«Наш ночной поезд из Львова задерживался на три часа. Величественный львовский вокзал забит уставшими людьми. Некоторые ждут свои поезда по десять часов. Платные залы стали бесплатными, можно взять воду или чай.
«Просимо вибачення за незручності», — извиняется приятный женский голос.
За что? За то, что россияне третьи сутки бомбят Украину нон-стоп?
Наш поезд подают в половине третьего ночи. Уставшие люди быстро застилают постели и падают на узкие купейные полки. Проводница заходит предложить напитки и перекусы и буднично добавляет, чтобы все были готовы к эвакуации. Россияне бьют по поездам, поэтому теперь в случае угрозы пассажиров эвакуируют.
В Киев приезжаем с большой задержкой. Выходим с вокзала - и снова тревога. Десятая или двадцатая за день, кто ж их считает. Реактивные дроны летят третьи сутки. Киев живет от тревоги до тревоги. Не работают государственные учреждения, почтовые отделения и торговые центры. Закрывают мосты между правым и левым берегом. Город замирает каждый раз, когда в небе появляется новая угроза.
Украинскую столицу этим летом террористы из рф превратили в прифронтовой город. Баллистика прилетает за минуту. Дроны идут волнами и не прекращаются всю ночь. ПВО сбивает их над жилыми кварталами.
Утром у выхода из дома разбита плитка и лежат обломки. Война лежит у ног. В Украине сейчас нет ни одного безопасного места. И все равно жизнь продолжается. Ходят поезда. Люди работают, возвращаются домой, укладывают детей спать, а утром собирают осколки у собственного дома.
Любая другая страна в таких условиях просто перестала бы функционировать. Но не Украина.Мы все вместе выстоим. Конечно, если выживем».

Национальные институты защиты прав человека в Казахстане оказались неэффективны в деле оппозиционного журналиста. Его здоровье критически ухудшилось, а условия содержания нарушаются.

Спикеры призывают вынести проблему на международный уровень. Главная цель — добиться того, чтобы во время зарубежных визитов Касым-Жомарта Токаева иностранные журналисты поднимали вопросы о его судьбе.