СТАНЦИЯ
Лейтенант (впрочем, сперва он был не лейтенантом, а младшим лейтенантом, да и в семье всегда стоял самым младшим), попал в училище в переходное время. Великая война давно кончилась, но теперь стала набухать снова, как чёрная туча. И это было после сокращения армии, о котором писала каждая газета.
«Мильон двести», — шептались курсанты.
«Мильон двести», — поджимали губы преподаватели.
«Мильон двести», — писали в газетах. На миллион двести тысяч человек сокращали армию, и рядом с училищем в половину стены пятиэтажки был нарисован советский солдат, который говорил американскому: «Я своё отслужил, а ты?»
Но больше всего он страдал от того, что опоздал на ту, окончившуюся и великую, войну — он опоздал на неё на поколение. После девятимесячных офицерских курсов он попал в инженерное училище.
Однако в его училище все преподаватели были с боевыми медалями, а кто — и с орденом. И они были в его глазах богами.
Дальше в vladimirberezin.binoniq.net/radiotex
Лейтенант (впрочем, сперва он был не лейтенантом, а младшим лейтенантом, да и в семье всегда стоял самым младшим), попал в училище в переходное время. Великая война давно кончилась, но теперь стала набухать снова, как чёрная туча. И это было после сокращения армии, о котором писала каждая газета.
«Мильон двести», — шептались курсанты.
«Мильон двести», — поджимали губы преподаватели.
«Мильон двести», — писали в газетах. На миллион двести тысяч человек сокращали армию, и рядом с училищем в половину стены пятиэтажки был нарисован советский солдат, который говорил американскому: «Я своё отслужил, а ты?»
Но больше всего он страдал от того, что опоздал на ту, окончившуюся и великую, войну — он опоздал на неё на поколение. После девятимесячных офицерских курсов он попал в инженерное училище.
Однако в его училище все преподаватели были с боевыми медалями, а кто — и с орденом. И они были в его глазах богами.
Дальше в vladimirberezin.binoniq.net/radiotex
❤3👍3👏2
ДЕНЬ ЗАЩИТЫ ИНФОРМАЦИИ
30 ноября
Лето начиналось в дождях и сырости, а потом навалилась жара. Время моё тянулось от понедельника до пятницы, а потом — от субботы до воскресенья, и это были разные времена. Суббота и воскресенье принадлежали родителям, и они могли наблюдать моё прилежание в огороде — среди хвостиков моркови, больше похожих на папоротник, на сборе ягоды или электрическом покосе.
Но на неделе они ночевали в городе, так что будни оставались за мной. Бабушка спала — она спала до позднего утра, спала за обедом, а вечером уходила в свою комнату и задрёмывала под телевизор.
Поэтому выходные были медленными, как жевательная резинка на разрыв — до того момента, пока отец не говорил, что пора, и иначе они будут стоять на шоссе в пробке. Но до этого мы сидели за столом на веранде, где билась в стекло сомлевшая от жары муха, бренчали ножи и звякали стаканы. Обычно в такие воскресенья приходил кто-то из соседей.
В этот раз пришёл дядя Стёпа, и
Дальше: https://vladimirberezin.binoniq.net/inform
30 ноября
Лето начиналось в дождях и сырости, а потом навалилась жара. Время моё тянулось от понедельника до пятницы, а потом — от субботы до воскресенья, и это были разные времена. Суббота и воскресенье принадлежали родителям, и они могли наблюдать моё прилежание в огороде — среди хвостиков моркови, больше похожих на папоротник, на сборе ягоды или электрическом покосе.
Но на неделе они ночевали в городе, так что будни оставались за мной. Бабушка спала — она спала до позднего утра, спала за обедом, а вечером уходила в свою комнату и задрёмывала под телевизор.
Поэтому выходные были медленными, как жевательная резинка на разрыв — до того момента, пока отец не говорил, что пора, и иначе они будут стоять на шоссе в пробке. Но до этого мы сидели за столом на веранде, где билась в стекло сомлевшая от жары муха, бренчали ножи и звякали стаканы. Обычно в такие воскресенья приходил кто-то из соседей.
В этот раз пришёл дядя Стёпа, и
Дальше: https://vladimirberezin.binoniq.net/inform
❤8
Года два назад я наблюдал развёрнутый Паустовскосрач, и, поскольку не чужд этой темы, решил вставить свои пять… да какое там, небольшую копеечку.
Паустовский, конечно не изобретатель мотивационных историй, но их сочинитель – успешный и признанный.
Его много ругали. Например, в книге «Пир духа» Веллер заключает свою заметку об авторе «Золотой розы» словами: «Я бы этот стиль назвал романтизмом, а вот эпитета к этому романтизму никак не подберу: не шоколадный, не цветочный, не рождественский, а не знаю даже какой…» . Но брать себе в компанию писателя Веллера – сомнительное удовольствие.
Интересно не выплеснуть эмоциональную реакцию, а понять, как устроен сентиментальный рассказ Паустовского. А он очень технологичен, хорошо запоминается, вызывает бурную эмоциональную реакцию и оттого чрезвычайно любим массовым читателем.
Да, ещё забыл. У меня же в книге "Двести лет с русским рассказом" есть про Паустовского глава.
https://vladimirberezin.binoniq.net/snegpaustovskogo
Паустовский, конечно не изобретатель мотивационных историй, но их сочинитель – успешный и признанный.
Его много ругали. Например, в книге «Пир духа» Веллер заключает свою заметку об авторе «Золотой розы» словами: «Я бы этот стиль назвал романтизмом, а вот эпитета к этому романтизму никак не подберу: не шоколадный, не цветочный, не рождественский, а не знаю даже какой…» . Но брать себе в компанию писателя Веллера – сомнительное удовольствие.
Интересно не выплеснуть эмоциональную реакцию, а понять, как устроен сентиментальный рассказ Паустовского. А он очень технологичен, хорошо запоминается, вызывает бурную эмоциональную реакцию и оттого чрезвычайно любим массовым читателем.
Да, ещё забыл. У меня же в книге "Двести лет с русским рассказом" есть про Паустовского глава.
https://vladimirberezin.binoniq.net/snegpaustovskogo
❤7👍5👏3
Паника – отвратительная вещь.
Причём не только тогда, когда обезумевшая толпа рвётся к шлюпкам.
А и тогда тоже, когда человек открывает рот и начинает говорить – часто вовсе не повышая голос.
Проблема тут, конечно, не в самом вскрике.
Мы знаем довольно много случаев паники, что вызвана реальной опасностью. Проблема в том, что я ни разу не видел паникера, который, увидев, что опасность не та или вовсе всё не так, извинился бы.
Не то, что в печати, а даже в том же блоге – я помню со времён «слейте водохранилище, люди изнутри плотины стучат».
Но это вечно, конечно.
Причём не только тогда, когда обезумевшая толпа рвётся к шлюпкам.
А и тогда тоже, когда человек открывает рот и начинает говорить – часто вовсе не повышая голос.
Проблема тут, конечно, не в самом вскрике.
Мы знаем довольно много случаев паники, что вызвана реальной опасностью. Проблема в том, что я ни разу не видел паникера, который, увидев, что опасность не та или вовсе всё не так, извинился бы.
Не то, что в печати, а даже в том же блоге – я помню со времён «слейте водохранилище, люди изнутри плотины стучат».
Но это вечно, конечно.
👍10❤1
А вот давнишняя история. Прямо даже сложно рассказывать, откуда из какого сора она проросла, и что за книга какой дамы была поводом.
Когда Анна приходит к Цинциннату,
то он понимает, что она-то и есть его казнь.
Набоков
Анна Каренина — сука.
Даже лежит на рельсах она как-то криво.
Лучше бы я рассказал про моховики и грузди. Я бы рассказал про белые. Но огонь Гражданской войны ещё горит во мне, и я не могу сдержаться. Старый айсор, что вставлял в моей комнате выбитое пулей стекло, рассказывал мне, как гибнут люди под паровозами. Но чаще гибнет скот, говорил он печально. Мир перевернулся, оттого корову, погибшую на рельсах, жалко, а человека — нет.
Анна Каренина похожа на корову.
Она толста и глупа.
Она одновременно глупа и ужасно хитра. Она делает только глупости и одновременно строит хитроумные заговоры. Не спрашивайте меня, как это можно совместить. Я говорил об этом Якобсону — он тоже не знает. Поливанов нашёл ответ в персидском трактате, но в холодную зиму спалил этот трактат в буржуйке. Тканые розы на сафьяновом переплёте ещё долго шевелились в жестяной утробе.
Секрет пропал, но я буду рассказывать дальше.
У Анны Карениной тусклые глаза перед еблей. Желающие проверить — могут перечитать текст.
Толстого гонит по рельсам энергия заблуждения. Он доезжает до Астапова, не услышав, как хрустят кости под чугунными колёсами. Смерть идёт рядом.
Анна — это смерть.
Если внимательно перечитать черновики Толстого — жаль, что не издали отдельно восьмой вариант рукописи в юбилейном собрании — было бы видно, что Анна всё время в белом. Когда она выходит косить с Лёвиным на луг, он, глядя на неё против солнца, понимает всё. Коса в её руках — естественна.
С тех пор Лёвин и прячет от себя верёвку.
Но всё равно Лёвин думает о варенье и сердится, что в доме варят варенье не по левинскому способу, а по способу семьи Китти. Варенье густое, но нет в нём радости.
А жизнь не густа.
Одна Каренина царит в ней, машет косой, собирает свой страшный урожай. Мало в этой жизни моховиков и груздей.
Ещё ничего не кончилось.
Когда Анна приходит к Цинциннату,
то он понимает, что она-то и есть его казнь.
Набоков
Анна Каренина — сука.
Даже лежит на рельсах она как-то криво.
Лучше бы я рассказал про моховики и грузди. Я бы рассказал про белые. Но огонь Гражданской войны ещё горит во мне, и я не могу сдержаться. Старый айсор, что вставлял в моей комнате выбитое пулей стекло, рассказывал мне, как гибнут люди под паровозами. Но чаще гибнет скот, говорил он печально. Мир перевернулся, оттого корову, погибшую на рельсах, жалко, а человека — нет.
Анна Каренина похожа на корову.
Она толста и глупа.
Она одновременно глупа и ужасно хитра. Она делает только глупости и одновременно строит хитроумные заговоры. Не спрашивайте меня, как это можно совместить. Я говорил об этом Якобсону — он тоже не знает. Поливанов нашёл ответ в персидском трактате, но в холодную зиму спалил этот трактат в буржуйке. Тканые розы на сафьяновом переплёте ещё долго шевелились в жестяной утробе.
Секрет пропал, но я буду рассказывать дальше.
У Анны Карениной тусклые глаза перед еблей. Желающие проверить — могут перечитать текст.
Толстого гонит по рельсам энергия заблуждения. Он доезжает до Астапова, не услышав, как хрустят кости под чугунными колёсами. Смерть идёт рядом.
Анна — это смерть.
Если внимательно перечитать черновики Толстого — жаль, что не издали отдельно восьмой вариант рукописи в юбилейном собрании — было бы видно, что Анна всё время в белом. Когда она выходит косить с Лёвиным на луг, он, глядя на неё против солнца, понимает всё. Коса в её руках — естественна.
С тех пор Лёвин и прячет от себя верёвку.
Но всё равно Лёвин думает о варенье и сердится, что в доме варят варенье не по левинскому способу, а по способу семьи Китти. Варенье густое, но нет в нём радости.
А жизнь не густа.
Одна Каренина царит в ней, машет косой, собирает свой страшный урожай. Мало в этой жизни моховиков и груздей.
Ещё ничего не кончилось.
👍6❤3😢3🤯1
О чём мы писали два года назад? А вот о чём:
Очередная пятиминутка совершенно бесполезной для вас информации.
1. Редкий случай: я узнал о каком-то событии, что попадает в фокус общественного интереса не месяц спустя, а прямо сразу.
И всё из-за N., которая держит руку на пульсе светских новостей. (Представил себе это запястье.)
Это история про корпоратив полуголых певцов и работников сцены, который случился только что и всех очень взволновал.
Правда, сперва в моём распоряжении были какие-то смазанные крохотные фоточки.
Яндекс мне выдавал только «Голая Ивлеева трахается в сериале “Монастырь”». Я приложил необычные для ленивого человека усилия и нашёл кое-что, включая колье на её попе за 23 миллиона рублей.
Но не в этом дело. Беда таких вечеринок (я не думаю, что нынешние отличаются от тех, что я видел), что там довольно много людей средних лет с не очень хорошими телами (даже не с чувством вкуса). Интуитивно желаешь увидеть афинские ночи, красивое порно, мистерию, а в результате оказывается, что перед тобой масса не очень красивых людей. Всё как в анекдоте про плацкарт: «Наденьте ботинки обратно, и так дышать нечем».
А потом думаешь: да и сам ты, дорогой друг, не подарок.
Это мне напоминает старый анекдот про то, как муж задержался на работе. Жене он отвечает, что парторг читал лекцию про стриптиз. Той становится интересно, и муж заставляет её забраться на стол, а потом говорит: «А теперь медленно снимай всё с себя».
Смотрит, а потом удовлетворённо говорит: «Прав был парторг - отвратное зрелище».
Одним словом, обыватель хочет видеть что-то вроде Бала у Сатаны, толкает своих товарищей, тянет шею, чтобы лучше видеть.
А там происходит мероприятие «Новый год в бухгалтерии».
Не дневники Байрона, одним словом.
Такие же гадкие, как и ты.
2. Но я рассказал об этом, конечно, потому, что тащу всякие сюжеты в свою нору. А «покажите нам живчиков на фоне красивых ландшафтов и вообще буржуазное разложение» - это такой сюжет, что всегда волнует обывателя. Везде. И в Купчино, и на Арбате, в окопах под Верденом, и в каком-нибудь бидонвиле. Сладкий запах распада и всё такое.
В прошлые времена это умели хорошо описывать. Что-то вроде «С ужасом оглядывались соседи на эти бешеные взрывы фантазии. С унынием и страхом внимали русские люди бреду столицы. Страна питала и никогда не могла досыта напитать кровью своею столичные призраки.
Город жил бурливо-холодной, пресыщенной, полуночной жизнью. Фосфорические летние ночи, сумасшедшие и сладострастные, и бессонные ночи зимой, зеленые столы и шорох золота, музыка, крутящиеся пары за окнами, бешеные тройки, цыгане, дуэли на рассвете, в свисте ледяного ветра и пронзительном завывании флейт - парад войскам перед наводящим ужас взглядом византийских глаз императора.
Так жил город.
В последнее десятилетие с невероятной быстротой создавались грандиозные предприятия. Возникали, как из воздуха, миллионные состояния. Из хрусталя и цемента строились банки, мюзик-холлы, скетинги, великолепные кабаки, где люди оглушались музыкой, отражением зеркал, полуобнаженными женщинами, светом, шампанским. Спешно открывались игорные клубы, дома свиданий, театры, кинематографы, лунные парки. Инженеры и капиталисты работали над проектом постройки новой, не виданной еще роскоши столицы, неподалеку на необитаемом острове.
В городе была эпидемия самоубийств. Залы суда наполнялись толпами истерических женщин, жадно внимающих кровавым и возбуждающим процессам. Все было доступно — роскошь и женщины. Разврат проникал всюду, им был, как заразой, поражён дворец.
Очередная пятиминутка совершенно бесполезной для вас информации.
1. Редкий случай: я узнал о каком-то событии, что попадает в фокус общественного интереса не месяц спустя, а прямо сразу.
И всё из-за N., которая держит руку на пульсе светских новостей. (Представил себе это запястье.)
Это история про корпоратив полуголых певцов и работников сцены, который случился только что и всех очень взволновал.
Правда, сперва в моём распоряжении были какие-то смазанные крохотные фоточки.
Яндекс мне выдавал только «Голая Ивлеева трахается в сериале “Монастырь”». Я приложил необычные для ленивого человека усилия и нашёл кое-что, включая колье на её попе за 23 миллиона рублей.
Но не в этом дело. Беда таких вечеринок (я не думаю, что нынешние отличаются от тех, что я видел), что там довольно много людей средних лет с не очень хорошими телами (даже не с чувством вкуса). Интуитивно желаешь увидеть афинские ночи, красивое порно, мистерию, а в результате оказывается, что перед тобой масса не очень красивых людей. Всё как в анекдоте про плацкарт: «Наденьте ботинки обратно, и так дышать нечем».
А потом думаешь: да и сам ты, дорогой друг, не подарок.
Это мне напоминает старый анекдот про то, как муж задержался на работе. Жене он отвечает, что парторг читал лекцию про стриптиз. Той становится интересно, и муж заставляет её забраться на стол, а потом говорит: «А теперь медленно снимай всё с себя».
Смотрит, а потом удовлетворённо говорит: «Прав был парторг - отвратное зрелище».
Одним словом, обыватель хочет видеть что-то вроде Бала у Сатаны, толкает своих товарищей, тянет шею, чтобы лучше видеть.
А там происходит мероприятие «Новый год в бухгалтерии».
Не дневники Байрона, одним словом.
Такие же гадкие, как и ты.
2. Но я рассказал об этом, конечно, потому, что тащу всякие сюжеты в свою нору. А «покажите нам живчиков на фоне красивых ландшафтов и вообще буржуазное разложение» - это такой сюжет, что всегда волнует обывателя. Везде. И в Купчино, и на Арбате, в окопах под Верденом, и в каком-нибудь бидонвиле. Сладкий запах распада и всё такое.
В прошлые времена это умели хорошо описывать. Что-то вроде «С ужасом оглядывались соседи на эти бешеные взрывы фантазии. С унынием и страхом внимали русские люди бреду столицы. Страна питала и никогда не могла досыта напитать кровью своею столичные призраки.
Город жил бурливо-холодной, пресыщенной, полуночной жизнью. Фосфорические летние ночи, сумасшедшие и сладострастные, и бессонные ночи зимой, зеленые столы и шорох золота, музыка, крутящиеся пары за окнами, бешеные тройки, цыгане, дуэли на рассвете, в свисте ледяного ветра и пронзительном завывании флейт - парад войскам перед наводящим ужас взглядом византийских глаз императора.
Так жил город.
В последнее десятилетие с невероятной быстротой создавались грандиозные предприятия. Возникали, как из воздуха, миллионные состояния. Из хрусталя и цемента строились банки, мюзик-холлы, скетинги, великолепные кабаки, где люди оглушались музыкой, отражением зеркал, полуобнаженными женщинами, светом, шампанским. Спешно открывались игорные клубы, дома свиданий, театры, кинематографы, лунные парки. Инженеры и капиталисты работали над проектом постройки новой, не виданной еще роскоши столицы, неподалеку на необитаемом острове.
В городе была эпидемия самоубийств. Залы суда наполнялись толпами истерических женщин, жадно внимающих кровавым и возбуждающим процессам. Все было доступно — роскошь и женщины. Разврат проникал всюду, им был, как заразой, поражён дворец.
🔥6👍3
Центральная сила руководила этим движением, но она не была слита с тем, что можно было назвать духом города: центральная сила стремилась создать порядок, спокойствие и целесообразность, дух города стремился разрушить эту силу. Дух разрушения был во всем, пропитывал смертельным ядом и грандиозные биржевые махинации знаменитого Сашки Сакельмана, и мрачную злобу рабочего на сталелитейном заводе, и вывихнутые мечты модной поэтессы, сидящей в пятом часу утра в артистическом подвале “Красные бубенцы’, - и даже те, кому нужно было бороться с этим разрушением, сами того не понимая, делали все, чтобы усилить его и обострить.
То было время, когда любовь, чувства добрые и здоровые считались пошлостью и пережитком; никто не любил, но все жаждали и, как отравленные, припадали ко всему острому, раздирающему внутренности.
Девушки скрывали свою невинность, супруги - верность. Разрушение считалось хорошим вкусом, неврастения - признаком утонченности. Этому учили модные писатели, возникавшие в один сезон из небытия. Люди выдумывали себе пороки и извращения, лишь бы не прослыть пресными.
Вдыхать запах могилы и чувствовать, как рядом вздрагивает, разгоряченное дьявольским любопытством, тело женщины, - вот в чем был пафос поэзии этих последних лет: смерть и сладострастие.
Город, замученный бессонными ночами, оглушающий тоску свою вином, золотом, безлюбой любовью, надрывающими и бессильно-чувственными звуками танго - предсмертного гимна, - жил словно в ожидании рокового и страшного дня. И тому были предвозвестники - новое и непонятное лезло изо всех щелей».
3. Этот пункт я добавил для ровного счёта, потому что летели три пичужки через три избушки; одна говорит: «Мне летом хорошо!» Другая говорит: «Мне зимой хорошо!» А третья говорит: «Мне что зимой, что летом - все равно!»
То было время, когда любовь, чувства добрые и здоровые считались пошлостью и пережитком; никто не любил, но все жаждали и, как отравленные, припадали ко всему острому, раздирающему внутренности.
Девушки скрывали свою невинность, супруги - верность. Разрушение считалось хорошим вкусом, неврастения - признаком утонченности. Этому учили модные писатели, возникавшие в один сезон из небытия. Люди выдумывали себе пороки и извращения, лишь бы не прослыть пресными.
Вдыхать запах могилы и чувствовать, как рядом вздрагивает, разгоряченное дьявольским любопытством, тело женщины, - вот в чем был пафос поэзии этих последних лет: смерть и сладострастие.
Город, замученный бессонными ночами, оглушающий тоску свою вином, золотом, безлюбой любовью, надрывающими и бессильно-чувственными звуками танго - предсмертного гимна, - жил словно в ожидании рокового и страшного дня. И тому были предвозвестники - новое и непонятное лезло изо всех щелей».
3. Этот пункт я добавил для ровного счёта, потому что летели три пичужки через три избушки; одна говорит: «Мне летом хорошо!» Другая говорит: «Мне зимой хорошо!» А третья говорит: «Мне что зимой, что летом - все равно!»
❤8👍5🔥1
Диалог CCLXIII*
— Писатели, блядь такие обидчивые. Сразу встают на дыбы: «А вы сами читали тексты Серафимы Петровны?» В ответ на такой вопрос люди обычно начинают ломаться и жеманиться, а начитанные говорят: «Я ваших стихов не читал, зато читал другие. Ну скажите, они ужасны?! И кокетливо изгибаются, как пидорас, обнаруживший, что вместо любовника в окно влез гопник. А ведь на эту фразу вовсе не надо отвечать. Надо молча быстро пройти на кухню, выбрать в чужом холодильнике кастрюлю с холодным супом и надеть её на голову вопрошающему. Некоторые при этом ещё три раза стучат по перевёрнутой кастрюле половником, но я считаю, что это лишнее.
— Так они спорить будут!
— Ну, а что мешает вам обнаружить на кухне не кастрюлю, а овощной нож?
— Батюшко Березин, Вы кровожадны нынче.
— Да вовсе нет. Разве любопытен немного. Нет ничего увлекательнее, чем изучить карманы ближнего, когда тот не дышит, погубленный из каких-нибудь нравственных оснований. Без нравственных оснований нынче ничего нельзя.
— Писатели, блядь такие обидчивые. Сразу встают на дыбы: «А вы сами читали тексты Серафимы Петровны?» В ответ на такой вопрос люди обычно начинают ломаться и жеманиться, а начитанные говорят: «Я ваших стихов не читал, зато читал другие. Ну скажите, они ужасны?! И кокетливо изгибаются, как пидорас, обнаруживший, что вместо любовника в окно влез гопник. А ведь на эту фразу вовсе не надо отвечать. Надо молча быстро пройти на кухню, выбрать в чужом холодильнике кастрюлю с холодным супом и надеть её на голову вопрошающему. Некоторые при этом ещё три раза стучат по перевёрнутой кастрюле половником, но я считаю, что это лишнее.
— Так они спорить будут!
— Ну, а что мешает вам обнаружить на кухне не кастрюлю, а овощной нож?
— Батюшко Березин, Вы кровожадны нынче.
— Да вовсе нет. Разве любопытен немного. Нет ничего увлекательнее, чем изучить карманы ближнего, когда тот не дышит, погубленный из каких-нибудь нравственных оснований. Без нравственных оснований нынче ничего нельзя.
👍4😁3
История про женщин былых времён
Есть определённый тип мужских разговоров, который ведут мужчины уже не первой свежести. Он называется «О женщинах былых времён». Его стилистика очень точна, соответствует чисто мужским компаниям, и некоторому градусу возлияний. Я расскажу про него, будто Хоботов, что норовит пугать свою Людочку.
Есть такое стихотворение Франсуа Вийона «Баллада о дамах былых веков». Его переводили многажды и всегда по-разному. Это настоящее заунывное, мужское:
Где Флора-римлянка сейчас?
Где рок, красу, губящий рьяно,
Архипиаду скрыл от нас?
Ушла Таис в какие страны?
И дальше перечисление десятка разных персонажей, вплоть до Орлеанской девы. Кончается всё это так: «Где ныне прошлогодний снег?»
Но для современного мужского разговора Вийон лишь задаёт интонацию. Суть речей объясняет один рассказ из записных книжек Довлатова: «Прогуливались как-то раз Шкляринский с Дворкиным. Беседовали на всевозможные темы. В том числе и о женщинах. Шкляринский в романтическом духе, а Дворкин – с характерной прямотой.
Шкляринский не выдержал:
– Что это ты? Все – трахал, да трахал! Разве нельзя выразиться более прилично?!
– Как?
– Допустим: “Он с ней был”. Или: “Они сошлись”.
Прогуливаются дальше. Беседуют. Шкляринский спрашивает:
– Кстати, что за отношения у тебя с Ларисой М.?
– Я с ней был, – ответил Дворкин.
– В смысле – трахал?! – переспросил Шкляринский».
У стареющих мужчин из этих двух стилей разговора выходит смесь – смесь легко узнаваемая, и свойственная почти всем их посиделкам.
То есть, это такой стиль, когда они вспоминают давнишних знакомых женщин (не обязательно тех, с кем... были). Это именно разговоры немолодых людей, измученных простатитом.
Типа: «А она?» - «Она вышла замуж в Париж» –слова эти лежат меж тарелок, как прошлогодний снег.
Есть определённый тип мужских разговоров, который ведут мужчины уже не первой свежести. Он называется «О женщинах былых времён». Его стилистика очень точна, соответствует чисто мужским компаниям, и некоторому градусу возлияний. Я расскажу про него, будто Хоботов, что норовит пугать свою Людочку.
Есть такое стихотворение Франсуа Вийона «Баллада о дамах былых веков». Его переводили многажды и всегда по-разному. Это настоящее заунывное, мужское:
Где Флора-римлянка сейчас?
Где рок, красу, губящий рьяно,
Архипиаду скрыл от нас?
Ушла Таис в какие страны?
И дальше перечисление десятка разных персонажей, вплоть до Орлеанской девы. Кончается всё это так: «Где ныне прошлогодний снег?»
Но для современного мужского разговора Вийон лишь задаёт интонацию. Суть речей объясняет один рассказ из записных книжек Довлатова: «Прогуливались как-то раз Шкляринский с Дворкиным. Беседовали на всевозможные темы. В том числе и о женщинах. Шкляринский в романтическом духе, а Дворкин – с характерной прямотой.
Шкляринский не выдержал:
– Что это ты? Все – трахал, да трахал! Разве нельзя выразиться более прилично?!
– Как?
– Допустим: “Он с ней был”. Или: “Они сошлись”.
Прогуливаются дальше. Беседуют. Шкляринский спрашивает:
– Кстати, что за отношения у тебя с Ларисой М.?
– Я с ней был, – ответил Дворкин.
– В смысле – трахал?! – переспросил Шкляринский».
У стареющих мужчин из этих двух стилей разговора выходит смесь – смесь легко узнаваемая, и свойственная почти всем их посиделкам.
То есть, это такой стиль, когда они вспоминают давнишних знакомых женщин (не обязательно тех, с кем... были). Это именно разговоры немолодых людей, измученных простатитом.
Типа: «А она?» - «Она вышла замуж в Париж» –слова эти лежат меж тарелок, как прошлогодний снег.
👍9❤4
Я живу в Марьиной Роще и слышу, как меняется что-то в лице у стариков, только они слышат это название. Но бараки, которые были здесь, сломаны ещё в середине семидесятых, шпана прежних времён расселилась на кладбищах, а их потомки рассеялись. Но как-то при мне заговорили об одном феномене: состоявшиеся люди хвалятся тем, что в детстве были дракунами, мучили животных и воровали по мелочи. Один издатель даже украл детскую коляску, а потом хвастался прочностью ее ткани, допущенной на поделки. При этом иногда делают вывод, что причина — в советском воспитании и детском чтении. Действительно, Незнайка симпатичнее Знайки, а Кибальчиша, который лез отовсюду, хотелось кем-то укоротить и, за неимением лучшего, Плохишом. Потом власть изменилась, и выяснилось, что самый успешный образ гопника был создан в отечественном киноискусствеведом, кандидатом наук Сергеем Бодровым. Специалист по искусству Возрождения куда выходит лучим гопником, чем открыть, а дальше - https://vladimirberezin.binoniq.net/gopniki
👍7❤3🥰1😱1
Время от времени появляются «поколенческие откровения».
Это возвышенные тексты в стилистике «мы богатыри, а не вы».
Я помню, как хвастались люди моего поколения, что гуляли без присмотра, пили воду из-под крана и были круче потомков. Потом были аналогичные тексты от самих потомков.
Главное отличительное свойство таких текстов — пафос.
А как начинается пафос, так сразу в зале смешки.
Иногда и не поймёшь, кто фальшивит — струнные или духовые, но ясно, что звук не тот.
Иногда в них булькает ностальгия, человек извлекает откуда-то фотографию грузовика с кузовом, набитым людьми, и подписью – ездили и не боялись. Ну так первое, что мне рассказали, когда я приехал в «на картошку», как такой бортовой «ЗиЛ» лег на бок и подавил часть городских.
Ошибка выжившего всегда очень говорлива и думает, что хороша чем-то особенным, и вот поэтому-то её пощадили.
Но речь не о Марианской впадине человеческой гордыни, справедливо осуждённой Партией, правительством и пророком Исайей. Этак и остановиться сложно, а речь только об одном частном проявлении.
Текст, о котором я вспомнил (Сеть уже проебала его), был посвящён неформалам.
Его лирический герой, юноша девяностых, доёбывался к хипстеру, и учил его, что он неправильный неформал.
Добрый хипстер, прямо на первом слове «Внемлите! Свободу я вам песню пою!», должен был бы тащить лирического героя в тенёк с бормотанием «Дедушка? Дедушка?! Может таблеточку?».
Потому как хипстер был вполне буржуазен, никаким неформалом быть не хотел, и вообще с трудом понимал, что рано состарившийся дедушка несёт.
Я не знал автора лично и склонен думать, что он достойный человек, что просто троллит сверстников.
Пока не доказано обратное, лучше не считать встреченного на пути идиотом.
Но из всякого явления, встреченного на пути, можно извлечь урок, и я задумался о самом механизме таких поколенческих текстов.
Налицо два обстоятельства: во-первых, они сладко греют душу, потому что если ты дожил до другой общественной формации, то тебе кажется, что твоя жизнь не унылое говно, а в ней был какой-то непонятный смысл.
Во-вторых, все эти речи пользуются спросом, поскольку ностальгия всегда хороший товар. Пафосные речи делаются очень легко, путём простого перечисления исчезнувших названий, поменявших направление улиц и милых, но пропавших предметов. В конце хорош был бы отсыл к маркам портвейна (тут я бы усилил повествование подробностями, подробности типа марок портвейна и сигарет всегда вызывают ностальгию, а значит, и эмпатию — это как плачущий ребёнок в военной хронике: не захочешь, а поплачешь о нём и вместе с ним).
Кстати, такой текст чрезвычайно легко пародируется.
Вот, к примеру: «Внемлите мне, жалкие подростки девяностых! Это у вас Свобода?! Хуй с два! Мы, поколение стиляг пятидесятого года говорим с вами. Вы когда-нибудь слушали музыку на костях? Вы Лещенко слушали? А? Вы без словаря-то не путаете его с вашим мудаком из телевизора? Настоящего Лещенко слушали? А? А? Свобода хуева, вас дружинники на Броде ловили, штаны вам линейками мерили? Мы — борцы, не вы, сосунки. Многие из вас присели не за вашу вшивую наркоту, а за правду, по 58-10? Помните Ванинский порт, суки? А рёв парохода угрюмый? А? В Бобруйск ездили? В глаза смотреть! В Бобруйске были?!»
Или даже:
«Внемлите мне! Сосунки! Мы ходили в атаку под Смоленском! Мы дрались под Лейпцигом! У нас была настоящая свобода! Вернее, глоток свободы! Мы вышли на площадь! А вы, вы, вышли на площадь? Смеете, да? Смеете выйти на площадь, петрашевцы сраные? Кто из нас настоящий неформал? Кто круче? Ты тачку кати, кати, коли ответить не можешь. Мы, неформалы декабря, круче вас, недоносков с Семёновского плаца!»
Последний хороший текст о поколениях, который я читал, был написан в 1928 году, и написал его великий писатель Тынянов.
А с тех пор — только прах и зола, беззащитное желание оправдать проёбанные годы и жажда ласки.
Это возвышенные тексты в стилистике «мы богатыри, а не вы».
Я помню, как хвастались люди моего поколения, что гуляли без присмотра, пили воду из-под крана и были круче потомков. Потом были аналогичные тексты от самих потомков.
Главное отличительное свойство таких текстов — пафос.
А как начинается пафос, так сразу в зале смешки.
Иногда и не поймёшь, кто фальшивит — струнные или духовые, но ясно, что звук не тот.
Иногда в них булькает ностальгия, человек извлекает откуда-то фотографию грузовика с кузовом, набитым людьми, и подписью – ездили и не боялись. Ну так первое, что мне рассказали, когда я приехал в «на картошку», как такой бортовой «ЗиЛ» лег на бок и подавил часть городских.
Ошибка выжившего всегда очень говорлива и думает, что хороша чем-то особенным, и вот поэтому-то её пощадили.
Но речь не о Марианской впадине человеческой гордыни, справедливо осуждённой Партией, правительством и пророком Исайей. Этак и остановиться сложно, а речь только об одном частном проявлении.
Текст, о котором я вспомнил (Сеть уже проебала его), был посвящён неформалам.
Его лирический герой, юноша девяностых, доёбывался к хипстеру, и учил его, что он неправильный неформал.
Добрый хипстер, прямо на первом слове «Внемлите! Свободу я вам песню пою!», должен был бы тащить лирического героя в тенёк с бормотанием «Дедушка? Дедушка?! Может таблеточку?».
Потому как хипстер был вполне буржуазен, никаким неформалом быть не хотел, и вообще с трудом понимал, что рано состарившийся дедушка несёт.
Я не знал автора лично и склонен думать, что он достойный человек, что просто троллит сверстников.
Пока не доказано обратное, лучше не считать встреченного на пути идиотом.
Но из всякого явления, встреченного на пути, можно извлечь урок, и я задумался о самом механизме таких поколенческих текстов.
Налицо два обстоятельства: во-первых, они сладко греют душу, потому что если ты дожил до другой общественной формации, то тебе кажется, что твоя жизнь не унылое говно, а в ней был какой-то непонятный смысл.
Во-вторых, все эти речи пользуются спросом, поскольку ностальгия всегда хороший товар. Пафосные речи делаются очень легко, путём простого перечисления исчезнувших названий, поменявших направление улиц и милых, но пропавших предметов. В конце хорош был бы отсыл к маркам портвейна (тут я бы усилил повествование подробностями, подробности типа марок портвейна и сигарет всегда вызывают ностальгию, а значит, и эмпатию — это как плачущий ребёнок в военной хронике: не захочешь, а поплачешь о нём и вместе с ним).
Кстати, такой текст чрезвычайно легко пародируется.
Вот, к примеру: «Внемлите мне, жалкие подростки девяностых! Это у вас Свобода?! Хуй с два! Мы, поколение стиляг пятидесятого года говорим с вами. Вы когда-нибудь слушали музыку на костях? Вы Лещенко слушали? А? Вы без словаря-то не путаете его с вашим мудаком из телевизора? Настоящего Лещенко слушали? А? А? Свобода хуева, вас дружинники на Броде ловили, штаны вам линейками мерили? Мы — борцы, не вы, сосунки. Многие из вас присели не за вашу вшивую наркоту, а за правду, по 58-10? Помните Ванинский порт, суки? А рёв парохода угрюмый? А? В Бобруйск ездили? В глаза смотреть! В Бобруйске были?!»
Или даже:
«Внемлите мне! Сосунки! Мы ходили в атаку под Смоленском! Мы дрались под Лейпцигом! У нас была настоящая свобода! Вернее, глоток свободы! Мы вышли на площадь! А вы, вы, вышли на площадь? Смеете, да? Смеете выйти на площадь, петрашевцы сраные? Кто из нас настоящий неформал? Кто круче? Ты тачку кати, кати, коли ответить не можешь. Мы, неформалы декабря, круче вас, недоносков с Семёновского плаца!»
Последний хороший текст о поколениях, который я читал, был написан в 1928 году, и написал его великий писатель Тынянов.
А с тех пор — только прах и зола, беззащитное желание оправдать проёбанные годы и жажда ласки.
👍6🔥6❤2
НОВЫЙ ГОД
Ностальгия — вот лучший товар после смутного времени, все на манер персонажей Аверченко будут вспоминать бывшую еду и прежние цены. Говорить о прошлом следует не со стариками и не с молодыми, а с мужчинами, только начавшими стареть, — вернее, только что понявшими это. Они ещё сильны и деятельны, но вдруг становятся встревоженными и сентиментальными. Они лезут в старые папки, чтобы посмотреть на снимок своего класса, обрывок дневника, письмо без подписи. Следы жухлой любви, вперемешку с фасованным пеплом империи — иногда в тоске кажется, что у всего этого есть особый смысл.
Но поколение катится за поколением, и смысл есть только у загадочного течения времени — оно смывает всё, и ничьё время не тяжелее прочего.
Вокруг просыпался утренний слякотный город с первыми, очнувшимися после новогодней ночи прохожими. Они, шли разрозненно, нетвёрдо ставя ноги, как усталые бойцы, выходящие из окружения. Автомобиль обдал меня веером тёмных брызг, затем
Дальше: http://vladimirberezin.binoniq.net/novigod
Ностальгия — вот лучший товар после смутного времени, все на манер персонажей Аверченко будут вспоминать бывшую еду и прежние цены. Говорить о прошлом следует не со стариками и не с молодыми, а с мужчинами, только начавшими стареть, — вернее, только что понявшими это. Они ещё сильны и деятельны, но вдруг становятся встревоженными и сентиментальными. Они лезут в старые папки, чтобы посмотреть на снимок своего класса, обрывок дневника, письмо без подписи. Следы жухлой любви, вперемешку с фасованным пеплом империи — иногда в тоске кажется, что у всего этого есть особый смысл.
Но поколение катится за поколением, и смысл есть только у загадочного течения времени — оно смывает всё, и ничьё время не тяжелее прочего.
Вокруг просыпался утренний слякотный город с первыми, очнувшимися после новогодней ночи прохожими. Они, шли разрозненно, нетвёрдо ставя ноги, как усталые бойцы, выходящие из окружения. Автомобиль обдал меня веером тёмных брызг, затем
Дальше: http://vladimirberezin.binoniq.net/novigod
❤5
С ЛЁГКИМ ДАРОМ ИЛИ САРКАЗМ СУДЬБЫ
Это был молодой человек из тех, что были праведными комсомольцами.
Не тех времён, когда надо было, презирая удобства, умирать на сырой земле, а тех, когда в цене было прилежание. Они поднимались вверх, ступенька за ступенькой. Кажется, они и были рождены сразу в костюмах, с алой капелькой комсомольской крови на лацкане. Наш герой рано стал начальником и ещё раньше защитил диссертацию о значении пяти орденов веэлкаэсэм.
Однажды его приятель собрался за границу, вернее, его послали в командировку. Друзья провожали командировочного два дня и дальше в http://vladimirberezin.binoniq.net/sarkazm
Это был молодой человек из тех, что были праведными комсомольцами.
Не тех времён, когда надо было, презирая удобства, умирать на сырой земле, а тех, когда в цене было прилежание. Они поднимались вверх, ступенька за ступенькой. Кажется, они и были рождены сразу в костюмах, с алой капелькой комсомольской крови на лацкане. Наш герой рано стал начальником и ещё раньше защитил диссертацию о значении пяти орденов веэлкаэсэм.
Однажды его приятель собрался за границу, вернее, его послали в командировку. Друзья провожали командировочного два дня и дальше в http://vladimirberezin.binoniq.net/sarkazm
❤8👍1
История про Януковича (очень старая запись)
Хорошо бы Януковича так и не нашли.
Разумеется, он в России, и я знаю, что с ним будет.
Когда он будет брести по Владимирскому шоссе с двумя старухами и каким-то дембелем, ему встретятся пара разбитных светских журналисток и заезжий французский писатель Бельведер. Журналистки остановят джип, чтобы показать Бельведеру les pelerins, которые, по свойственному русскому народу суеверию, вместо того чтобы работать, ходят из места в место.
Они будут говорить по-французски, думая, что никто тут их не понимает. Писатель спросит Януковича, кто он, а журналистки переведут этот вопрос.
Он будет стоять перед ними, и ветер будет шевелить редкие волосы на его голове. Помолчав, он скажет:
– Раб Божий.
– Qu'est ce qu'il dit? Il ne repond pas.
– Il dit qu'il est un serviteur de Dieu.
– Cela doit etre un fils de pretre. Il a de la race. Avez-vous de la petite monnaie?
Француз пошарит по карманам и найдёт ничего не стоящую гривну, завалявшуюся со времени поездки в Киев.
– Это тебе, дедушка, на йогурт какой-нибудь, понял? Не на водку, на йогурт, или чего ты там ешь, не знаю, – скажет журналистка с вытянутым лицом.
– Спаси Христос, – ответит Янукович, не надевая шапки и кланяясь своей лысой головой.
Восемь месяцев проходит так Янукович, а на девятом месяце его задержат полицейские, паспорта не обнаружат, да откуда он у него? Только у одного, совсем старого полицейского, служившего раньше в Донецке, шевельнётся что-то в памяти, какой-то смутный образ подростка, которого он когда-то арестовал. Он решит проверить отпечатки пальцев странника по базе данных, но руки Януковича будут такими грязными, что все полицейские побрезгуют к ним прикоснуться. Тогда его побьют совсем немного, и отправят дальше в Сибирь.
Там он поселится в деревне у богатого фермера, где будет учить детей украинским песням и ходить за больными*.
Хорошо бы Януковича так и не нашли.
Разумеется, он в России, и я знаю, что с ним будет.
Когда он будет брести по Владимирскому шоссе с двумя старухами и каким-то дембелем, ему встретятся пара разбитных светских журналисток и заезжий французский писатель Бельведер. Журналистки остановят джип, чтобы показать Бельведеру les pelerins, которые, по свойственному русскому народу суеверию, вместо того чтобы работать, ходят из места в место.
Они будут говорить по-французски, думая, что никто тут их не понимает. Писатель спросит Януковича, кто он, а журналистки переведут этот вопрос.
Он будет стоять перед ними, и ветер будет шевелить редкие волосы на его голове. Помолчав, он скажет:
– Раб Божий.
– Qu'est ce qu'il dit? Il ne repond pas.
– Il dit qu'il est un serviteur de Dieu.
– Cela doit etre un fils de pretre. Il a de la race. Avez-vous de la petite monnaie?
Француз пошарит по карманам и найдёт ничего не стоящую гривну, завалявшуюся со времени поездки в Киев.
– Это тебе, дедушка, на йогурт какой-нибудь, понял? Не на водку, на йогурт, или чего ты там ешь, не знаю, – скажет журналистка с вытянутым лицом.
– Спаси Христос, – ответит Янукович, не надевая шапки и кланяясь своей лысой головой.
Восемь месяцев проходит так Янукович, а на девятом месяце его задержат полицейские, паспорта не обнаружат, да откуда он у него? Только у одного, совсем старого полицейского, служившего раньше в Донецке, шевельнётся что-то в памяти, какой-то смутный образ подростка, которого он когда-то арестовал. Он решит проверить отпечатки пальцев странника по базе данных, но руки Януковича будут такими грязными, что все полицейские побрезгуют к ним прикоснуться. Тогда его побьют совсем немного, и отправят дальше в Сибирь.
Там он поселится в деревне у богатого фермера, где будет учить детей украинским песням и ходить за больными*.
👍6❤3🐳2
Очередная пятиминутка совершенно бесполезной для вас информации.
1. Я довольно мало пишу о политике. Всё дело в том, что у меня есть несколько хороших друзей, с которыми я могу поговорить. Мы надеваем жилеты из текстиля с рельефным узором и меланхолично обсуждаем, похож какой-нибудь премьер на голову или иную часть тела. Мы неторопливо рассуждаем положили бы мы ему что-нибудь в рот, и сторонние участники этих разговоров не нужны.
Что касается наших информаторов, то, уверяю вас, это очень честные и скромные люди, которые выполняют свои обязанности аккуратно и не имеют намерения оскорбить кого-либо. Эти люди многократно проверены нами на деле.
2. Тем не менее, я выпил сегодня наливки и нарушу это моё правило. Я человек мизантропический и много что видел. Оттого запишу одну мысль, что высказал несколько месяцев назад в наших разговорах.
И чем дальше, тем больше мне кажется, что американский президент Трамп повторяет стиль управления Никиты Сергеевича Хрущёва. Хуже того - эмоциональный рисунок поведения Хрущёва.
Мне кажется, что тут самое опасное - химеры, которые у него возникают (не скажу, что в голове, но в публичной речи). Все эти идеи присоединить Гренландию, насадить кукурузу, наново нарезать административную карту и ввести совнархозы, придумать Министерство эффективности государственного аппарата, раз в год менять сподвижников, переименовывать Министерство обороны, норовить кого-то выслать.
При этом вокруг американского кукурузника возникает кокон, предохраняющий его от отрицательной обратной связи.
Одно слово - волюнтаризм.
3. Этот пункт я добавил для ровного счёта, потому что было три жены, да все не острижены.
1. Я довольно мало пишу о политике. Всё дело в том, что у меня есть несколько хороших друзей, с которыми я могу поговорить. Мы надеваем жилеты из текстиля с рельефным узором и меланхолично обсуждаем, похож какой-нибудь премьер на голову или иную часть тела. Мы неторопливо рассуждаем положили бы мы ему что-нибудь в рот, и сторонние участники этих разговоров не нужны.
Что касается наших информаторов, то, уверяю вас, это очень честные и скромные люди, которые выполняют свои обязанности аккуратно и не имеют намерения оскорбить кого-либо. Эти люди многократно проверены нами на деле.
2. Тем не менее, я выпил сегодня наливки и нарушу это моё правило. Я человек мизантропический и много что видел. Оттого запишу одну мысль, что высказал несколько месяцев назад в наших разговорах.
И чем дальше, тем больше мне кажется, что американский президент Трамп повторяет стиль управления Никиты Сергеевича Хрущёва. Хуже того - эмоциональный рисунок поведения Хрущёва.
Мне кажется, что тут самое опасное - химеры, которые у него возникают (не скажу, что в голове, но в публичной речи). Все эти идеи присоединить Гренландию, насадить кукурузу, наново нарезать административную карту и ввести совнархозы, придумать Министерство эффективности государственного аппарата, раз в год менять сподвижников, переименовывать Министерство обороны, норовить кого-то выслать.
При этом вокруг американского кукурузника возникает кокон, предохраняющий его от отрицательной обратной связи.
Одно слово - волюнтаризм.
3. Этот пункт я добавил для ровного счёта, потому что было три жены, да все не острижены.
👍9❤4🔥1👏1
Очередная пятиминутка совершенно бесполезной для вас информации.
1. Заговорили о плагиате.
Я тут вывел для себя, что бывают срачи трёхдневные и срачи двухнедельные.
И то, что охватило сейчас дюжину стран и сотни людей, называется срачем двухнедельным.
А то тут масса людей дня два назад стала начинать посты со слов: "Ну, наконец-то всё кончилось, но я скажу..." Я скажу именно потому, что не кончилось.
Правда, через две недели он тоже смывается водой времени. Этические и юридические уроки остаются невыученными. Мир продолжает катиться в пропасть ровно с той же скоростью, что и раньше, и это падение, слава Богу, вечно.
Много лет назад я даже написал по этому поводу эссей - https://vladimirberezin.binoniq.net/slovoovorovstve
2. Но есть ещё более загадочный вопрос - вот если украсть цитату или эпиграф? Честно признаюсь, я ворую цитаты. Вот человек, может, долго сидел в библиотеке, читал скучных авторов, и делал выписки.
И, отдыхая, что-то поместил в социальных сетях.
А я скопировал и через год сделал эпиграфом.
По сути, нужно было сделать сноску: взято из диссертации Ивана Синдерюшкина, который рылся в этом окаменевшем говне, а я - нет. Спасибо тебе, Ванечка. А косарь всё равно верни.
3. Этот пункт я добавил для ровного счёта, потому что квас – добро, по три деньги за ведро; пьют, лишь похваливают.
1. Заговорили о плагиате.
Я тут вывел для себя, что бывают срачи трёхдневные и срачи двухнедельные.
И то, что охватило сейчас дюжину стран и сотни людей, называется срачем двухнедельным.
А то тут масса людей дня два назад стала начинать посты со слов: "Ну, наконец-то всё кончилось, но я скажу..." Я скажу именно потому, что не кончилось.
Правда, через две недели он тоже смывается водой времени. Этические и юридические уроки остаются невыученными. Мир продолжает катиться в пропасть ровно с той же скоростью, что и раньше, и это падение, слава Богу, вечно.
Много лет назад я даже написал по этому поводу эссей - https://vladimirberezin.binoniq.net/slovoovorovstve
2. Но есть ещё более загадочный вопрос - вот если украсть цитату или эпиграф? Честно признаюсь, я ворую цитаты. Вот человек, может, долго сидел в библиотеке, читал скучных авторов, и делал выписки.
И, отдыхая, что-то поместил в социальных сетях.
А я скопировал и через год сделал эпиграфом.
По сути, нужно было сделать сноску: взято из диссертации Ивана Синдерюшкина, который рылся в этом окаменевшем говне, а я - нет. Спасибо тебе, Ванечка. А косарь всё равно верни.
3. Этот пункт я добавил для ровного счёта, потому что квас – добро, по три деньги за ведро; пьют, лишь похваливают.
vladimirberezin.binoniq.net
СЛОВО О ВОРОВСТВЕ
👍3❤1👏1