И львовский суд запретил деятельность ОПЗЖ, арестовав все активы, и по вышкам Бойко влепили.
Страйк

Приветствую Аркадий. Хотел тебе поведать... Привозят меня на Егорьевский централ, подняли в хату, расположился. Думаю надо посмотреть, что есть почитать. И первая книга, которую я достаю из дубка... та-там!)): "Алхан Юрт". Так, что ты со мной и в тюрьме побывал).

Душой я с вами, на каторге в Сибири, но телом, к сожалению, в гостинице в Швейцарии (с).
А вообще, интересно, конечно, как в тюрьме раздают книги человека, занесенного в список террористов.
Товарищ майор?

Вчера был день отца. Не знаю, буду ли выкладывать это в открытый доступ… Смотрю, как Тайра обнимает свою дочь. Как сын бросает самокат и кидается на шею к вернувшемуся отцу. Как парень впервые видит свою родившуюся без него дочь.
И думаю…
Господи, какое счастье. Какое счастье, что моя дочь меня сейчас ненавидит.

Что она меня ненавидит, что для неё все взрослые сейчас идиоты, которые ничего не понимают, а родители идиоты в первую очередь и вдвойне, что она просит нас не приходить на выпускной и не зовет ни на какие свои выступления, что подойти и обнять отца на виду у своих друзей — господи, да это кринж кринжовый, ничего позорнее на свете быть не может.
Что она растет нормальным ершистым подростком в пубертате нормальной жизнью со своими проблемами розовых пони, и не ценит то, что дети в её возрасте не то, что ценить - даже знать вообще! — не должны.

Я боюсь ехать на войну. Я просто до усрачки как каждый раз боюсь ехать на войну. Каждый раз это через такое «не могу», что сил уже почти не осталось.
Но еще больше я боюсь возвращаться с войны.
Потому что этот переход из того мира в мир этот — каждый раз все труднее.
Это туда — ух, и ухнул с концами. А обратно — приходится долго-долго выползать. Вытаскивать себя из этой черной ямы со смертью на солнышко и свет божий.
Все тяжелее каждый раз пропихивать себя через эту кротовую нору обратно в нормальную мирную жизнь, и пытаться вновь найти смысл существования в ней.
Всё болезненней.

Все болезненней становится пробивать эту стену с ребенком, которая все равно будет между вами. Потому что рассказать ей ты все равно ничего не можешь. А это нерассказанное все равно никуда не денется. И пока оно не рассосется, точнее, пока ты не сможешь его задавить внутри себя и засунуть куда-то в совсем дальние ящички своей головы — потому что не рассосется оно уже никогда — твой ребенок на какую-то часть будет тебе чужим.
И вам придется заново привыкать друг к другу. Заново учиться разговаривать.
Заново любить.

Умение любить возвращается тяжелее всего. Первая встреча, первые минут, первая радость — да. А потом эту пустоту все равно надо чем-то заполнять. А у тебя ничего уже нет. Остались только негативные чувства. Позитивные на войне не нужны. Они только мешают. Помогают только негативные.
Это уходит любовь первой.
А возвращается — последней.

Когда я вернулся из Грузии, от меня настолько пахло горелым человеческим мясом, что дочь, которой тогда было около года, не пошла ко мне на руки. Начала кричать. Я был для неё другим — чужим, злым — человеком.
А этот запах потом долго слышался мне во всем - даже в её волосах.
И опять надо начинать этот путь в несколько лет к способности уметь обнимать своего ребенка.
Несколько лет, да, да.

Наверное. Возможно. Возможно, я совершаю ошибку Порошенко. Он слишком отгораживал от войны страну. Я, наверное, возможно, слишком отгораживают от войны дочь.
Нет, никакой гиперопеки в нашей семье нет и впомине. Вон, хлопнула дверью — только поэтому я и узнал, что ушла. А куда, зачем, с кем, во сколько придет — понятия не имею.
Но знать то, что знаю я — она не будет.
Я заплатил уже за свою семью на два поколения вперед.
Хватит.

Мы все едем кукухой по-разному. Башню каждому из нас сдвигает в свою сторону. Слава богу, ПТСР после справедливой войны, войны на своей земле за свою свободу и независимость — намного легче, чем после захватнической имперской не понятно за что. Но он все равно есть. Кукушку все равно у несет. В той или иной степени, в ту или иную сторону — но башню заклинит всё равно.

Мне заклинило на безопасности моей семьи. Нормальное, спокойное, счастливое детство моей дочери — именно это стало бзиком конкретно для меня.

Когда меня повели на расстрел, я хотел сказать: «Дочь. Я не мог по-другому. Когда ты подрастешь, ты поймешь. Прости меня». Вместо этого сказал почему-то — позвоните моей жене, скажите, что со мной все порядке.
Нахрен я это сказал…

И возвращаться потом домой и обнимать ребенка — очень тяжело. Эта стена, эта «Дочь, прости меня, я не мог иначе», она все равно существ

ует.
Её все равно надо будет пробивать.
Каждый раз.

Я вас прошу. Умоляю. Вывозите. Вывозите своих детей. Как только вы видите, что дело начинает пахнуть керосином и орды приближаются слишком быстро — берите детей подмышку и увозите. Увозите не оглядываясь, не думая, не рассуждая!
Это ваша обязанность как родителей.
Это сейчас ваша первейшая обязанность!
Как родителей.

Там у них сейчас начинает раскручиваться новое видео, как разведка ЮВО «спасает» украинцев из зоны огня. Выводят около десятка человек из какого-то села, где идут бои. Видимо, будут новый миф лепить и новый героический подвиг создавать. Как спасли русских от бандеровских фашистов.

И вот я смотрю как, как очередной зеленый человечек без лица с измененным голосом перебегает простреливаемую улицу с украинским ребенком на руках, и у меня только одна мысль — что вы там сидели?
Вот, что вы там сидели? Что вы хотели высидеть?
Телевизор с ковром охраняли?
Спасли? Ну, и?
Что теперь?

А теперь вашу девочку насильно увезут в Россию. Потом вы долго-долго будете пытаться выехать оттуда. А ресурсов помогать вам почти уже не осталось. А потом, когда — и если! — у вас все же получится выехать, вы будете свою дочь годами — ГОДАМИ!!! — если не десятилетиями — лечить от ПТСР. За эти несколько дней смертельного ужаса, что ей пришлось пережить в этом вашем подвале, потому что вы не могли бросить свой ковер с телевизором.
А то и несколько часов.
Иногда и нескольких часов хватает, чтобы отравить жизнь на десятки лет.

А если не орки, так вас придется вывозить ЗСУ. Вам придется привозить воду. Продукты. Дырчик. Соляру для дырчика. Дрова. Потом все равно вывозить вас. Когда подвал совсем уже раскатает. Тратить на это ресурсы. Людей. Машину. Сопровождение. Топливо, которого в стране и так нет. Тащить вас через мост в Ирпене. Через реку в Чернигове. Через Северский Донец в Лисичанске. Это лишняя логистика. Лишнее движение. Лишнее внимание. Лишнее шевеление. Которое обязательно заметит враг. И вдарит туда. Не по вам — просто в сторону шевеления вдарит. И кто-нибудь погибнет. И ваша дурь эгоистичная будет оплачена еще одной жизнью. Солдатской. Волонтерской. И еще один ребенок останется без отца. Потому что его отец спасал вашего ребенка.
Просто потому, что вы до последнего тянули с отъездом.

Если за вашим домом стоит миномет, а в вашем доме живете вы — миномет уже нельзя накрыть ХИМАРСАМИ. Это -то вы понимаете? Если бы на Змеином сейчас жили несколько семей, которые не хотели бы эвакуироваться — из него нельзя было бы раз за разом устраивать островную Чернобаевку.
Вы понимаете, что своим нахождением в зоне боев вы просто обнуляете все поставки? Весь вот этот замечательный лендлиз, который можно использовать за десятки километров, не подставляя жизни украинских военных под ближний бой?
Но там, в подвале, вы. С вашими детьми. И реактивку использовать уже нельзя.
И кому-то придется лезть и стрелять в этот долбанный миномет в вашем дворе вручную.
И кто-то будет убит. И еще чей-то ребенок останется без отца.
За ваш ковер с телевизором.

А уезжать-то потом придется все-равно! Человек не может противостоять войне. Как он не может противостоять цунами, тайфуну или взрыву вулкана.
Только потом уезжать уже придется с квадратными от ужаса глазами, на полной истерике, и хорошо еще, если с руками-ногами.

Я понимаю, что те, к кому я обращаюсь с этими своими воплями, вряд ли меня читают. Но у вас же наверняка есть такие знакомые. Постарайтесь донести до них эту мысль.
Они — не своими жизнями рискуют.
Они — чужими жизнями рискуют.

Позавчера моя дочь сдала язык на В1. Через восемь лет у неё будет паспорт жителя Евросоюза, пять языков, полностью открытые границы и стартовая площадка, которой не было ни у кого из нас.
У ваших детей сейчас открываются перспективы. Которые были вообще очень мало у кого на этой планете.
Бесплатно — БЕСПЛАТНО!! — дать ребенку возможность опыта жизни в европейской стране.
Возможность изучения языка с полным погружением.
И возможность получения образования на одном из еврпоейских языков.
Блин,

да люди за такую возможность с утра до ночи горбатятся.
А вы ковер с телевизором бросить не можете.

Да, потом, через год или два, вы заберете его домой. Вернетесь. И будете жить на своей освобожденной земле. В своей стране.
Но его мозг уже будет открыт миру, он уже будет знать, что границ не существует, его уровень коммуницирования с окружающим миром будет на порядок выше, чем у нас с вами, и у него уже будет языковой базис, который в их возрасте закладывается очень быстро — через год он уже будет более-менее понимать язык — и остается очень надолго.
Зачем вместо этого держать своего собственного ребенка в подвале?
Под смертью каждую секунду от бомбы?

Наверное, здесь я должен сказать Владимиру Зеленскому спасибо. Наверное, особенное, персональное спасибо я должен сказать Ивану Баканову. Вы же в курсе, что Баканов вышвырнул мою семью с охраняемой территории — ровно точно так же, как и Василя Бурбу, ровно из этой же самой Конча-Заспы? Не меня даже, мою семью. Когда я был в отъезде. Сняли охрану в течение двадцати минут и попросили освободить территорию.
Ставить эксперименты в стиле «Интересно, а если „сотрудники КГБ“, которыми Украина тогда насыщалась просто по самое горлышко, будут вешать меня в парке рядом с беларуским активистом Виталием Шишовым, моя дочь останется в живых или её тоже уберут, как свидетеля?» — я не стал. Взял семью в охапку и свалил.
И сейчас она обнимашки с отцом считает кринжем кринжовым.
И не зовет меня на выпускной.
Не в развалинах выпускной.
В европейской школе.

Спасибо, что позвонили тогда Баканову по поводу этого черта, Владимир Александрович.
Вот, правда. От всего сердца спасибо.

А жизнь потом пообтешет, если надо будет. Сама стружку снимет. Без моего вмешательства уже. И научит, и синяков наставит, и спесь собьет.
Так что пусть пока растет эгоистичной засранкой. Это нормально в их возрасте.
Именно это в их возрасте и нормально.
И это точно лучше, чем потом кусать локти.
Как отец, я, определенно, состоялся.

И спасибо вам, друзья мои. За то, что даете мне эту возможность.
С днем отца вас, отцы!
Ваш Дед-отец.

В рамках проекта «Журналистика без посредников».
Подписывайтесь на меня на Патреон:
https://www.patreon.com/babchenko

К сожалению, каждый раз я вынужден напоминать — за текст с двумя-тремя тысячами лайков и полутысячей репостов приходит всего несколько переводов. Возможно, каждый думает, что и без него уже неплохо перевели. Но нет. Голодные дети плачут, папка, дай макаронинку.
Если вы считаете, что свою писательскую жизнь я живу не зря, что мои тексты заставили задуматься, пересмотреть какие-то решения, принять их, взглянуть на мир по-новому, засмеяться, заплакать, сопереживать, улучшить свои навыки по критическому восприятию информации или иным способом были полезны, то все как всегда.
Спасибо.

Так я не понял - а детей от Арестовича уже никто не хочет, что ли?
Спокойной ночи

Дмитрий Муратов продал свою Нобелевскую медаль за 103 млн долларов и передал деньги в ЮНИСЕФ для помощи украинским беженцам. Казалось бы, всё хорошо. Но…
Вот, знаете, когда я читаю про любое действие русского либерала, я сразу вспоминаю фельетониста Гаргантюа из «Золотого теленка». Точнее, его манеру говорить - говорил он громко, и, даже, казалось, отчетливо. Но в его речи был какой-то неуловимый дефект, превращавший все его слова в труху.
Горбачев выдвигал Муратова годами, наконец Муратов получил премию, саму денежную часть отдал в путинский фонд Чулпан Хаматовой на помощь русским детям, а деньги за медаль отдал в «Юнисеф» на помощь украинским детям.
И нашим, и вашим.

Такой себе междусобойчик в Нью-Йорке, сами себя выдвинули, сами себе премий выдали, сами их раздали, сами себя похвалили.
Казалось бы. В итоге все хорошо. Помощь детям. В этот раз даже украинским. Святое дело.
Но этот неуловимый дефект…

«ЮНСИЕФ» - это дочерняя организация ООН. Штаб-квартира в Нью-Йорке. Финансируется правительствами и частными донатами.
Бюджет ЮНИСЕФ на 2018 год составил 5 миллиардов 200 миллионов долларов.
Пять миллиардов. Двести миллионов.
У «ЮНИСЕФ» с деньгами вообще все в порядке.
Вот совсем вообще все.

На эти сто миллионов они напечатают еще два эшелона брошюр и выпустят сто пятьсот тысяч видеочасов образовательных программ, как надо толерантнее относится к украинским беженцам.

Но у украинских беженцев жизнь более-менее обустроена. Правительства стран пока еще справляются. Голода нет, люди более-менее размещены, дети ходят в школу, пособия платят, медстраховку делают, работать возможность дают.
Германия - страна, которая, на секундочку, вторая после Польши приняла больше всех беженцев, и на которую за это особенно любит открывать рот зеленая плесень - вообще выделяет по четыреста пятьдесят евро на человека, медобеспечение, жилье, продукты.
Да, не сахар. Да, собственная комната не у всех - спортзалы с койками до сих пор существуют. Да, на четыреста баксов в Баварии особо не разгуляешься.
Но критической ситуации нет.
Тем более, что бюджет ЮНИСЕФ и так в пятьдесят раз больше.
Тем более, что правительства и сами пока справляются.

В отличие от фронта. Где нужно всё, опять всё, снова всё и еще раз всё. Мы вот сейчас пытаемся купить коптер. Хороший коптер. С теплом, ночником и прочими прибабахами. Если его перепрошить, он взлетает на полтора километра, где его не берет глушилка. Пластиковый, он не виден для ПВО. А камера там смотрит на 25 километров. Мечта, а не коптер.
Но стоит двенадцать тысяч евро.

На сто три миллиона долларов этими коптерами можно было бы утыкать всю линию фронта в два эшелона в каждое отделение.
Можно было бы дальномерами и ночниками обеспечить каждый взвод.
Можно было бы пикапов купить на всю армию на полгода вперед.
Можно было бы антиматериальную винтовку пятидесятого калибра посадить за каждый куст.

Если ты хочешь помочь украинским детям - не покупай им брошюрки про толерантность.
Если ты хочешь помочь украинским детям - купи их отцам винтовки.
Чтобы они сами освободили свою землю.
И украинские дети могли спокойно вернуться в свои собственные дома.
Это и будет лучшая помощь.
Но нет.

Вы просто определитесь, на чьей вы стороне. А то все пытаетесь одной жопой на семи стульях усидеть. И нашим, и вашим.
И украинским детям чтоб помочь, и эцилоп чтобы не пиздил по ночами.
И междусобойчик в Нью-Йорке. И пресс-конференция Путина.
И без эциха с гвоздями.
А так не бывает.
В итоге получается - и не нашим, и не вашим.
Какой-то неуловимый дефект, который превратил сто три миллиона долларов в труху.

Ну, а мы с вами продолжаем. Морской пехотинец ЗСУ с

с лазерным дальномером, купленным вами, друзья мои. На ваши донаты, которые вы переводили на счет SUB UA. Многие из хороших и правильных вещей, которые были закуплены на ваши деньги, уже на фронте и уже реально воюют.
А эта благодарность - благодарность всем вам.
Спасибо вам, братцы.

В этот раз будем собирать для девяносто пятой бригады и крымско-татарского батальона. Реквизиты для переводов из Европы.
Пейпал будет чуть позже.
Расшар крайне приветствуется.
Спасибо.

Please write in the payment description: abi SAB UA
MTÜ SAB UA Reg.№: 80610178
Estonia, Tallinn, 13620, Punane 15.
Coop Pank AS
SWIFT kood/BIC: EKRDEE22
IBAN: EE584204278623498908

До чего ж тут прекрасно просто всё. Особенно диалоги. Новошахтинск, Ростовская область, 200 км от линии фронта, НПЗ.

Несвоевременность, вечная драма, где есть он и она (с)

Шикарное кино. Хрустальное, 16 июня 2022. Уничтожение российского склада боеприпасов. Видео, снятое главными персонажами этого хоррора изнутри событий. А везучие, суки.

https://youtu.be/n64t8WlZzw0

Беларусы, а вы понимаете, что Сувалковский коридор придется пробивать вам? Ну, как, вам. Вашим пушечным мясом закидают. А потом по нему поедут ЗРК «Тор». Тоже недалеко, правда.
А там и штурм Вильнюса. А потом героическая оборона Минска.

«Беларусы. Если вы проиграете, то Украина будет окружена вашим новым Союзным государством с трех сторон. И это очень ухудшит положение. Не только наше. Но и ваше.
Если вы проиграете, Беларусь будет поглощена. Если Беларусь станет частью новой Империи – вы будете служить в её армии. Если вы будете служить в её армии – нам придется воевать с вами. Это-то вы понимаете?
Осознайте главное. Нет вопроса „мирный протест“ или „не мирный протест“. Вопрос стоит так – либо вы будете воевать в Минске. С Лукашенко. Сейчас. Либо ваши дети будут воевать в Сирии, Ливии, Чечне, Украине. И уже в самом ближайшем будущем. Поверьте.
В новой союзной армии вы тоже станете оккупантами. Мы тоже окажемся по разные стороны баррикад. И нам придётся стрелять в вас.
Вы это-то хоть понимаете?»

Полтора года назад написано. Пламенный привет всем вашим колесниковым с сердечками, нобелевским лауреатам с ботиночками на лавочках, франакам, протасевичам, тихановским и прочей розовой инфантильной пиздоте, которая сделала все, чтобы вы, не дай бог, не снесли усатого фюрера, когда такой шанс еще был.
А вас предупреждали.
Ваш Дед.

Вообще, Литва, конечно, сейчас сильно подняла ставки. Путин практически загнан в угол. А отступать он не умеет.
Собственно, есть только три варианта:
- Путин думает, что НАТО станет воевать за Балтику и, понимая, всю бесперспективность такой войны, отказывается от нападения.
- Путин думает, что НАТО не станет воевать за Балтику, проглотит, как раньше Гданьск, и начинает войну.
- Путин думает, что НАТО станет воевать за Балтику, да и похуй уже, мы попадем в рай, а они все сдохнут, и начинает войну.

Два к одному. Если бы у меня был тотализатор, даже не знаю, на что я принимал бы ставки.
Мммм, все такое интересное.

Британцы заявляют, что Сувалковский коридор сейчас является самым опасным местом в Европе. Что ж. Согласен с британскими Вангами. Начало Третьей мировой я сейчас расцениваю, как весьма вероятное.
Эстония говорит, что русские уже отработали учения с нанесением ракетных ударов по Балтии.

Ну, по крайней мере, закончится все быстрее. Не за десятилетия уже, а за годы. Цена, правда, будет совсем другой. Вместо десятков тысяч смертей - миллионы.
Но точка будет поставлена окончательная.
«Абрамсы» на Красной площади будут неизбежны.
Я-то, походу, не доживу уже. Но если кто останется после этой охоты, вы там фоточку мою на броню поставьте. И щелкните.
Если Красная площадь тоже останется, конечно.
Как и Москва.

В рамках проекта «Журналистика без посредников».
К сожалению, пока я живу только на ваши донаты.
Подписывайтесь на меня на Патреон:
https://www.patreon.com/babchenko
Спасибо.

БАБЧЕНКО: Если вы все просрете со своими шариками в загонах, вам скоро введут выездные визы, железный занавес и вкусный пломбир. Год так примерно 2011, теплый декабрь.
РОССИЙСКИЙ КАРБОНАРИЙ: А-ха-ха! Идиот! Что ты понимаешь! Путин зассал! Мы здесь власть!
АЛЕКСАНДР СОКУРОВ: Режиссера Александра Сокурова не выпустили из России на границе с Финляндией по распоряжению председателя правительства РФ Михаила Мишустина. Сокуров является членом Совета по правам человека при Президенте РФ.
ЧУДОВИЩНАЯ ОШИБКА: Привет, долбоебы необучаемые!

Ваш Дед

Спокойной ночи