Пéрво - Святки, тут - Новый год, тут - Крешшéньё, всё время и играли. Играют и поют. И собирáютце дéушки все вместе, снаряжáютца - вот, пляшут, поют. Робя‌та из другой дирéвни приéдут, засматривают дéвушок. И‌здят... Наши туды‌ поедут - выбирают невест-то. После Крешшéния и начнутца свадьбы-ти, свáтотьцё-то. Дак вот и выбирают невест тот, хто и́здёт - какая кому понрáвитцё.

«Уж с Рожества ходят наряжёнкам-то. На Крешшéнье уж окрапят, в Крешшéнской соцéльник, больше уж наряжёные не ходят».

«Раньше-то наряжёнки-те были. Раньше-то говорят: “До Крешшéнья нет запрешшéнья”. Вот Крешшéньё был'о, а в Крешшéньё - запрешшéньё».

Войска Ленинградского фронта, прежде чем добраться до немецких окопов, должны были пересечь замерзшую Неву. Немецкий берег заминирован, обледеневший. С нашего берега до того нужно пробежать метров 400, сделать проход в заграждениях, забраться наверх. Только тогда начинается рукопашная в окопах. Стало понятно, что нашей артиллерии лед разбивать нельзя. Потому, что тогда никто не дойдет.

Второе. Огневые точки противника в первой траншее нужно подавить огнем прямой наводкой, т.е. необходимо разведать, где у них стоят пулеметы. Мне выпала честь пообщаться с Василием Федоровичем Давиденко, который тогда был капитаном, начальником артиллерии одного из наших полков. Он описывал: “Мы выходили на берег, в бинокль наблюдали. Лежали целыми днями, наблюдали откуда у них стреляют пулеметы, где у них амбразуры. Мы все зарисовали”. Все нанесли на карту. Расчеты орудий, которые вышли на прямую наводку, они тоже заранее ходили на берег, чтобы посмотреть на то, что там есть. У всех артиллеристов на щите орудия была приклеена панорама целей. Когда они пушки выкатили, наводчики могли смотреть, где их цель.

Окопы для орудий был отрыты по ночам заблаговременно. Окопы рылись на берегу, в прямой видимости противника. Чтобы немцы ничего не видели, все это делалось ночью. Звук работы лопат, ломов, все это маскировалось пулеметной стрельбой. Чтобы немцы не видели, уносили в мешках землю. И все это два месяца. Плюс воздушная разведка, общевойсковая разведка. Готовились очень хорошо. Накопили огромное количество боеприпасов.

Симоняк, тогда еще полковник, он свою дивизию через Неву* гонял бегом в полной выкладке. Плюс постановка штурмовых лестниц, растаскивание заграждений, разминирование. Они все это отрабатывали очень долго. Симоняк сказал: “За пять минут вы обязаны перебежать через Неву. Закончили мы артподготовку, если через пять минут вы не будете на том берегу, немцы, кто остался жив, поставят пулеметы, на льду всех перестреляют. Накроют из минометов на льду”.

И 12 января начинается наша артиллерийская подготовка. Бьют орудия прямой наводки, бьет тяжелая артиллерия. То есть, всё стреляет, что у наших есть, 2,5 часа. Количество снарядов, которое было накоплено для операции, было огромным. По воспоминаниям наших ветеранов, весь берег противника был черным. Там не осталось снега. Давиденко сказал так: “На том участке, который я обстреливал, было 22 огневых точки”. Была у артиллеристов задача: если любая точка открывает огонь, все сосредотачивают свой огонь на ней.

Симоняк сделал очень красиво. К сожалению, вынужден согласиться с Никитой Андреевичем Ломагиным, что нормального фильма о битве за Ленинград у нас нет, и это нигде не показано. Симоняк в окопы на берегу приказал встать музыкальному взводу дивизии для того, чтобы в момент атаки взвод сыграл “Интернационал“*. Все продумано до мелочей.

У генерала Одинцова, командующего артиллерией Ленинградского фронта, был такой стиль - у него артподготовка заканчивалась залпом “Катюш”. Пушки замолчали, и тут выстреливают пять тысяч снарядов “Катюш”. Проблема была в том, что когда пушки замолчали, оркестр сразу заиграл “Интернационал”, и бойцы 136-й дивизии без команды бросились в атаку. В этот момент выпустили снаряды “Катюш”.

Нева белая, по ней бежит наша пехота, играет “Интернационал” и над ними летит несколько тысяч снарядов. Симоняк очень испугался, что сейчас своих накроют.

Немцы не успели прийти в себя. И 136 дивизия, которая наступала в центре, перебежала Неву почти без потерь.