Приятное удивление вечера - Марат Баширов призвал присмотреться к концепции России как геополитического Севера. Возможно, реально что-то в подходах нашего правящего политического класса и лиц, обеспечивающих принятие решений, начало меняться:

"Очень интересная мысль. С учетом того, что к молодой команде Экспертного центра ПОРА, организаторам лекции, присоединились и Российское историческое общество, и Президентская академия, можно предположить, что это не случайность, а цельное позиционирование важной идеологемы о российском будущем. Надо присмотреться".

Напомню, что о концепции России как геополитического Севера я пишу достаточно давно. Например, пост от 6 октября 2021 года:

"Необходимо обозначить наш мир, Русский мир, той твердыней, которая готова предоставить убежище всем гражданам мира от попадания в ловушки темной стороны. Необходимо создать синтез новой светлой идеологии человечества, носителем которой станет русская цивилизация.

В этом плане важнейшей составляющей этого процесса является новое геополитическое позиционирование России. Одним из важнейших компонентов будущей российской идеологии должна стать геополитическая концепция Севера. На чем основана нынешняя геополитическая концепция России? Она основана на старой, идущей еще с 14 века дихотомии нашего географического расположения между Западом и Востоком.

Часть нашего общества и элиты считает, что мы – часть Запада, другая – что мы Восток. Пока мы не снимем это противоречие в рамках диалектического выхода, мы не сможем развивать нашу страну. Большевики смогли – вышли из дихотомии Востока и Запада через идею коммунизма, и тут же страна получила мощнейшую идеологическую подпорку, что мгновенно сказалось на степени консолидации граждан, развитии экономики, идеологии, роли страны в мире.

Выйти из этого идейного тупика, который пронизывает российские политические и идеологические элиты уже шесть веков, возможно только через введение в это уравнение третьей составляющей – Север, что диалектически преодолевает имеющий место концептуальный тупик. Мы и не Восток, и не Запад. Мы - геополитический Север".

Более детально прочитать об этой концепции можно тут, тут, тут, тут, тут и тут.

Неудобная история. Из жизни двурушников, трехрушников, четырехрушников...

В адрес сериала "Хроники русской революции" полилась ожидаемая критика.

Критиковать сериал есть за что, но дело, как обычно, вовсе не в нем. Сериал, само собой, будут использовать различные силы, для того чтобы высказаться о ключевом событии нашей истории, поскольку именно в тот период появляется известный нам в России тип власти. Творению Кончаловского далеко до того, чтобы высветить этот тип и его источник в полной мере, но все же автору кое-что удалось.

В 10-й серии, вышедшей накануне, главная героиня сериала — Ариадна Славина, превратившаяся в опротивившую самой себе потаскуху, хочет оправдаться перед обвинением, что она предает революцию, работаю на полицию.

Славина говорит, что она ни на кого не работает, работая на всех сразу, на большевиков, на охранку, на англичан, на эсеров. А на самом деле — она не живет, а выживает.

Мы считаем, что в этом образе, для которого Кончаловский не пожалел свою жену, мастер выразил метафорически отношение к России. Ариадна — это есть Россия, а точнее ее женоподобная (не женственная, а именно женоподобная, как некоторые российские борцы за семейные ценности) власть, которая решила когда-то, что надо стать двурушной, чтобы сохранить субъектность.

Когда ставка в борьбе за субъектность — жизнь, не каждый отважится отстаивать себя до конца. И многие предпочитают лечь под противника, чтобы потом втайне его обманывать. В России считают, что изобрели этот новый тип субъектности (а если не изобрели, то достигли в нем некоего совершенства). Это и есть главная тайна власти со времен большевиков. В этом кроется и секрет Ленина.

Верный ленинец историк Егор Яковлев ругает Кончаловского за то, что тот не показал настоящего Ленина, который — не просто так вел за собой. Яковлев считает, что по фильму непонятно, почему Ленин, в исполнении Ткачука, оказался Лениным. Что Кончаловский не показывает действительную харизму Ленина и не объясняет, что он стал вождем, благодаря своим исключительным качествам.

Однако в этом то и соль, которую Кончаловский как раз показывает правильно. Именно, что непонятно, если не знать каких то важных вещей, как страна оказалась в руках таких людей, как Ленин. Отсюда и непонятно, как она в руках тех, кто изображает из себя вождей сегодня. Люди, не склонные к тому, чтобы очаровываться дефективными гиньолями, часто пребывают в недоумении от российской политики, прости господи.

Вот и большевистский историк Егор Яковлев не спешит рассказывать своим поклонникам, как Ленина поставили на лыжню. Кто и зачем подсунул Ленина сначала фабианцам, сделав плохо знавшего английский язык провинциального недотепу, первым переводчиком их главного труда в России. И когда Ленин впервые прибыл в Лондон, там его уже принимали с нужным чувством благодарности (схема известная и рабочая). Однако Струве отмечал позднее, что потратил немало усилий, чтобы выправить плохой перевод Ленина. Зачем и кому все это было нужно?

Не спешит Яковлев говорить о связях Ленина с британским Обществом Пилигримов. И как хороший историк, которым он мог бы быть, не указывает на то, что распространенной практикой для внедрения своего агента является его статус двойника. Другими словами, в Лондоне должны были быть уверены в том, что перед ними агент охранки, чтобы вовлечь его в свою игру. Только так он продержится в этой игре 20 и более лет. Надо быть уверенными, что с той стороны его считают своим. Иначе на него нет смысла делать ставку.

Вот так и живем. Не живем, а выживаем...

Пост от 15 декабря 2021 года:

Незыгарь сегодня написал дискуссионный и в этом смысле полезный пост. В нем есть несколько занимательных сюжетных поворотов, которые объединены одним лозунгом, что консервативный традиционализм есть "мракобесие и архаика", но вот один хотелось бы выделить и разобрать отдельно:

«Антиковидная фронда способна снова вернуть повестку в консервативно-традиционалисткий вектор. Усиление традиционалистских скреп может серьезно помешать модернизационному направлению развития и исключить Россию из современной повестки, лишив ее конкурентности и участия в международной кооперации».

Обязательно ли консервативно-традиционалисткий вектор должен мешать "модернизационному направлению развития", а тем более – "исключать Россию из современной повестки, лишив ее конкурентности и участия в международной кооперации"?

Ответ на этот вопрос кроется в российской истории. Как только с Петра I Россия пошла по пути прозападной модернизации, пытаясь «догнать» Запад, так сразу же начались проблемы с Образом будущего, национальной самоидентификацией, исторической самооценкой и т.д. и т.п.

Ради следования западной повестке, участию в международной кооперации того времени, якобы модернизационному направлению развития Россия отказалась от собственной идентичности и признала таким образом свою цивилизационно-духовную вторичность по отношению к Западу. И это намного сильнее и больше означает глобальное историческое поражение, чем попытка самоидентификации себя с Западом.

Можно сказать, что Россия до сих пор не может выбраться из этого концептуального капкана, в который ее загнал Петр I и последующее доминирование иностранцев в российской власти. Вплоть до Сталина. Возьмем даже такой «простой» пункт как то – жена российского императора обязательно должна была быть немкой. Это ли не является свидетельством концептуального управления на уровне первого лица и его окружения?

О чем совсем недавно говорил Владимир Путин? Что даже в 90-е американские разведчики работали в органах государственной власти России. И это не что иное, как отголосок «реформ» Петра. Аукается до сих пор. Ни к чему иному отказ от собственной цивилизационно-духовной и исторической самоидентификации привести и не мог.

Как только Сталин вышел из этой парадигмы духовного и смыслового подчинения Западу, отринув как ленинский клан, завязанный на Германию, так и троцкистский, завязанный на США, и провозгласил курс на создание собственного образа Мира, Русскую (Советскую) планетарную идею, страна стала развиваться семимильными шагами, за 9 лет практически пройдя тот путь, который позволил выиграть ВМВ у всей Европы. А затем из разоренной и опустошенной, с высосанными кровопролитной войной всеми соками страны, за короткий срок создать ядерный щит. Потом эта база позволила именно советскому человеку первым выйти в космос и создать социалистический блок величиной фактически с полмира.

Но как только компрадоры из позднего СССР начали возврат к западному пути развития (Хельсинкские соглашения, мирное сосуществование двух систем), система тут же начала сыпаться как карточный домик, из-под которого выдернули главную карту.

Поэтому все наоборот – сначала мы должны выйти из западного глобального проекта, одновременно создавая свой новый цивилизационный проект, а затем пойдет развитие.

И единственный вариант на этом пути, это признание себя геополитическим Севером, выход из навязанной западными политтехнологами 16-18 веков ложной и пораженческой дихотомии либо Восток, либо Запад. Об этом (о Концепции Севера) подробнее можно прочитать ниже (повтор текста от 12 октября 2021 года).

Пост от 1 декабря 2024 года:

Юрий Баранчик: «Как только Россия осознает себя глобальным Севером, у нас все сложится»

Ключевой момент здесь, что Россия движется в рамках вот этой идеологической дихотомии, которая разрывает общественно-политическое пространство. И с ходу разрывает, изначально разрывает, и не дает ставить стратегические цели, потому что мы все время спорим.

Левые или правые. Россия – это Запад или Восток? И это идет уже там с XVIII века, если не раньше. Эта дихотомия до сих пор продолжается. На мой взгляд, это методологическая ошибка, которая должна быть осознана нашими элитами. Но для этого надо иметь необходимый уровень образования, чтобы понять, что это ошибочный подход – находиться в рамках этой дихотомии. Необходимо в рамках диалектической концепции Гегеля находить то понятие, то явление, которое снимает эту ложную дихотомию.

Здесь, мне кажется, всё очень просто решается. Есть вот Запад, есть Восток, мы знаем, где это, что это. Сейчас появился термин «Глобальный Юг», он тоже в принципе понятен. Что у нас отсутствует в рамках геополитического позиционирования? У нас отсутствует понятие «Север». И Россия должна себя начать позиционировать как геополитический Север. И тогда все сложится. Мировая картина мира, геополитическая, идеологическая и так далее – она замкнется.

Мы здесь входим в вопросы логики. Потому что есть понятия, которые объемлют другие понятия, потому что они более общие. И как только мы находим более общие понятия, противоречия между более мелкими понятиями снимаются. Потому что мы начинаем понимать, в каких отношениях между собой они находятся.

Так вот наиболее общим понятием к любым идеологическим версиям будущего России или ее прошлого является понятие «Север». Оно не является идеологическим понятием, оно является именно геополитическим понятием, онтологическим, которое стоит над любыми идеологиями, над любыми -измами. Почему? Потому, например, правый – левый, монархист или большевик – это все частности в отношении понятия Севера.

И вот как только мы начнем понимать, что наша геополитическая позиция в мире – это Север, то у нас очень быстро вся внутренняя идеология придет в порядок. Начиная с программных документов различных партий и до понимания того, куда нам двигаться в формирующемся многополярном мире.

Россия – это Запад или Восток – это ложное противоречие, на самом деле. Сама постановка вопроса о том, Запад ли России или Восток – это идеологическая диверсия, которая произошла несколько столетий назад и до сих пор будоражит умы незрелой российской интеллигенции и политического класса.

Это операция интеллектуального управления, которая нами должна быть осознана и отброшена как можно раньше. Потому что именно она мешает России развиваться уже два-три столетия, так как мы до сих пор находимся на развилке. Думаем, куда идти, но не идем. А как только мы осознаем, что мы Север, сразу становится понятно, где мы находимся и куда нам надо идти.

Нам двигаться никуда не надо. Мы уже находимся на самом важном геополитическом и онтологическом месте в мире. Потому что Север – это ключевое понятие мировой геополитики. Это понятие круче, чем Хартленд. Гораздо круче. Это верх. Онтологический, геополитический, главное – метафизический. И мы, это наше исключительное преимущество, даже психологическое, до сих пор вообще никак не используем.

Это очень глобальное и мощное понятие, которое может по-новому выстроить нашу культуру и снять сложную дихотомию между Западом и Востоком, которая разрывает наших западников и почвенников, коммунистов и либералов. Потому что либералы – это западники, а коммунисты – почвенники.

А вот чтобы снять эту ложную дихотомию, которая уже триста лет пронизывает российскую историю, нужно перейти к более общему понятию, к понятию «Север». И тогда в истории России начнется новая эпоха. Эпоха Мирового Доминирования. Миром правит воображение. Как только мы включим у себя в воображении опцию Севера, мы тут же увидим, какие поистине глобальные возможности мирового доминирования перед нами открываются.