Интересная и симптоматичная дискуссия, как нам передают, сегодня развернулась на конференции «Промышленная экология: новые реалии и стандарты будущего», проводимой «Ведомостями».

Что говорит бизнес (представители ММК и «Энел России», например): компаниям нужна поддержка государства в реализации экологических проектов. Нужно ускорить адаптацию госрегулирования под задачи «зеленого» развития, более того, требуется стабильная регулятивная среда, нужны доступные долговые ресурсы, субсидии. Ведь «зеленые» проекты долгосрочные, а технологии зачастую более дорогие. При этом в Европе такие проекты получают поддержку, да и в целом условия для их реализации там более комфортные.

Что на это говорят представители ЦБ, ВЭБ и Минэкономразвития: вопросы «зеленого» развития важны и нужны, мы работаем над регулированием и т.д., и т.п. Но надо бы еще оценить все риски «зеленого» финансирования, уточняет ЦБ. Ведь еще же не накопилось достаточного объема данных, позволяющих хорошо анализировать эти риски. Да и в целом, вообще-то «зеленые» облигации – это же рыночный механизм, считает Минэк. И вмешиваться в рынок государству вроде как-то неправильно…

Вот это все – и символично, и симптоматично для нашей экономики. Если надо что-то запретить, ограничить или ввести новоизобретенные налоги/пошлины – так это пожалуйста. А вот что-то простимулировать – вы что, зачем же вмешиваться в рынок, на все ведь есть «невидимая рука» Адама Смита? Ну и риски же все оценить надо. Для того, чтобы выделить ресурсы для стимулирования чего-то полезного, надо быть спокойными и умеренным, обязательно сначала необходимо базу данных поднабрать: вот пусть весь мир сначала совершит энергопереход, вот там мы и посмотрим, как нам лучше к этому процессу подойти. Правда, риски от введения каких-нибудь креативных ограничений и выплат почему-то так не оцениваются – там в деле принцип «по ходу как-нибудь разберемся».

Вот и поговорили бизнес с государством…

В 2020 году уже был опыт введения в России нерабочих дней с сохранением заработной платы. Тогда весь этот период с конца марта до 11 мая составил 43 дня. ВВП тогда по итогам апреля сократился на 12,0% (данные МЭР).

Примета времени: в условиях санкций страны начинают «секретить» информацию об экономике

В этом году власти Белоруссии существенно расширили практику засекречивания данных о поставках товаров на зарубежные рынки. Из таможенной статистики пропали детальные данные об экспорте в Россию на сумму 1,3 млрд долл. США, или около 15% от общего объема товарного экспорта Белоруссии в РФ. К традиционным «секретным» статьям экспорта (химическим радиоактивным элементам, драгметаллам, оружию и боеприпасам и табаку) добавились новые, такие как нефть и нефтепродукты, минеральные удобрения, а также тракторы и грузовики.

Можно, конечно, напомнить властям Белоруссии о бессмысленности такого шага в условиях наличия российской «зеркальной» статистики по импорту белорусских товаров, но в то же время нельзя не отметить и тот прискорбный факт, что в условиях ужесточения санкций и усиления разногласий между странами доступность данных для международных сравнений будет, скорее всего, и дальше снижаться. А что, если на аналогичные шаги пойдут, например, США и Китай в рамках своей торговой войны, которая медленно тлеет в последнее время, но может вспыхнуть с новой силой в любой момент? Где война, там, как известно, и секретность.

Понятно, что лучше от этого никому не станет. В условиях закрытия данных об экономике политикам станет труднее принимать решения и оценивать их эффективность – соответственно, возрастет и вероятность ошибок, причем у всех участников конфликта.

В. Путин предложил выплачивать 1 млн рублей семьям на Дальнем Востоке за рождение третьего ребенка. Деньги можно будет потратить исключительно на покупку или строительство жилья в регионе.

Задача по заселению ДВФО крайне актуальна, ведь округ занимает около 40% всей территории России при крайне низкой плотности населения: на его огромную территорию приходится только 5,6% населения страны (8,1 млн человек). И это еще один шаг по повышению привлекательности дальневосточных территорий для жизни после бесплатного «дальневосточного гектара» и «дальневосточной ипотеки» под 2%.

Однако добиться роста численности населения на Дальнем Востоке будет непросто. Мало содействовать улучшению жилищных условий и поощрять рождение детей – нужна еще и соответствующая инфраструктура: транспортная, социальная, коммунальная и любая другая; нужны рабочие места с достойной зарплатой.

При этом регионы Дальнего Востока очень разные по уровню развития. Одно дело – крупные экономические центры типа Владивостока или Южно-Сахалинска с хорошим потенциалом дальнейшего развития, и другое дело – депрессивные моногорода и поселки, особенно в Забайкалье, Амурской и Еврейской автономной области, Бурятии.

Эти территории традиционно занимают нижние строчки в рейтингах регионов по качеству жизни. И если улучшить экономику там никак не удается, есть только один выход — за счет федеральных денег целевым образом усиливать социальную поддержку тех, кто там проживает. Вот только Дальний Восток у нас не один с подобными проблемами, как минимум есть еще и Сибирь, однако там пока подобных мер не предлагается.

В пятницу состоится очередное заседание ЦБ по ключевой ставке, и уже практически все уверены, что ставка снова будет повышена, вопрос разве что — насколько. И в чем еще можно быть уверенным, так это в том, что после своего решения Банк России в лице своего руководства продолжит говорить о том, несколько важным и необходимым было это решение в целях укрепления доверия к политике Центрального банка, к его действиям в рамках борьбы с инфляцией. Типа, как все начнут думать, какой ЦБ молодец, так будет нам счастье.

Ну что ж, обратимся к данным самого ЦБ о доверии граждан к его политике. Согласно опросам об инфляционных ожиданиях и потребительских настроениях, проводимых инФОМ по заказу Банка России, ситуация складывается, мягко говоря, неприятная. Непонятно только, это население у нас настольно плохое и бессердечное, что не ценит усилия регулятора? Или население не такое уж плохое, но пока просто не увидело, чему же нужно доверять-то?

Прямой вопрос о доверии политике ЦБ задают гражданам раз в год, но тенденция налицо. 7 с лишним лет назад, когда текущая политика только начинала формироваться, доверия было куда больше: Банку России доверяли почти 51% тех, кому задавали данный вопрос, а не доверяли — 20%. В 2021 году, после стольких лет героической борьбы с инфляцией, доверяют 44%, а не доверяют 39%. Вот так.

В рамках ежемесячных опросов у респондентов интересуются, как справляются, по их мнению, в целом «органы власти и организации» со сдерживанием инфляции. Так вот с 2014 года доля тех, кто считает, что справляются «хорошо», ни разу не превышала 20% от общего числа тех, кому задавался данный вопрос, а доля тех, кто считает, что «плохо», ни разу не была ниже 70% (как раз в 2014-м). В сентябре этого года негативно оценивающих итоги борьбы с инфляцией было 76%.

Сложно не согласиться с тем, что развитие финансовых технологий и цифровых валют в мире создает существенные риски для США. Бурное развитие финансовых инноваций, в том числе в противовес все большему давлению Америки на другие страны, отдельные бизнесы и физлиц, действительно может серьезно подточить глобальное доминирование доллара. Со всеми вытекающими для Штатов последствиями в виде сокращения возможностей в плане госзаимствований и работы «печатного станка».

Но там, где американцы видят угрозу, наши власти пока никак не хотят разглядеть возможности. Вообще есть ощущение, что нашему ЦБ в какой-то степени даже выгодно сохранение текущего статус-кво, а изменения роли США и доллара он боится, возможно, не меньше, чем сами Штаты.

Ведь жить в сегодняшнем мире нашему ЦБ очень даже удобно – понятный по сути однополярный финансовый мир, понятно, на какие индикаторы смотреть и какими принципами руководствоваться в регулировании. А если что-то изменится и нужно будет действовать проактивно, тут ведь головной боли сильно прибавится. Обеспечивать стабильность в более турбулентных условиях будет куда сложнее, и провалы в обеспечении конкурентоспособности российской финансовой системы станут куда заметнее. Более того, придется ведь и новые финансовые инструменты развивать и что-то новое предлагать, еще тыщу раз не опробованное в развитых странах.

Вот ЦБ никуда и не торопится, ни с введением цифровых валют, ни с другими мерами по развитию финансового рынка. Зачем усложнять жизнь себе же?..

Коротко о решении ЦБ. (Кстати, Масяню поздравляем с 20-летием!)

Банк России упорно продолжает повышать ключевую ставку: с марта этого года она повышена уже в шестой раз, теперь до 7,5% годовых. Помогает ли это сдержать инфляцию? Не очень заметно. В феврале она была 5,7%, в сентябре – 7,4%.

Кто-то, возможно, мог бы сказать, что, если бы ставку не повышали, все могло быть с инфляцией еще хуже. Но верится с трудом, если посмотреть на динамику инфляции в других странах, в том числе тех, в которых ставку не повышали.

При этом забавно наблюдать, как Э. Набиуллина призывает другие центральные банки ужесточать свою денежно-кредитную политику, несколько раз ссылаясь на то, что наш ЦБ этого очень ожидает. Ну-ну. Они-то, может, в какой-то момент свои ставки и повысят, вот только сначала убедившись в том, что экономика восстановилась и готова к этому, а инфляция перестала определяться разовыми факторами. У нас же все наоборот. На следующий год ЦБ прогнозирует ключевую ставку на уровне 7,3-8,3%, а это значит, что 7,5%, скорее всего, еще не предел.

Вообще складывается ощущение, что вся эта возня с ключевой ставкой – попытка в большей степени создать видимость проведения активной политики, чем действительная борьба с инфляцией. В следующий раз президент соберет ответственных лиц, спросит про рост цен, а у ЦБ тут раз, и заготовку достаёт – посмотрите, сколько всего мы делаем. Прямо как в «Дне радио»: «Я выкрутился – теперь ваша очередь»…

​​Представляем вашему вниманию рэнкинг центральных банков по уровню нервозности. Показатель, лежащий в основе рэнкинга, очень простой – сколько раз центральный банк изменял свою базовую ставку за последние почти 5 лет, с начала 2017 года.

Россия тут на первом месте, опережая Мексику и Бразилию. На другом конце рэнкинга – Швейцария, Япония и Еврозона.

Конечно, отчасти место в рэнкинге – показатель уровня развития страны в целом. Но можно и по-другому посмотреть на причины и следствия. Для доверия к политике любого центрального банка важно, чтобы от его действий у всех формировалось ощущение уверенности. Но если центральный банк не может определиться с уровнем процентной ставки, робко озираясь по сторонам, формированию «заякоренных» инфляционных ожиданий это точно не поможет. А значит, и стабильных условий для бизнеса не будет.

Когда ставка бесконечно следует за движением инфляции, это инфляционное таргетирование, доведенное до абсурда.

​​#истории_блабланомики
Предшественниками всеобщих переписей населения были ревизские сказки (ревизии). С их помощью в 18-19 веке учитывалась численность податнЫх сословий – крестьян и мещан – плативших в то время подУшную пОдать (налог).
Ревизии проходили каждые 15 лет, и всего было проведено 10 ревизий в период с 1719 по 1857 годы. Единицей учёта была «ревизская душа» - лицо мужского пола, которое даже в случае смерти считалось существующим до тех пор, пока не пройдёт новая перепись.
Именно поэтому в поэме Н.В. Гоголя «Мёртвые души» предприимчивый Чичиков хотел «приобресть мёртвых, которые значились бы как живые». Помещики были не прочь от них избавиться, чтобы не платить налог за своих умерших крестьян. В дальнейшем Чичиков рассчитывал под залог «мёртвых душ» получить кредит «живыми деньгами».

​​Интересный график из поста в экономическом блоге Федерального резервного банка Нью-Йорка, который показывает масштабы роста спроса на потребительские товары в США. По сравнению с 2019 годом расходы американских потребителей выросли на 20%, в том числе на товары длительного пользования (такие, как автомобили, мебель, бытовая техника и компьютеры) — на 32%. Как раз в пятницу был опубликован, как будто аккурат к заседанию нашего ЦБ по ставке.

Для справки: объем потребительских расходов США на товары оценивается в 5 трлн долл., в то время как в России оборот розничной торговли — около 500 млрд., то есть в 10 раз меньше, а рост в текущем году по сравнению с 2019 составил только 4,3%.

И ЦБ пытается убедить нас всех в том, что именно быстрое расширение спроса со стороны российских потребителей виновато в разгоне инфляции, который наблюдается во всем мире. Потребительские товары, как известно, относятся к торгуемым, то есть могут производиться и продаваться в разных странах, а цены на них в значительной степени синхронизированы. Это значит, что если американцы стали покупать больше компьютеров, собранных в Китае и цены на них выросли, то с высокой долей вероятности это почувствуют и российские потребители.

А теперь еще раз сравним масштабы потребительского рынка в США и России (10 к 1 при разнице в численность населения в 2,3 раза) и темпы их роста к 2019 году (20% к 4%) и зададимся риторическим вопросом, кто же виноват в разгоне мировой потребительской инфляции и кому и кого нужно сдерживать? Да США за месяц потребляет практически столько же, сколько мы за год. Только у них ставку пока никто не повышает, хотя источник текущей разбалансировки спроса и предложения, если она и есть, находится именно там, но никак не в России.

​​Нам обещают статистическое снижение бедности. Целевые показатели уровня бедности существенно улучшены в Едином плане по достижению национальных целей развития РФ на период до 2024 года и на плановый период до 2030 года.

Согласно представленному прогнозу, в нынешнем году доля бедных должна снизиться до 11,4% вместо прежних 12,1%, и далее по нисходящей. В итоге уже в 2023 году уровень бедности составит 10,1% – это ниже исторического минимума за весь постсоветский период, который был в 2012 году (10,7%). Ну, а к 2030 году уровень бедности должен стать вдвое меньше показателя 2017 года (6,5%).

Сами представители Минэкономразвития отмечают, что свой вклад в снижение уровня бедности (доли лиц с доходами ниже прожиточного минимума) вносит новая методика подсчета этого показателя. Ведь теперь прожиточный минимум считают не по стоимости потребительской корзины, а как 44,2% от медианного дохода. Также снижению бедности будут способствовать пособия для детей из малообеспеченных семей.

Однако загвоздка тут вот в чем. Прожиточный минимум – это 11-12 тыс. рублей, но понятно, что такой доход не покрывает даже базовых потребностей. Сами россияне считают приемлемым доход от 40 тыс. в месяц, по самым скромным оценкам.

Но даже у работающих граждан уровень дохода часто не дотягивает до 40 тыс. рублей: медианная зарплата до вычета НДФЛ сейчас составляет порядка 32 тыс. рублей, а модальная (т.е. наиболее часто встречающаяся) – порядка 25 тыс. рублей. Поэтому снижение бедности честнее было бы назвать преодолением нищеты, поскольку доходы у значительной части населения так и останутся низкими.

Учитывая, что выплаты будут в размере 1 МРОТ на человека, то общее число получателей выплаты составит 3 млн человек, или 4,2% от числа занятых в стране.

​​По данным ФНС, с начала этого года по 1 октября прекратили свою деятельность почти 675 тыс. индивидуальных предпринимателей (ИП) – это самый плохой показатель за первые три квартала с 2013 года.

Новых смельчаков, вступивших в ряды ИП, оказалось меньше – около 610 тыс. В итоге из сегмента МСБ выбыло более 65 тыс. ИП – опять же, это худший показатель с 2013 года. Так вот, на фоне всех громких заявлений о восстановлении экономики сам бизнес по-тихому сворачивается…

Как сообщает ФНС, в системе налогового мониторинга вот-вот появится пополнение: о подключении к этой системе объявили ММК, «Мечел» и несколько компаний в структуре «Норникеля».

Что значит такое подключение? Суть проста: компании открывают налоговикам постоянный доступ к своему бухгалтерскому и налоговому учету (в виде удаленного доступа к информационным системам) и могут оперативно согласовывать с ними спорные вопросы – например, как отразить ту или иную нестандартную операцию для целей налогообложения. Как пишет ФНС, таким образом налоговые органы «незаметно встраиваются в ИТ-системы налогоплательщиков».

Сейчас такой налоговый мониторинг ведется у чуть более 200 компаний (все это – крупные налогоплательщики, которые и так в значительной степени информационно открыты). Для них налоговый мониторинг – это возможность избежать налоговых споров о правомерности тех или иных операций, пусть лучше налоговики «на берегу» заявят возражения, чем это произойдет позже и с доначислениями. Ну а для ФНС такая система делает налогоплательщика «прозрачным» в полном смысле этого слова, что позволяет отказаться от проверок (еще бы – ведь проверка, по сути, у них идет непрерывно).

Что же касается металлургов – такой шаг по подключению к налоговому мониторингу сейчас весьма симптоматичен, если вспомнить недавнюю историю с обвинениями в «нахлобучивании» государства. Ведь после присоединения к налоговому мониторингу для обвинений о скрытых доходах и завышенных ценах будет, надо полагать, значительно меньше оснований…

​​«Хорошо»…

С этого начинается и этим же словом заканчивается релиз встречи Владимира Путина и Германа Грефа на сайте президента.

Ну еще бы. У крупнейшего госбанка в стране ожидается рекордная прибыль – больше 1 триллиона рублей по итогам 2021 года, и все у них действительно хорошо.

Для сравнения: у бедного населения России, по данным Росстата, дефицит денежного дохода (то есть общая сумма недостающих им средств, чтобы жить хотя бы на прожиточный минимум) составил в целом в 2020 году 0,7 триллиона рублей. Но им, говорят, помогут цифровые технологии. Вот, наверное, почему Сбербанк и старается их развивать.

И дело совсем не в жажде упрочения чуть ли не монопольного положения в системе госкапитализма. Ну и хорошо.

«А ты иди, по амбару помети, по сусекам поскреби, авось чего и наберется», – наверное, именно этот сказочный сюжет вспомнили в Росстате, когда решили озаботиться совершенствованием методов оценки финансового положения россиян.

Действительно, когда темпы экономического роста низкие, а доходы населения все равно надо как-то поднимать и снижать уровень бедности, подойдут любые методы. В частности, сейчас речь идет о том, чтобы учитывать в доходах социальные трансферты и дотации в натуральной форме (к примеру, продукты с молочной кухни для матерей или средства технической реабилитации для инвалидов).

Также есть задумка разобраться с доходами от активов, которые граждане инвестируют на финансовых рынках (дивиденды, купоны по ценным бумагам, доходы от продажи акций). А еще есть желание прояснить, как используются нефинансовые активы (квартиры, земельные участки, транспортные средства). А то вдруг у гражданина, который имеет основной доход ниже прожиточного минимума, есть неучтенный дополнительный доход от сдачи квартиры в аренду или он таксует на своем авто в свободное время.

Конечно, подобные допдоходы нелегко выявить, но такое намерение у властей точно имеется. Вся история с адресной социальной помощью и оценкой нуждаемости в рамках борьбы с бедностью ведет именно к этому. Поэтому нужно быть готовым, что власти все пристальнее будут изучать и контролировать доходы и расходы обычных граждан.

С одной стороны, хорошо, что социальная поддержка будет сфокусированной и ее получат действительно нуждающиеся люди. С другой стороны – не удивляйтесь, если при оформлении какого-нибудь пособия соцзащита вдруг захочет прийти к вам домой, чтобы оценить содержимое вашего холодильника.

К вопросу о причинах высокой инфляции

Ритейлер Fix Price, специализирующийся на продаже потребительских товаров нижнего ценового сегмента, жалуется на высокую инфляцию и беспрецедентный рост стоимости грузовых перевозок. По словам представителя сети, покупатели «достаточно негативно» воспринимали рост цен на все товарные категории в первой половине года.

Сопоставимые данные о продажах за 3 квартал показывают, что средний чек в магазинах сети вырос по сравнению с предыдущим годом на 4,1%, а количество чеков (то есть трафик покупателей) только на 0,3% да и то за счет рекламных мероприятий, направленных на то, чтобы компенсировать сдержанные потребительские настроения. Данные приведены по всем регионам присутствия сети, включая Казахстан и Беларусь, но учитывая, что на долю России приходится 90% магазинов, в первую очередь они показывают именно ситуацию на российском рынке.

И где же тот потребительский бум, о котором так любит говорить Банк России? Может быть только в головах сидящих на Неглинной? Ну или бутиках по продаже брошек в находящемся поблизости ЦУМе?😉

​​Минсельхоз нас все успокаивает, что, мол, хватит на грядущий год продовольствия, урожай хороший. Однако урожай в целом, может, и не провальный, но валовые сборы уступают прошлогодним показателям. А для снижения уровня инфляции урожаи требуются рекордные…

Более того, не ясно, что сейчас происходит со сборами ржи, овса и проса: Минсельхоз и Росстат для простых потребителей и аналитиков такую информацию официально больше не публикуют.

​​Интересная задачка на проценты от Татьяны Голиковой: "Число привитых первым компонентом вакцины от коронавируса в России составляет 67,8% от планового показателя в 80% населения".

Повышение МРОТ отстает от инфляции, так что реальный размер самых низких зарплат не вырастет. По оценкам правительства, это затронет порядка 3 млн работников, половина из которых занята в государственных и муниципальных учреждениях.

Кроме того, от инфляции будут отставать выплаты по больничным листам и пособия по беременности и родам («декретные») для тех, кто не работает или имеет страховой стаж менее полугода, поскольку эти выплаты тоже определяются исходя из МРОТ.

Согласно законопроекту, принятому Госдумой в первом чтении на этой неделе, размер МРОТ в 2022 году должен составить 13 617 рублей. Это на 825 рублей, или 6,4% выше текущего размера МРОТ (12 792 рубля). Между тем, по прогнозу Минэкономразвития, инфляция в 2021 году составит 7,4%, а по прогнозу Банка России – от 7,4 до 7,9%.

Но по закону все так хитро устроено, что МРОТ и не должен индексироваться на уровень инфляции. Его величина устанавливается на уровне 42% от медианной заработной платы за предшествующий 2020 год (32 422 рубля, по данным Росстата). Также он не может быть ниже МРОТ за прошедший год и ниже прожиточного минимума в целом по России на данный год (13 026 рублей в 2022 году).

Все бы хорошо, но величина медианной зарплаты 2020 года уже неактуальна для 2021-2022 года. По недавней оценке «Сбериндекса» и сервиса «Работа.ру», по итогам III квартала 2021 года номинальные медианные зарплаты выросли уже на 9,2% в годовом выражении.

Получается, что за счет нынешнего порядка установления МРОТ правительство сдерживает рост зарплаты и пособий для самых социально незащищенных групп граждан.