Случайно прочитал фрагмент воспоминаний довольно известных в СССР дрессировщиков Любови и Бориса Федотовых. История очень грустная, сразу говорю. Поэтому если боитесь боли, не читайте следующий текст.

Супруги Федотовы пишут о трудностях своей профессиональной судьбы. И, что меня удивило, делятся обрывочными сведениями о судьбах своих зверей.

Разве забыть, например, как в одном из сибирских городов в лютый мороз нам пришлось своим ходом добираться от вокзала до цирка! Несчастные верблюды, пройдя немного, просто опустились на снежный ковер, и их измученные взгляды словно говорили: «Бросьте нас! Мы дальше не пойдем...» Как выяснилось позже нас в этом городе просто не ждали.

Случалось и так, что иные «эксперименты» оказывались нашим подопечным, увы, не по силам. С содроганием вспоминаю долгий переезд в Алма-Ату, который оказался напрасным,— оттуда нас сразу же переадресовали. А в результате животные провели «на колесах» две с лишним недели. И не удивительно, что, несмотря на все наши старания, некоторые из них такое испытание не выдержали — тяжело заболели, а один из орлов и вовсе не дожил до конечного пункта.

Хочу рассказать и о таком печальном случае. В Запорожском цирке решили провести дезинфекцию. Узнав о готовящемся наступлении на тараканов, я попросил дирекцию цирка не делать этого, пока в здании находятся животные. Мою просьбу оставили без внимания, и в результате появился акт экспертизы № 169 запорожской областной ветеринарной лаборатории от 10 августа 1979 года, в котором зафиксировано, что в пробе печени погибшей собаки обнаружены фосфороорганические соединения. Жертвой бездушия стал черный дог Блэк — наш любимец, необычайно талантливый «артист».

Не трудно себе представить, что такое для нас, дрессировщиков, гибель животного. Все они — и зебры, и ламы, и страусы, и пони и верблюды, и собаки — это, без преувеличения, наши друзья. Они словно члены нашей семьи. Мы научились понимать их, а они нас, мы чувствуем настроение каждого из них, мы любим их и счастливы, что они отвечают нам привязанностью.

Конечно, с животными может случиться всякое — ведь выступать приходится в разных климатических зонах. Не всегда все благополучно с кормами, не везде есть достаточно квалифицированные специалисты ветеринары... Словом, потери могут быть. Но когда они случаются в результате элементарной халатности, к чувству сожаления и горечи примешивается немалая доля обиды и возмущения.

Белорусская красавица в поле

Колхоз «Коминтерн» Могилевской области, 1950-е годы

Пейзаж с мельницей в мемориальном музее-заповеднике Пушкина «Михайловское» в 1990-е

Юрий Садовников

На фото Владимир Чертков и Лев Толстой: в чем Толстой был не согласен с последователями?

Владимир Чертков, будущий лидер толстовцев, в 1880-м оставил службу, и в 1884 году уже стал ближайшим сподвижником Льва Николаевича.

Толстовцы организовали движение с коммунами, издательствами и съездами, проповедуя непротивление злу насилием. Сам же Толстой отрицал существование «толстовства» как учения и говорил: «Я Толстой, но не толстовец». Он был против любой организации и пропаганды, считая это «большой и грубой ошибкой».

Последняя встреча двух великих Александров Сергеевичей: предсказание Грибоедова

На месте трагической встречи двух величайших Александров Сергеевичей русской литературы сегодня стоит памятник-родник на Пушкинском перевале между Грузией и Арменией. Грибоедов был дипломатом, полномочным министром России в Персии. 30 января 1829 года он был убит фанатичной толпой в Тегеране — тело опознали только по руке, ранее простреленной пистолетной пулей.

Последняя же встреча писателей состоялась 11 июня 1829 года на пути Пушкина:
«…Я переехал через реку. Два вола, впряженные в арбу, подымались по крутой дороге. "Откуда вы?" — спросил я их. "Из Тегерана". — "Что вы везете?" — "Грибоеда"». При последней встрече в Петербурге печальный Грибоедов предупреждал Пушкина, что отмечается в травелоге последнего: «Вы еще не знаете этих людей: увидите, что дело дойдет до ножей».

Олимпийские игры в Кортина д’Ампеццо в 1956 году

Фото Льва Бородулина

Встреча победителей Олимпийских игр 1956 года

На фото русская девушка, вдохновившая Европу: Ницше, Фрейда и Рильке.

И да, русская девушка, запрягла Фридриха Ницше.

Ее звали Лу(-иза) Саломе. Она оставила след в жизни не только великого философа, но еще влияла на Рильке и Фрейда.

Так, например, в 1899-1900 годах она дважды привезла молодого Райнера Марию Рильке в Россию — знакомила его с психологизмом Достоевского и Толстого, учила русскому языку, возила к Льву Толстому в Ясную Поляну. Рильке потом писал: «Россия сделала меня таким, каким я стал» — и посвятил подруге сборник «Часослов» с надписью «Вложено в руки Лу».

«Тамиздат» XIX века: как царь читал запрещенную газету

1 июля 1857 года Александр Герцен выпустил в Лондоне первый номер «Колокола» — бесцензурной газеты, запрещенной в России. Газету ввозили контрабандой, передавали из рук в руки.

Самым внимательным читателем был Александр II. Император вынужден был предупреждать министров: «в случае получения газеты никому о ней не сообщать, но оставлять исключительно для личного чтения».