Власти Германии больше не смогут финансировать существующую систему всеобщего благосостояния, заявил Мерц.

80 лет после принятия плана Маршалла.

Четвертый год после отказа от российских газовых поставок.

Да, так это и работает.

Вудя, вы это, завязывайте с комедиями. Смешнее уже не будет.

Раньше там было "я нэ здамся бэз бою". Не то теперь.

Хроники отмены Вуди Аллена трейфом. Читать голосом жертвы:

В Черновицком музыкально-драматическом театре убрали из афиши «Ex-comedy летней ночи, или Как глуп весь род человеческий», сославшись на то, что не хотят «соприкосновения с вражеской культурой».

Вдруууг пришел на интервью с жителем Екатеринбурга — участником СВО, некогда бизнесменом, вовсе не соотносившим себя со страной. А потом сходившим добровольцем под Лисичанск — и, слава богу, вернувшимся. Чтобы рассказать о том, что можно принести в мир с нуля.

Да, место выбрал он, а хозяева пошли навстречу. Что-то и вправду начинает меняться в городе Екатеринбурге.

Справа — руда. Она здесь, на Среднем Урале, такова примерно всегда.

Слева — шлак. Он разноцветный, яркий и радует глаз.

Не все привлекательное — шлак.

Не все скучное и некрасивое — руда.

Не все, что красивее руды — шлак.

Но шлак всегда красивее руды.

Это была проповедь о металлургии. С надеждой, что только о ней.

Разумеется, против жидовника — небольшого кустарника семейства гребенщиковых. Очевидно же.

Как всегда в это время года:

сыч в Россиюшке, а в Москве — Международная неделя шмоток моды плюс BRiCS+ Fashion. По сравнению с прошлыми заходами — больше разговоров о производстве всего, что, как мы полагаем, будет носиться. И ещё немножечко того, про что мы даже не полагаем — учитывая эволюцию материалов (особенно тех, которые нынче дышат покруче натуральных шелков и проч.).

Но меня, как всегда, не меньше шмоток интересуют наши западные партнёры. Конкретно — европейские. Которые, если покурят списки выступающих на BRiCS+, могут увидеть там Максима Орешкина, который помощник Путина по экономике, и Антона Алиханова. Который, безусловно, знает толк в пиджаках — но придет, все же, скорее как обычный глава Минпромторга.

В общем — ожидаем ли вопль из серии "Кремлин вепонизирует международный кутюр"?

Житель Бухареста по имени Янив Коэн показал три ранее не известные работы Казимира Малевича, приложив к ним оценку некоего украинского искусствоведа (до 190 млн $ чистого искусства). От экспертизы Коэн отказался и призвал верить ему на слово.

Обожаю, мать, румын!

Путин не исключает возможность встречи с Зеленским, но она должна быть хорошо подготовлена, заявил Песков.

Ну хотя бы так:

Так называемый "Дублинский Апокалипсис" расписал в XIV веке безымянный "мастер Ормсби" — судя по всему, тот же, который расписал драгоценную Псалтырь Ормсби, хранящуюся в Бодлеанской библиотеке (и, заметим в скобках, очень качественно оцифрованную). В Апокалипсисе та же головокружительная графика, и он тоже выложен в сеть в отличном качестве, поэтому на листе 26v, где "пал, пал Вавилон, великая блудница, сделался жилищем бесов и пристанищем всякому нечистому духу, пристанищем всякой нечистой и отвратительной птице", мы можем отчётливо различить среди бесов и птиц небольшую сову, которая смотрит на нас, округлив глаза, и как бы спрашивает: "Я отвратительная? Правда?".

Смотрит она на нас, потому что средневековый рисовальщик традиционно изобразил сову, единственную среди птиц, анфас — все остальные всегда в профиль, а у совы строение лицевого диска таково, что анфас проще. Но эффект получается незапланированный: именно c совой — не с апостолом Иоанном, не с ангелом — мы невольно устанавливаем контакт, она-то нас и вовлекает в изображение.
Те, для кого она — птица нечистая, конечно, не имели этого в виду, но тут уж как смыслы наросли, не увернёшься.

Итак, Дублинский Апокалипсис, извольте — и сова.

IE TCD MS 64, fol. 26v

Говорят, что в Биробиджане нынче больше нет, а все больше меньше, —

ну так пусть они говорят, а вы лучше послушайте.

Покупаю в Биробиджане немного биробиджанского трикотажа. Того, сего, пятого.

— Вы красивый и лёгкий, — говорит продавщица.
Ой, говорю я.
— Вот бы все такими как вы были, — говорит продавщица. При том, что чек — ничего особенного.
— Это не много, чтобы все? — спрашиваю.
— Ну, — задумывается продавщица, а впрочем ненадолго, — ещё таких человека два. Сегодня. До конца дня.

Есть еще Океан, как сказал один кудрявый русский Блок.

Камчатка — много лучше, чем не Камчатка. Особенно когда от камчатца, не путать с камчадалом. Кстати, неужели не найдется нормальных пишущих коллег, где-то родившихся / хорошо поживших — чтобы подобных книг стало на 88 больше, в пересчёте на нынешний списочный состав Россиюшки.

В переводе с мойвы

городу и миру пытаются сказать, что >1 — то есть минимум две подземные школы, они же противорадиационные укрытия — народ-мовокодер может построить менее чем за 150 млн руб в пересчёте на деньги.

Минимум два подземных объекта. Обустроенных для десятков людей. По цене трёшки в Хамовниках за каждый. А если больше двух, то на Юго-Западной.

Нет, я понимаю, что айн фольк, айн ланд, и лесопилка тоже айн. Но, кажется, в метрополии все же научились выкатывать убедительные обоснуи. Во всяком случае — отличные от "за три копейки всё меню". А кто вдруг не научился, тот как раз на шкiлодромi свободу и зарабатывает.

Но, может быть, мы и вправду столкнулись с небывалой цивилизацией божевиль будивельников? Если да, то стыдно-то как.