Лев Оборин передаёт, что всё-таки переводился!

Заглянул в Фасмера узнать, откуда произошло слово «мизинец», вместо этого узнал, что в древнечешском слово mězenec означало «безымянный палец». Совсем запутался.

Для меня самое дурное в новых правилах — то, что из списка предметов, которые авиакомпании обязаны провозить бесплатно, исключат не только верхнюю одежду и ноутбуки, но и книги. Горячий привет всем, кто, как и я, никогда не парился по поводу перевеса, просто беря сумку книг с собой в салон😞

[Здесь была ссылка на сайт, который назвали «нежелательной организацией»; я вынужден её удалить] news/2017/07/25/sovet-federatsii-odobril-zakon-ob-otmene-besplatnogo-bagazha-dlya-nevozvratnyh-biletov

Работа полностью встала, потому что «Самокат» выпустил три книжки про лесных мышек, и я сижу, любуюсь

Не знал, что любимый Сапгир (который «Принцесса была ужасная») был в одной литературной тусовке с молодым Лимоновым
https://www.kommersant.ru/doc/3360663

Вот уж реально эпоха: главный американский критик Митико Какутани ушла на пенсию. Кого же теперь будут люто ненавидеть все англоязычные писатели?

Тридцать восемь лет у станка, ух

https://twitter.com/michikokakutani/status/890632785572114432

Кстати, про книжную критику: институт «Стрелка» в конце августа запускает трёхнедельную Школу книжной рецензии.

Среди преподавателей курса — @milchin из «Горького», Игорь Кириенков из «Афиши дейли», Глеб Морев из «Кольты». В общем, это люди, которые в курсе, как писать про книги. Идите к ним учиться

http://strelka.com/ru/events/event/2017/08/17/book-review-school

Как всегда прекрасный Том Голд. «Сёстры Карамазовы», «Повелительница мух», «Смерть коммивояжёрки», «Донья Кихот»

В 1985 году вышла книжка «Убивая время» о вселенной «Стар трека». В оригинальной рукописи между Кирком и Споком развивался роман. Студийные боссы ошалели от такой вольности и потребовали избавиться от ненужного слэша. По иронии судьбы, из издательства как раз ушла одна редактор, а её преемница ещё не приступила к работе.

Долго ли, коротко ли, оригинальный макет перепутали с правленным и роман о любви горячего землянина и холодного вулканца был напечатан тиражом в четверть миллиона экземпляров.

https://en.wikipedia.org/wiki/Killing_Time_(Star_Trek_novel)

Кстати, в вышедшей за несколько лет до того новеллизации «Стар Трека» Спок называет Кирка словом t'hy'la. В сноске редактор объясняет, что это слово объединяет такие смыслы, как «друг», «брат» и «любовник», а потом два абзаца оправдывается, мол, Спок ничего такого не имел в виду, и ничего не было. Главный довод — аргумент Кирка: «Я не так глуп, чтобы влюбиться в человека, который занимается сексом только раз в семь лет».

Та самая сноска

Глядите, @katrin_lit на Снобе объясняет, что делать с телеграмом: отписаться от всей околополитической псевдоаналитики и подписаться на десяток каналов про книжки и академическую музыку. Дело говорит

https://xn--r1a.website/katrin_lit/335

В идеальных дачных условиях условиях дочитала "Иуду" Амоса Оза, и испытываю безмолвную радость читателя-импрессиониста, смешанную с тягостным желанием все бросить и уехать в один любимый древний город.

Думаю, что это из тех книг, что отзываются в читателях совершенно непредсказуемо. Мне повезло совпасть с романом и погодой, и настроением, и получилось, что давно я не читала по-русски ничего столь приятно повествовательного, старомодного, неспешного и не манерного; могу сравнить, опять же, только с горячо любимой мной "Американской пасторалью", но, предупреждаю, и она по сравнению с "Иудой" – "Крепкий орешек-5". Сюжет может показаться занудным (или вовсе отсутствующим: отчислившийся и брошенный подружкой студент устраивается нянькой к старику и ведёт с ним религиозно-политические беседы; есть любовная линия, но мне она показалась вторичной и даже не вполне необходимой), но я не заскучала ни разу и читала с интересом, отчасти благодаря немногословной, приглушенно-поэтической описательной манере Оза. Например, задыхающийся главный герой с его извечным "студенческим пальто", тальком для бороды, упрямой гривой жёстких волос и стремительной походкой представлялся мне совершенно как живой.

Повторюсь, это роман-впечатление: либо кликнет, либо нет. Меня особенно покорило, как автор пишет о Иерусалиме, где я была лишь однажды, но вот теперь все вспомнила. Просто читая про город, залитый лунным светом или скупым зимним дождём, с прозрачным воздухом и бродячими котами, я все время странным образом испытывала чувство почти исступленного благоговения, подобное тому, что всякий раз душило меня в городе Р., – ещё одно подтверждение тому, что тысячелетняя история жива, осязаема, небесплотна, небезразлична.

«Links-2-3-4», — пела группа Раммштайн о четвёртой моей подборке литературных ссылок для @gorky_media

https://gorky.media/context/robot-chitatel-pokemon-shpion-dva-kota-i-korgi/

Екатерина Доброхотова-Майкова, одна из лучших наших переводчиц, рассказывает о том, как правильно переводить имена собственные (если коротко — никак, всем не угодишь в любом случае), и как на это реагировать читателям (смиренно и стоически). Много уморительных примеров в комплекте.

«Начну издалека, просто для курьеза. Самое-самое начало семнадцатого века, пишут русские послы:

„И Григорей и Ивашко спрашивали Фрянчика Иванова да Ивана Ульянова: „Что у вас такая смута учинилась в земли для чего?“

Гости Иван Ульянов и Фрянчик Иванов — английские купцы Джон Меррик (отца которого звали Уильямом, отсюда именование по отчеству «Ульянов») и его зять Фрэнсис Черри, оба долгое время жили в России, говорили по-русски, временами выполняли дипломатические поручения. Князь Еремей Боус — Джером Баус, англ. посол в Москве в 1583-1584 гг».

https://krupaspb.ru/zhurnal-piterbook/retsenzii/ekaterina-dobrohotova-maykova-parovoz-stivensona.html

Позавчера был на замечательном камерном спектакле по сэлинджеровскому рассказу «В лодке» и с первых же строк авторского текста вдруг понял (хотя не то чтобы раньше не понимал), почему я не могу читать без скрежета зубовного советские переводы Сэлинджера (а также и Воннегута, и много кого ещё).

Дело даже не в фактических ошибках или вольностях, дело в самом чувстве языка. Потому что начинается рассказ такой фразой:

«Шёл пятый час, и золотой осенний день уже клонился к вечеру».

Вы вот можете себе представить, чтобы Сэлинджер — да и вообще любой автор, не наделённый ненавистью к языку и читателю, — написал фразу «золотой осенний день», который к тому же «клонился к вечеру»? Вот и я не могу.

Лезу в оригинал: «It was a little after four o'clock on an Indian Summer afternoon».

Никакой дешёвой сентиментальности, по-хорошему скупое и кристально ясное предложение.

Сергей Кузнецов в своё время верно заметил по этому поводу (правда, в отношении Catcher in the Rye): «Я понимаю, что с тех пор выросло два поколения, которые этот перевод полюбили. Ну, люди вообще любят сентиментальные книжки про подростков — только к Сэлинджеру это имеет крайне отдалённое отношение».

(Читатель ждёт уж рифмы «Немцов» — у Немцова как раз всё нормально: «Шёл пятый час дня бабьего лета», ни убавить, ни прибавить.)

Хотя понятно, что про всё это уже давно и гораздо точнее написал Горчев

Лучший новый канал в телеграме: люди комментируют записи класической музыки на ютубе

https://xn--r1a.website/too_many_notes/5

Открытка @popsciencecat