс дед должен был следить за воплощением решения партии об антиалкогольной кампании в жизнь, но видимо недоглядел.

Некий товарищ Русанов, которого уже дважды наказывали за пьянство, продолжал злоупотреблять на производстве. В январе 1986 года его персональное дело было рассмотрено на партбюро. Что сделали с Русановым – неизвестно, но вот моему деду влепили партийное взыскание – «поставить на вид».

Узнать, что было дальше, и посмотреть документы можно по ссылке.

В поддержку Расследования Карагодина ✊

Внимательно слежу за расследованием Дениса Карагодина и вдохновляюсь им. Денис и его команда делают большое и важное дело – извлекают из архивов и обнародуют железобетонные доказательства причастности конкретных людей к массовым убийствам.

В очередной раз процитирую книгу «Неудобное прошлое» Николая Эппле, где он пишет о комиссиях правды и примирения. Мировая практика показывает, что деятельность этих комиссий очень эффективна для проработки травмы, нанесенной обществу государственными преступлениями. Главный принцип работы этих комиссий такой:

«когда осуществление правосудия судебными средствами невозможно, единственным способом восстановления справедливости и защиты жертвы или их памяти является максимально возможное установление обстоятельств совершения преступлений, имен виновных и степени их вины».

Этим Карагодин и занимается. Причем в отличие от многих (в том числе и от меня) делает это совершенно без эмоций – сухо и юридически выверено.

Помню, как нашел на сайте Дениса фото, на котором засветился следователь по делу моего прапрадеда – Рейнгольд Эйсерт. В посте об этой находке я неосторожно написал, что начальник Новосибирского НКВД Горбач, тоже изображенный на этой фотографии, «вынес смертный приговор» прадеду Дениса Степану Карагодину. Денис пришел в комментарии и поправил меня – смертного приговора Горбач не выносил, он только курировал и фальсифицировал шпионские обвинения.

Сегодня стало известно, что сын одного из фигурантов расследования Карагодина Алексея Митюшова написал на Дениса заявление в полицию. Митюшов поставил подпись на выписке из акта расстрела Степана Карагодина. Это медицинский факт, есть заверенная ФСБ бумага, но сын чекиста утверждает, что сведения недостоверные.

К сожалению, не уточняется, сколько лет Митюшову-младшему. Отец его родился в 1913 году, значит и сын должно быть уже очень пожилой человек. Не удивлюсь, если его используют, чтобы давить на Карагодина или создать прецедент – другим исследователям неповадно будет копаться в архивах.

Думаю, что те, кто это придумал, глубоко ошибаются. Число подписчиков телеграм-канала расследования Карагодина увеличилось в три раза за несколько часов. Десятки, если не сотни тысяч людей узнают о расследовании из сообщений СМИ. Наверняка найдутся те, кто последуют примеру Дениса.

Выражаю поддержку Денису Карагодину. В ближайшее время я и сам планирую начать публиковать материалы дела своего репрессированного прадеда и «нарабатывать» досье (как выражается Денис) на всех причастных к этому делу. Причем я не собираюсь ограничиваться только чекистами. Им пришлось бы непросто без доносов и оговоров.

Сказать всю правду – значит опубликовать фамилии и биографии доносчиков и лжесвидетелей.