Forwarded from костин поэтический канал (константин ямщиков)
вопросы к розовому сухому
что это за одиночество
когда бутылочку розового
помнишь по имени отчеству
знаешь по вкусу морозовому
и что за единоличество
когда выпиваешь немножечко
и вот ты уже количество
четное
а сам ты «его величество»
и сам же себе почетная
гвардия
что это за одиночество
когда бутылочку розового
помнишь по имени отчеству
знаешь по вкусу морозовому
и что за единоличество
когда выпиваешь немножечко
и вот ты уже количество
четное
а сам ты «его величество»
и сам же себе почетная
гвардия
❤46
Forwarded from Дружок, это Южинский кружок
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Сортирная классика от Славоя Жижека
❤20
Николай Овчинников. «Между книгой и картиной — Каспар Давид Фридрих», 1993 год.
На девяти совершенно одинаковых холстах Овчинников написал копии фрагментов пейзажей и руин с картин Каспара Давида Фридриха. В середину каждого полотна вмонтирована раскрытая книга. Овчинников на самом деле не остраняет картины немецкого художника. Выбирая тот или иной фрагмент, он изменяет только его формат до единого заданного размера. Художник редуцирует произведения Фридриха до чисто пейзажных изображений, лишая их свойственного им содержания.
На девяти совершенно одинаковых холстах Овчинников написал копии фрагментов пейзажей и руин с картин Каспара Давида Фридриха. В середину каждого полотна вмонтирована раскрытая книга. Овчинников на самом деле не остраняет картины немецкого художника. Выбирая тот или иной фрагмент, он изменяет только его формат до единого заданного размера. Художник редуцирует произведения Фридриха до чисто пейзажных изображений, лишая их свойственного им содержания.
❤25🤔3💔1
Михаэль Мундинг. «Стена из открыток», 1990-1992 год.
Мундинг специализируется на изготовлении живописных копий видовых открыток, а также гигантских новых видовых открыток на столь же тонких носителях, как и настоящие. В открытках он нашел такое коммуникативное средство, которое в доцифровую эпоху было определяющим для нашего образного мышления и восприятия, средство, в котором вербальная, письменная коммуникация соединена с изображением. Автор иронично изображает сложившийся в открытках стандартный образ места проведения отпуска. В то же время он отражает поведение мобильного и обожающего туризм общества, зачастую превращающего путешествие в чистое потребление исторических мест или пейзажей.
Инсталляция Мундинга напоминает ассортимент открыток в сувенирной лавке. Шестьдесят шесть открыток в металлических держателях, в которых они обычно продаются, вывешены строго симметрично. Формат открыток художник слегка увеличил, перенеся оригиналы на металлические пластины и покрыв их прозрачным лаком. Сюжеты открыток соответствуют известному репертуару европейских «приветов из отпуска». Наряду со средиземноморскими и альпийскими пейзажами, заходами солнца, цветущими подсолнухами или весенними почками, встречаются фотографии нидерландских женщин или девушек из Шварцвальда в национальных костюмах.
Мундинг специализируется на изготовлении живописных копий видовых открыток, а также гигантских новых видовых открыток на столь же тонких носителях, как и настоящие. В открытках он нашел такое коммуникативное средство, которое в доцифровую эпоху было определяющим для нашего образного мышления и восприятия, средство, в котором вербальная, письменная коммуникация соединена с изображением. Автор иронично изображает сложившийся в открытках стандартный образ места проведения отпуска. В то же время он отражает поведение мобильного и обожающего туризм общества, зачастую превращающего путешествие в чистое потребление исторических мест или пейзажей.
Инсталляция Мундинга напоминает ассортимент открыток в сувенирной лавке. Шестьдесят шесть открыток в металлических держателях, в которых они обычно продаются, вывешены строго симметрично. Формат открыток художник слегка увеличил, перенеся оригиналы на металлические пластины и покрыв их прозрачным лаком. Сюжеты открыток соответствуют известному репертуару европейских «приветов из отпуска». Наряду со средиземноморскими и альпийскими пейзажами, заходами солнца, цветущими подсолнухами или весенними почками, встречаются фотографии нидерландских женщин или девушек из Шварцвальда в национальных костюмах.
👍10❤9
Forwarded from между приговым и курехиным
В оригинальном источнике значится: «Эдуард Лимонов на Цветочной набережной (Quai aux Fleurs) в Париже, 1986-87 годы».
Проведя некоторое время в поисках того самого места, выяснилось, что фотография Лимонова сделана на набережной де Бурбон, дом 9 (что там же в центре, на острове Cен-Луи). И деревья, конечно, тоже подросли за минувшие сорок лет.
Проведя некоторое время в поисках того самого места, выяснилось, что фотография Лимонова сделана на набережной де Бурбон, дом 9 (что там же в центре, на острове Cен-Луи). И деревья, конечно, тоже подросли за минувшие сорок лет.
🔥30❤11👍6😁1
Что почитать уходящим летом:
1. Лев Лосев. «Эзопов язык в русской литературе» — чтиво все более актуальное с каждым днем.
2. «Олег Каравайчук. Три степени свободы» Олега Нестерова — книга, построенная на прямой речи очень важного композитора и цитатах людей, его окружавших. Такой шум из реплик, который можно читать с любого места.
3. Стихи Данилы Давыдова, лауреата премии Андрея Белого в 2023 год.
4. Александр Кан. «Курёхин. Шкипер о Капитане» — хорошие воспоминания от первого лица.
5. Слава Курилов «Один в океане» — для тех, кому не подошла книга №1.
6. «Бунт красоты», чтобы разобраться в первоосновах и шагнуть еще дальше, к путеводителю по жизни Габриэле Д’Аннунцио от Елены Шварц «Крылатый циклоп».
7. Диалоги Гройса и Кабакова — это, в целом, практически универсальное чтение на каждый день, как ни странно это может прозвучать.
8. «Сборники МАНИ», составленные Монастырским и Лейдерманом, чтобы попробовать разобраться во всем этом их московском концептуализме.
1. Лев Лосев. «Эзопов язык в русской литературе» — чтиво все более актуальное с каждым днем.
2. «Олег Каравайчук. Три степени свободы» Олега Нестерова — книга, построенная на прямой речи очень важного композитора и цитатах людей, его окружавших. Такой шум из реплик, который можно читать с любого места.
3. Стихи Данилы Давыдова, лауреата премии Андрея Белого в 2023 год.
4. Александр Кан. «Курёхин. Шкипер о Капитане» — хорошие воспоминания от первого лица.
5. Слава Курилов «Один в океане» — для тех, кому не подошла книга №1.
6. «Бунт красоты», чтобы разобраться в первоосновах и шагнуть еще дальше, к путеводителю по жизни Габриэле Д’Аннунцио от Елены Шварц «Крылатый циклоп».
7. Диалоги Гройса и Кабакова — это, в целом, практически универсальное чтение на каждый день, как ни странно это может прозвучать.
8. «Сборники МАНИ», составленные Монастырским и Лейдерманом, чтобы попробовать разобраться во всем этом их московском концептуализме.
❤52👍9
Не то чтоб «продолжать, я должен!» —
но продолжать в «я сам», «я скину»,
«голые колени» —
не странником, не червем в яблочной глуши,
скорее, жилкой на крыле цикады,
что бьется, резонирует в себя,
и гор высокие протоки,
и некоторое «бля! вот бля!»
(когда разбил коленку) -
не Карловар, а Идиот,
нос ипохондрика, змея,
что лезет на решетку,
наталкивается на острие,
но, впрочем, и ее остра головка,
размокший хлеб, корабль-корабель,
и Диомед, нагнув копье, врага присаживает
ловко.
Юрий Лейдерман
но продолжать в «я сам», «я скину»,
«голые колени» —
не странником, не червем в яблочной глуши,
скорее, жилкой на крыле цикады,
что бьется, резонирует в себя,
и гор высокие протоки,
и некоторое «бля! вот бля!»
(когда разбил коленку) -
не Карловар, а Идиот,
нос ипохондрика, змея,
что лезет на решетку,
наталкивается на острие,
но, впрочем, и ее остра головка,
размокший хлеб, корабль-корабель,
и Диомед, нагнув копье, врага присаживает
ловко.
Юрий Лейдерман
❤20🫡3👍2