Настало время передать привет застройщику Брестской и других хороших севастопольских мест, который пошёл в наступление на редакцию с пафосным иском на миллион.

Напомню, тов. Григоров требовал признать недостоверной и порочащей его деловую репутацию и достоинство информацию из более 20 статей ForPost про его строительные методы.

Решение суда: доводы не нашли правового и документального основания, истцу отказано.

Всего доброго вашей репутации и достоинству, Андрей Иванович👋

Заходите, тут открыто

Почему-то совсем не смешно то, о чём пишет шеф-редактор Первого Севастопольского Антон Пархоменко.

Еле сдерживаю тихую ярость (психологи советуют проговаривать эмоции).

Завтра, если не остыну, наверное, сяду писать обращение антимонопольщикам. Коллеги-главреды, если есть желание присоединиться, пойдёмте в личку обсудим.

Или будем делать вид, что это нормально?!⬇️

Заходите, тут открыто

Где карта, Билли?! — по мотивам сегодняшних сенсаций Градсовета.

Одобрены три 15-16-этажных микрорайона и транспортный узел с автовокзалом на бывших сельхозземлях в районе 7 км Балаклавского шоссе.

А когда-то песнь начиналась с одного квартала "Интерстрою"...

Два из трех новых микрорайона, говорят, для крымского "Монолита" кого надо монолита))

То-то такая секретность материалов🤫

Про картинки человейников, которые показали после: остро захотелось жить под землей.

Заходите, тут открыто

#напиши_и_забудь

Шестирукий семи@.. — вот такое у меня ощущение личного 2025 года (есть и приличная новейшая форма народного афоризма — "шестирукий семикрыл", но суть одна): никогда ещё в жизни, кажется, не впахивала я так, как в этом году (никогда, никогда, Катя, ты же знаешь, не говори никогда)).

Вот-вот Год Лошади, говорите? Пф-ф-ф ⌨️

Что/как: во-первых, пересобран сайт, редполитика и почти пересобрано взаимодействие между редакциями и внутри них. Начинали с умножения видео-задач и унификации контентных требований, а заканчиваем разворотом от охватной стратегии и работы в режиме информагентства в не самый простой аудиторный сегмент специалистов и деятельных умников, пробуем в аналитику и возврат к содержательным дискуссиям ради результата, меняем KPI на вовлечённость, глубину и... вечнозелёность.

Надеюсь, прозвучало достаточно ужасно для начала))

Во-вторых, всё это совпало с чрезвычайно энергозатратным медиа-аудитом/медиа-интеграцией, так сказать, на "внешнем контуре"))

Итого: пожалуй, я больше не редактор. В том смысле, что больше не могу (не успеваю и нет необходимости) в простую нежно любимую медитативную операционку. Всё.

Мой год был целиком и полностью про менеджерское, в нём выпало как никогда много задач со звёздочкой на трудную координацию и унификацию всея ForPost-медиа и др.)))

Такое чувство, что весь год я провела в бесконечных и почти всегда травматичных переговорах, вычислениях, таблицах, презентациях, скрещиваниях "ужа и ежа".

И в третьей плоскости было огромное множество экспериментов — с ИИ, с форматами, с подачами, с, прости Господи, контент-СЕО (надо же как-то выживать с этими рубильниками трафика).

Боюсь, что с такими новыми привычками, выходя в редакционный коридор с очередными вводными, однажды огребу лопатой по затылку — видимо, это единственный способ ненадолго остановить неизбежное)))

Отдых года: подгузники меняла в хосписе. Отличный способ веселее и адекватнее смотреть на себя, других, проблемы и жизненные вызовы.

А тревога живёт под левой лопаткой и ноет, ноет, ноет. Так и живешь, будто пришпиленный под плечо, легонько и кинематографично трепыхаешься.
И слава Богу 😇

Заходите, тут открыто

Там так тихо и по-детски празднично, что хочется не дышать, чтобы не спугнуть.

Циклон под Новый год принёс нам, южанам, давно небывалое) И пока гидромет пугает ночной гололедицей, лентяи разыскивают цепи на колеса, а балаклавцы сомневаются в том, получится ли доехать завтра на работу — пойдёмте лепить не грязевиков, а настоящих снеговиков, и делать снежных ангелов. ☃️

Не заходите в интернет, не совершайте ошибку))

Дорожники и коммунальщики Севастополя и Крыма — обняла❤️

Заходите, тут открыто

"Ну вот куда все прутся?!", — думал каждый про соседа в набитом автобусе. За окном мело. Под колёсами чавкало. Пёрлись на 5-й километр: кто за ёлкой, кто за продуктами, кто с пересадкой — на работу.

Бросилась в глаза пара на передней площадке: худой мужчина с костылями, одна штанина болтается, седая женщина держит ручку его инвалидной коляски. Коляска хлипенькая, с брезентовым сиденьем и колесами, как у детской. Вот куда они? Запись к врачу, которую нельзя перенести?.. В госпиталь к обходу с выходных?.. Намучаются по ледяным буеракам.

В горку девятка взобралась довольно резво и до самого седьмого катила бодро, а после Домино поползла. Но не стояла, двигалась в грозовой сизо-фиолетовый горизонт.

Грязные хребты снега на 5-м выглядели устрашающе, но автобус удачно протянул мимо, и нырять не пришлось: пассажиры аккуратно выгрузились на тротуар, приподнятый ледовой подушкой сантиметров на 15, и как на копытах устремились к остановкам ловить свои трали.

За полчаса стояния на промозглом ветру с мокрым снегом в лицо наблюдаю, как в сторону Остряков один за одним двинулись пять 14-х, две 20-ки, что-то экзотическое типа 3-ки или единицы,но ни одного 12-го. Но позже подошли сразу два.

В салоне божественно тепло, плюс 21, — рапортует табло. Расплываюсь в улыбке, в наушниках что-то бодрое и новогоднее, как прекрасно ехать в большой тяжелой машине, которая точно доедет, куда надо, как ледокол.

Большая тяжелая машина доехала до Кожанова и объявила по салону, что впереди авария и дальше троллейбус на пойдёт, поэтому кто хочет — может выйти. Глядя на вереницу неподвижных железных вагонов, решаю выходить и бегу на своих платформах в общем строю под балконами домов, где нет льда, в сторону Гоголя.

Через 2 остановки этих весёлых стартов нас подбирает до Ушакова какой-то нечастый номер с Гагаринского.

На Ушакова ледяная пустыня, и только одинокая иногородняя (по акценту) пенсионерка рыдающим голосом пытается вызвать на остановку такси и объясняет, что стоит под башней с флагом.

Подплывает транзитный 150-й с Северной, с перекрытого рейда, высаживает толпу и гордо закрывает перед моим носом двери: посадки нет, ни до какого Нахимова не подвезут даже за деньги. Ну правильно, штрафанут ещё перед Новый годом за доброту по жалобам трудящихся. Но грустно. Бегу вслед 77-му, который точно в центр, но останавливается он дальше, у библиотеки — и по льду не успеваю. А, была не была, — и скольжу дальше до Суворова. За это время — ни троллейбуса, ни автобуса.

Доцокала до СЦКиИ, и там с поворота, со стороны вокзала притормозил неведомый 35-й, что ли, — пустой, два человека в салоне, пффф, до Нахимова — как королева, а там до офиса снова вплавь.

Ехать общественным транспортом на работу сегодня было самым глупым решением.

Два лайфхака мимоходом:

❌В такую погоду никаких кроссовок — только высокая непромокающая обувь.
❌Не садитесь в троллейбус! — никакой гарантии доставки. Только автобус, только хардкор)

Только до сих пор не могу развидеть ту брезентовую коляску с безногим бойцом на костылях, спущенную прямо в грязную жижу и застрявшую в ней колесами, его раздраженный, а матери растерянный — взгляд: а как же теперь?..

Такой день. Плановый погодный форсмажор, который никого в Севастополе не останавливает.

Заходите, тут открыто