Вчера в Листве был поэтический сабантуй. Вдохновившись энергетикой поэтического безумства я дерзнул почитать и свои стишочки. По-дружески меня засняли на камеру телефона и я подумал, что почему бы — раз такая пляска — не поделиться с вами и видео, и своим стишочком.


Мне не хватает неба.

в своих степях
где я родился
небо было повсюду
на педалях
велосипедов
которые мы гнали
по небесной полыни
оно было на дне
водохранилища
откуда мы вытаскивали
небесных раков
оно осыпалось
звездопадами
наших первых поцелуев
небо пугало луной
в ночи
когда нечисть
бродит по спинам
наших домов
и те ёжатся
зябким страхом
детской смелости.

Я лежал посреди поля
упав с велосипеда
и смотрел в небо
Я лежал на поверхности воды
доплыв до середины озера
и смотрел в небо
там облаками пятились
раки убегая от моих рук.
Я вскарабкивался
на крушу гаража
и смотрел на звёзды
что сгрудились
на небе
как яблоки
которые я срывал
для варенья
протягивая пальцы
к ветке неба.

А сейчас
небо сожрано
большим городом
реки и озера
спрятаны
в бетонные трубы
под метровыми слоями
асфальта
а звёзды изгнаны
фонарями
и рекламными вывесками
круглосуточного секс шопа.

Я иду
по переулкам
улицам
проспектам
и нигде
не найти мне неба
только осколки
моих стихов
консервируют
небесную синь
чтобы однажды
посадить её
и прорастёт
она
яблонями
с ветвей которых
вспорхнёт ввысь
новое небо.

Наблюдать за судьбой книг — занятие сродни медитации. Надо зафиксировать часть своего сознания на книге и время от времени поглядывать: как она там стоит на полке? Кто обращает на неё внимание и берёт в руки? Или, может быть, она уже совсем запылилась и пора, хотя бы из вежливости, стряхнуть с неё пыль? И мысленно сказать книге: «В добрый путь!» — когда покупатель уносит её с собой в неизвестные мне дали.

Немного поделился своими наблюдениями для номера «Полынь и вереск».

Иногда в «Листве» происходят потусторонние вещи.

Сижу за кассой, делаю рабочие дела. В лавке никого. Тут звонит рабочий телефон. Беру:
— Здравствуйте, это книжная лавка «Листва». Чем могу помочь?
— Здравствуйте, а я вот приходила к вам за книжками, а за кассой никого нет. Как мне купить книгу?
— Странно! Дело в том, что я последний час сидел за кассой и никуда не выходил.
— Да? А я вас не заметила.
— Удивительно, но я вас тоже не видел.
— А книжку можно купить?
— Если мы с вами найдёмся и увидим друг друга, то обязательно!
— Хорошо! Иду к вам.

С книжными полтергейстами я ещё не сталкивался. Теперь жду мистических гостей.

Принял участие в работе над переизданием иллюстрированного очерка о Ледяном походе. Сам очерк был издан в США в 1949 году, к 33-й годовщине 1-го Кубанского похода Добровольческой армии.
Художником очерка-альбома выступил Константин Кузнецов, автор югославских комиксов, издававшихся в Сербии и во Франции. Его картины и иконы хранятся в Музее русской культуры в Сан-Франциско.
Для меня это была важная работа, ведь переиздание книг — это краеугольный камень сохранения исторической памяти.

Как сказал Герман Гессе в своём эссе "Магия книги" написанном после Первой мировой войны: «Иногда мы посмеиваемся над огромным перепроизводством книг в нашей стране. Но будь я сегодня молод и полон сил, я не занимался бы ничем, кроме издания книг. Эти труды во имя непрерывной жизни духа нам нельзя отложить до того времени, когда государства залечат раны, нанесенные войной, нельзя и заниматься этой работой второпях, идя на поводу у конъюнктуры, не заботясь о том, чтобы быть щепетильно совестливыми. Ибо для мировой литературы не меньшую опасность, чем война и ее последствия, представляют плохо и наспех изданные книги.»

Есть подарки, которые хочется принести в свой будущий дом, чтобы поставить в рабочем кабинете — как драгоценные артефакты, обретённые в странствиях по миру, во время приключений и трудов. Это материальное воплощение метафизических тригопунктов определённых этапов собственного пути.

Так и будет. Обязательно. Знаю.

У меня достаточно большой опыт участия в книжных выставках. Мне нравится кататься с книгами по разным городам, говорить с книжными людьми, обмениваться впечатлениями о прочитанном и коллекционировать разные книжные истории, которые неизменно сопровождают мои книжные поездки.

На прошедшей ММКВЯ случилась максимально странная история. Я долго думал, рассказать о ней или нет. А потом я услышал писательский рецепт от великого и ужасного редактора «Чёрной сотни» Фунта, который сказал: «А я всегда писал то, что мне было по приколу». И после я подумал: а чего я, собственно, себя ограничиваю? И поэтому делюсь с вами этой историей.

Дело было так. Я сижу на книжной ярмарке, которая проходит в павильоне «Россия» на ВДНХ. Суббота. День в самом разгаре, и люди бесконечным потоком идут вдоль стендов.

Тут ко мне подходит женщина далеко за сорок. Полная. Ну, очень полная. Подходит и спрашивает: — Так что тут у вас? Хм, «Женщина с винтовкой»? Это что-то эротическое? — Эм... — опешил я. — Нет, это про женский добровольческий батальон во времена Первой мировой войны. — Очень плохо, — говорит женщина, — название книги не соответствует содержанию.

И медленно отплывает от моего стенда, оставив меня одного с потерянным даром речи и мыслью о том, что даже страшно представить, какие мысли бывают у людей в головах.

Для канала «Листвы» я широкими мазками накидал картину тех маршрутов, которые мне наиболее приятны для прогулок по Москве. Здесь я выступил неким таким добрым началом, воплощающим свет и космический порядок, словно Ахура-Мазда. Однако не стоит забывать, что у всего есть баланс, и поэтому в своём личном канале я решил выступить эдаким разрушительным духом хаоса — Ангра-Майнью — и написать небольшой, свой антирейтинг мест в Москве.

И открывает этот рейтинг — Москва-Сити. Никогда не понимал это желание построить огромные дома, уходящие под облака. Среди них я чувствую себя как-то по-особенному чужим и несчастным в этом мире. Они вызывают у меня отторжение и даже чувство озлобленности. Состоящие из стекла и бетона, в этих небоскрёбах нет тепла. Когда я оказываюсь в этом районе, я вспоминаю Библию и историю о Вавилонской башне и человеческой гордыне.

Почётное второе место в моём антирейтинге — это «Измайловский Кремль». Когда я впервые увидел этот аляповатый комплекс, то окончательно осознал, что внутри меня живёт другое видение Руси. Более строгой, цельной и временами разгульно-смутьянной, красочной, с сотнями полутонов красного цвета, как на картинах моего земляка Малявина. Но никак не фантастическо-ряженая клюква Измайловского кремля.

Завершает тройку моего антирейтинга — это парк «Зарядье». Зелёные зоны в мегаполисе — это безусловно хорошо. Это важная и нужная задача для того, чтобы город дышал. Однако, если город обладает большой и древней историей, то лично мне хотелось бы, чтобы архитектурно город всячески подчёркивал эту историческую связь и преемственность. А парк «Зарядье» — это будто бы попытка воссоздать наш Центральный парк, как в Нью-Йорке; то же самое, как с Москвой-Сити и небоскрёбами, — попытка показать, что мы тоже можем настроить свои Эмпайр-стейт-билдинг. А по мне так лучше бы восстановили Сухареву башню и Китай-городскую стену.

Ещё несколько точечных мест, которые вызывают у меня острое неприятие.

Станция метро «ВДНХ». Как человек, родившийся в провинции, я, естественно, множество раз слышал о ВДНХ и конечно видел фото и кадры с этого комплекса. И вот я впервые еду посмотреть, что же такое это ВДНХ и с чем его едят. И, выходя на одноимённой станции метро, я просто встал в ступор от того, насколько же это безобразно убогая станция, выкрашенная в зелёный цвет, который создаёт впечатление огромного общественного клозета. До сих пор мечтаю, чтобы однажды эту станцию закрыли на капитальный ремонт и сделали из неё что-то стоящее.

Вокзал «Восточный» — по-моему, это какое-то издевательство над самой концепцией вокзала, который, как по мне, должен всегда стараться создать положительное впечатление у путника о том месте, куда он прибыл. Если я вижу, что поезд идёт через этот вокзал, то стараюсь не брать билет на этот поезд.

Порой кажется, что Москву я исходил уже вдоль и поперёк. Только каждый раз ловлю себя на том, насколько же это обманчивое впечатление. Этот город как калейдоскоп — бесконечное количество комбинаций узоров и смыслов; он таит в себе и открывает каждому, кто хочет погрузиться в его историю.

На выставке подходит какой-то мужик. Говорит цитатами, что-то про марсианские впадины и про волков. Попросил разрешение сфоткать, мне не жалко, сфоткались.

Вроде философ какой-то, книгу недавно выпустил. Надо будет почитать

Челябинск, привет!

С 26 по 28 сентября включительно найти нас можно на книжном фестивале «#РыжийФест».

Погода уже совсем осенняя, но мёрзнуть не придётся — мы увидимся с вами в Центре международной торговли. Привезли кучу книг, которые по традиции можно унести домой со скидками!

Адрес: Челябинск, пр. Ленина, 35. Найти наш стенд легко — мы стоим прямо напротив сцены на втором этаже.

А вот и расписание:

Пятница: 11.00 — 20.00
Суббота: 10.00 — 20.00
Воскресенье: 10.00 — 18.00