В фильме Ильи Вологурова "Худрук" создан монохромный граффичный портрет дончанина.

Действие начинается в безвременье между двумя горячими фазами войны. Донецк, опустевший, в котором можно остаться или от безнадежности или по идейным соображениям, вынашивает в глубине новый старый типаж Человека.

Главный герой Малиновский, дирижер и художественный руководитель оркестра, просто работает и перемещается между филармонией, консерваторией, баром и семьей. 

В татуировках, прическе, одежде, манерах Малиновского отражается гордый понтовый мегаполис, от которого остались пустеющие эстакады и тусклые побитые небоскребы- стекляшки.

Он учит малышей, руководит молодыми оркестрантами, дирижирует в холодном зале консерватории: зрители сидят в куртках. Первостепенным сюжетом становится стойкость продолжать жить и работать в родном доме.
Второстепенный сюжет— мужество выдержать  несоответсвие амбиций, таланта и обстоятельств.

22-ой приходит уже во второй половине фильма.  Зал филармонии пуст: массовые сборища запрещены. Часть оркестрантов мобилизована, оркестрантки ждут родных, ушедших на войну. И главный герой, и музыканты продолжают играть. Они ездят по освобожденным территориям "надежды маленьким оркестриком", в полную силу выкладываясь перед горсткой слушателей.

Музыка открывается в старомодном вечном значении, далеком от свэга, игры тщеславия, жажды "подняться", денег и желания славы.

Малиновский признает, что ребята зачастую плохо играют, но «по-человечески они кремень». Это «человеческое» неизмеримое и неуловимое и есть та самая тайна,  возводящая их музыку и жизнь на высоту классических произведений, которые они исполняют.

Дай Бог, нам (россиянам с большой земли) понять и сделать видимым масштаб тех, кто остается жить в глубине войны.
Не из сочувствия к ним: они жили и живут с достоинством, а ради нас самих.

Невдаха

СМОТРЕТЬ В ВК

⛏️ ЛЕДОРУБ — бьём в цель!

Зимний сбор на финишной прямой

Друзья! Наш зимний сбор выходит на финишную прямую. На данный момент уже собрано 269 052 руб. из 345 785 руб., необходимых для полноценной работы нашего производства этой зимой. Это означает, что до закрытия сбора осталось всего 76 733 руб.

Собранные средства будут израсходованы следующим образом:

▫️оплата аренды помещения и коммунальные платежи (165 850 рублей).

Нужды швейного цеха:

🪡 ткань (56 450 рублей);
🪡 холофайбер (38 475 рублей);
🪡 тафета (24 000 рублей);
🪡 стропы (15 000 рублей);
🪡 шнуры (5 250 рублей).

Расходники в 3д-мастерскую:

🛠 пластик для принтера, 50кг (30 000 рублей).

Расходники для пайки:

🛠 расходники для пайки (10 760 рублей).

Наше производство существует в рамках добровольческого движения "Интербригады" исключительно благодаря вашей поддержке.

Давайте вместе помогать нашим бойцам — только так мы сможем приблизить Победу в этой войне.

Наши не придут. Все наши — это мы!

Поддержать ЦЕХ 77 можно переводом на карту:
💳 2200 7014 1127 7053
Т-Банк. Владислав Филиппович К.

Ровно 17 лет назад был зверски забит насмерть нацбол Антон Страдымов, позывной «Лазарь». Все лицевые кости переломаны, признаков разбоя нет. Антона нашли ещё живым, он был доставлен в больницу, где и скончался в течение часа, не приходя в сознание. Рядом с избитым были найдены документы и телефон, однако его лицо было настолько обезображено, что документы не сразу были соотнесены с владельцем. Покойный обладал крайне спокойным характером, в конфликты, и тем более пьяные драки, — не вступал.

Точно таким же образом и примерно в то же время забили до смерти бейсбольными битами и другого нацбола — Юрия Червочкина. Перед смертью он успел отзвониться и сообщить, что за ним ведётся слежка оперативного отдела.

Убийцы обоих так и не найдены, хоть и хорошо известны.

Герои и мученики борьбы за правое дело не должны быть забыты. Как мы не забываем убитых рабочих 1905-го года и яицких казаков, повешенных на плотах, плывущих по Волге.
Так же в истории останется и обезображенное подлыми убийцами лицо Антона Страдымова.
В будущем, на месте расправы — ему должен быть установлен памятник.

Иисус Христос сказал: «Лазарь, встань и иди». И он пойдёт, останется жить в памяти потомков.
Это и есть форма вечной жизни, ниспровергающей смерть.

Тов. Коммунист