Мэтью Фокс прослеживает универсальный характер послания Юлианны о мистической надежде и Божественной любви:

Юлианна многократно прямо говорит, что обращается к очень широкой аудитории — в том числе и к тем из нас, кто живёт спустя 650 лет после неё. Поэтому мы должны осознать это чувство включённости. «В глазах Бога всё человечество — один человек, и все люди составляют единое человечество». Для Юлианны традиционное учение Церкви как мистического Тела Христова распространяется на весь человеческий род…

Когда она говорит о красоте человеческой природы, то снова ясно подчёркивает, что имеет в виду всех людей, а не какую-то отдельную религиозную группу. «Бог сотворил нас столь богатыми и благородными по самой нашей сущности, что всё, что мы можем делать, — это стремиться исполнять Его волю и прославлять Его во всём. И когда я говорю “мы”, я имею в виду всех подлинных духовных искателей».

Когда она говорит «все», она действительно имеет в виду всех. В наше время это включало бы всех христиан, всех иудеев, буддистов, индуистов, даосов, мусульман, почитателей богини, последователей коренных религий, а также людей без религии — агностиков и атеистов. Настолько широким и экуменическим было её видение — и это в XIV веке.

Говоря об обращении «внутрь собственной души, где пребывает Возлюбленный», она снова подчёркивает универсальность духовного поиска:

«Пусть ни один мужчина и ни одна женщина не думают, будто эта истина относится лично только к ним. Нет, она универсальна. Эта прекрасная человеческая природа была приготовлена для нашего драгоценного Матери-Христа».

Размышляя над своими видениями на протяжении многих лет, Юлианна пришла к пониманию, что Божья любовь предназначена не только для неё, но и для всего творения.

Объясняя, как она пришла к написанию своей книги, она признаётся, что сначала воспринимала свои видения как нечто личное, но затем поняла, что они относятся ко всему человечеству:

«Сначала я относила это откровение только к себе самой, потому что тогда ещё не была побуждена видеть иначе. Но великое и милостивое утешение, пришедшее позже, позволило мне понять, что Бог предназначал это откровение для всего человечества».

Она поняла, что её труд должен быть обращён к широкой аудитории:

«Я ошибалась, превращая это откровение в нечто частное, вместо того чтобы увидеть в нём призыв сильнее любить моих братьев и сестёр во Христе. Что может лучше научить меня любить других христиан, чем осознание того, что Бог любит всех нас, ибо все мы — одна душа?»

Такое чувство универсальности переходит в действие, потому что «те, кто имеет всеобщую любовь ко всем своим братьям и сёстрам во Христе, обретают любовь ко всему существующему. Ибо в нас содержится всё — всё творение и Творец всего».

Творение и космос принадлежат всем — и никому одновременно. И это призывает нас к более широкому сознанию и к любви, выходящей за привычные границы.

С днем сознательных отказников. Слушайте антивоенную песню про квакера (УКР/EN/РУС) https://youtu.be/8pxeOn_BEt8?is=rfAQtznq66_meMPM

«Иисус же сказал им: истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни».
— Евангелие от Иоанна 6:53

В своей книге Just This отец Ричард Рор размышляет о том, как созерцательная молитва помогает нам отпускать мысли, открывая более глубокую мудрость и внутреннее руководство:

Созерцание — это панорамное, восприимчивое состояние сознания, в котором мы принимаем всё, что предлагает нам ситуация, момент или человек, не осуждая, не отвергая и не навешивая ярлыков. Это чистый и доброжелательный взгляд, отказывающийся от внутреннего сопротивления, чтобы мы могли начать распознавать присущее каждому достоинство. Для этого требуется много практики и глубокое переучивание наших привычных реакций.

Нам необходимо трудиться над созерцанием и развивать такие практики, которые помогают замечать наши навязчивые и повторяющиеся модели поведения. Благодаря этому мы постепенно освобождаемся от потребности «взять всё под контроль» — как будто это вообще когда-либо было возможно!

Похоже, мы зависимы от своей потребности всё различать и оценивать, принимая это за разумное мышление. Большинство из нас считает, что мы и есть наши мысли, хотя почти всё мышление навязчиво, повторяемо и автоматично. Мы бесконечно пишем внутренние комментарии ко всему происходящему — и эти комментарии всегда приводят нас к одним и тем же привычным выводам. Именно поэтому все формы медитации и созерцания учат нас успокаивать этот компульсивный и бессознательно запрограммированный ум.

Отцы и матери пустыни мудро называли этот процесс «сбрасыванием мыслей». Мы не боремся с ними, не подавляем, не отрицаем, не отождествляемся с ними и даже не судим их; мы просто позволяем им уйти. Мы гораздо больше, чем наши мысли о вещах, и это переживается скорее как разучивание старого, чем как освоение какого-то нового знания.

Когда мы медитируем постоянно, ощущение собственной автономности и личной значимости — того, что мы называем своим «я», — постепенно начинает исчезать как нечто ненужное, несущественное и во многих случаях даже мешающее. Имперское «я», то самое «я», которое мы обычно считаем своим единственным «я», оказывается в значительной степени созданием нашего ума.

Через регулярную практику созерцания мы всё меньше заинтересованы в защите этой искусственно созданной, относительной идентичности. Нам не нужно нападать на неё; она спокойно осыпается сама собой, и мы переживаем нечто вроде естественного смирения.

Если наша молитва уходит достаточно глубоко, словно проникая в бессознательное, тогда весь наш взгляд на мир меняется: от страха — к связи и единству. Мы больше не живём внутри своего хрупкого и замкнутого «я» и не чувствуем необходимости его защищать. В медитации мы переходим от сознания эго к осознанию души, от жизни, движимой страхом, к жизни, влекомой любовью. Вот и всё — если сказать кратко.

Конечно, у нас появляется мужество идти этим путём только тогда, когда нас удерживает Кто-то Другой — Тот, Кто забирает наш страх, Кто знает вместо нас и утоляет нашу жажду Великого Возлюбленного. Если мы позволим этому Другому вести нас в этом танце, мы будем жить с новой жизненной силой, с естественной лёгкостью и внутри Потока, который не мы создали. Это жизнь Троицы, вращающаяся через нас.

На первом фото - митрополит Православной Церкви Америки (ПЦА) Тихон, а на втором - его мать - достопочтенная Елизавета Муллард, священник Епископальной/Англиканской церкви (ушедшая сегодня на пенсию).

Для отца Ричарда подлинная молитва начинается с положительного «да» — с предания себя Богу и Реальности:

Когда я поступил во францисканскую семинарию в 1961 году, частью нашего обучения было умение избегать, сопротивляться и противостоять всем отвлечениям. Это было очень плохое учение, но тогда мы просто не знали другого пути. Всё строилось на силе воли: целомудрие через силу воли, бедность через силу воли, жизнь в общине через силу воли. Но сила воли — не то, что нам действительно нужно, или, по крайней мере, не всё, что нам нужно! Нам нужна способность отпустить свою волю, встретиться с реальностью и даже довериться тому, что есть. Вот это уже по-настоящему героично! Всё остальное — бесплодное и тщетное усилие, потому что если мы начинаем с отрицательной энергии, с «нельзя», мы далеко не продвинемся (см. Римлянам 7:7–11). Именно таким было всё обучение, которое я получил, и по сути это вообще не было обучением — только бесконечное «Нельзя!». А когда мы слышим это, эго сразу начинает сопротивляться. В какие-то дни у нас достаточно силы воли, и мы справляемся, но в большинство дней — едва ли.

Мы все знаем старый пример: «Не думайте о слоне». Если мы стараемся не думать, этот проклятый слон неизбежно снова пробирается в наше сознание! Просто подождите немного. Активно сопротивляясь чему-либо, мы тем самым вовлекаемся в это и придаём ему силу. Поэтому многие духовные учителя говорят: «То, чему вы сопротивляетесь, продолжает существовать».

Наша первая энергия должна быть энергией «да», принятием того, что есть. И уже оттуда мы можем двигаться, строить и действовать — даже если в чём-то и сопротивляемся. Мы должны выбирать позитивное, а значит — выбирать любовь, и пребывать в ней хотя бы пятнадцать осознанных секунд. Говорят, именно столько времени нужно, чтобы позитивное переживание отпечаталось в нейронных связях.

Отец Ричард советует в созерцательной молитве «не цепляться и не сопротивляться» отвлекающим мыслям:

Если бы я сказал своему наставнику в новициате, что не собираюсь бороться со своими отвлечениями, он бы ответил: «Значит, ты собираешься потакать похотливым или ненавистническим мыслям?» Но это означало бы полностью упустить главное. Настоящее внутреннее обучение начинается тогда, когда мы способны признать наличие мысли или чувства и увидеть, что они пустотны, преходящи и являются частью фантазии, не имеющей окончательной реальности — кроме как источника информации о нас самих.

Мы должны честно слушать самих себя. Мы должны достаточно долго прислушиваться к любой возникшей мысли или чувству, чтобы спросить: «Почему я думаю об этом? Что эта мысль открывает во мне или обо мне? Почему я готов удерживать эту негативную, обвиняющую или похотливую мысль?»

Нам не нужно ненавидеть или осуждать себя за мысль или чувство, но мы должны позволить им раскрыть содержащуюся в них мудрость. Тогда мы поймём, что именно раненая или нуждающаяся часть нас создаёт эти нездоровые мысли. Наше истинное «я», наше целостное «я», не нуждается в них и не будет с ними отождествляться.

Если мы сможем позволить своим мыслям и чувствам проходить через нас — не цепляясь за них и не сопротивляясь им, и не ожидая при этом совершенного успеха, — тогда, обещаю, мы придём к более глубокому, широкому и мудрому состоянию. Даже наша неспособность полностью преуспеть сама по себе становится ещё одним прекрасным уроком.

В возрасте 85 лет скончался выдающийся современный западный буддистский учитель лама Оле Нидал

Декан факультета CAC Кармен Асеведо Батчер перевела Облако неведения — основополагающий текст для молитвы сосредоточения (Centering Prayer). Созерцательная практика создаёт пространство для пребывания с Богом, после чего мы возвращаемся к своей повседневной жизни и обязанностям. Анонимный автор Облака неведения предлагает начинающим такие простые наставления:

Вознеси своё сердце к Богу мягким движением любви. Сосредоточься только на Нём. Желай Его — а не чего-либо из сотворённого Им. Не думай ни о чём, кроме Него. Не позволяй ничему другому проходить через твой ум и волю. Вот как это делается. Забудь всё, что знаешь. Забудь всё творение Божье, всех существующих людей и всё происходящее в мире, пока твои мысли и чувства не перестанут тянуться к чему-либо…. Просто позволь всему быть. На мгновение перестань заботиться о чём-либо…

Каждый человек на земле удивительным образом получил помощь через созерцание. Ты даже не представляешь, насколько…. Поэтому перестань колебаться. Делай это до тех пор, пока не почувствуешь радость от этого.

Автор призывает начинающих созерцателей принять временное переживание «неведения», возникающее в такой молитве:

Когда ты впервые начнёшь практиковать созерцание, ты испытаешь лишь тьму, подобную облаку неведения. Ты не поймёшь, что это такое. Ты будешь знать только то, что в твоей воле возникает простое стремление к Богу. Но знай также, что эта тьма и это облако всегда будут находиться между тобой и твоим Богом, что бы ты ни делал. Они всегда будут мешать тебе ясно видеть Его светом разума и препятствовать ощущать Его сладость в чувствах любви. Поэтому устрой себе жилище в этой тьме. Оставайся там так долго, как сможешь…. Это самое близкое приближение к Богу, возможное здесь, на земле: ожидать в этой тьме и в этом облаке.

Для Асеведо Батчер созерцание — жизненно важная практика нашего времени, позволяющая встречать трудные обстоятельства жизни с большей мудростью и состраданием:

Нам необходимо созерцание, потому что по мере того как наш мир становится всё более переполненным, мы всё больше напоминаем пассажиров дешёвого эконом-класса в переполненном самолёте…. Кто сегодня не спешит через весь день? Кто никогда не ощущает давления необходимости производить и достигать? Как часто вы находитесь в киберпространстве? Наш новый безумный ритм подобен яду для способности держать за руку тех, кого мы любим. И именно здесь приходит созерцание. Оно вновь соединяет нас с самими собой, с Богом и с другими людьми. Оно помогает нам учиться прощать и исцелять свои души….

На протяжении первых шестнадцати веков христианской церкви созерцательная молитва была целью христианской духовности. И теперь, в наше время перемен и потрясений, … мы возвращаемся к своим корням. Созерцательная молитва сегодня актуальна как никогда прежде. Всё больше людей практикуют эту древнюю форму молитвы и находят мир в мире войн, крайнего политического разделения, эпидемий, терроризма, технологий, перенаселения, шума, неравенства и Церкви, нуждающейся в смирении.

Миротворческий визит британских квакеров в СССР в 1951 году
"Он сказал, что тем, кто получает подобные послания, может показаться, что любая религиозная организация или мирное движение, которое отождествляет себя с политическими целями лишь одной стороны в споре, не может искренне работать ради мира. Он сказал, что именно эта приверженность «Защитников (или Сторонников) Мира» политике Советского правительства и негласное допущение, что все, кто придерживается иного мнения, являются агрессорами, делает для квакеров столь затруднительным поддерживать это движение. Почему бы им, спросил он, не попытаться установить контакт со своими братьями-баптистами на Западе на основе их глубинного духовного единства, для этой цели отложив в сторону полемические или, в лучшем случае, спорные заявления политических «мирных движений»?"
https://quakers.ru/ссср-1951/

Ричард Рор описывает подлинную молитву и созерцание как взаимный взгляд любви:

Большая часть ранней работы созерцания заключается в том, чтобы научиться смотреть на себя с сострадательной и неосуждающей дистанции, пока мы постепенно не сможем жить всё больше и больше из этого спокойного внутреннего осознавания и принятия. В созерцательном состоянии мы обнаруживаем, что улыбаемся себе, вздыхаем о себе и плачем о себе гораздо чаще, чем ненавидим себя или поздравляем себя — потому что наконец начинаем смотреть на себя глазами Бога.

В такие моменты мы позволяем Богу смотреть на нас так, как только Бог умеет смотреть — с бесконечным милосердием, любовью и состраданием. Бог первым начинает этот положительный взгляд, который затем становится взаимным. (К сожалению, мы редко позволяем этому происходить.)

Когда в созерцании мы принимаем сострадательный взгляд Бога, вся негативная энергия и ложные мотивы постепенно обнажаются и со временем отпадают как бесполезные и разрушительные. Тогда больше не остаётся недоверия, страха или негатива ни с одной стороны. Если же мы начинаем стыдить себя, то снова скатываемся в защиту, отрицание и чрезмерную компенсацию. Мы не сможем «познавать так, как сами познаны» (см. 1 Коринфянам 13:12).

Но если мы сможем соединиться с Пребывающим внутри Присутствием, где «Сам Дух свидетельствует духу нашему» (см. Римлянам 8:16), это действительно способно изменить нашу жизнь. Этот взаимный взгляд любви всегда начинается Богом и благодатью. И однажды научившись покоиться в нём, мы уже не сможем удовлетвориться чем-то меньшим. Это основа всего.

Чтобы сохранять это внутреннее пространство открытым, нам необходима какая-то форма медитативной практики — нечто гораздо большее, чем просто «произнесение» молитв. Подлинная молитва почти всегда связана одновременно и с опустошением ума, и с наполнением сердца, и часто одно следует за другим. Нам нужно выйти за пределы заученных, формальных и социальных молитв, чтобы опустить ум в сердце.

Поэтому, когда вы молитесь, старайтесь оставаться ниже своих мыслей — не борясь с ними и не следуя за ними. Всё, что приходит, затем уходит, обычно волнами. Удерживайте себя на более глубоком уровне — возможно, в груди, в солнечном сплетении или в глубоком дыхании, но каким-то образом оставайтесь внутри своего телесного присутствия. Не поднимайтесь в ум с его бесконечно повторяющимся внутренним комментарием.

Просто покойтесь в том, что я люблю называть нашим животным довольством существованием. Это будет ощущаться буквально как ничто — как пустота. Оставайтесь там, на клеточном уровне, без стыда и страха, достаточно долго, чтобы более Глубокий Источник открыл Себя. Из этого Глубокого Источника через вас течёт всеобщая любовь — скорее как жизненная энергия, чем как идея.