Нет никакой разницы между проповедником из интернета, который учил Дашу Тыковку ненавидеть рашистов-путинистов, и проповедником из интернета, учившим равшан-джамшутов ненавидеть неверных. Ну и сотрудником колл-центра, который учил, как долги списать с помощью тюбика зелёнки. Во всех трёх случаях ключевая фигура даже не он, а тот, кто пишет ему скрипты.
👍1.88K👎64
Наблюдая за «войной интерпретаций» вокруг Крокуса, решил сказать в эфире несколько важных вещей, которые повторю здесь.
1. То, что вся госмедийка бросилась купировать мигрантскую тему — понятно и неудивительно, но оттого не менее унизительно. И скорее способно привести к обратному эффекту: новому расколу между властью и гражданами, после недавней консолидации вокруг флага на выборах.
2. В том, что в случае с Крокусом дело не в мигрантах, а в «программистах» живых бомб (на чём настаиваю и я), не отменяет того факта, что мигрантская среда — естественная и наиболее податливая питательная среда для вербовки. И увеличение числа мигрантов автоматически означает тем самым увеличение рисков таких атак.
3. С другой стороны, террористка Трепова, убившая Татарского, и тётки, пытавшиеся залить зелёнкой урны на избирательных участках, это НЕ мигранты — но их «обработали» ровно по тому же сценарию. То есть это две _разные_ проблемы — проблема мигрантов и проблема «живых бомб», создаваемых вражескими «энэлперами». Смешивать их в одну — значит, во-первых, действовать по сценарию врага, а во-вторых — не решить ни ту, ни другую.
4. Проблему мигрантов решать необходимо. Но она нерешаема путём одних только ограничительных мер на границе. Необходимо менять модель хозяйства — добиваясь ситуации, когда использование рабского труда — невыгодно, затратно и опасно, а все, кто ноет про «дефицит рабочих рук» — записываются в лоббисты и разводилы, пытающиеся максимизировать свои прибыли за счёт общественных издержек.
5. Проблему манипуляторов решать также необходимо, причём не менее срочно. Авторов таких «сценариев», как КСХ, надо находить и обнулять — максимально оперативно и высокоточно. Но гораздо важнее бить по коммуникативной инфраструктуре — всем этим «проповедникам», они же «сотрудники колл-центров» и т.п. Короче, по «доброй машине пропаганды», как называл свой колл-центр в одну из прошлых исторических эпох один из таких «проповедников». И делать это надо, не разбираясь особо, что конкретно она, эта машина, пропагандирует: борьбу за свободу, быстрое обогащение или религиозный экстремизм. Всё это — не более чем версии или разновидности «скриптов», конечная цель которых одна — замена собственной воли волей «наставника», с последующей неизбежной стадией перехода к выполнению «миссий».
1. То, что вся госмедийка бросилась купировать мигрантскую тему — понятно и неудивительно, но оттого не менее унизительно. И скорее способно привести к обратному эффекту: новому расколу между властью и гражданами, после недавней консолидации вокруг флага на выборах.
2. В том, что в случае с Крокусом дело не в мигрантах, а в «программистах» живых бомб (на чём настаиваю и я), не отменяет того факта, что мигрантская среда — естественная и наиболее податливая питательная среда для вербовки. И увеличение числа мигрантов автоматически означает тем самым увеличение рисков таких атак.
3. С другой стороны, террористка Трепова, убившая Татарского, и тётки, пытавшиеся залить зелёнкой урны на избирательных участках, это НЕ мигранты — но их «обработали» ровно по тому же сценарию. То есть это две _разные_ проблемы — проблема мигрантов и проблема «живых бомб», создаваемых вражескими «энэлперами». Смешивать их в одну — значит, во-первых, действовать по сценарию врага, а во-вторых — не решить ни ту, ни другую.
4. Проблему мигрантов решать необходимо. Но она нерешаема путём одних только ограничительных мер на границе. Необходимо менять модель хозяйства — добиваясь ситуации, когда использование рабского труда — невыгодно, затратно и опасно, а все, кто ноет про «дефицит рабочих рук» — записываются в лоббисты и разводилы, пытающиеся максимизировать свои прибыли за счёт общественных издержек.
5. Проблему манипуляторов решать также необходимо, причём не менее срочно. Авторов таких «сценариев», как КСХ, надо находить и обнулять — максимально оперативно и высокоточно. Но гораздо важнее бить по коммуникативной инфраструктуре — всем этим «проповедникам», они же «сотрудники колл-центров» и т.п. Короче, по «доброй машине пропаганды», как называл свой колл-центр в одну из прошлых исторических эпох один из таких «проповедников». И делать это надо, не разбираясь особо, что конкретно она, эта машина, пропагандирует: борьбу за свободу, быстрое обогащение или религиозный экстремизм. Всё это — не более чем версии или разновидности «скриптов», конечная цель которых одна — замена собственной воли волей «наставника», с последующей неизбежной стадией перехода к выполнению «миссий».
👍2.31K👎57
В воскресенье выступил с небольшой лекцией в мастерской новых медиа в Сенеже. Рассказал медийщикам про то, как работает медиамашина терактов.
Некоторые тезисы.
1. Медиа, в тч коммуникативные (соцсети) — работают как своеобразная нервная система общества. У сигналов боли — наивысший приоритет перед любыми другими.
2. В не-медиатизированном обществе точечный террор неэффективен. Об убийстве даже нескольких сотен человек, если бы информация распространялась только сарафанным радио, те, кого это не коснулось непосредственно, узнали бы довольно нескоро. В этом смысле ключевое оружие террориста — всегда не оружие, а камера.
3. Через медиа работает так называемый «мегафон боли», паразитируя на естественной эмпатии: зритель как бы отождествляет себя с жертвой, мысленно подставляя себя на её место — таким образом, непосредственно воздействуя на единицы/десятки/сотни, опосредованно террорист воздействует на миллионы/десятки/сотни миллионов.
4. В медиареальности теракта, в активной фазе (до начала затухания) можно выделить три ключевые стадии:
- первая информация о событии: шок, резкий рост аудиторий новостных медиа, непроверенные слухи, все ищут подробностей, внимание захватывают те, кто дают подробности и факты с места
- реакция и действия официальных лиц: оценки, определения, формулы: борьба за формулировки «что происходит/произошло»: внимание захватывают статусные ньюсмейкеры (в т.ч.и сами акторы, если у них вдруг появляется возможность непосредственно прорваться в эфир — поэтому, к примеру, Басаев и Бараев требовали доступа к телеканалам)
- интерпретации: новость успела стать частью жизни, и теперь ключевой вопрос у зрителя — как это понимать? Что случилось, почему, кто виноват, чего хотели, как к этому относиться, что надо делать и т.д. В этот момент начинается борьба оценочных версий (обратите внимание на время выхода релиза от Госдепа США про «игил» в КСХ — он рассчитан очень точно). Внимание захватывают интерпретаторы, от «экспертов» до «активистов», наперебой требующих карать/спасать/сплотиться/расплатиться, каждый из своей картины реальности.
5. Теракт успешен, если реакция соответствовала сценарию организаторов. При этом сценаристы _всегда_ исходят из того, что адресаты будут гневно трясти кулаками и восклицать «нас не запугать», «они просчитались» и т.п. — для них это плановый фоновый шум. Ключевое в нём — куда (точнее, на кого или на что) в итоге окажется направлена порождённая терактом массовая агрессия. Поэтому успешный теракт — не только захватить/убить/взорвать, но и так проуправлять борьбой за интерпретации, чтобы агрессия была канализирована в нужном тебе направлении.
6. В нынешнем случае, увы, надо констатировать, сценарий, похоже, относительно успешен: агрессия пошла сначала на таджиков, а потом, когда начальники побежали тушить её «пирогами и блинами и сушёными грибами» (стандартными инструментами «многонационального мира и согласия») — уже на само начальство. Если сценаристы сидели в Киеве или западнее, лучшего и желать нельзя.
7. Мы имеем дело с высококлассными специалистами в сфере суггестии — манипуляции чужой волей, вниманием и эмоциями. И я продолжаю считать, что ключевое не в гадящих англосаксах. Тщи хохлы в этом вопросе дадут фору любым романогерманцам, у них «морочить голову» — традиционный национальный вид спорта, что ещё Гоголем расписано в красках; просто мы их столь же традиционно привыкли недооценивать как младшебратьев, а «западные партнёры» так и вовсе держат за недочеловеков, и зря. Пора бы вглядеться уже, это куда опаснее, чем может показаться.
Некоторые тезисы.
1. Медиа, в тч коммуникативные (соцсети) — работают как своеобразная нервная система общества. У сигналов боли — наивысший приоритет перед любыми другими.
2. В не-медиатизированном обществе точечный террор неэффективен. Об убийстве даже нескольких сотен человек, если бы информация распространялась только сарафанным радио, те, кого это не коснулось непосредственно, узнали бы довольно нескоро. В этом смысле ключевое оружие террориста — всегда не оружие, а камера.
3. Через медиа работает так называемый «мегафон боли», паразитируя на естественной эмпатии: зритель как бы отождествляет себя с жертвой, мысленно подставляя себя на её место — таким образом, непосредственно воздействуя на единицы/десятки/сотни, опосредованно террорист воздействует на миллионы/десятки/сотни миллионов.
4. В медиареальности теракта, в активной фазе (до начала затухания) можно выделить три ключевые стадии:
- первая информация о событии: шок, резкий рост аудиторий новостных медиа, непроверенные слухи, все ищут подробностей, внимание захватывают те, кто дают подробности и факты с места
- реакция и действия официальных лиц: оценки, определения, формулы: борьба за формулировки «что происходит/произошло»: внимание захватывают статусные ньюсмейкеры (в т.ч.и сами акторы, если у них вдруг появляется возможность непосредственно прорваться в эфир — поэтому, к примеру, Басаев и Бараев требовали доступа к телеканалам)
- интерпретации: новость успела стать частью жизни, и теперь ключевой вопрос у зрителя — как это понимать? Что случилось, почему, кто виноват, чего хотели, как к этому относиться, что надо делать и т.д. В этот момент начинается борьба оценочных версий (обратите внимание на время выхода релиза от Госдепа США про «игил» в КСХ — он рассчитан очень точно). Внимание захватывают интерпретаторы, от «экспертов» до «активистов», наперебой требующих карать/спасать/сплотиться/расплатиться, каждый из своей картины реальности.
5. Теракт успешен, если реакция соответствовала сценарию организаторов. При этом сценаристы _всегда_ исходят из того, что адресаты будут гневно трясти кулаками и восклицать «нас не запугать», «они просчитались» и т.п. — для них это плановый фоновый шум. Ключевое в нём — куда (точнее, на кого или на что) в итоге окажется направлена порождённая терактом массовая агрессия. Поэтому успешный теракт — не только захватить/убить/взорвать, но и так проуправлять борьбой за интерпретации, чтобы агрессия была канализирована в нужном тебе направлении.
6. В нынешнем случае, увы, надо констатировать, сценарий, похоже, относительно успешен: агрессия пошла сначала на таджиков, а потом, когда начальники побежали тушить её «пирогами и блинами и сушёными грибами» (стандартными инструментами «многонационального мира и согласия») — уже на само начальство. Если сценаристы сидели в Киеве или западнее, лучшего и желать нельзя.
7. Мы имеем дело с высококлассными специалистами в сфере суггестии — манипуляции чужой волей, вниманием и эмоциями. И я продолжаю считать, что ключевое не в гадящих англосаксах. Тщи хохлы в этом вопросе дадут фору любым романогерманцам, у них «морочить голову» — традиционный национальный вид спорта, что ещё Гоголем расписано в красках; просто мы их столь же традиционно привыкли недооценивать как младшебратьев, а «западные партнёры» так и вовсе держат за недочеловеков, и зря. Пора бы вглядеться уже, это куда опаснее, чем может показаться.
👍1.58K👎41
И да, напомню, кто в Первую Чеченскую был помощником Мовлади Удугова по взаимодействию с западными СМИ. Если кто забыл, звали этого молодого человека Дмитрий Ярош.
👍1.23K👎27
Есть две урны: в одну надо отправлять сразу и без разговоров садистские крики восторга по поводу внешнего вида задержанных террористов, а во вторую — причитания абстрактных гуманистов по тому же поводу.
В рациональном поле есть две позиции — одна про то, что эта демонстрация таки имела практический смысл, поскольку посылает недвусмысленный сигнал их потенциальным последователям о том, что их ждёт: у них, конечно же, нет национальности, но зато есть глаза и уши, чтобы видеть и слышать. И вторая — про то, что это всё «хуже чем преступление, это ошибка».
У меня нет готового мнения.
Если это ошибка — тогда надо всё-таки объяснить, как ещё по-другому ясно и прямо донести послание «ребятам» ((с)Тимати), уже не им самим, а таким как они — людям простым, некнижным и человеколюбием не обременённым. Потому что альтернативный сценарий — когда они сидят на той же скамье за решёткой, но довольные и ухмыляющиеся, зная, что в тюрьме у них будет трёхразовое питание и помощь от братьев, позволяющая даже на зоне неплохо устроиться — ну тоже такое себе.
Если это не ошибка — тогда… проблема в том, что, как и РЭБ, такие послания это оружие ненаправленного действия, основная проблема с которым — воздействует не только на целевой объект, но и на всё, что оказалось в поле его работы. И основной сопутствующий ущерб — именно на своих, потому что плохо и опасно раскармливать внутреннего садиста в нашем обществе. Потом ещё нахлебаемся с ним, вот почему.
Мой принцип с самого начала СВО — сохранять голову холодной, не дать себя увлечь ярости берсерка, беречь сознание и от чужой, и от своей пропаганды (а пропагандисты, как никто, склонны сваливаться в штопор истерики). Всех, кто базово согласен с таким подходом, приглашаю в дискуссию в чат по вопросу. Но вот если ты садист или, наоборот, гуманист — проходя мимо, проходи себе дальше.
В рациональном поле есть две позиции — одна про то, что эта демонстрация таки имела практический смысл, поскольку посылает недвусмысленный сигнал их потенциальным последователям о том, что их ждёт: у них, конечно же, нет национальности, но зато есть глаза и уши, чтобы видеть и слышать. И вторая — про то, что это всё «хуже чем преступление, это ошибка».
У меня нет готового мнения.
Если это ошибка — тогда надо всё-таки объяснить, как ещё по-другому ясно и прямо донести послание «ребятам» ((с)Тимати), уже не им самим, а таким как они — людям простым, некнижным и человеколюбием не обременённым. Потому что альтернативный сценарий — когда они сидят на той же скамье за решёткой, но довольные и ухмыляющиеся, зная, что в тюрьме у них будет трёхразовое питание и помощь от братьев, позволяющая даже на зоне неплохо устроиться — ну тоже такое себе.
Если это не ошибка — тогда… проблема в том, что, как и РЭБ, такие послания это оружие ненаправленного действия, основная проблема с которым — воздействует не только на целевой объект, но и на всё, что оказалось в поле его работы. И основной сопутствующий ущерб — именно на своих, потому что плохо и опасно раскармливать внутреннего садиста в нашем обществе. Потом ещё нахлебаемся с ним, вот почему.
Мой принцип с самого начала СВО — сохранять голову холодной, не дать себя увлечь ярости берсерка, беречь сознание и от чужой, и от своей пропаганды (а пропагандисты, как никто, склонны сваливаться в штопор истерики). Всех, кто базово согласен с таким подходом, приглашаю в дискуссию в чат по вопросу. Но вот если ты садист или, наоборот, гуманист — проходя мимо, проходи себе дальше.
👍1.89K👎47
Forwarded from Донская сеть
Тихо и незаметно взят рубеж в три тысячи сделанных в нашем уютном подвальчике маскировочных сетей!
Спасибо всем, кто причастен и помогает! Только совместным трудом мы поможем ребятам на передовой!
Спасибо всем, кто причастен и помогает! Только совместным трудом мы поможем ребятам на передовой!
👍1.92K👎21
Forwarded from Новости из мира беспилотных систем (Dmitry)
Можно ли выстроить эффективную защиту от атак дронов?
Вопрос защиты гражданских объектов от атак с использованием БПЛА с каждым днем становится все более актуальным для разных отраслей экономики.
Как организовать защиту, что нужно делать руководителям предприятий и организаций для ее эффективного внедрения, от каких угроз нужно выстраивать защиту об этом и о многом другом пригласили поговорить Алексея Чадаева.
Алексей является генеральным директором АНО «НПЦ «Ушкуйник» - центра, занимающегося обеспечением передовых технологических и нормативно-правовых решений в области гражданского беспилотия и противодронной защиты.
Алексей, человек публичный, ведет свой ТГ-канал https://xn--r1a.website/chadayevru, где пишет по широкому кругу вопросов
Ссылка на ролик: https://www.youtube.com/watch?v=5I4VmrUcPq0
Тайм-коды выложены на ютубе.
Ну и как обычно, подписывайтесь на канал, ставьте лайки )
#антибпла #Чадаев #НПЦУшкуйник
Вопрос защиты гражданских объектов от атак с использованием БПЛА с каждым днем становится все более актуальным для разных отраслей экономики.
Как организовать защиту, что нужно делать руководителям предприятий и организаций для ее эффективного внедрения, от каких угроз нужно выстраивать защиту об этом и о многом другом пригласили поговорить Алексея Чадаева.
Алексей является генеральным директором АНО «НПЦ «Ушкуйник» - центра, занимающегося обеспечением передовых технологических и нормативно-правовых решений в области гражданского беспилотия и противодронной защиты.
Алексей, человек публичный, ведет свой ТГ-канал https://xn--r1a.website/chadayevru, где пишет по широкому кругу вопросов
Ссылка на ролик: https://www.youtube.com/watch?v=5I4VmrUcPq0
Тайм-коды выложены на ютубе.
Ну и как обычно, подписывайтесь на канал, ставьте лайки )
#антибпла #Чадаев #НПЦУшкуйник
YouTube
Можно ли выстроить эффективную защиту от атак дронов?
Вопрос защиты гражданских объектов от атак с использованием БПЛА с каждым днем становится все более актуальным для разных отраслей экономики.
Как организовать защиту, что нужно делать руководителям предприятий и организаций для ее эффективного внедрения,…
Как организовать защиту, что нужно делать руководителям предприятий и организаций для ее эффективного внедрения,…
👍435👎6
Forwarded from КЦПН. Координационный Центр Помощи Новороссии.
Новосибирское Высшее военное командное училище благодарит КЦПН за существенный вклад в развитие учебно-материальной базы училища.
Еще осенью наш Центр осуществил подготовку группы инструкторов для Новосибирское ВВКУ и передал базовое оснащение для развертывания учебного центра, который работает по нашей программе.
Сейчас КЦПН продолжает партнерские отношения с Училищем, поддерживая специальным оборудованием и учебными материалами программы по развитию беспилотия, снайперского дела, организации взаимодействия БПЛА с артиллерией и пехотой.
Cogito ergo vinco
МЫСЛЮ, СЛЕДОВАТЕЛЬНО, ПОБЕЖДАЮ!
Вы можете помочь нашим солдатам через реквизиты КЦПН!
🔺Наша карта Сбера:
Получатель: Майя Владимировна М.
🔺Криптокошелек
Bitcoin-кошелек:
🔺Подробные реквизиты здесь.
Еще осенью наш Центр осуществил подготовку группы инструкторов для Новосибирское ВВКУ и передал базовое оснащение для развертывания учебного центра, который работает по нашей программе.
Сейчас КЦПН продолжает партнерские отношения с Училищем, поддерживая специальным оборудованием и учебными материалами программы по развитию беспилотия, снайперского дела, организации взаимодействия БПЛА с артиллерией и пехотой.
Cogito ergo vinco
МЫСЛЮ, СЛЕДОВАТЕЛЬНО, ПОБЕЖДАЮ!
Вы можете помочь нашим солдатам через реквизиты КЦПН!
🔺Наша карта Сбера:
2202205080218883
Получатель: Майя Владимировна М.
🔺Криптокошелек
Bitcoin-кошелек:
1GYsv19qxvYiqmSvGjV8HUyHquJyZjnS7E
🔺Подробные реквизиты здесь.
👍664👎7
Немного рабочих будней.
Многие производители разных востребованных на фронте изделий сталкиваются с типовой проблемой: пока они делали своё устройство в гараже и мечтали о госзаказе, жизнь была простой и понятной; но как только заказчики (не обязательно даже гос-; в том числе и такие, как КЦПН, например) приходят и заказывают, тут же выясняется, что дистанция от «гаражного» до серийного изделия — длинная и долгая.
Был в одном высоком кабинете. Хозяин кабинета, кроме основных занятий, ещё и волонтёрит — закупает разное для фронта, и в немалых масштабах. Говорил мне о том, что часто сталкивается с накруткой цены в несколько концов, и реагирует на это нервно: вот же гады, капец им теперь. Капец — это он может, такой уж кабинет.
А я ему сказал вещь, которая его удивила. У них, говорю, производство кустарное, и им надо расширяться. Пока они работают как ателье индпошива — изделия и будут дорогими. Только когда появляется масс-продукт и серийность — появляется возможность добиваться адекватного ценника. Снижая издержки, отлаживая процессы, создавая предсказуемость сбыта и т.п. Кто-то и правда пытается срубить по-быстрому, а кто-то закладывает инвестиционную составляющую в цену. Надо искать вторых, и не для того, чтобы сделать им «капец», а для того, чтобы понять, как их вырастить.
Вот пресловутые пламегасители. Думаете, откуда я взял тему? Изделию уже лет пять, но делается в штучном количестве в гараже — «для себя и для своих». И такого много. С теми же масксетями — посмотрите, как Грубник создал целую систему «распределённых мануфактур» на полстраны, причём с единым стандартом (аккуратно скопированным у штатного поставщика МО) и контролем качества. Но там относительно несложный для копирования производственный процесс (хотя ещё как посмотреть, что несложный). А вот с железками, особенно сложными (и, кстати, в том числе с дронами), повсеместно наблюдаем типовую картину «аналоговнет»: изделие вроде есть, и вроде даже работает, но есть в одном экземпляре и стоит конских денег. Смеялись над нашим «официальным» ВПК, а сами оказались такие же.
Поэтому приходится на ходу самообразовываться. Вот вопрос к чату: знает кто-нибудь, чем принципиально отличается малосерийное, среднесерийное и крупносерийное производство? Я вот не знал, пока не столкнулся.
Многие производители разных востребованных на фронте изделий сталкиваются с типовой проблемой: пока они делали своё устройство в гараже и мечтали о госзаказе, жизнь была простой и понятной; но как только заказчики (не обязательно даже гос-; в том числе и такие, как КЦПН, например) приходят и заказывают, тут же выясняется, что дистанция от «гаражного» до серийного изделия — длинная и долгая.
Был в одном высоком кабинете. Хозяин кабинета, кроме основных занятий, ещё и волонтёрит — закупает разное для фронта, и в немалых масштабах. Говорил мне о том, что часто сталкивается с накруткой цены в несколько концов, и реагирует на это нервно: вот же гады, капец им теперь. Капец — это он может, такой уж кабинет.
А я ему сказал вещь, которая его удивила. У них, говорю, производство кустарное, и им надо расширяться. Пока они работают как ателье индпошива — изделия и будут дорогими. Только когда появляется масс-продукт и серийность — появляется возможность добиваться адекватного ценника. Снижая издержки, отлаживая процессы, создавая предсказуемость сбыта и т.п. Кто-то и правда пытается срубить по-быстрому, а кто-то закладывает инвестиционную составляющую в цену. Надо искать вторых, и не для того, чтобы сделать им «капец», а для того, чтобы понять, как их вырастить.
Вот пресловутые пламегасители. Думаете, откуда я взял тему? Изделию уже лет пять, но делается в штучном количестве в гараже — «для себя и для своих». И такого много. С теми же масксетями — посмотрите, как Грубник создал целую систему «распределённых мануфактур» на полстраны, причём с единым стандартом (аккуратно скопированным у штатного поставщика МО) и контролем качества. Но там относительно несложный для копирования производственный процесс (хотя ещё как посмотреть, что несложный). А вот с железками, особенно сложными (и, кстати, в том числе с дронами), повсеместно наблюдаем типовую картину «аналоговнет»: изделие вроде есть, и вроде даже работает, но есть в одном экземпляре и стоит конских денег. Смеялись над нашим «официальным» ВПК, а сами оказались такие же.
Поэтому приходится на ходу самообразовываться. Вот вопрос к чату: знает кто-нибудь, чем принципиально отличается малосерийное, среднесерийное и крупносерийное производство? Я вот не знал, пока не столкнулся.
👍951👎8
Хм. На одном дроноводческом мероприятии, куда я поеду с системами обнаружения-распознавания-подавления и буду бегать по полигону чумазый и с пультом, мне заказали в качестве бонуса лекцию… о Гегеле. Про «Феноменологию духа», «Науку логики» и про то, как из этого всего выросло «левое гегельянство» (Лукич-на-броневике) и «правое гегельянство» (Адольф-на-трибуне). Удивился, но теперь буду готовиться.
👍1.17K👎16
Пишу серию небольших заметок по новому тексту Дугина «Война и Хаос» — на Самоверситете, тк уж больно тема специальная. Пока вот опубликовал первую. На полях замечу, что писать в поезде всё-таки удобнее, чем надиктовывать в телефон, будучи за рулём, и потом править распознанное на стоянках. А в самолёте вообще не то, не пишется почему-то. Не знаю, почему так.
👍539👎8
Ох. Елизавета Иосифовна, 84 года, приходит в подвал Донской Сети и работает там с прошлой весны, как на работу. Сегодня ей стало плохо с сердцем прямо там, увезли на скорой, жива. Каких-то способов уговорить её какое-то время посидеть дома — нарвемся на смертельную обиду, для неё это жизнь. Но как быть? P.S. Не увезли, отказалась )) дали таблетки, повезли домой на такси.
👍1.23K👎3
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
«Военно-политическая философия» — наш совместный проект с Семёном Ураловым, буквально выросший из стримов на каналах, которые многие из вас помнят. Это подкаст о явлениях и событиях, с которыми мы сталкиваемся ежедневно и которые необходимо обсуждать. Наша задача — понять психологию конфликта, вместе с вами разобраться в происходящих процессах и что важнее — попытаться всё это объяснить.
Сегодня у нас в гостях политтехнолог, специалист по работе с общественным сознанием Василий Боков. Василий, как и Семён, много лет работал на Украине и видел те процессы, которые мы обсуждаем, что говорится, изнутри. Поэтому в этот раз придется и мне вспомнить политтехнологическую свою ипостась, чтобы вместе с Семёном и Василием рассмотреть украинскую трагедию через призму политтехнологий.
Почему политтехнологии воспринимаются как зло?
Какие технологии способны выпустить из человека «демонов»?
При помощи каких политических технологий Запад воздействовал на Украину?
Для чего украинский олигархат спонсировал националистические идеи?
Почему западный проект оказался настолько привлекательным для общества постУкраины?
И главный вопрос: какие технологии использовать нам, чтобы вернуть Украину в наш цивилизационный контур?
На эти и другие вопросы постараемся ответить в тринадцатом эпизоде «Страна победивших политтехнологий». Ваши размышления и вопросы, как и всегда, жду в комментариях.
Сегодня у нас в гостях политтехнолог, специалист по работе с общественным сознанием Василий Боков. Василий, как и Семён, много лет работал на Украине и видел те процессы, которые мы обсуждаем, что говорится, изнутри. Поэтому в этот раз придется и мне вспомнить политтехнологическую свою ипостась, чтобы вместе с Семёном и Василием рассмотреть украинскую трагедию через призму политтехнологий.
Почему политтехнологии воспринимаются как зло?
Какие технологии способны выпустить из человека «демонов»?
При помощи каких политических технологий Запад воздействовал на Украину?
Для чего украинский олигархат спонсировал националистические идеи?
Почему западный проект оказался настолько привлекательным для общества постУкраины?
И главный вопрос: какие технологии использовать нам, чтобы вернуть Украину в наш цивилизационный контур?
На эти и другие вопросы постараемся ответить в тринадцатом эпизоде «Страна победивших политтехнологий». Ваши размышления и вопросы, как и всегда, жду в комментариях.
👍374👎14
Вот я считаю, что надо зафиксировать этот момент. Вроде уже ничему не удивляемся, но всё равно — когда о победе на выборах одного из кандидатов говорят как об угрозе демократии, причём речь не о маргинале, а об экс-президенте и номинанте от одной из двух системообразующих партий — надо всё-таки понять, почему у них ничего не свербит, когда они используют в таких случаях слово «демократия». И что оно, чёрт возьми, теперь вообще означает.
👍725👎11
К вопросу о масксетях. Отдали партию хлебопёкам, а с ней вот что случилось. Тем временем надвигается засада: сезон у браконьеров. Скоро закончится дель (сетевая основа), где брать — вопрос. Станок заказали, едет; но приедет ещё нескоро. Если будет туго, на след нед объявлю опять сбор на канале. Хоть и пытаюсь уходить от этого.
👍716👎7