Суворов не часто посещал Екатерину II, избегая парадных приемов. Узнав, что фельдмаршал ехал из Стрельны в одном мундире, она прислала ему роскошную соболью шубу, приказав передать с посланным, чтобы Суворов шубу эту непременно носил.
– Как? – изумился тот. – Солдату шубы по штату не положено!
Посланный ответил, что на сие есть непременное соизволение императрицы. – Матушка меня балует, – последовала реплика.
После того, приезжая во дворец, фельдмаршал сажал с собою слугу, который держал шубу на руках и при выходе Суворова из кареты надевал на него. В царской шубе Суворов важно шествовал до передних комнат.

Обращение его с Екатериной II было необычным, режущим глаз, хотя в выражении наружных знаков почтения он шел даже дальше, чем нужно. Впрочем, и в этой утрированности крылась своя ирония по отношению к придворным. Он был предан императрице не меньше, если не больше, всякого другого, но отличался от всех, как хорошо сказал А. Петрушевский, «неумытой откровенностью, лагерной бесцеремонностью», высказывая Екатерине правду о состоянии войск и не стесняясь касаться личностей.
Однажды за обедом Екатерина II, желая оказать внимание сидевшему рядом с ней князю С. Ф. Голицыну, заметила, что спала спокойно, зная, что в карауле надежный офицер. Должность караульного исполнял в ту ночь сын Голицына. Князь встал и поклонился. Суворов, сидевший по другую руку царицы, тотчас же спросил Голицына, отчего тот не прислал кого-нибудь из сыновей под Варшаву за Георгием, и, показывая на некоторых лиц за столом, в том числе на князя Барятинского, громко хваставшегося своими подвигами, прибавил:
– Они даром получили!

В другой раз, на придворном балу, Суворов откровенно скучал. Екатерина II, обходившая гостей, подошла к нему и спросила:
– Чем потчевать дорогого гостя?
– Благослови, матушка, водочкой, – поклонился фельдмаршал.
– А что скажут красавицы фрейлины, которые будут с вами разговаривать? – заметила не без неудовольствия императрица.
– Они почувствуют, что с ними говорит солдат, – простодушно отвечал Суворов.
Екатерина собственноручно подала ему рюмку тминной.

📚 О. Михайлов. Суворов

Хроники Истории

Рецензия на книгу «Один против Гитлера. Борьба Курта Шушнига за спасение Австрии от нацистов» (2020)

Канцлер Австрии, гражданин США, пленник Гитлера, ставший таковым за своё противостояние нацизму, человек с обложки журнала Time и притом лидер авторитарного государства. Этого человека сейчас редко вспоминают. И причины есть. Начав свой политический путь как консервативный политик (консерватором он и остался) но, главное, как изначально антидемократ, что и является причиной такого редкого упоминания и не заслуживает одобрения — он закончил свою карьеру в политике как человек, который до последнего противостоял Гитлеру в феврале-марте 1938 и... противостоял один во всей Европе. Именно поэтому, если речь заходит о 15-м Федеральном канцлере Австрии Курте Шушниге, его не бросаются обзывать фашистом, от которых он, как и от данного слова, всегда дистанцировался, а одно из крупнейших СМИ Австрии в канун даты аншлюса ограничивается сдержанной, но отражающей правление Шушнига заметкой — «антидемократ против Гитлера». Хотя фон Шушниг был молод (36 лет) и неопытен при вступлении в должность канцлера, он мужественно отверг растущую волну австрийского нацизма, настаивая на уважении к еврейскому меньшинству. Джек Брей — известный американский юрист (ежегодно упоминается в списке 30 лучших юристов Вашингтона), и писатель — исследует геополитические условия в Австрии во время подготовки к войне, освещая четырехлетнюю борьбу Шушнига за то, чтобы его почти беззащитная маленькая страна не была захвачена изнутри и снаружи безжалостными нацистами.

Джек Брей в первых главах как бы сравнивает два пути и двух канцлеров: Гитлера и Шушнига: два совершенно разных человека столкнулись в борьбе, и один боролся за сохранение своей страны, а другой преследовал иные цели. Встречи Шушнига с Гитлером и другими центральными персонажами Германии 1930-х годов описаны в сценах высокого драматизма и ярких деталей. За своё неповиновение и отказ от предложений бежать от нацистского вторжения Шушниг заплатил дорогую цену — 7 лет нацистского плена. В одном из последних действий Гитлера в бункере дрожащий фюрер приказал убить бывшего австрийского канцлера, и тот спасся фактически чудом. Сейчас имя Курта Шушнига может быть незнакомо, но он на краткий миг оказался в центре мировой истории, даже украсив обложку журнала Time в 1938 г.

«Один против Гитлера» — это очень захватывающая и интересная книга о истории Второй мировой войны, напоминающая о человеке, который боролся со злом. В книге рассматривается политика Шушнига, вопрос антисемитизма в Австрии, жизнь политика после аншлюса, как и жизнь до, а именно эта тема может заинтересовать вас больше всего и многое другое с огромным количеством ссылок на первоисточники. Больше всего страниц посвящено событиям 1938 года и ему предшествующим, когда нацисты захватывали Австрию не только снаружи, но и изнутри.

Возвышать 15-го канцлера Австрии не стоит: у него были и ошибки, описанные в книге, не говоря о поддержке авторитарных действий Дольфуса в 1934 году; однако Джек Брэй максимально объективно описывает события тех лет через призму жизни такого интересного, и, безусловно, хоть и редко вспоминаемого, но смелого и никак не местечкового человека.

✍️ Г. Пайпер

📚 PDF под постом

Хроники Истории

К историографии Крымской войны

В историографии эта война часто называлась Восточной, но ввиду того, что наибольшей интенсивности боевые действия достигли в Крыму, вскоре она стала называться Крымской. И хотя основным полем сражений стал названный полуостров, войну порой обоснованно называют «нулевой мировой», поскольку втянутыми в неё оказались крупнейшие империи своего времени, раскинувшиеся в то время свои владения по всей планете.

Генерал-майор Генерального Штаба Андрей Николаевич Петров стал автором многих книг, посвящённых истории русско-турецких войн XVIII-XIX вв., и войну 1853-1856 гг. он тоже не обошёл своим вниманием. Его монография «Война России с Турцией. Дунайская кампания 1853 и 1854 гг.» посвящена боевым действиям первого этапа войны. Помимо описания сражения автор значительное внимание уделяет политической обстановке в Европе в тот период, разрыву отношений России с Британией и Францией, дипломатии с Австрией, Пруссией и государствами Германского союза.

Автор подробно анализирует положение дел на Балканах, которые традиционно рассматривались как союзники России в борьбе с Османами в Европе. Кроме того, Петров описывает «отношения наши к Персии». Следом излагаются планы российского командования на кампанию, раскрываются мнения князя Паскевича, Горчакова, генералов Берга, Ливена и самого императора Николая I. Далее автор переходит к описанию боевых действий на Дунае в январе 1854 г., в частности, к наступлению на Калафат, действиям на Нижнем Дунае, боях при Тульче и Журже. Следующий месяц, февраль, начинается с описания разгрома турецкой флотилии при Рущуке, боях при Браилове, Калараше, Туртукае и характеристикой положения дел у Калафата к концу второго месяца боевых действий. Положение дел в марте сопряжено с форсированием Дуная и переходом на его правый берег с занятием ряда населённых пунктов.

Интерес для Петрова представляют и действия, предпринятые для защиты российского черноморского побережья – в частности, речь идёт об укреплении порта Одессы, которому предстояло выдержать бомбардировку вражеской эскадры. Далее действия переносятся на Балканы – основной «фронт» борьбы на данном этапе. Автор подробно описывает осаду крепости Силистрия, рекогносцировки командования русских войск, вылазки осаждённых турок, а также интендантскую часть вопроса: заготовка припасов для армии, состояние молдавских и валашских хлебопекарен, поставлявших припасы в армию, заготовка сена и формирование полевого обоза для поставки фуража лошадям.

Как и было заявлено ранее, значительная часть авторских описаний и анализа источников посвящена сражениям на дипломатическом поприще. Автор монографии обращает внимание на позицию Австрийской империи в этом конфликте. Несмотря на то, что Санкт-Петербург и Вену скрепляли давние союзнические отношения, благодаря которым две империи могли вместе противостоять как туркам, так и другим общим внешнеполитическим противникам, к середине XIX столетия австрийская династия Габсбургов стала рассматривать в России угрозу своей державе.

Описанию этой напряжённой военно-политической обстановке на западных рубежах Российской империи посвящена значительная часть рассматриваемой монографии. Несмотря на успешную кампанию на Дунае и Балканах на протяжении 1853-1854 гг., русские войска были выведены с этого направления, поскольку вероятное на тот момент вступление в войну Австрии угрожало бы им окружением. Собственно, сразу после вывода русских войск на территорию дунайских княжеств вступили османские солдаты – с юга, и австрийские – с запада. Русские войска покинули Балканы и вернулись в пределы России. Началась активная тыловая и организационная работа, которая стала генеральной репетицией для последующих двух лет войны. На этом генерал-майор завершил свою монографию о Дунайской кампании 1853-1854 гг.

📚 Хроники Истории

Отечественная война и русское общество

Изданная в семи томах монография «Отечественная война и русское общество», приуроченная к столетию начала вторжения Великой Армии Наполеона в Россию и увидевшая свет в 1911 году, представляет из себя плод коллективного труда членов Исторической комиссии учебного отдела Общества распространения технических знаний (ОРТЗ). 

В состав редакционной коллегии вошли десятки человек – специалистов в разных областях истории, литературы, искусства, военного дела. Среди них такие как: В. П. Алексеев, генерал А. Н. Апухтин, профессор и полковник А. К. Баиов, В. Д. Бонч-Бруевич, М. В. Довнар-Запольский, Н. Л. Бродский, А. А. Кизеветтер и многие другие выдающиеся деятели отечественных наук и дисциплин. Издана работа была в Типографии Товарищества И. Д. Сытина.

Отечественная война 1812 года является трагической и вместе с тем значимой страницей в истории России. В предисловии, авторами которого стали А. Дживилегов, С. Мельгунов и В. Пичет, сказано:

«…она [война – примеч.] заставляла разыгрываться страсти, высокие и низменные, она производила перемены в общественном строении общества, она положила начало определенному течению и во внутренней, и во внешней политике России».

Исследователи поставили перед собой цель изучить события Отечественной войны 1812 года в тесной связи со всей эпохой – эпохой Наполеоновских и предшествовавших им Революционных войн. Кроме того, исследуемые события и эпоха не рассматриваются ими как исключительно военный конфликт.

Авторы устанавливают собственную хронологию эпохи и объясняют её:

«Сквозь дым пожаров, сквозь кровавый туман, поднимающихся с бесчисленных полей битв, мы хотели сделать попытку разглядеть облик русского общества, определить долю участия в войне русских общественных групп, выяснить ту меру признательности, какой потомки обязаны каждой из них. В свою очередь, такая постановка задачи заставляла нас отказаться от взгляда на Отечественную войну как на явление обособленное, тянувшееся каких-нибудь несколько месяцев. Мы считали невозможным начинать историю ее с перехода через Неман и даже с Тильзита. Мы думали, что только поставленная в рамки европейской истории, изучаемая в тесной связи со всей эпохой она может быть понята и оценена надлежащим образом. И мы начали с Екатерины II, с франко-русских и вообще международных отношений ее времени, с первых столкновений революции с реакционной Европою. А конечной гранью мы поставили не вступление русских войск в Париж, и не Венский конгресс, а конец царствования Александра I».

В предисловии к первому тому редакция фокусирует внимание на научности работы и предостерегают своих читателей:

«Мы знаем, что одновременно с тем, как мы готовили свою книги, над работами, посвященными Отечественной войне, сидели и другие. Нам известно, что в числе этих работ будут такие, которые постараются разбудить в читателе низменные <…> чувства. Мы не станем на этот путь. Наша цель – дать книгу, объективную в полном смысле слова». Редакция с уважением относится к русским солдатам и вменяет вину за пролитую кровью только «безумству Наполеона».

📚 Хроники Истории

В нацистской пропаганде на оккупированных советских территориях муссировался миф о якобы пролетарском происхождении Адольфа Гитлера. Например, в музее Майкопа сохранился экземпляр газеты с заголовком статьи: «Адольф Гитлер, сам сын рабочего», а далее идёт пропагандистский поток про его любовь к рабочему классу.

На деле же крестьянский сын Алоис Шикльгрубер, позднее взявший фамилию Гитлер, очень быстро нашёл себя в жизни и в 18 лет поступил на службу в австрийскую таможню, дойдя по карьерной лестнице вплоть до обер-офицерского звания. Он ушёл со службы в 1895 году, проработав на императорско-королевской службе сорок лет. Алоис любил проводить много времени за занятием пчеловодством, посещал лекции по сельскому хозяйству и даже писал по нему статьи. Но как у этого человека получился такой сын?

Австрийский историк Роман Зандгрубер написал монографию на немецком языке о биографии отца нацистского диктатора. С PDF книги можно ознакомиться под публикацией.

📚 Хроники Истории

📖 Коллективная 330-страничная монография Энрико Ачерби, Андраша Молнара и Бруно Муньяи, посвящённая австрийской кавалерии, её эволюции и участию в Революционных и Наполеоновских войнах с 1792 по 1815 год.

Работа богато иллюстрирована, сам текст разделён на шесть глав:

1. «Имперско-королевская армия до и после Французской революции»;
2. «Австрийская кавалерия»;
3. «Униформа кавалерии»;
4. «Тактика и обучение кавалерии»;
5. «Кавалерийские полки и корпуса, 1792–1815 гг.»;
6. «Allerhöchste «Oberbefehl – австрийское верховное командование».

PDF под постом. Приятного чтения.

📚 Хроники Истории

Очередная книга в вашу военно-историческую библиотеку — «Семилетняя война в Европе, 1756-1763» за авторством канадского профессора Франца Сабо.

Сабо выступает своего рода ревизионистом, бросая тень сомнения на мифологический образ Старого Фрица как политика. По мнению Сабо, Пруссия победила не благодаря стараниям Фридриха, а вопреки его действиям. При написании книги были привлечён широкий пласт австрийских источников. В своей работе Сабо описывает стратегию и тактику военачальников всех сторон, анализирует основные сражения войны на континенте и освещает дипломатические, политические и финансовые аспекты конфликта.

Монография начинается очень трогательно:

«В память о моих дедушках Франце Бауэре (1885-1955) и Михайе Сабо (1886-1956), ветеранах последней войны Австро-Венгрии, которые пробудили во мне интерес к истории».

PDF под публикацией.

📚 Хроники Истории

Фамилия издателя Ивана Дмитриевича Сытина была известна к началу XX столетия по всей стране – общий тираж всех книг, изданных им за весь активный период деятельности, превысил 500 миллионов. Многие из них оказались в том числе в Библиотеке военного историка Российского военно-исторического общества и продолжают привлекать читателей. Благодаря Сытину тысячи подданных российского императора познакомились с произведениями русских и зарубежных классиков.

Первые шаги в своей сфере начал в подростковом возрасте, когда трудился в располагавшейся у Ильинских ворот лавке купца Шарапова. Повзрослев, у него же Сытин и занял сумму для своего стартового капитала, который он потратил на создание собственной печатной мастерской. Оборудование, приобретенное Сытиным, а именно печатный станок в пять красок, было очень дорогим по тем меркам, и не каждый издатель мог позволить себе подобное, а потому издаваемые Сытином книги были зачастую привлекательнее работ конкурентов. Изначально Сытин реализовывал свой товар через посредников в лице офеней – мелких странствующих торговцев, продавших разнообразную утварь и мелочи, которые в крестьянской глубинке было трудно достать, зато можно было выгодно обменять на ткань или зерно. Этот элемент дореволюционной торговой культуры был связующим звеном между городом и деревней, и к нему зачастую обращались производители, включая самого Сытина. Особенно большой популярностью у крестьян пользовались лубочные произведения: календари, гадательные таблицы, листки и, конечно же, украшенные цветными иллюстрациями книги. Успех сытинского дела был настолько впечатляющий, что уже на рубеже 1880-1890 годов он сумел завоевать монополию в своей сфере, а разносившие книги офени назывались не иначе как «сытинские». Однако вскоре трудовая деятельность офеней оказалась ограничена, поскольку их обязали получать разрешение на торговые операции от местных властей и также вести учет своего товара. Иван Дмитриевич быстро адаптировался к новым условиям и открыл несколько торговых магазинов, в которых теперь и реализовывал свою книжную и иную издательскую продукцию.

С этого момента сытинская книжная империя стала неимоверно расти, и уже к началу нового столетия у него в ведении находилось свыше шести сотен киосков и около 20 магазинов. К тому моменту он воспользовался возможностью и представил результат своих трудов на Всероссийской промышленной выставке 1882 года. Его труд был оценен распорядителем художественных отделов выставки Михаилом Петровичем Боткиным, по инициативе которого Иван Дмитриевич Сытин был удостоен бронзовой медали – высшей награды для представителя из крестьянского сословия, к которому и относился книгоиздатель.

Особой популярностью пользовались лубочные иллюстрации, посвященные боевым действия Русско-турецкой войны 1877-1878 годов. Они укрепляли дух подданных и солдат, рассказывая тысячам людей о подвигах русских солдат в боях. Однако такой формат изданий был характерен для Сытина лишь на раннем этапе его карьеры. По мере того, насколько сильно разрасталась его книжная сеть, в свет выходили новые, более серьезные издания. Одной из последних книгоиздательского товарищества Ивана Дмитриевича Сытина стала многотомная «Военная энциклопедия», издававшаяся период с 1911 по 1915 год и известная как «Военная энциклопедия Сытина».

📚 Хроники Истории

Codex Gigas, или «Библия Дьявола»

Хотя переговоры о заключении мира, который положит конец Тридцатилетней войне, уже были в самом разгаре, незадолго до окончания боевых действий шведы решили силой забрать как можно больше трофеев. 26 июля 1648 года протестанты взяли Пражский Малый град — один из районов столицы Королевства Богемия. Получив 5 августа донесение о занятии войсками части Праги, шведская королева Кристина написала своему кузену Карлу Густаву, главнокомандующему войсками, письмо с просьбой доставить местные произведения искусства в расположение шведской короны. В свою очередь Карл уверил кузину, что через Влтаву и Эльбу произведения искусства из коллекции Рудольфа II Габсбурга будут доставлены к Балтийскому морю, откуда их переправят в сердце Швеции – Стокгольм.

Оказавшись в Малом граде, шведские войска приступили к разграблению находившихся здесь церквей, монастырей, домов и королевских учреждений. В результате им досталась богатая добыча: из Праги протестанты вывезли более 700 полотен, в числе которых были работы Леонардо да Винчи, Рафаэля, Тициана, Тинторетто, Рубенса, Веронезе, Караваджо, Брейгеля, Кранаха, Босха, а также картины придворного художника Франса Лёйкса, 370 научных приборов, всю библиотеку Розенбергов, другие ценные рукописи и книги, в том числе Серебряный кодекс VI века — готический вариант списка Священного Писания IV века.

Среди шведских трофеев оказался и Codex Gigas, т.е. «Гигантский кодекс» – самая большая в мире рукописная книга (89 см в высоту и 49 в ширину). Она была написана приблизительно в 1204-1230-х годах анонимным чешским автором и передана в 1295 году монастырю в Седлеце. В 1594 году император Рудольф II, собиратель редкостей, предметов искусства и эзотерики, позаимствовал монастырскую Библию в свою коллекцию. Его заинтересовал не столько размер книги, сколько зловещее изображение дьявола, помещённое на одной из его страниц, из-за чего рукопись была прозвана «Библией Дьявола».

Дополнительный интерес к ней побудила легенда, согласно которой рукопись была написана за один день по сговору с дьяволом, хотя сейчас очевиден тот факт, что работа над ней велась в течении десятилетий. В последующем Codex Gigas хранился в королевском замке Трёх корон, который сгорел дотла в 1697 году. Переплёт пострадал, но книгу удалось спасти. Лишь в 1819 году стокгольмский переплётчик Сэмюэл Сэндман отреставрировал переплёт рукописи, в котором она дошла до наших дней. В 1878 году книга совершила свой переезд из Стокгольмского дворца Бернадотов в королевскую библиотеку Хумлегорден, где и хранилась вплоть до XX века.

Время от времени в Чешской Республике звучат призывы с инициативой вернуть драгоценности, захваченные шведами в XVII веке. Однако когда в начале 1990-х годов Вацлав Гавел поднял этот вопрос в ходе своего визита в Швецию, он не встретил никакого понимания со стороны скандинавского королевства, а лишь вызвал раздражение у руководства библиотеки Хумлегорден. Поэтому, как выразился публицист Збинек Черник, «пусть шведы хотя бы внимательно за ними следят, чтобы кто-нибудь их снова не украл».

По крайней мере, чехи смогли добиться передачи «Библии Дьявола» во временное пользование Чешской национальной библиотеки, которая экспонировала рукопись с сентября 2007 по январь 2008 года. На данный момент с Codex Gigas можно ознакомиться в королевской сокровищнице Ливрусткаммарен, а её оцифрованная версия находится в открытом доступе.

✍️ Урусов Р.

📚 Хроники Истории

Военкор Русско-японской войны

Журналист Евгений Ножин перед началом войны с Японией работал в Нагасаки. Кто знает, какая судьба ждала бы его в стране, в стране восходящего солнца, не успей он всего лишь за день до объявления войны покинуть острова на пароходе «Шилка», который довёз его до прямо до Порт-Артура – города, героическая оборона которого пройдёт красной линией по истории той войны и ляжет в основу будущей книгой Ножина.

Будучи непосредственным очевидцем боевых действий, Ножин написал двухтомную «Правду о Порт-Артуре». Усилиями «Издания П. А. Артемьева» первый том работы увидел свет уже в 1906 году, второй – годом позже.

Свой труд автор начинает следующими словами:

«Вам, забытые, но истинные герои — защитники Порт-Артура, посвящаю труд свой».

Используя документальные данные и опираясь на собственные воспоминания, Ножин пытается ответить на вопрос о причинах падения крепости, почему титанические усилия её защитников оказались напрасны.

Автор пытался передать читателям тяжёлые будни, которые он добровольно разделил вместе с гарнизоном города, а потому наполнил свою работу фотографиями осадных дней.

Полный текст книги оцифрован.

📚 Хроники Истории

Дельфино Эдмондо Боррони (1898-2008), последний итальянский ветеран Первой мировой войны. Призванный на фронт в 1917 году и записанный в 6-ой берсальерский полк, он был захвачен в плен Капоретто, но позже сумел сбежать.
Помимо того, что Дельфино являлся последним итальянским ветераном Великой войны, он стал и последним кавалером ордена Витторио-Венето.

Берсальер Боррони умер в возрасте 110 лет и 74 дней в Кастано-Примо.

📚 Хроники Истории

Остров Сахалин

Занимательной представляется карманная книжка Поля Лаббэ «Остров Сахалин. Путевые впечатления». Её автор – французский путешественник, объездивший практически всю территорию Российской империи в конце XIX столетия. Он побывал в Сибири, Туркестане, Монголии, Маньчжурии и на Сахалине, которому и посвящена рассматриваемая работа.

В заслуги странствующему французу вменяется тот факт, что благодаря ему этнография и география необъятной России стали известны всему миру, в первую очередь, конечно, во Франции и её владениях. Заметки Поля Лаббэ представляли интерес и для российской читающей публики, ввиду чего «Издание книгопродавца М. В. Клюкина» взяло на себя ответственность опубликовать русскоязычный перевод работы.

Помимо заметок самого Лаббэ, в книге содержатся дополнительные материалы с отзывами отечественных исследователей, коим довелось побывать на Сахалине. Среди прочих приводятся сведения, добытые Антоном Павловичем Чеховым в ходе его собственной экспедиции на Сахалин в 1890 г., по результатам которой он в 1891-1893 гг. написал книгу «Остров Сахалин», вызвавшую большой интерес у современников. Были приведены отдельные комментарии В. М. Дорошевича и И. П. Миролюбова, описавших собственный опыт пребывания на Сахалине. Все эти комментарии, однако, не содержат этнографической стороны. В свою очередь, отдельные главы работы Лаббэ посвящены непосредственно взаимодействию с местными жителями.

Автор описывает их культуру, быт, ведение хозяйства. В части добычи пищи, ввиду особенного положения острова, особую роль занимает рыболовство. Эта отрасль – ключевая в жизни сахалинцев, о чём Лаббэ сообщает следующее:

«Рыбная ловля является главным источником жизни большей части туземцев острова. Рыба служит пищей жителей и даже пищей их упряжных собак».

Как выяснилось далее, это не единственный вид промысла у местных народов:

«Тунгусы вместе с ороками единственные туземцы острова, целиком посвятившие себя разведению северных оленей. Олень даёт им большую часть их пищи, одежду и порядочное количество домашних предметов. Они говорят, что прежде между ними были начальники, имевшие по несколько тысяч оленей».

Автор описывает и другие автохтонные народности Сахалина. Про нивхов, называемых в книге гиляками, он пишет, что богатство их исчисляется количеством собак в хозяйстве. Он сравнивает нивхов с айнами, указывая то, что народы имеют множество «общих обычаев, произошедших от одних и тех же потребностей и условий жизни». Как наблюдатель, Лаббэ в подробностях описал нравы и обычаи сахалинских народов, институт брака, бытовые занятия, погребальные церемонии и религиозную сторону жизни. На этом и заканчивается его плавное повествование.

📚 Хроники Истории

Утром дорога, когда ею проходил Суворов, вилась среди полей и лугов в одну колею; теперь она расширилась, словно улица большого города. Пыль слеглась и запорошила следы людей. По всей ширине дороги лишь кое-где торчали тычинки выбитой дотла отавы. Дальше вниз, к месту ночного бивака войск Дерфельдена, сидело и лежало много обессиленных солдат. Один австриец лежал посреди дороги в пыли навзничь, раскинув руки. Около солдата валялось запорошенное пылью ружье. Суворов остановил коня. Солдат, открыв с усилием глаза, прохрипел:
— Um Gottes willen, Wasser! Ich sterbe!*
Суворов завернул коня и поскакал назад, к часовне. Около нее стояла большая группа конных офицеров и ординарцев. В середине группы ораторствовал, размахивая руками, Цах.
Суворов на скаку крикнул:
— Никифор, манерку!
Подскакав к ручью, Суворов увидел, что земля около него истоптана, превратилась в грязь, родник иссякал среди лужицы грязной воды.
К Суворову подъехал Цах и, достав из заднего кармана седла плоскую флягу солидных размеров, протянул ее главнокомандующему:
— Вы хотите пить, ваша светлость? Вино лучше воды утоляет жажду.
Суворов ответил:
— Там посреди дороги упал ваш солдат. Отправляйтесь, генерал, подкрепите его, если он еще жив.
Цах отправился исполнить приказание. Выслушав штабных офицеров, прочитав записки, привезенные ординарцами, Суворов написал и отправил Меласу приказ немедленно начать наступление, не оставляя в резерве ни одного солдата.
Вернулся Цах и, встреченный безмолвным вопросом Суворова, ответил,
возводя глаза к небу:
— Он умер, благословляя ваше имя.
У Суворова исказилось лицо.

Александр Суворов. Григорьев С.

* Ради Бога, воды! Я умираю!

📚 Хроники Истории

Любимыми авторами Веллингтона, чьи книги лежали возле его постели, были Кларендон, епископ Батлер, Адам Смит, Юм, эрцгерцог Карл, Гиббон, Лесли, и Библия. Австрийского эрцгерцога Карла герцог считал единственным генералом своего времени, по стратегическому дарованию сопоставимым с Наполеоном.

Из монографии«Герцог» Ричарда Олдингтона.

📚 Хроники Истории