С августа берёг эту находку, чтобы 30 сентября эффектно поздравить с именинами всех Вер, Надежд, Любовей и Софий, но плохие новости от Росархива спутали карты.
И всё же — мои запоздалые поздравления носительницам этих прекрасных имён.
Веры, надежды, любви и мудрости всем!
P.S. Через пару страниц в той же метрической книге попалась двойня — Любовь и Вера, причем мать их тоже звали Любовью. И почему было не назвать одну из девочек Надеждой для полного комплекта...
И всё же — мои запоздалые поздравления носительницам этих прекрасных имён.
Веры, надежды, любви и мудрости всем!
P.S. Через пару страниц в той же метрической книге попалась двойня — Любовь и Вера, причем мать их тоже звали Любовью. И почему было не назвать одну из девочек Надеждой для полного комплекта...
🔥43❤11
Нобелевский комитет сегодня объявил имя лауреата премии по литературе в этом году. Пользуясь случаем, не могу не похвастаться: сейчас я работаю над исследованием, в котором сразу два предка заказчика — простые люди — стали героями книг сразу двух нобелевских лауреатов — Михаила Шолохова и Светланы Алексиевич.
В книге Алексиевич «У войны не женское лицо» приведено большое письмо родственницы заказчика — о её жизни и службе в годы Великой Отечественной войны.
А её родной дядя, донской казак, назван под своим именем в романе Шолохова «Тихий Дон», в одном из самых пронзительных его эпизодов.
«Тихий Дон» и «У войны не женское лицо» — на первых строчках моего личного списка лучших книг, написанных на русском языке в XX веке. И уж точно это одни из величайших произведений о российской истории. Хотя это фикшн, без их прочтения невозможно по-настоящему понять и осмыслить историю нашей страны.
Конечно, для меня большая честь писать о людях, о которых писали до меня нобелевские лауреаты. Но не меньшая честь — и огромное доверие — работать с историей любой семьи.
Может быть, даже ценнее быть первым, кто увековечит для потомков истории жизни их предков.
В книге Алексиевич «У войны не женское лицо» приведено большое письмо родственницы заказчика — о её жизни и службе в годы Великой Отечественной войны.
А её родной дядя, донской казак, назван под своим именем в романе Шолохова «Тихий Дон», в одном из самых пронзительных его эпизодов.
«Тихий Дон» и «У войны не женское лицо» — на первых строчках моего личного списка лучших книг, написанных на русском языке в XX веке. И уж точно это одни из величайших произведений о российской истории. Хотя это фикшн, без их прочтения невозможно по-настоящему понять и осмыслить историю нашей страны.
Конечно, для меня большая честь писать о людях, о которых писали до меня нобелевские лауреаты. Но не меньшая честь — и огромное доверие — работать с историей любой семьи.
Может быть, даже ценнее быть первым, кто увековечит для потомков истории жизни их предков.
1❤54🕊13👍11
Забытые военные некрополи: опыт Москвы vs Нью-Йорка
Ближайший к нашему дому парк в Москве — Мемориально-парковый комплекс героев Первой мировой войны. Он занимает небольшой участок бывшего Московского городского Братского кладбища — крупнейшего воинского некрополя Первой мировой. Здесь, на 27 гектарах, в 1914–1919 годах были похоронены 17,5 тысячи рядовых, 581 офицер, 51 сестра милосердия и 14 врачей.
В 1932 году кресты и надгробия убрали, в центральной части кладбища разбили парк, остальную территорию отдали под парники. В 1940-х часть кладбища застроили жилыми домами, а в конце 1950-х здесь появились кинотеатр «Ленинград», тир, кафе и бомбоубежище. Пишут, что при рытье котлована под кинотеатр находили останки солдат. В 2015 году в бывшем подземном бомбоубежище открылся бар и кальянная.
Когда мы переехали на Аэропорт в 2021 году и я стал изучать окрестности, история этого места меня поразила — я написал большой материал для своего сайта и проиллюстрировал его архивными фотографиями.
А вчера мы побывали в Нью-Йорке на кладбище с похожей судьбой — хоть и не такой трагичной.
На берегу залива Уоллабаут (Wallabout Bay) в Бруклине с 1801 по 1966 год действовала одна из главных военно-морских верфей США. В 1838 году рядом с ней построили большой ведомственный госпиталь. На восточной окраине госпитальной территории вскоре появилось небольшое кладбище — Brooklyn Naval Cemetery. На двух акрах земли (0,8 га) хоронили моряков, морских пехотинцев и офицеров, умерших в госпитале. Всего здесь нашли последний приют более двух тысяч человек — не только военных, но и гражданских.
К концу XIX века кладбище пришло в запустение. Репортёр New York Times описывал заросшие аллеи, ржавые таблички и почти полное отсутствие памятников. В 1899 году надгробия заменили на одинаковые мраморные, но место уже было переполнено, и в 1910 году кладбище закрыли. В 1926 году останки перенесли на другое воинское кладбище в Бруклине — Cypress Hills National Cemetery, а землю выровняли под теннисные корты.
Считалось, что под землёй больше нет захоронений, но в 1990-х, когда территорию бывшего госпиталя передавали городу, археологи установили, что официально перенесены были останки 987 человек, а сотни могил остались на месте.
Тогда участок засеяли луговыми травами, и в 2016 году он вновь открылся для публики как Naval Cemetery Landscape — парк, входящий в проект Brooklyn Greenway Initiative. Его архитектура включает приподнятую деревянную дорожку со скамейками, по которой посетители могут гулять, «не тревожа священную землю бывшего кладбища», как пишут на одном местном сайте.
Нью-Йорк во многом уступает Москве, но в этом случае, как мне кажется, российским властям стоило бы перенять опыт американских коллег. Тем более что ещё в 2002 году было принято постановление Правительства Москвы, по которому мемориальный комплекс планировалось создать на всей территории парка. Сейчас он занимает меньше 1 га из 11,2 га парка.
Ближайший к нашему дому парк в Москве — Мемориально-парковый комплекс героев Первой мировой войны. Он занимает небольшой участок бывшего Московского городского Братского кладбища — крупнейшего воинского некрополя Первой мировой. Здесь, на 27 гектарах, в 1914–1919 годах были похоронены 17,5 тысячи рядовых, 581 офицер, 51 сестра милосердия и 14 врачей.
В 1932 году кресты и надгробия убрали, в центральной части кладбища разбили парк, остальную территорию отдали под парники. В 1940-х часть кладбища застроили жилыми домами, а в конце 1950-х здесь появились кинотеатр «Ленинград», тир, кафе и бомбоубежище. Пишут, что при рытье котлована под кинотеатр находили останки солдат. В 2015 году в бывшем подземном бомбоубежище открылся бар и кальянная.
Когда мы переехали на Аэропорт в 2021 году и я стал изучать окрестности, история этого места меня поразила — я написал большой материал для своего сайта и проиллюстрировал его архивными фотографиями.
А вчера мы побывали в Нью-Йорке на кладбище с похожей судьбой — хоть и не такой трагичной.
На берегу залива Уоллабаут (Wallabout Bay) в Бруклине с 1801 по 1966 год действовала одна из главных военно-морских верфей США. В 1838 году рядом с ней построили большой ведомственный госпиталь. На восточной окраине госпитальной территории вскоре появилось небольшое кладбище — Brooklyn Naval Cemetery. На двух акрах земли (0,8 га) хоронили моряков, морских пехотинцев и офицеров, умерших в госпитале. Всего здесь нашли последний приют более двух тысяч человек — не только военных, но и гражданских.
К концу XIX века кладбище пришло в запустение. Репортёр New York Times описывал заросшие аллеи, ржавые таблички и почти полное отсутствие памятников. В 1899 году надгробия заменили на одинаковые мраморные, но место уже было переполнено, и в 1910 году кладбище закрыли. В 1926 году останки перенесли на другое воинское кладбище в Бруклине — Cypress Hills National Cemetery, а землю выровняли под теннисные корты.
Считалось, что под землёй больше нет захоронений, но в 1990-х, когда территорию бывшего госпиталя передавали городу, археологи установили, что официально перенесены были останки 987 человек, а сотни могил остались на месте.
Тогда участок засеяли луговыми травами, и в 2016 году он вновь открылся для публики как Naval Cemetery Landscape — парк, входящий в проект Brooklyn Greenway Initiative. Его архитектура включает приподнятую деревянную дорожку со скамейками, по которой посетители могут гулять, «не тревожа священную землю бывшего кладбища», как пишут на одном местном сайте.
Нью-Йорк во многом уступает Москве, но в этом случае, как мне кажется, российским властям стоило бы перенять опыт американских коллег. Тем более что ещё в 2002 году было принято постановление Правительства Москвы, по которому мемориальный комплекс планировалось создать на всей территории парка. Сейчас он занимает меньше 1 га из 11,2 га парка.
💔30👍8👏2❤1
Дедывоевали 🕊
Нобелевский комитет сегодня объявил имя лауреата премии по литературе в этом году. Пользуясь случаем, не могу не похвастаться: сейчас я работаю над исследованием, в котором сразу два предка заказчика — простые люди — стали героями книг сразу двух нобелевских…
Дальний родственник героев книг Шолохова и Алексиевич — донской казак N — был активным участником наполеоновских войн, и не только Отечественной войны 1812 года, но и Восточно-Прусской кампании 1806–1807 годов, а также Заграничного похода русской армии 1813–1814 годов.
Благодаря послужному списку из фондов Государственного архива Ростовской области удалось буквально по дням восстановить его военную биографию — с указанием дат сражений и названий деревушек, где это происходило. Представьте себе немецкие топонимы, записанные на слух кириллицей. Кровь из глаз! Однако часть из них удалось географически определить и отметить флажками на карте.
Вообще детализация этого документа двухсотлетней давности такова, что современная «Память народа» отдыхает. Вот, например, как в послужном списке описано участие полка моего героя в преследовании французской армии, отступавшей из Москвы:
А через год наш казак примет участие в знаменитой Битве народов под Лейпцигом — крупнейшем сражении мировой истории (до Первой мировой войны) — и будет награждён орденом Святой Анны 4-й степени, который вручали за проявленную в бою храбрость.
Послужные списки, впрочем, фиксировали не только подвиги, но и проступки казаков. Так, наш герой «за чинимую со священником драку на церковной трапезе» был арестован на шесть месяцев и «выдержан на хлебе и воде при [войсковом] начальстве».
Не зря документ назывался — «о службе и ДОСТОИНСТВЕ».
К сожалению, послужные списки велись только на казаков в офицерских чинах, начиная с урядника.
Благодаря послужному списку из фондов Государственного архива Ростовской области удалось буквально по дням восстановить его военную биографию — с указанием дат сражений и названий деревушек, где это происходило. Представьте себе немецкие топонимы, записанные на слух кириллицей. Кровь из глаз! Однако часть из них удалось географически определить и отметить флажками на карте.
Вообще детализация этого документа двухсотлетней давности такова, что современная «Память народа» отдыхает. Вот, например, как в послужном списке описано участие полка моего героя в преследовании французской армии, отступавшей из Москвы:
«С 16 сентября 1812 года — во всеобщем Войска Донского ополчении, следуя форсированно к Москве, и, не дойдя до города Тулы, обращены на Калугу, а далее — к городу Ельне, при коем был в действительных сражениях: 14 октября при городе Ельне, 18-го — у селения Коноплянки, 20-го — при Михайловском, а затем в преследовании и совершенном истреблении неприятеля до самых российских границ в бывшем княжестве Варшавском».
А через год наш казак примет участие в знаменитой Битве народов под Лейпцигом — крупнейшем сражении мировой истории (до Первой мировой войны) — и будет награждён орденом Святой Анны 4-й степени, который вручали за проявленную в бою храбрость.
Послужные списки, впрочем, фиксировали не только подвиги, но и проступки казаков. Так, наш герой «за чинимую со священником драку на церковной трапезе» был арестован на шесть месяцев и «выдержан на хлебе и воде при [войсковом] начальстве».
Не зря документ назывался — «о службе и ДОСТОИНСТВЕ».
К сожалению, послужные списки велись только на казаков в офицерских чинах, начиная с урядника.
🔥27❤8😱1
В октябре 2021 года, когда московские власти впервые отказались согласовывать «Возвращение имен» у Соловецкого камня, «Мемориал» организовал телемарафон и предложил присылать видео с чтением имен, записанные у мест, связанных со сталинскими репрессиями. Тогда мы с женой поехали к московскому СИЗО Бутырка — туда, где в конце 1930 – начале 1931 года сидел мой прапрадед Ефрем Палагин и его подельники по сфабрикованному «Делу волоколамских железнодорожников».
Погода была отвратительная — холодно, серо, сыро, накрапывал то ли дождь, то ли снег. Мы встали на парковке у забора тюрьмы. За моей спиной виднелась Пугачевская башня и современная вышка с вооруженным автоматом сотрудником ФСИН. Пока мы снимали видео, он выходил из своей будки и неодобрительно смотрел в нашу сторону.
Ефрем Палагин и семь его товарищей по несчастью оказались в Бутырке лишь за то, что имели неосторожность неодобрительно отзываться о советской власти из-за нищеты и бесправия, в которых жили.
Через девяносто пять лет после ареста волоколамских железнодорожников и через четыре года после той съемки был арестован мой близкий друг Максим Круглов. Черной весной 2022 года в его телеграм-канале появилось два коротких поста. Спустя три года, в октябре 2025-го, их сочли основанием для возбуждения уголовного дела, по которому Максиму грозит до десяти лет лишения свободы.
Когда мы вернулись домой от Бутырки, я полез в интернет искать информацию о том, в каких условиях сидел мой прапрадед, и нашел обстоятельный рассказ Варлама Шаламова. Он находился там годом ранее — в 1929-м, а потом снова в 1937-м. Фрагменты этого рассказа я тогда публиковал на своем сайте.
17 октября 2025 года мой друг Максим был переведен из СИЗО Капотня, где его две недели держали в карантине, в Бутырку. О современном быте этой тюрьмы я теперь могу узнать из первых рук.
«Нас постоянно навещают коты! Они преодолевают внешнюю широкую решетку, забираются в форточку и сидят в пространстве между окном и мелкой внутренней решеткой. Иногда — до семи котиков. Индус-сосед кормит их рыбой, которую сам не ест. Они знают, когда приходить — в обед и ужин. Сегодня в обед я сел за еду — котики же потребовали порцию себе, мне кусок не полез в горло — пришлось кормить. Сейчас там сидят кот и голубь, мирно смотрят друг на друга…» — написал мне Максим на днях. Я в ответ отправил ему Шаламова.
Вечная память жертвам политических репрессий.
Свободу политзаключенным.
Погода была отвратительная — холодно, серо, сыро, накрапывал то ли дождь, то ли снег. Мы встали на парковке у забора тюрьмы. За моей спиной виднелась Пугачевская башня и современная вышка с вооруженным автоматом сотрудником ФСИН. Пока мы снимали видео, он выходил из своей будки и неодобрительно смотрел в нашу сторону.
Ефрем Палагин и семь его товарищей по несчастью оказались в Бутырке лишь за то, что имели неосторожность неодобрительно отзываться о советской власти из-за нищеты и бесправия, в которых жили.
Через девяносто пять лет после ареста волоколамских железнодорожников и через четыре года после той съемки был арестован мой близкий друг Максим Круглов. Черной весной 2022 года в его телеграм-канале появилось два коротких поста. Спустя три года, в октябре 2025-го, их сочли основанием для возбуждения уголовного дела, по которому Максиму грозит до десяти лет лишения свободы.
Когда мы вернулись домой от Бутырки, я полез в интернет искать информацию о том, в каких условиях сидел мой прапрадед, и нашел обстоятельный рассказ Варлама Шаламова. Он находился там годом ранее — в 1929-м, а потом снова в 1937-м. Фрагменты этого рассказа я тогда публиковал на своем сайте.
17 октября 2025 года мой друг Максим был переведен из СИЗО Капотня, где его две недели держали в карантине, в Бутырку. О современном быте этой тюрьмы я теперь могу узнать из первых рук.
«Нас постоянно навещают коты! Они преодолевают внешнюю широкую решетку, забираются в форточку и сидят в пространстве между окном и мелкой внутренней решеткой. Иногда — до семи котиков. Индус-сосед кормит их рыбой, которую сам не ест. Они знают, когда приходить — в обед и ужин. Сегодня в обед я сел за еду — котики же потребовали порцию себе, мне кусок не полез в горло — пришлось кормить. Сейчас там сидят кот и голубь, мирно смотрят друг на друга…» — написал мне Максим на днях. Я в ответ отправил ему Шаламова.
Вечная память жертвам политических репрессий.
Свободу политзаключенным.
❤33🕊21💔8😢4🙏4
«Возвращение фотографий». 1936 год
Тракторист Иннокентий Тирских, первый секретарь обкома Михей Ербанов, директор МТС Михаил Архипов, механик зернозавода Федор Лаптев, профессор института Николай Ладыгин, инженер Александр Воронов, секретарь заводского комитета комсомола Сергей Керзин, машинист паровоза Макар Пайтушев, председатель облисполкома Яков Пахомов, заведующий конефермой Василий Муруев, начальник УНКВД Иван Зирнис…
Всех их объединяет одно: в 1936 году газета «Восточно-Сибирская правда» (ВСП) прославляла их как героев и печатала их фотографии, а уже после 1937 года эти люди были объявлены «врагами народа».
«Возвращение фотографий» — мой способ восстановить память о жителях Восточной Сибири, ставших жертвами террора, и вернуть им то, что у них отняли, — лица, имена и человеческое достоинство. Почему именно Восточной Сибири? Потому что в иркутском НКВД служил мой двоюродный прадед.
В прошлом году в этот день я публиковал фотографии будущих жертв репрессий из подшивки ВСП за 1937 год. В этом году — за 1936-й. Пока на моём сайте размещены первые 30 историй, а всего мой замечательный помощник нашёл в 302 номерах подшивки почти сто снимков.
Постепенно я буду добавлять эти истории на сайт и в специально созданный телеграм-канал «Репрессии в Восточной Сибири». Подпишитесь, если история вашей семьи тоже связана с этим регионом.
Тракторист Иннокентий Тирских, первый секретарь обкома Михей Ербанов, директор МТС Михаил Архипов, механик зернозавода Федор Лаптев, профессор института Николай Ладыгин, инженер Александр Воронов, секретарь заводского комитета комсомола Сергей Керзин, машинист паровоза Макар Пайтушев, председатель облисполкома Яков Пахомов, заведующий конефермой Василий Муруев, начальник УНКВД Иван Зирнис…
Всех их объединяет одно: в 1936 году газета «Восточно-Сибирская правда» (ВСП) прославляла их как героев и печатала их фотографии, а уже после 1937 года эти люди были объявлены «врагами народа».
«Возвращение фотографий» — мой способ восстановить память о жителях Восточной Сибири, ставших жертвами террора, и вернуть им то, что у них отняли, — лица, имена и человеческое достоинство. Почему именно Восточной Сибири? Потому что в иркутском НКВД служил мой двоюродный прадед.
В прошлом году в этот день я публиковал фотографии будущих жертв репрессий из подшивки ВСП за 1937 год. В этом году — за 1936-й. Пока на моём сайте размещены первые 30 историй, а всего мой замечательный помощник нашёл в 302 номерах подшивки почти сто снимков.
Постепенно я буду добавлять эти истории на сайт и в специально созданный телеграм-канал «Репрессии в Восточной Сибири». Подпишитесь, если история вашей семьи тоже связана с этим регионом.
👏31❤23🙏9😢5
Прочитал новую книгу генеалога Виталия Семёнова «Родонавты». В 2022 году я выиграл конкурс на лучшую рецензию на его предыдущую книгу «Генеалогия: стандарт Семёнова», и Виталий в награду подарил мне очередной выпуск альманаха «ГенЭкспо».
Новая рецензия вряд ли понравится Виталию, потому что и сама его книга понравилась мне гораздо меньше. «Стандарт» был учебным пособием, а «Родонавты» — манифест и философский трактат, проповедь с элементами исповеди. Это очень личная книга. Автор предлагает хоть и сыроватую, на мой вкус, но вполне связную концепцию того, как генеалог должен воспринимать самого себя и своё место в истории.
Эта концепция мне в целом не близка. Меня немного смущает и тон, с которым Виталий берётся поучать коллег. Но это его фирменный стиль. К тому же он старше меня, его опыт в генеалогии несравнимо больше, а заслуги бесспорны. Поэтому я не стану подробно писать о том, что мне не понравилось и с чем я не согласен. Зафиксирую только, что мы по-разному относимся к так называемой СВО. И в этом смысле не могу не согласиться с одним из его собственных выводов из первой части книги:
Хочу рассказать о том, что мне в книге действительно понравилось и что импонирует в самом Виталии.
▪️Он не боится критиковать положение дел с архивами в России и при этом тратит много сил, чтобы это положение изменить.
▪️В отличие от многих, он не избегает политических оценок и не боится называть вещи своими именами. Например, пишет об огромных государственных вложениях в пропагандистские симулякры, тогда как судьба источников никого не волнует: «В целом российская историческая культура — это культура фейка, муляжа».
▪️Мне, как и Виталию, совершенно не близок подход, который он остроумно называет «баю-бай-генеалогией». Сторонники этого подхода отказываются связывать прошлое с современностью.
▪️Мне очень импонирует откровенность, с которой Виталий пишет о своих предках и близких родственниках. Пятая глава книги, посвящённая отцу, рассказана с такой любовью и прямотой, что мурашки по коже. Не уверен, что это универсальное правило для публичных генеалогов — писать о своей семье, но сам я точно принадлежу к этому направлению.
▪️Есть в книге немало интересных наблюдений, которые будут полезны коммерческим генеалогам. Например, вот это:
▪️Не могу не согласиться и с главным выводом, который делает Семёнов:
▪️Книга состоит из трёх частей. Авторство первой и третьей принадлежит Семёнову, а средняя часть — это статьи приглашённых авторов, посвящённые генеалогическим источникам. Они невероятно информативны: о генеалогической триаде, домовых книгах, паспортных формах, адресном учёте и выплатных делах. Этот блок почти не связан с основным повествованием — приглашённые авторы никак не комментируют концепцию, предложенную Виталием (а было бы очень интересно прочитать!). Но и сам по себе этот раздел более чем достоин отдельной публикации, и я признателен Виталию за то, что он нашёл для него место в своей книге.
Новая рецензия вряд ли понравится Виталию, потому что и сама его книга понравилась мне гораздо меньше. «Стандарт» был учебным пособием, а «Родонавты» — манифест и философский трактат, проповедь с элементами исповеди. Это очень личная книга. Автор предлагает хоть и сыроватую, на мой вкус, но вполне связную концепцию того, как генеалог должен воспринимать самого себя и своё место в истории.
Эта концепция мне в целом не близка. Меня немного смущает и тон, с которым Виталий берётся поучать коллег. Но это его фирменный стиль. К тому же он старше меня, его опыт в генеалогии несравнимо больше, а заслуги бесспорны. Поэтому я не стану подробно писать о том, что мне не понравилось и с чем я не согласен. Зафиксирую только, что мы по-разному относимся к так называемой СВО. И в этом смысле не могу не согласиться с одним из его собственных выводов из первой части книги:
«Традиционно, в силу своей истории, для России свойственно невероятное количество насилия, которое пробралось в жизнь буквально любого рода, любой семьи. Правильная работа с этим негативным наследием, его купирование, переплавка, не-продолжение его в будущее — важная часть осознанной жизни в России».
Хочу рассказать о том, что мне в книге действительно понравилось и что импонирует в самом Виталии.
▪️Он не боится критиковать положение дел с архивами в России и при этом тратит много сил, чтобы это положение изменить.
▪️В отличие от многих, он не избегает политических оценок и не боится называть вещи своими именами. Например, пишет об огромных государственных вложениях в пропагандистские симулякры, тогда как судьба источников никого не волнует: «В целом российская историческая культура — это культура фейка, муляжа».
▪️Мне, как и Виталию, совершенно не близок подход, который он остроумно называет «баю-бай-генеалогией». Сторонники этого подхода отказываются связывать прошлое с современностью.
▪️Мне очень импонирует откровенность, с которой Виталий пишет о своих предках и близких родственниках. Пятая глава книги, посвящённая отцу, рассказана с такой любовью и прямотой, что мурашки по коже. Не уверен, что это универсальное правило для публичных генеалогов — писать о своей семье, но сам я точно принадлежу к этому направлению.
▪️Есть в книге немало интересных наблюдений, которые будут полезны коммерческим генеалогам. Например, вот это:
«…В коммерческой генеалогии, как и в любом клиентском бизнесе, есть только один золотой стандарт — коммуникация, понимание клиента и максимальное его удовлетворение от заказа. А если клиент не знает, чего он хочет, то нужно сформировать с ним вместе то, что ему интересно. Все прочие „золотые стандарты“ и „научности“ можно смело выкидывать на помойку. Нужна научность — двигайтесь в поле науки, а не бизнеса».
▪️Не могу не согласиться и с главным выводом, который делает Семёнов:
«Вот главные мысли, которым учит генеалогия: понимание своей ответственности за будущее. Постарайтесь сами стать объектом исследования с точки зрения своих потомков. Подумайте, как бы оценил ваши действия и жизнь ваш потомок, который будет жить через 50 или 100 лет. Что он скажет о вас? Восхитится ли? Посмотрит ли на вас с удивлением, отвращением или скукой?»
▪️Книга состоит из трёх частей. Авторство первой и третьей принадлежит Семёнову, а средняя часть — это статьи приглашённых авторов, посвящённые генеалогическим источникам. Они невероятно информативны: о генеалогической триаде, домовых книгах, паспортных формах, адресном учёте и выплатных делах. Этот блок почти не связан с основным повествованием — приглашённые авторы никак не комментируют концепцию, предложенную Виталием (а было бы очень интересно прочитать!). Но и сам по себе этот раздел более чем достоин отдельной публикации, и я признателен Виталию за то, что он нашёл для него место в своей книге.
1👍50❤17🔥5👎1
В конце июля я ехал на поезде из Петербурга в Псков, чтобы повидаться с моим другом Львом Шлосбергом. Против него возбудили два уголовных дела по политическим статьям и посадили под домашний арест. Увидеться со Львом можно было только в суде, где слушалось его первое уголовное дело.
«Ласточка» остановилась в Луге минут на 20. Я вышел на перрон подышать и думал о братьях Вериго — моих дальних родственниках, уроженцах Луги. Георгий, муж сестры моей прабабушки, был арестован, но чудом избежал тройки. Его брат Николай был расстрелян с личной санкции Сталина. Я не раз писал о братьях Вериго в канале.
Пока я стоял на перроне и разглядывал красивое здание вокзала, мне пришло сообщение от подписчика N, независимого исследователя Большого террора из Петербурга:
Я был поражён таким совпадением и даже огляделся по сторонам. Тот пост о Николае Вериго я написал в начале июля, N прочитал его через пару недель и откликнулся ровно тогда, когда я проезжал Лугу! Знак судьбы, не иначе.
В начале ноября N наконец попал в архив ФСБ по Петербургу и Ленобласти, а сегодня прислал подробнейший, на 16 страниц, конспект дела Вериго. В ближайшее время я опубликую его на своём сайте.
30 октября Лев Шлосберг выступил в суде с последним словом. Заседание проходило накануне Дня памяти жертв политических репрессий, и Лев, среди прочего, прочёл 27 имён расстрелянных в Пскове. Большинство из них были приговорены к смертной казни Тройкой НКВД по Ленинградской области – решение об их убийстве было вынесено в том самом Большом доме на Литейном, где неделю спустя N будет переписывать в свой блокнот дело Николая Вериго.
Вот так причудливо иногда история сплетается с современностью.
«Ласточка» остановилась в Луге минут на 20. Я вышел на перрон подышать и думал о братьях Вериго — моих дальних родственниках, уроженцах Луги. Георгий, муж сестры моей прабабушки, был арестован, но чудом избежал тройки. Его брат Николай был расстрелян с личной санкции Сталина. Я не раз писал о братьях Вериго в канале.
Пока я стоял на перроне и разглядывал красивое здание вокзала, мне пришло сообщение от подписчика N, независимого исследователя Большого террора из Петербурга:
«Игорь, доброе утро! Подписан на Ваш канал, прочитал про Вериго. Я немножко по своей исторической теме работаю с АУД на Шпалерной, поэтому могу и его дело заказать для ознакомления и переписать (обычно от руки в блокнот пишу по листам и потом дома перевожу в ворд)…»
Я был поражён таким совпадением и даже огляделся по сторонам. Тот пост о Николае Вериго я написал в начале июля, N прочитал его через пару недель и откликнулся ровно тогда, когда я проезжал Лугу! Знак судьбы, не иначе.
В начале ноября N наконец попал в архив ФСБ по Петербургу и Ленобласти, а сегодня прислал подробнейший, на 16 страниц, конспект дела Вериго. В ближайшее время я опубликую его на своём сайте.
30 октября Лев Шлосберг выступил в суде с последним словом. Заседание проходило накануне Дня памяти жертв политических репрессий, и Лев, среди прочего, прочёл 27 имён расстрелянных в Пскове. Большинство из них были приговорены к смертной казни Тройкой НКВД по Ленинградской области – решение об их убийстве было вынесено в том самом Большом доме на Литейном, где неделю спустя N будет переписывать в свой блокнот дело Николая Вериго.
Вот так причудливо иногда история сплетается с современностью.
❤40🕊33💔16👍4
Ворошиловский расстрел
Выражение «ворошиловский стрелок» сегодня знакомо немногим. Так назывался советский значок для отличников стрельбы. По распространённой версии, название связано со случаем на командирских стрельбах 1932 года, когда нарком обороны Климент Ворошилов, взяв у офицера револьвер, продемонстрировал образцовый результат и произнёс ставшую известной фразу: «Нет плохого оружия — есть плохие стрелки».
Фамилия Ворошилова несколько раз встречается и в следственном деле капитана Николая Вериго, конспект которого я недавно получил из архива УФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Имя Ворошилова носила 3-я военная школа лётчиков и лётчиков-наблюдателей в Оренбурге, где Вериго служил командиром отряда до своего ареста 11 октября 1937 года. В честь Ворошилова была названа и Ленинградская школа лётчиков-наблюдателей, в которой Вериго учился в 1927–1928 годах и где, по материалам дела, преподаватель связи и одновременно «агент польского главного штаба» якобы завербовал его в Польскую военную организацию (ПОВ).
Культ личности Ворошилова в те годы неудивителен: старый большевик, видный руководитель Красной армии в годы Гражданской войны, с 1925 года он возглавлял военное ведомство — был, как сейчас бы сказали, министром обороны СССР.
22 декабря 1937 года Ворошилов вместе с коллегами по Политбюро — Сталиным, Молотовым и Кагановичем — завизирует «сталинский список» по Оренбургской области, перечень людей, которых Военная коллегия Верховного суда (ВКВС) должна будет приговорить к расстрелу. В него попадёт Николай Вериго и еще 176 человек.
5 февраля 1938 года выездная сессия ВКВС за полчаса вынесет приговор капитану Вериго, и в этот же вечер он будет расстрелян. В тот же день смертные приговоры будут приведены в исполнение в отношении других упомянутых в деле Вериго (и в списке Ворошилова) офицеров и преподавателей школы:
26-летнего техника-интенданта артиллерийского полигона Михаила Ковшевацкого;
33-летнего командира отряда лётной школы, капитана Василия Латенко;
34-летнего командира учебной авиаэскадрильи Эдуарда Каминского;
36-летнего преподавателя лётной школы Гордея Козича;
39-летнего преподавателя цикла связи лётной школы Саввы Субоча;
40-летнего старшего инженера по эксплуатации лётной школы Александра Петрука;
49-летнего мастера цеха автошколы Александра Осинского.
Этих людей Николай Вериго оговорит на допросах, а они оговорят его. Вероятнее всего, под пытками, применение которых было официально санкционировано Сталиным в 1937 году. Характерный пример: 13 сентября 1937 года в письменном указании Ежову Сталин требовал «избить Уншлихта за то, что он не выдал агентов Польши по областям (Оренбург, Новосибирск и т.п.)». Уншлихт считался одним из «руководителей» ПОВ — той самой фиктивной всесоюзной шпионской организации, которую НКВД сконструировало в рамках «польской операции».
Спустя полтора года после оренбургских расстрелов, СССР подпишет пакт Молотова–Риббентропа с секретным протоколом о разделе сфер влияния в Восточной Европе, включая территорию Польши. Через неделю начнётся Вторая мировая война. Ещё через два года гитлеровская Германия нападёт на СССР. В первые годы войны Красной армии будет остро не хватать тысяч профессиональных офицеров, уничтоженных в период Большого террора. Враг окажется под Москвой. Победа будет достигнута ценой десятков миллионов жизней советских граждан.
В 1956 году та же Военная коллегия Верховного суда, которая вынесла смертный приговор Вериго, отменит его «по вновь открывшимся обстоятельствам» и прекратит дело «за отсутствием состава преступления». Будут реабилитированы и другие расстрелянные оренбургские офицеры.
А Климент Ворошилов в эти годы будет занимать формально высшую государственную должность в СССР — председателя Президиума Верховного Совета.
Выражение «ворошиловский стрелок» сегодня знакомо немногим. Так назывался советский значок для отличников стрельбы. По распространённой версии, название связано со случаем на командирских стрельбах 1932 года, когда нарком обороны Климент Ворошилов, взяв у офицера револьвер, продемонстрировал образцовый результат и произнёс ставшую известной фразу: «Нет плохого оружия — есть плохие стрелки».
Фамилия Ворошилова несколько раз встречается и в следственном деле капитана Николая Вериго, конспект которого я недавно получил из архива УФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Имя Ворошилова носила 3-я военная школа лётчиков и лётчиков-наблюдателей в Оренбурге, где Вериго служил командиром отряда до своего ареста 11 октября 1937 года. В честь Ворошилова была названа и Ленинградская школа лётчиков-наблюдателей, в которой Вериго учился в 1927–1928 годах и где, по материалам дела, преподаватель связи и одновременно «агент польского главного штаба» якобы завербовал его в Польскую военную организацию (ПОВ).
Культ личности Ворошилова в те годы неудивителен: старый большевик, видный руководитель Красной армии в годы Гражданской войны, с 1925 года он возглавлял военное ведомство — был, как сейчас бы сказали, министром обороны СССР.
22 декабря 1937 года Ворошилов вместе с коллегами по Политбюро — Сталиным, Молотовым и Кагановичем — завизирует «сталинский список» по Оренбургской области, перечень людей, которых Военная коллегия Верховного суда (ВКВС) должна будет приговорить к расстрелу. В него попадёт Николай Вериго и еще 176 человек.
5 февраля 1938 года выездная сессия ВКВС за полчаса вынесет приговор капитану Вериго, и в этот же вечер он будет расстрелян. В тот же день смертные приговоры будут приведены в исполнение в отношении других упомянутых в деле Вериго (и в списке Ворошилова) офицеров и преподавателей школы:
26-летнего техника-интенданта артиллерийского полигона Михаила Ковшевацкого;
33-летнего командира отряда лётной школы, капитана Василия Латенко;
34-летнего командира учебной авиаэскадрильи Эдуарда Каминского;
36-летнего преподавателя лётной школы Гордея Козича;
39-летнего преподавателя цикла связи лётной школы Саввы Субоча;
40-летнего старшего инженера по эксплуатации лётной школы Александра Петрука;
49-летнего мастера цеха автошколы Александра Осинского.
Этих людей Николай Вериго оговорит на допросах, а они оговорят его. Вероятнее всего, под пытками, применение которых было официально санкционировано Сталиным в 1937 году. Характерный пример: 13 сентября 1937 года в письменном указании Ежову Сталин требовал «избить Уншлихта за то, что он не выдал агентов Польши по областям (Оренбург, Новосибирск и т.п.)». Уншлихт считался одним из «руководителей» ПОВ — той самой фиктивной всесоюзной шпионской организации, которую НКВД сконструировало в рамках «польской операции».
Спустя полтора года после оренбургских расстрелов, СССР подпишет пакт Молотова–Риббентропа с секретным протоколом о разделе сфер влияния в Восточной Европе, включая территорию Польши. Через неделю начнётся Вторая мировая война. Ещё через два года гитлеровская Германия нападёт на СССР. В первые годы войны Красной армии будет остро не хватать тысяч профессиональных офицеров, уничтоженных в период Большого террора. Враг окажется под Москвой. Победа будет достигнута ценой десятков миллионов жизней советских граждан.
В 1956 году та же Военная коллегия Верховного суда, которая вынесла смертный приговор Вериго, отменит его «по вновь открывшимся обстоятельствам» и прекратит дело «за отсутствием состава преступления». Будут реабилитированы и другие расстрелянные оренбургские офицеры.
А Климент Ворошилов в эти годы будет занимать формально высшую государственную должность в СССР — председателя Президиума Верховного Совета.
Игорь Яковлев
«Польская операция» НКВД в Оренбургской военной школе лётчиков (1937–1938): по материалам следственного дела капитана Н. И. Вериго…
«Польская операция» НКВД, начатая приказом № 00485 от 11 августа 1937 года, стала одной из крупнейших и наиболее смертоносных национальных операций периода Большого террора. В документах НКВД и Политбюро поляки объявлялись главной «шпионской базой иностранных…
💔19😢13❤7👍1🤬1
Новый поворот в деле об украденной могиле. Полиция во второй раз отказалась возбуждать уголовное дело по статье о надругательстве над местом захоронения, но при этом признала: разрешения на захоронение покойного, который занял могилу нашей родственницы, государственные органы не выдавали.
Предыстория такова.
▪️В мае родственники нашли на Демьяновском кладбище в подмосковном Клину могилу брата моего прапрадеда (1893–1954). А вот могилы его жены (1896–1965), которая была рядом, не оказалось — от неё осталась только табличка, перенесённая к памятнику мужа. Само же место её могилы было «отдано» новому захоронению 2022 года.
▪️Мы подали заявление в полицию с требованием возбудить уголовное дело по факту надругательства над телами умерших и местами их захоронения (ст. 244 УК РФ).
▪️В июне полиция направила нам откровенно издевательский отказ, который мы обжаловали в прокуратуру.
▪️В сентябре прокуратура отменила постановление об отказе и обязала МВД провести новую проверку.
В ноябре нам сообщили о её результатах:
Родственников нового «жильца» нашей могилы найти не смогли: ЗАГС не ответил на запрос, по последнему адресу покойного «дома никого не было», а на повестку, оставленную в двери, «никто не прибыл». «Установить лиц, причастных к захоронению, не представилось возможным» — почему, не объясняется.
Зато есть куда более важная деталь: «разрешение уполномоченного органа местного самоуправления в сфере погребения и похоронного дела на захоронение тела N … не выдавалось».
При этом в возбуждении уголовного дела снова отказано — по причине «отсутствия события преступления» (п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК).
То есть полиция устанавливает факт самовольного захоронения, не отрицает, что оно произведено в чужую могилу, но всё равно «не видит» события преступления.
На Демьяновском кладбище похоронены братья великого русского композитора Петра Ильича Чайковского. Что, если завтра попросят потесниться и их?
Снова будем жаловаться в прокуратуру. Похоже, у нас появляются неплохие шансы добиться справедливости и наказать виновных.
Предыстория такова.
▪️В мае родственники нашли на Демьяновском кладбище в подмосковном Клину могилу брата моего прапрадеда (1893–1954). А вот могилы его жены (1896–1965), которая была рядом, не оказалось — от неё осталась только табличка, перенесённая к памятнику мужа. Само же место её могилы было «отдано» новому захоронению 2022 года.
▪️Мы подали заявление в полицию с требованием возбудить уголовное дело по факту надругательства над телами умерших и местами их захоронения (ст. 244 УК РФ).
▪️В июне полиция направила нам откровенно издевательский отказ, который мы обжаловали в прокуратуру.
▪️В сентябре прокуратура отменила постановление об отказе и обязала МВД провести новую проверку.
В ноябре нам сообщили о её результатах:
Родственников нового «жильца» нашей могилы найти не смогли: ЗАГС не ответил на запрос, по последнему адресу покойного «дома никого не было», а на повестку, оставленную в двери, «никто не прибыл». «Установить лиц, причастных к захоронению, не представилось возможным» — почему, не объясняется.
Зато есть куда более важная деталь: «разрешение уполномоченного органа местного самоуправления в сфере погребения и похоронного дела на захоронение тела N … не выдавалось».
При этом в возбуждении уголовного дела снова отказано — по причине «отсутствия события преступления» (п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК).
То есть полиция устанавливает факт самовольного захоронения, не отрицает, что оно произведено в чужую могилу, но всё равно «не видит» события преступления.
На Демьяновском кладбище похоронены братья великого русского композитора Петра Ильича Чайковского. Что, если завтра попросят потесниться и их?
Снова будем жаловаться в прокуратуру. Похоже, у нас появляются неплохие шансы добиться справедливости и наказать виновных.
🙏33😢18👍11❤6🤯3