А я ещё помню, как Лысаков был главным комментатором по автомобильной теме в либеральных изданиях. Да что там — сам брал комментарии. И в "Московских новостях", и позже для сайта ОНФ.

Впрочем, я ещё Мизулину в "Яблоке" помню. И даже Яровую.

Как агностик, я понимаю, что вера есть не привилегия, а бремя. А для священника — бремя в форме служения. Собственно, и само понятие "уважение к чувствам верующих" основывается на этом — странно же всем вокруг печься о чьих-то привилегиях, ведь правда. На практике, разумеется, выходит очень по-разному — и с бременем, и тем более с уважением; но сейчас не об этом.

А вот о чем.

Если дьяк Кураев взял на себя смелость поливать мертвого коллегу по служению в день его смерти — значит, он почувствовал себя привилегированным. Причем настолько, что это пошло вразрез с обременением. Тем более — в качестве пастыря.

Бремя веры как таковой — у каждого и для каждого свое. А вот от бремени служения Кураев был освобождён. Потому что служить с позиций сомнительной привилегии обгадить другого священника, только что покинувшего этот мир —

нелогично как-то. Даже при том, что на практике выходит по-разному. Ну, такова она, практика. Но не в этом же случае.

"Мезальянс грачей™" и мою однофамилицу спросили о сокровищах убиенной ими тещи донатах. Причем те, кто эти донаты и давали. Внимание, вопрос: почему я не удивлен результатом.

Вспомнил, кто у нас провидец сегодняшнего хита от Би-Би-Си. Это Владимир Богомолов, тот самый, который "Момент истины". Одна из его последних вещей, повесть "В кригере" (1993):

Назначенный командиром роты на Лопатку старший лейтенант Венедикт Окаемов, самый из нас образованный и культурный, -- до войны артист областного театра в Курске или в Орле, как он не раз повторял, "русский актер в третьем поколении", -- невысокий, но ладный и красивый, неуемный бабник, прозванный за мохнатые усы и бакенбарды Денисом Давыдовым, подняв стакан, после каждого тоста строгим трагически-проникновенным голосом возглашал: "За вас, друзья, за дружбу нашу мне все равно, что жизнь отдать или портки пропить!" -- и при этом всякий раз на глазах у него от волнения выступали слезы. Под конец он свалился, но и лежа на спальном мешке, время от времени продолжал выкрикивать эту фразу, рвал на себе нательную рубаху, ожесточенно сучил ногами, словно стараясь оторвать болтавшиеся у щиколоток матерчатые завязки кальсон, и горько, неутешно плакал. Мне было его жаль прежде всего как жертву чудовищной несправедливости: выпив он обычно, давясь слезами, чистосердечно рассказывал об открытых им темпоритмах, о системе перевоплощения актера, которую в юношеские годы, еще до войны, именно он придумал, разработал и по доверчивости показал известному режиссеру Станиславскому -- тот пустил ее в дело и "сорвал бешеные аплодисменты", прославился на весь мир, а о жившем в провинции Венедикте Окаемове никто не вспомнил и словом даже не упомянули, хотя, разумеется, знали, кто начал перевоплощаться первым, а кто эту систему и темпоритмы попросту присвоил.

Откровенно предупредив о дурной наследственности, я выпил меньше всех, граммов двести пятьдесят за вечер, но тоже был растроган до слез и счастлив своей принадлежностью к лучшей части человечества -- офицерскому товариществу -- и во всем мире, на всей земле самыми близкими людьми мне казались эти четверо офицеров, с которыми в одной палатке я провел около двух недель. В радостном обалдении я повторял про себя высказанное по поводу моего назначения старшим из нас, майором Карюкиным, замечательное в своей истинности и простоте суждение: "Владивосток -- это вам не Чукотка, не Мухосранск и даже не Чухлома!" -- и от умиления все во мне пело и приплясывало. Помнится, я с кем-то обнимался, а Венедикт обслюнявил мне щеку и затылок, затем, ухватив сзади за плечо и, быть может, вообразив, что мы на сцене театра, или же находясь уже в полной невменухе, называл Любкой, жарко дышал мне в ухо: "Любаня... Солнышко мое!.. Юбку сними... И трусы! Живо!.." -- а затем уже в голос, с долгими выразительными паузами произносил руководительные, разные, в том числе и непонятные -- заграничные или со скрытым смыслом -- слова: "Ножки пошире... Па-аехали!.. Тэм-пера-мэнто выдай!.. Манжетку!.. Голос!.. Оттяни на ось!.. Еще!.. Мазочек!.. Пэз-дуто модерато!!! Массажец!.. Тики-так!.. По рубцу!.. Шире мах!.. Темпоритм!.. Держи манжетку!.. Осаживай!.. Люксовка!.. Форсаж!.. Волчок!.. Тэмпера-менто, сучка, тэмпсра-менто!.. Голос!.. Манжетка!.. Подсос!.. Пэз-дуто модерато!!! Оттягивай!.. Тики-так!.. Форсаж!.. Крещендо, сучка, крещендо!!!" -- и при этом, не обращая ни на кого внимания, левой рукой больно сжимал мне то мышцу груди, то ягодицу и в паузах между словами громко стонал двумя -- вперемежку -- голосами: своим и тонким, несомненно женским, причем стоило ему подать команду: "Голос!.." -- как женщина заходилась сдавленными страстными стонами и рыданиями, бедняжка совершенно изнемогала, и получалось так пронзительно, так проникновенно, что в какое-то мгновение от жалости к ней мне стало не по себе.

Те, кто собрался на шашлыки — послушайте, ладно? Если что, от сердца оторву пару шашлычных на районе, которые жарят офигенно и доставляют молниеносно. Тока чтобы все живы были, в том числе и вы.

Санду и Канду ладили дуду. А победит все равно Ренато Усатый!

Не сразу понимаешь, что этот голос — женский. После долгого ИВЛ. Всего лишь ещё одна история человека с ковидлой. Не попадайте туда, пожалуйста. И пусть все поправятся поскорее.

Старшина-связист Касьян Сергеевич Сандул. Родился в 1912 году. Призван 25 июня 1941 года Молотовским райвоенкоматом, Киев. Кавалер орденов Красной Звёзды и Красного Знамени (все представления — весна 1945), медаль "За взятие Берлина".

Штурмовал рейхстаг. Обеспечивал связь штурмовой группы с командованием. Оставил надпись "Почему в главной фашистской конторе такой беспорядок? Старшина Сандул" — универсальный коммент почти на любое движение партнёров.

Ровно 75 лет назад наши ворвались в рейхстаг. До знамени Победы — два дня.

То, что точно останется после ковидлы — это, конечно, волонтерство. Уже писал, что за последние пару лет волонтеры появились повсюду — прежде всего там, где хуже всего, где реальные трагедии вроде взрыва дома в Магнитогорске. Но нынешний взрывной рост добровольной помощи — ждёт и осмысления, причем вдумчивого, и, конечно же, помощи. Вроде той, которая была объявлена Путиным сегодня — и не только.

А вот и помощь волонтерам и врачам, кстати. Федерация бокса России, в частности Урал — наладили одними из первых и продолжают. Вообще поглядеть, что покажет эта весна в плане кто и сколько затратил на борьбу с ковидлой — тоже будет важно.

Ну какого ещё надо, чтобы дома посидеть, а? Здоровья Михаилу Владимировичу и нам всем.

"Я хочу пожелать вам выздоровления, поправляйтесь".

Владимир Путин о заражении Михаила Мишустина коронавирусом

«Тесты, которые я сдал, дали положительный результат. Я должен соблюдать самоизоляцию»: Мишустин доложил Путину, что у него обнаружен коронавирус. И.о. премьера назначен Белоусов

О болезни Мишустина по "Россия 24" сообщили прервав разговор с Собяниным. Мэр Москвы был удивлен.

⚡️Путин поддержал предложение назначить Белоусова и.о. главы кабмина на время болезни Мишустина

⚡️⚡️⚡️Президент подписал указ о назначении первого вице-премьера Белоусова и.о. Председателя Правительства

Последний первомайский плакат А.А. Кокорекина, созданный для праздника в 1959 году — с очевидными признаками самоизоляции трудящихся. В конце декабря того же 1959 года Алексей Алексеевич съездит в Индию и привезет оттуда в Москву черную оспу. До новогодних праздников Кокорекин не доживёт.

Здесь, может быть, не самые известные исполнители будут — но зато самая лучшая аудитория. Сегодня в 14.00 по Москве — уже третий концерт для детских хосписов: ребятам, мамам-папам, докторам. Там же, на сайте Общественной палаты, обещают и запись. А прямая трансляция будет, например, вот здесь.

14.00 по Москве. Просто посмотрите, как это бывает. И как это должно быть и после ковида.

Фасеточные полиэкраны Ютуба с музыкантами, сидящими на карантине и играющими вместе — то, чем (помимо прочего) можно будет обозначать это время без дополнительных уточнений. Оркестр МВД присоединяется к акции #МыВместе — с вполне ведомственной песней и очень обильной её аранжировкой. В копилку культурной антропологии времён ковидлы — очень ценное дополнение.

И само название альбома — с учётом, чья именно это память. Впрочем, со времен Memory Almost Full уже прошло тринадцать лет и столько-то терабайт в памяти сэра Пола

Снова я про своих родственников— семейство медиков не дает заскучать. Позвонила племянница Женя — дочь моей двоюродной сестры, которую чуть не угробили с коронавирусом в Подмосковье. Сестру кстати уже выписали, все хорошо, большое спасибо врачам 52 больницы!

Но вернемся к племяннице, Женя учится на медика и параллельно догуливает 9 месяц беременности — но, похоже, спокойно это сделать не получится.

Женю, как и остальных студентов-медиков, обязали подписать добровольное согласие идти на практику в коронавирусные больницы. Деканат в ночи скинул два документа — информированное согласие на работу с коронавирусом (то есть студент идет в «красную зону» в полной экипировке и работает по трудовому договору за деньги), либо мотивированный отказ (если студент относится к группе риска - хронические заболевания и тд), На словах заявили, что студент-отказник пойдет в ту же самую инфекционку с «короной» в условно «зеленую зону» где их не обязаны даже защитой снабдить).

Беременность, кстати, в группу риска не входит. И на больничный Женя уйти не может — будет недопуск к госэкзаменам из-за отстутвия практики. Ее вуз, МГМСУ им. А.И. Евдокимова, других вариантов пока не предоставил

Все эти деления на «красные» и «зеленые» зоны сейчас очень условны — речь идет по сути об одной и той же больнице. И практику в ковидариях, по свежему приказу минздрава и минобра обязаны пройти все студенты, кто окончил минимум три курса по специальностям «лечебное дело», «педиатрия», «медико-профилактическое дело», «стоматология» или более двух курсов «сестринского дела».

Возникает вопрос — а что, уже все настолько плохо и коллапс системы здравоохранения, если коронавирус должны лечить дети-второкурсники и моя беременная племянница? Вот эти студенты, которые гарантированно сразу перезаражаются из-за отсутствия опыта и сноровки — они же потом домой поедут, к родственникам. На общественном транспорте.

Перспектива бесплатной рабочей силы настолько затуманила чиновникам мозг, что они готовы поступиться элементарными этическими и практическими соображениями. Добровольно-принудительно отправляют на передовую не готовых к этому детей, которые даже отказаться не могут. Вот уж точно, «можем повторить».

Даже не знаю, что хуже — когда сестру с короной отправляли роды принимать, или это новое крепостничество.