📚 Пётр Турчин. Конец времён. Элиты, контрэлиты и путь к распаду государства.

История — это не "просто одно треклятое событие за другим", как однажды язвительно заметил британский историк Арнольд Тойнби в ответ на критику. Довольно долго эти слова Тойнби отражали мнение меньшинства. Историки и философы, в том числе знаменитости вроде Карла Поппера, яростно настаивали на том, что историческая наука невозможна. Наши общества слишком сложны, люди слишком непостоянны, научный прогресс невозможно предсказать, а культура чересчур изменчива в пространстве и времени. Косово принципиально отличается от Вьетнама, а довоенную Америку никак нельзя сравнивать с Америкой 2020-х годов. Так гласило — и гласит по сей день — мнение большинства. Надеюсь, что моя книга убедит читателя в ошибочности этого взгляда. Историческая наука не только возможна, но и полезна: она помогает предугадывать последствия коллективного выбора в настоящем и прокладывает дорогу к лучшему будущему.

Пётр Турчин известен как специалист в области популяционной динамики и математического моделирования исторических процессов, а также создатель клиодинамики. Одна из сфер его интересов, теория элит — это теория государства, которая стремится описать и объяснить властные отношения в обществе, исходя из того, что власть всегда в руках сплочённого активного меньшинства, которое распоряжается ресурсами общества.

Первым высказал подобные идеи Вильфредо Парето в XIX в., и распределение, названное его именем, прямо утверждает, что богатые становятся ещё богаче, а популярные — ещё популярнее. Однако это же распределение, как следствие, утверждает, что бедные становятся ещё беднее, а чем богаче и влиятельнее элитарное меньшинство, тем уже его круг и тем большее число претендентов на вхождение элиту остаётся не у дел и становится контрэлитами, с которыми элитам приходится либо конкурировать, либо как-то их кооптировать.

Не нужно понимать элиты как кучку богемных тусовщиков — это группы людей, обладающих реальными рычагами политической, экономической и идеологической власти, получивших эту власть в силу личных качеств или по наследству, а также влияющих на разобщённое большинство, озабоченное текущими вопросами и не способное самостоятельно мыслить на перспективу. Однако элиты, так же, как и общество в целом, подвержены цикличным процессам, и этим на волне недовольства зачастую успешно пользуются контрэлиты.

Речь не обязательно о революциях, хотя они первыми приходят на ум. Линкольн пришёл к власти на волне недовольства засильем южан, как и Трамп на волне недовольства демократами. Большевики отвоевали власть у элит новой буржуазной России, свергнувших имперскую аристократию, но перепроизводство большевистских элит вызвало формирование в их среде в 1920-х гг. оппозиционной контрэлиты, в состав которой входили группы Троцкого, Зиновьева, Бухарина и других. Такая чехарда ослабляла государство, что не могло не повлиять на неудачи начала Великой Отечественной.

Подобные процессы происходят постоянно, и автор не только показывает их динамику, но и предупреждает о развёртывании в современном мире социальных процессов, способных ввергнуть мир в десятилетия гражданских беспорядков, войн, революций и иных катаклизмов. Фундаментальные проблемы нынешних социальных недугов, что показывается на материалах США, России и всей мировой истории, имеют три источника: перепроизводство элит, снижение уровня жизни населения в целом и неспособность правительств справиться с обязательствами.

Все эти причины ведут современное общество к закономерному для него "концу времён", за которым последуют новые циклы политической интеграции и дезинтеграции. Книга насыщена десятками сравнений и сюжетов из всемирной истории: США и России, Франции и Англии, Кубы и Афганистана, Китая и Японии, и, разумеется, Украины как эталонного заповедника олигархов.

Вдобавок, автору удалось изложить материал доступным нематематическим языком, так что читается книга довольно легко.

#моё@cliomechanics
#cm_ОбзорыКниг
#Турчин@cliomechanics
#cm_культура
#cm_социология
#cm_структуры
#cm_теории

Механика истории│подписаться

Владимира Герасименко как специалиста по истории Древнего Рима я уважаю безусловно. Тем, кто не читал (да и остальным пригодится), даю ссылку и свою рекомендацию читать внимательно, а не просто ознакомиться. Тем непонятнее для меня аргументация обеих сторон в дискуссии о том, был ли IV век для империи путём к кризису, и если да / нет, то почему.

Господа, для начала уберите послезнание! Посмотрите на Рим IV в. с точки зрения граждан, чьи отцы и деды застали мясорубку III в. Диоклетиан, а за ним и Константин провели целую серию реформ, вернувших империи стабильность. Границы удалось обезопасить, инфляцию смогли обуздать, религиозные противоречия в значительной мере удалось сгладить. Не обошлось без крови, конечно. А когда римляне обходились без крови? Налоги стали повыше? Зато перестали просто грабить. Христианам так вообще рай на земле наступил, больше за веру на арену не потащат, живи и молись за цезаря.

Никто из этих людей не знал и не предполагал что будет потом, и с точки зрения прошедших, а не будущих событий, IV в. должен был выглядеть гораздо выигрышнее не только эпохи солдатских императоров, но и старого антониновского Рима. Приход к власти военных элит открывал невиданные ранее социальные лифты. Многие провинции пережили активную романизацию именно после III века, и даже варварские племена из числа живших у границ империи испытывали сильное очарование римской культуры.

Именно в III-IV вв. стали ощущать себя римлянами в гораздо большей степени, нежели в эпоху принципата, жители восточных, прирейнских и дунайских провинций. Это, в свою очередь, вызвало взрыв интеллектуальной и духовной жизни и создало то сочетание классической античности и христианства, сохранённое Византией, к которому тянулись мыслители эпохи Возрождения. Ощущение своей принадлежности к римскому миру независимо от места рождения стало настолько сильным, что и тысячу лет спустя для жителей империи было естественным называться римлянами.

Чего все эти люди знать доподлинно не могли — это того, что климат, начиная с середины II в. портился необратимо и очень надолго. Разумеется, нельзя было не заметить Антонинову, а затем и Киприанову чуму — народу померло столько, что вряд ли какая-то семья осталась в стороне. Урожаи становились хуже, но, возможно, это очевидно для нас, а для людей, чей мир полвека топтали легионы вперемешку с варварами, это могло быть отнюдь не очевидно. Народу в империи стало поменьше — так были вполне очевидные причины, указанные выше.

Империя смогла воспользоваться временным потеплением в конце III - начале IV вв., выжав максимум для своей стабилизации, и если бы климат в середине IV в. не продолжил ухудшаться, сдвинув кочевые племена в глубине евразийских степей... Но даже во времена правления Гонория вряд ли кто-то думал, что после его смерти империя на западе не просуществует и полвека. Хотя, возможно, это тоже говорит послезнание, ведь Хлодвиг Меровинг был патрицием империи, и мы в действительности даже не представляем как видели империю жители той эпохи.

Теория систем, кстати, недвусмысленно утверждает: развитие систем происходит скачкообразно через кризисы путём адаптации, мобилизации ресурсов и перестройки их структур, что ведёт к более высокому уровню их организации и функционирования, а не к полному разрушению. Рим на протяжении своей истории постоянно преодолевал различные кризисы и выходил из них обновлённым.

Поэтому можно уверенно говорить, что в IV в. предугадать кризис V в. в западной части империи никто не мог и не смог бы. Империя имела потенциал развития, но это не спасало её от "чёрных лебедей", которые видны и понятны в ретроспективе и совершенно неочевидны участникам этих событий. Для сравнения — как много советских людей в 1990 г. могли предполагать что два года спустя будут жить в разных государствах? А тут дистанция в столетие-полтора.

Возвращаясь к дискуссии, саму формулировку "путь к кризису" считаю некорректной, так как она означает всего лишь развитие. А то, что не все кризисы проходятся успешно, так это как раз нормально.

#моё@cliomechanics
#cm_Рим
#cm_дискуссии

Механика истории│подписаться

Начнём с очевидного: у истории человечества есть место действия — планета Земля. Условия жизни на этой планете определяют многое из того, что может или не может человек, а следовательно, и человечество. Одно из важных условий подобного рода — климат Земли и её регионов. Люди гордятся тем, что научились приспосабливаться к любому климату, от экваториального до полярного. Признавать, что история человечества может зависеть от климатических колебаний, долгое время казалось едва ли не унизительным.

Однако в 1970-е годы и позже накопление статистической информации, а также прогресс естественных наук в изучении климатических процессов сделали возможной такую постановку вопроса. Сегодня мы можем утверждать, что за последние несколько тысяч лет климат планеты в целом и отдельных ее регионов (в частности, Европы) заметно изменился. Люди Средних веков имели совсем другие представления о нормальной погоде и смене времен года, чем их наследники в XVII и XVIII веке. Это определяло характер повседневной жизни, а значит, базис для любых исторических процессов. Было бы чересчур смело заявлять, что ходом истории управляют зимние и летние максимальные и минимальные температуры, но то, что происходящие перемены оставляли свой отпечаток в истории, вполне очевидно.

Полный текст статьи:
📖 С.А. Кувалдин. История с климатом. Химия и Жизнь 2017, №4.

#cm_Европа
#cm_вулканы
#cm_климат

Механика истории│подписаться

Что же касается кредитного дела, то именно к IV в. до н.э. относятся первые обстоятельные сведения о профессиональном ростовщичестве, о деятельности древних банкиров-трапезитов и даже о целых банкирских домах, осуществлявших кредитные операции в больших масштабах, можно сказать, в рамках всей Эллады. Из речей Исократа (XVII) и Демосфена (XXXVI, XLV-XLVI, XLIX) нам хорошо известен один такой, - правда, по-видимому, наиболее крупный и знаменитый - банкирский дом в Афинах, осуществлявший кредитные операции на протяжении ряда поколений. Сначала им владели совместно Архестрат и Антисфен, затем его унаследовал вольноотпущенник Архестрата, впоследствии ставший полноправным афинским гражданином, Пасион, а ещё позже его главою стал Формион, который, в свою очередь, был вольноотпущенником Пасиона и тоже с течением времени приобрёл права афинского гражданства. Оборотный капитал этого предприятия, когда во главе его стоял Пасион, может быть оценен в круглую сумму более чем 50 талантов (см.: Dem., XXXVI, 5). Первоначально банкирские операции, в особенности приём денежных вкладов, осуществлялись “корпорациями” жрецов. Впоследствии в связи с интенсивным развитием торговли, последовавшим за персидскими войнами, потребность в кредите и посредничестве побудила частных лиц заняться банкирскими операциями. Посвятившие себя этому делу афиняне занимались своим промыслом, сидя за столиками на рынке, отсюда и их название трапезиты (от греч. τράπεζα - стол).

К концу V в. до н.э. у афинских трапезитов наблюдается уже некоторая специализация по отдельным видам сделок. Так, трапезиты занимались преимущественно приёмом вкладов и осуществлением платежей за счёт клиентов. В свою очередь, от них отделился класс специалистов-менял (аргираймосы), ставших вместе с тем экспертами по определению подлинности и цены многочисленных видов обращавшихся монет. Третья категория банкиров осуществляла выдачу мелких займов, обыкновенно под залог, т.е. ломбардное дело.

Отношение государства к банкирам было различным в отдельных полисах Греции. В Эфесе, например, государственное вмешательство ограничивалось законодательной регламентацией прав и обязанностей банкиров, тогда как в Византии право на занятие банкирским делом сдавалось на откуп. В полисах последней категории монополия трапезитов охранялась государством, но зато их операции и размеры допустимых процентов были строго регламентированы. Единственное свидетельство о законе, регулирующем отношения кредиторов и заёмщиков, относится к Дельфам. Там был принят закон, устанавливающий максимальный процент по займу у частных лиц и ассоциаций различного рода в размере 8,5 или 6 %. Однако обычной процентной ставкой по активным операциям в Греции было 12 %.

Постепенно Афины, как и вся Греция, утратили ведущую экономическую роль, которая в эпоху Птолемеев перешла к Египту. Здесь были открыты “королевские банки” большей частью под управлением греков. Банковское дело в Египте эллинистического периода было организовано в форме государственной монополии. В Александрии находился “центральный банк”, тесно связанный с государственным казначейством. Его отделения существовали во всех административных центрах страны. Вся сеть банков пользовалась монопольным правом ведения банковских операций в стране, за что она, в свою очередь, исполняла все функции госказначейств. По сохранившимся сведениям, эти банки, кроме фискальных функций, осуществляли следующие операции: покупку, продажу и размен монеты, выдачу ссуд, ипотечные и ломбардные операции, учёт обязательств до наступления срока, приём вкладов. Сохранившиеся от этой эпохи папирусы содержат информацию о добавочных функциях египетских банкиров, а именно об их деятельности в качестве советников по составлению актов, управлению клиентскими имениями, переводам.

📚 Пасынков А.С. Феномен ростовщичества.

#cm_экономика

Механика истории│подписаться

На территории Японского архипелага стало возможным сосуществование трёх хозяйственно-культурных комплексов, которые и поодиночке вполне могут быть самодостаточными: морского (ориентированного на рыболовство), равнинного (ориентированного на заливное рисоводство) и горного (ориентированного на богарное земледелие). Данный факт в определённой мере обуславливал будущую сильную раздробленность Японии. Также объединяющим фактором не могли выступить и реки — ни одна из них не протекала через весь архипелаг, а, значит, не могла использоваться в качестве транспортной артерии.

Полный текст статьи:
📖 Алексей Кароян. "Рождение Ямато".

#cm_Япония
#cm_культура
#cm_экономика

Механика истории│подписаться

Кто и когда изобрёл латинский парус – неизвестно. Поэтому, как обычно в таких случаях, нет недостатка в гипотезах, порою взаимно исключающих друг друга, окрашенных плохо скрытыми попытками утвердить национальные приоритеты (постулат «Россия – родина слонов» касается не только России и не только слонов).

Принцип действия латинского паруса коренным образом отличается от принципа работы прямого паруса. Он устанавливается не поперёк, а практически вдоль ветра, и движущая сила является составляющей разности давлений между вогнутой и выпуклой частями паруса, совершенно так же, как образуется подъёмная сила крыла самолёта. Основные преимущества латинского паруса – он оказывает меньшее сопротивление движению, более эффективно используется при слабом ветре и позволяет идти круче к ветру, чем при использовании прямого паруса. Так почему же так долго длилось господство прямого паруса?

Читать цикл полностью:
📖 Были ли арабы изобретателями латинского паруса.
📖 Ранние свидетельства появления латинского паруса в бассейне Средиземного моря.

#GalleaGalley@cliomechanics
#cm_циклы_статей
#cm_Византия
#cm_технологии
#cm_флот

©️ galea_galley

Механика истории│подписаться

Похоже, Китай уже в конце XI века стоял на пороге промышленной революции. К 1078 году производство чугуна превышало 125 тысяч тонн, увеличившись в 6 раз (на душу) с 806 года. Поначалу производство росло вслед за населением, в основном за счет увеличения числа небольших плавилен, производивших порядка 10 тонн в год на нужды ближайших потребителей. Но во второй четверти XI века началась концентрация промышленных мощностей.

Полный текст статьи:
📖 Промышленная революция, а затем контрреволюция в средневековом Китае.

#Клиометрика@cliomechanics
#cm_Китай
#cm_технологии
#cm_экономика

Механика истории│подписаться

Важнейшим фактором демографического роста населения накануне промышленной революции в Китае был рис чампа - быстро созревающий, засухоустойчивый сорт с периодом вегетации 60 дней, что значительно меньше, чем у сортов, используемых китайцами до этого. Данный сорт риса, предположительно происходящий из Восточной Индии, попал в империю Сун (960-1279 гг.) в виде дани от королевства Чампа, располагавшегося на территории современного Вьетнама, в правление императора Чжэнь-цзуна (997-1022 гг.).

В условиях Южного Китая этот сорт позволял получать два урожая за сезон, что побудило правительство к мерам по введению быстрорастущего риса во всей империи Сун. Повышение урожайности и последовавшее увеличение площади обрабатываемых земель до 5,2 млн га имели решающее значение для питания быстрорастущего китайского населения, превысившего отметку в 100 миллионов к концу XI в., что означало двойной прирост примерно за столетие.

Для понимания - до введения сорта чампа в оборот крестьянскими хозяйствами Китая превышение популяционного рубежа в 60-65 милионов населения на всей Великой Китайской равнине было синонимом голода и предвестником социальных потрясений, мятежей и даже смены династии. До XI в. население Китая предположительно превысило указанную цифру всего один раз - в эпоху расцвета династии Тан - и закончилось это восстанием Ань Лушаня и последовавшей за ним гибелью примерно 36-40 млн человек, ориентировочно каждого пятого тогдашнего жителя Земли, всего за пару десятилетий.

Параллельно росту населения Китая резко возрос объём частной заморской торговли, китайские корабли стали регулярно ходить в Индийский океан, огибая Малайский полуостров, были разработаны стандартные правила управления экипажем и грузом, дележа убытков и прибыли, улаживания споров при заморской торговле.

Однако военные поражения и политические неудачи династии Сун привели к тому, что Юг надолго отгородился от Севера могучим речным флотом, состоящим в том числе из колёсных броненосцев, вооружённых метательными машинами и многозарядными арбалетами. Население, несмотря на ещё продолжающийся экономический рост, стало сокращаться, а железные и угольные месторождения остались на севере.

Позже и промышленный Север, и торговый Юг были захвачены монголами. Население сокращалось в ходе войн, а нехватка квалифицированных рабочих рук делала невозможным своевременный уход на каналами и дамбами, что вело к дальнейшему сокращению населения.

Династии Мин пришлось восстанавливать многое буквально с нуля, и это при непрерывной угрозе с севера и в условиях острой нехватки населения и ресурсов. Выбор между строительством флота (поддержка внешней торговли) или модернизацией Великого Канала (поддержка внутренней торговли) казался очевидным. Восстановление и углубление Великого канала сняло большую часть пиратской угрозы побережью, но начисто убрало необходимость в объёмных расходах на содержание военного флота, и тот попросту сгнил.

Так Китай вступил в период изоляции, нарушенный в XVI в. европейцами, которые принесли с собой совершенно новые правила игры.

#cm_Китай
#cm_демография
#cm_экономика

@МЕХАНИКА ИСТОРИИ