Большое значение для местных финно-угров в конце I — начале II тысячелетия н. э. имели ремесла. Важнейшими из них были выплавка железа из местных болотных и луговых руд и его кузнечная обработка. Остатки металлургического производства — скопления шлаков, многочисленные лепешкообразные крицы, фрагменты глиняных воздуходувных трубок, инструмент — обнаружены в Кривце, на Минине-V, Октябрьском мосту, в Луковце.

Местные кузнецы имели, по мнению специалистов, достаточно высокую квалификацию. Как выяснилось при металлографическом анализе, на поселении Минино-V найдены изделия, изготовленные по сложной технологии, например, сварные ножи, выполненные по схеме трехслойного пакета. На поселении Октябрьский мост в слоях Х—XI веков обнаружены ножи, изготовленные по технологии не только трехслойного, но и пятислойного пакета. Ножи выполнены с соблюдением всех норм кузнечной ковки и сварки, что свидетельствует о высоком классе мастерства кузнецов, их отковавших.

Постройки местного дославянского населения были наземными деревянными. Финно-угорские поселения на средней Шексне были в основном небольшими по размерам, их площадь изменялась от 500 квадратных метров до 0,5 гектара. Эти селища занимали береговые террасы высотой от 3 до 10 метров. Основными занятиями жителей этих небольших селищ были, очевидно, скотоводство, охота, рыболовство, домашние ремесла. Участие их в торговле было нерегулярным.

Совсем другая картина представляется на крупных поселениях, располагающихся непосредственно на берегах Шексны. В первую очередь к ним можно отнести Октябрьский мост и Луковец. Эти центры являлись местами сосредоточения высокоразвитого ремесла, были втянуты в международную торговлю. В качестве основного товара местного населения длительное время выступала пушнина. О торговых связях населения Шексны с Востоком свидетельствуют находки серебряных монет (дирхемов) на поселении Октябрьский мост, в Панькино, на Луковце. Фрагменты булгарской керамики обнаружены на ряде поселений Шексны. Наряду с международной торговлей в крупных поселениях осуществлялась и местная торговля, в которую была втянута округа.

Человек, попарившийся «троицким» веником на Троицу или «ивановским» веником в канун дня Иоанна Крести­теля (7.07 н. ст.), излечивался от 40 хворей.

16 апреля 1802 года император Александр I утверждает в качестве Указа доклад Правительствующего Сената «О восстановлении заштатных городов разных губерний». В список вошло более двухсот городов, среди которых был и Череповец.

В ознаменовании этого события 10 июня в Воскресенском соборе состоялся благодарственный молебен. Впоследствии «начало города» отмечалось общегородским крестным ходом ежегодно.

К числу древнерусских поселений, основанных выходцами из Новгородской земли, необходимо отнести древний поселок Кривец на нижней Суде. Он появился в середине — второй половине XI века на месте небольшого финно-угорского селища. Поселение располагалось на левом берегу реки Суды, чуть ниже устья реки Андоги — одного из самых крупных притоков Суды. Площадь поселения превышала 1 гектар, оно занимало часть береговой террасы высотой до 5—6 метров. Древнерусский Кривец существовал длительное время на границе с территорией, заселенной судской весью. Это приводило к многочисленным контактам древнерусского населения с финно-угорским и отразилось в присутствии финно-угорских элементов на древнерусском селище и в принадлежащем ему курганном могильнике.

Древнерусские селища в ряде случаев возникали вблизи поселений местных финно-угров. Процесс ассимиляции можно наблюдать на примере взаимоотношений жителей древних поселений, исследованных у деревни Минине на реке Большой Юг. В начале XII века вблизи финно-угорского поселения Минино-V, существовавшего с начала XI века, возникает крупное древнерусское поселение Минино-II, а чуть позднее здесь появляется еще одно селище — Минино-IV. Влияние Древнерусского населения на соседей проявилось в появлении на финно-угорском поселении печей-каменок, вытеснивших традиционные очаги в корытообразных ямах, распространенные на селищах дославянского населения Шексны. В культурном слое XII века обнаружены древнерусская круговая керамика и украшения, а также бронзовый крест-тельник с распятием. Погребальный обряд местных жителей также претерпевает изменения. В грунтовом могильнике Минино-I, принадлежавшем финно-Угорскому населению Минине-V, наряду с захоронениями, ориентированными головой на юг, появляются погребения с западной ориентировкой.

Вещевой инвентарь погребенных содержал и древнерусские вещи. В свою очередь на селище Минино-II прослеживаются финно-угорские элементы — находки лепной керамики местных типов, присутствуют корытообразные очаги, содержащие круговую керамику. Кроме того, здесь появляются наземные постройки вместо построек земляночного типа со срубом внутри жилищной ямы. Поселение Минино-V в XII веке прекращает свое существование, древнерусские селища существуют до XIV—XV веков (Минино-II), а одно из них (Минино-III) становится центром современной деревни. Не исключено, что население финно-угорского поселка покинуло обжитое место навсегда, но в то же время велика вероятность быстрой ассимиляции местных жителей, растворения их в массе древнерусских переселенцев.

Несмотря на отток части финно-угорского населения непосредственно с берегов Шексны, немало его осталось здесь, рядом с древнерусскими селищами. Это подтверждает и хорошо сохранившаяся в регионе финно-угорская топонимия: названия рек (Ягорба, Колмакса, Кондоша, Матинга), населенных пунктов (Ирдоматка, Романда, Шайма и другие). Сохранение дославянской топонимии в регионе обусловлено продолжительным совместным проживанием финноязычного и древнерусского населения.

Несмотря на отток части финно-угорского населения непосредственно с берегов Шексны, немало его осталось здесь, рядом с древнерусскими селищами. Это подтверждает и хорошо сохранившаяся в регионе финно-угорская топонимия: названия рек (Ягорба, Колмакса, Кондоша, Матинга), населенных пунктов (Ирдоматка, Романда, Шайма и другие). Сохранение дославянской топонимии в регионе обусловлено продолжительным совместным проживанием финноязычного и древнерусского населения.

К XII веку поселения Луковец и Октябрьский мост приобретают многие черты, присущие древнерусским малым городам. Здесь продолжает развиваться сложное ремесло, оседают в большом количестве привозные вещи. На поселениях найдены предметы христианского культа, оружие, элементы снаряжения воинов, шашки и шахматы.

Славянское население, мигрировавшее в пределы территории Вологодской области, занятые финно-угорскими группами в течение последнего тысячелетия, было менее многочисленным по сравнению с местной, аборигенной финно-угорской популяцией. Во всяком случае, генетический (и биологический) вклад финно-угров в антропологический состав современных вологодских русских был весьма значителен: эти северные русские группы оказались очень близкими к финнам Финляндии.

Большая часть новых селищ размешалась на высоких береговых террасах, в некотором удалении от воды. Основным занятием жителей этих поселений было, очевидно, земледелие, поэтому осваивались территории, пригодные для него.
Современная система расселения сельского населения региона начинает складываться, по всей видимости, в конце XIII—XIV веке. Это время характеризуется проникновением переселенцев в глубь территории округи. В ряде случаев поселения оказываются настолько удалены от большой воды, что их связь с ней прослеживается по небольшим, ныне пересыхающим ручьям (Афанасово на реке Большой Юг, Кончино на реке Согоже)