Включение демографа Алексея Ракши в реестр иностранных агентов вполне в духе сформировавшихся отношений государства с независимым [от него] экспертным сообществом.
Его исследования фиксировали критические показатели рождаемости в России, что делает его включение в реестр особенно показательным с точки зрения информационной политики.
Систематическое исключение независимых [от государства] аналитиков из публичного дискурса создает «экспертный вакуум» — государственные институты лишаются альтернативных источников аналитической информации. В условиях, когда обладатели статуса иностранного агента не могут участвовать в государственных экспертизах, работать в госорганах и получать бюджетное финансирование, формируется замкнутая система принятия решений.
Подобная институциональная архитектура формирует классические риски группового мышления (groupthink), описанные в политической психологии.
Отсутствие диссонирующих голосов в экспертной среде снижает качество прогнозирования и стратегического планирования. Особенно критично это в сферах демографии, экономики и социальной политики, где долгосрочные тренды требуют объективного анализа, а не нацеленности на корректировку реальности под направление мысли начальства.
То есть возникает парадокс — стремление к контролю над экспертным дискурсом приводит к снижению качества самой экспертизы. Это создает риск формирования «эхо-камеры», где отсутствует конкуренция идей и методологических подходов.
В долгосрочной перспективе такая система может привести к снижению прогностической способности государственных институтов, поскольку критически важная информация о демографических, экономических и социальных процессах будет поступать с существенной задержкой или искажениями. А наиболее серьезные системные кризисы часто развиваются именно в условиях информационной изоляции элит от альтернативных источников анализа.
Системы, лишённые институциональных механизмов, обеспечивающих поступление альтернативной информации и защищающих носителей критических мнений от группового давления (адвокаты дьявола), становятся уязвимыми к системным ошибкам, которые могут иметь катастрофические последствия для государства.
@ausguck
Его исследования фиксировали критические показатели рождаемости в России, что делает его включение в реестр особенно показательным с точки зрения информационной политики.
Систематическое исключение независимых [от государства] аналитиков из публичного дискурса создает «экспертный вакуум» — государственные институты лишаются альтернативных источников аналитической информации. В условиях, когда обладатели статуса иностранного агента не могут участвовать в государственных экспертизах, работать в госорганах и получать бюджетное финансирование, формируется замкнутая система принятия решений.
Подобная институциональная архитектура формирует классические риски группового мышления (groupthink), описанные в политической психологии.
Отсутствие диссонирующих голосов в экспертной среде снижает качество прогнозирования и стратегического планирования. Особенно критично это в сферах демографии, экономики и социальной политики, где долгосрочные тренды требуют объективного анализа, а не нацеленности на корректировку реальности под направление мысли начальства.
То есть возникает парадокс — стремление к контролю над экспертным дискурсом приводит к снижению качества самой экспертизы. Это создает риск формирования «эхо-камеры», где отсутствует конкуренция идей и методологических подходов.
В долгосрочной перспективе такая система может привести к снижению прогностической способности государственных институтов, поскольку критически важная информация о демографических, экономических и социальных процессах будет поступать с существенной задержкой или искажениями. А наиболее серьезные системные кризисы часто развиваются именно в условиях информационной изоляции элит от альтернативных источников анализа.
Системы, лишённые институциональных механизмов, обеспечивающих поступление альтернативной информации и защищающих носителей критических мнений от группового давления (адвокаты дьявола), становятся уязвимыми к системным ошибкам, которые могут иметь катастрофические последствия для государства.
@ausguck
Telegram
НЕЗЫГАРЬ
Лучший демограф России Алексей Ракша с сегодняшнего дня — иноагент.
Наверное, если признать иноагентами всех климатологов, то в России будет всегда хорошая погода.
🤷🏿♂️🤷🏿♂️🤷🏿♂️
⏺ Осторожно, планируем будущее! МИГ России. Подписаться⏺
Наверное, если признать иноагентами всех климатологов, то в России будет всегда хорошая погода.
🤷🏿♂️🤷🏿♂️🤷🏿♂️
⏺ Осторожно, планируем будущее! МИГ России. Подписаться⏺
Сегодня видел два сравнения: Перл-Харбор и Цусима
Важно понимать, что это события разного уровня и, что важнее, разных последствий.
Перл-Харбор объединил американское общественное мнение в пользу войны, положив конец изоляционистским настроениям, и позволил США мобилизовать свою мощную экономику для создания самой мощной военной машины в мировой истории.
В отличие от Перл-Харбора, Цусима не мобилизовала страну, а наоборот, серьезно ударила по престижу империи и способствовала росту революционных настроений внутри России. Это поражение имело долгосрочные последствия — оно не только завершило русско-японскую войну подписанием унизительного Портсмутского договора, но и в конечном счете способствовало гибели Российской империи.
Показательно, как сегодня эти события интерпретируются: через призму американского оптимизма или российского трагизма.
Реалисты же помнят, что и Перл-Харбор мог стать катастрофой, и Цусима — не была такой уж неизбежной
@ausguck
Важно понимать, что это события разного уровня и, что важнее, разных последствий.
Перл-Харбор объединил американское общественное мнение в пользу войны, положив конец изоляционистским настроениям, и позволил США мобилизовать свою мощную экономику для создания самой мощной военной машины в мировой истории.
В отличие от Перл-Харбора, Цусима не мобилизовала страну, а наоборот, серьезно ударила по престижу империи и способствовала росту революционных настроений внутри России. Это поражение имело долгосрочные последствия — оно не только завершило русско-японскую войну подписанием унизительного Портсмутского договора, но и в конечном счете способствовало гибели Российской империи.
Показательно, как сегодня эти события интерпретируются: через призму американского оптимизма или российского трагизма.
Реалисты же помнят, что и Перл-Харбор мог стать катастрофой, и Цусима — не была такой уж неизбежной
@ausguck
Коды «Жужжалки» гораздо информативнее официальных коммюнике:
Смотришь на всё происходящее и понимаешь — вокруг одна сплошная ибобаза.
https://xn--r1a.website/ejdailyru/328658
@ausguck
Смотришь на всё происходящее и понимаешь — вокруг одна сплошная ибобаза.
https://xn--r1a.website/ejdailyru/328658
@ausguck
Telegram
ЕЖ
«Нжти» и «ибобаза» — такие слова передала «Радиостанция Судного дня» во время переговоров России и Украины в Стамбуле. Об этом сообщил канал, который отслеживает работу станции УВБ-76.
22 мая она выдала не менее загадочное сообщение со словами «беззлобие»…
22 мая она выдала не менее загадочное сообщение со словами «беззлобие»…
Анализ данных опроса «Левада-Центра» (в реестре иностранных агентов)«Представления о дружественных и недружественных странах…» подтверждает тезис о том, что общественное мнение в России функционирует как флюгер, оперативно меняясь в соответствии с политической повесткой.
Искусственно созданный антагонизм не является устойчивым и держится исключительно за счет информационного давления.
Последние цифры наглядно демонстрируют эту управляемость. Восприятие США как главного врага резко ослабло: если ранее эту страну считали недружественной более 70% россиян, то теперь этот показатель рухнул до 40%.
Но самый показательный маркер — это восприятие Украины. На фоне прямых военных действий ее назвали недружественной страной лишь 43% респондентов. Это ниже, чем уровень враждебности к Великобритании (55%), Германии (49%).
Таким образом, опрос отражает ключевой нарратив государственной пропаганды: война идет с НАТО, а Украина в ней — лишь поле боя.
Этот подход не только мобилизует население против «большого» врага, но и сознательно не позволяет обществу погрузиться в тотальную ненависть к украинцам, тем самым сохраняя стратегическое пространство для будущего [если понадобится] примирения.
@ausguck
Искусственно созданный антагонизм не является устойчивым и держится исключительно за счет информационного давления.
Последние цифры наглядно демонстрируют эту управляемость. Восприятие США как главного врага резко ослабло: если ранее эту страну считали недружественной более 70% россиян, то теперь этот показатель рухнул до 40%.
Но самый показательный маркер — это восприятие Украины. На фоне прямых военных действий ее назвали недружественной страной лишь 43% респондентов. Это ниже, чем уровень враждебности к Великобритании (55%), Германии (49%).
Таким образом, опрос отражает ключевой нарратив государственной пропаганды: война идет с НАТО, а Украина в ней — лишь поле боя.
Этот подход не только мобилизует население против «большого» врага, но и сознательно не позволяет обществу погрузиться в тотальную ненависть к украинцам, тем самым сохраняя стратегическое пространство для будущего [если понадобится] примирения.
@ausguck
Как только эти запасы будут исчерпаны, борьба будет за то, кто сможет дольше выдержать боль, и в этом у режима, подобному иранскому, есть некоторые преимущества.
Интересная мысль. И дело не только в свойствах политического режима [что важно].
В затяжном конфликте на истощение преимущество действительно может оказаться у стороны, чье население привыкло к более низкому уровню жизни и меньшим бытовым удобствам.
Тут работает логика «не жили богато, нечего и начинать». Затяжная война неизбежно разрушает привычный быт и меняет экономику, переключая ее на военные рельсы.
Для общества, привыкшего к высокому уровню потребления и комфорта, снижение уровня жизни станет более болезненным ударом, чем для населения, которое и в мирное время жило в условиях ограничений.
@ausguck
Telegram
ЕЖ
Есть сомнения относительно эффективности ударов Израиля по иранским ядерным объектам, большая часть которых находится под землей, пишет The Sunday Times.
Первые удары по главному объекту по обогащению урана в Натанзе были признаны успешными. Однако Иран…
Первые удары по главному объекту по обогащению урана в Натанзе были признаны успешными. Однако Иран…
Анализ опроса Russian Field и статистики РИА НОВОСТИ по регионам позволяет сделать комплексный вывод:
финансовые ожидания граждан неразрывно связаны с их текущим благополучием, которое, в свою очередь, напрямую зависит от экономической реальности конкретного региона проживания.
То есть, представления о богатстве являются социальным зеркалом глубокой экономической дифференциации страны.
На индивидуальном уровне данные опроса Russian Field демонстрируют прямую корреляцию между личным доходом и определением «высокого дохода». Чем выше материальное положение респондента, тем более высокую планку он для себя устанавливает.
Это подтверждает, что финансовые ожидания «заякорены» на текущем уровне благосостояния.
Однако само это благосостояние не случайно — оно определяется экономическим контекстом региона.
Современная экономика России характеризуется значительными региональными диспропорциями. Финансовое положение граждан напрямую зависит от структуры и уровня развития экономики их региона.
Таким образом, финансовое благополучие граждан и их ожидания формируются под прямым влиянием региональной экономики.
Представление о «высоком доходе» у жителя ЯНАО, где отношение медианного дохода к стоимости жизни составляет 3,94, будет объективно выше, чем у жителя Саратовской области (с показателем около 1,72) и, тем более, у жителя Ингушетии (1,13).
Таким образом, это экономическое «лоскутное одеяло» является драйвером не только для роста социального напряжения и миграционного оттока из депрессивных регионов.
Оно порождает целый комплекс системных политических рисков: от эрозии легитимности федеральной власти, чей общественный договор о росте благосостояния не выполняется для миллионов граждан, до снижения эффективности госуправления, вынужденного работать в режиме «ручного контроля» при распределении трансфертов, что лишь консервирует отсталость и создает почву для коррупции.
@ausguck
финансовые ожидания граждан неразрывно связаны с их текущим благополучием, которое, в свою очередь, напрямую зависит от экономической реальности конкретного региона проживания.
То есть, представления о богатстве являются социальным зеркалом глубокой экономической дифференциации страны.
На индивидуальном уровне данные опроса Russian Field демонстрируют прямую корреляцию между личным доходом и определением «высокого дохода». Чем выше материальное положение респондента, тем более высокую планку он для себя устанавливает.
Это подтверждает, что финансовые ожидания «заякорены» на текущем уровне благосостояния.
Однако само это благосостояние не случайно — оно определяется экономическим контекстом региона.
Современная экономика России характеризуется значительными региональными диспропорциями. Финансовое положение граждан напрямую зависит от структуры и уровня развития экономики их региона.
Таким образом, финансовое благополучие граждан и их ожидания формируются под прямым влиянием региональной экономики.
Представление о «высоком доходе» у жителя ЯНАО, где отношение медианного дохода к стоимости жизни составляет 3,94, будет объективно выше, чем у жителя Саратовской области (с показателем около 1,72) и, тем более, у жителя Ингушетии (1,13).
Таким образом, это экономическое «лоскутное одеяло» является драйвером не только для роста социального напряжения и миграционного оттока из депрессивных регионов.
Оно порождает целый комплекс системных политических рисков: от эрозии легитимности федеральной власти, чей общественный договор о росте благосостояния не выполняется для миллионов граждан, до снижения эффективности госуправления, вынужденного работать в режиме «ручного контроля» при распределении трансфертов, что лишь консервирует отсталость и создает почву для коррупции.
@ausguck
Дни правды на ПМЭФ-2025
Андрей Макаров, глава комитета Госдумы по бюджету и налогам:
«У государства денег может не хватить». «Социализм рухнул только потому, что не смог выполнять свой «Основной экономический закон», который заключался в «максимальном удовлетворении все возрастающих потребностей трудящихся»». «А у государства денег на постоянно возрастающие потребности может не хватить».
Максим Решетников, министр экономического развития:
«На грани перехода в рецессию». «Я сказал, что мы стоим на грани. Дальше всё зависит от наших решений».
Дмитрий Песков, пресс-секретарь президента:
Признал замедление роста в российской экономике, отметил наличие споров в правительстве о необходимости ускорения экономики.
Герман Греф, глава Сбербанка:
Охарактеризовал внутренние проблемы российской экономики как ситуацию, приближающуюся к «идеальному шторму».
Антон Силуанов, министр финансов:
Анонсировал подготовку изменений по сокращению налоговых льгот в различных отраслях экономики.
Данная серия заявлений очень похожа на координированную подготовку общественного мнения к периоду экономических трудностей.
Откровенность высокопоставленных чиновников в признании проблем может служить нескольким целям:
1. Управление ожиданиями — подготовка населения и бизнеса к возможному ухудшению экономической ситуации.
2. Обоснование непопулярных мер — создание контекста для будущих сокращений расходов и повышения налогов.
3. Демонстрация обществу поиска решений — показ того, что власть осознает проблемы и работает над их решением
Особенно показательно заявление Макарова о возможности повторения судьбы СССР.
В российской официальной риторике подобные исторические параллели практически никогда не проводятся — власть крайне редко допускает публичные сравнения с распадом Советского Союза.
Сам факт того, что высокопоставленный чиновник открыто говорит о таких рисках, свидетельствует о серьезности текущих экономических вызовов.
Весь этот набор риторик может свидетельствовать о серьезности текущих экономических вызовов и необходимости кардинальных изменений в экономической политике.
@ausguck
Андрей Макаров, глава комитета Госдумы по бюджету и налогам:
«У государства денег может не хватить». «Социализм рухнул только потому, что не смог выполнять свой «Основной экономический закон», который заключался в «максимальном удовлетворении все возрастающих потребностей трудящихся»». «А у государства денег на постоянно возрастающие потребности может не хватить».
Максим Решетников, министр экономического развития:
«На грани перехода в рецессию». «Я сказал, что мы стоим на грани. Дальше всё зависит от наших решений».
Дмитрий Песков, пресс-секретарь президента:
Признал замедление роста в российской экономике, отметил наличие споров в правительстве о необходимости ускорения экономики.
Герман Греф, глава Сбербанка:
Охарактеризовал внутренние проблемы российской экономики как ситуацию, приближающуюся к «идеальному шторму».
Антон Силуанов, министр финансов:
Анонсировал подготовку изменений по сокращению налоговых льгот в различных отраслях экономики.
Данная серия заявлений очень похожа на координированную подготовку общественного мнения к периоду экономических трудностей.
Откровенность высокопоставленных чиновников в признании проблем может служить нескольким целям:
1. Управление ожиданиями — подготовка населения и бизнеса к возможному ухудшению экономической ситуации.
2. Обоснование непопулярных мер — создание контекста для будущих сокращений расходов и повышения налогов.
3. Демонстрация обществу поиска решений — показ того, что власть осознает проблемы и работает над их решением
Особенно показательно заявление Макарова о возможности повторения судьбы СССР.
В российской официальной риторике подобные исторические параллели практически никогда не проводятся — власть крайне редко допускает публичные сравнения с распадом Советского Союза.
Сам факт того, что высокопоставленный чиновник открыто говорит о таких рисках, свидетельствует о серьезности текущих экономических вызовов.
Весь этот набор риторик может свидетельствовать о серьезности текущих экономических вызовов и необходимости кардинальных изменений в экономической политике.
@ausguck
Что показывает ФОМ
По итогам исследования 20-22 июня 2025 г. «военный конфликт Израиля и Ирана / атака США на Иран» оказался почти таким же заметным для россиян как и «спецоперация на Украине» — 24 и 25%, соответственно.
То есть, на коротком отрезке «чужая» война оказалась в повестке равной «своей».
Почему внешнее стало равно внутреннему?
Новый драматический сюжет. Яркая ближневосточная эскалация воспринимается свежей и непредсказуемой.
Безопасная дистанция. За чужой войной можно наблюдать без личной ответственности.
Медийное фокусирование. Редакции ТВ-каналов и крупных Telegram-каналов активно покрывали ближневосточную тему, предлагая готовый «геополитический сериал», тогда как новости СВО стали рутинными.
Проекция собственных страхов. Любой крупный конфликт с участием США усиливает представление о возможной глобальной эскалации и санкционных последствиях, то есть косвенно касается и российской аудитории.
Важный момент: такие мощные всплески можно трактовать как индикатор усталости общества:
Данные опроса фактически фиксируют психологическое истощение от длительного напряжения. Это естественная реакция, которая наблюдается в любом обществе при затяжных конфликтах.
Для власти это означает, что мобилизационная модель управления достигает пределов эффективности.
Общество остается лояльным, но перестает эмоционально инвестироваться в официальные приоритеты с прежней интенсивностью.
@ausguck
По итогам исследования 20-22 июня 2025 г. «военный конфликт Израиля и Ирана / атака США на Иран» оказался почти таким же заметным для россиян как и «спецоперация на Украине» — 24 и 25%, соответственно.
То есть, на коротком отрезке «чужая» война оказалась в повестке равной «своей».
Почему внешнее стало равно внутреннему?
Новый драматический сюжет. Яркая ближневосточная эскалация воспринимается свежей и непредсказуемой.
Безопасная дистанция. За чужой войной можно наблюдать без личной ответственности.
Медийное фокусирование. Редакции ТВ-каналов и крупных Telegram-каналов активно покрывали ближневосточную тему, предлагая готовый «геополитический сериал», тогда как новости СВО стали рутинными.
Проекция собственных страхов. Любой крупный конфликт с участием США усиливает представление о возможной глобальной эскалации и санкционных последствиях, то есть косвенно касается и российской аудитории.
Важный момент: такие мощные всплески можно трактовать как индикатор усталости общества:
Данные опроса фактически фиксируют психологическое истощение от длительного напряжения. Это естественная реакция, которая наблюдается в любом обществе при затяжных конфликтах.
Для власти это означает, что мобилизационная модель управления достигает пределов эффективности.
Общество остается лояльным, но перестает эмоционально инвестироваться в официальные приоритеты с прежней интенсивностью.
@ausguck
Маск заявил о создании партии в условиях, когда в американской политике сложился явный парадокс: с одной стороны, наблюдается огромный общественный запрос на перемены, с другой — практически полная невозможность удовлетворить его через существующую систему.
Социологические данные подтверждают глубокий кризис доверия к обеим партиям.
Согласно недавнему опросу Quantus Insights, на вопрос, какая из партий лучше отражает американские ценности, почти треть избирателей отвечает: «ни та, ни другая». Среди независимых избирателей, ключевой группы для любых выборов, эта доля достигает 59%, что свидетельствует о настоящем вакууме представительства.
В то же время интегрироваться в качестве третьей силы в жестко структурированную двухпартийную систему США [практически] невозможно.
Поэтому инициатива Маска — это не очередная обреченная попытка сломать систему, а расчетливая стратегия, нацеленная на использование её внутренних противоречий и уязвимостей.
Суть подхода — асимметричный ответ. Это не классический партийный проект, нацеленный на победу в общенациональных выборах.
Цель Маска гораздо тоньше и амбициознее: не захват власти, который нереален, а получение контроля над властью.
Ключевой механизм этой стратегии — создание фракции-«золотой акции» в Конгрессе.
Заявленная цель выглядит скромно, но на самом деле она предельно реалистична и эффективна: провести в законодательный орган несколько своих кандидатов — «2-3 в Сенат и 8-10 в Палату представителей».
В условиях, когда большинство в обеих палатах зачастую определяется одним-двумя голосами, такая небольшая фракция может получить влияние, абсолютно несоизмеримое с её формальной численностью.
Реализуемость этого амбициозного плана подкрепляется двумя уникальными активами, которыми обладает Маск: практически неограниченными финансовыми возможностями, освобождающими его от зависимости перед традиционными донорами, и личной медиа-империей X, предоставляющей ему прямой канал для коммуникации с миллионами избирателей, минуя фильтры традиционных медиа.
Именно это сочетание продуманной стратегии и уникальных ресурсов делает проект Маска одним из самых серьезных вызовов для американского политического истеблишмента за последние десятилетия.
Однако в практической реализации этой стратегии кроются риски.
Путь к цели усеян препятствиями — от психологии избирателей и контроля над будущими депутатами до необходимости выработки полноценной идеологии и рисков, связанных с личностью самого основателя.
В конечном счете, инициатива Маска — это пример политического стартапа с высоким риском и высокой потенциальной отдачей, где возможность системной трансформации прямо пропорциональна вероятности его тактического провала.
@ausguck
Социологические данные подтверждают глубокий кризис доверия к обеим партиям.
Согласно недавнему опросу Quantus Insights, на вопрос, какая из партий лучше отражает американские ценности, почти треть избирателей отвечает: «ни та, ни другая». Среди независимых избирателей, ключевой группы для любых выборов, эта доля достигает 59%, что свидетельствует о настоящем вакууме представительства.
В то же время интегрироваться в качестве третьей силы в жестко структурированную двухпартийную систему США [практически] невозможно.
Поэтому инициатива Маска — это не очередная обреченная попытка сломать систему, а расчетливая стратегия, нацеленная на использование её внутренних противоречий и уязвимостей.
Суть подхода — асимметричный ответ. Это не классический партийный проект, нацеленный на победу в общенациональных выборах.
Цель Маска гораздо тоньше и амбициознее: не захват власти, который нереален, а получение контроля над властью.
Ключевой механизм этой стратегии — создание фракции-«золотой акции» в Конгрессе.
Заявленная цель выглядит скромно, но на самом деле она предельно реалистична и эффективна: провести в законодательный орган несколько своих кандидатов — «2-3 в Сенат и 8-10 в Палату представителей».
В условиях, когда большинство в обеих палатах зачастую определяется одним-двумя голосами, такая небольшая фракция может получить влияние, абсолютно несоизмеримое с её формальной численностью.
Реализуемость этого амбициозного плана подкрепляется двумя уникальными активами, которыми обладает Маск: практически неограниченными финансовыми возможностями, освобождающими его от зависимости перед традиционными донорами, и личной медиа-империей X, предоставляющей ему прямой канал для коммуникации с миллионами избирателей, минуя фильтры традиционных медиа.
Именно это сочетание продуманной стратегии и уникальных ресурсов делает проект Маска одним из самых серьезных вызовов для американского политического истеблишмента за последние десятилетия.
Однако в практической реализации этой стратегии кроются риски.
Путь к цели усеян препятствиями — от психологии избирателей и контроля над будущими депутатами до необходимости выработки полноценной идеологии и рисков, связанных с личностью самого основателя.
В конечном счете, инициатива Маска — это пример политического стартапа с высоким риском и высокой потенциальной отдачей, где возможность системной трансформации прямо пропорциональна вероятности его тактического провала.
@ausguck
Если отбросить конспирологию, то отставка и последующее самоубийство экс-министра Старовойта наглядно демонстрируют, как для чиновников высокого ранга стирается грань между потерей должности, уголовным преследованием и фатальным исходом.
Это вполне может выглядеть прямым отражением общей картины ужесточения внутриэлитной борьбы и методов управления в стране.
А также [добавлю банальное], очередной сигнал элитам: неприкасаемых нет.
Однако в условиях системной коррупции такой прецедент предсказуемо повышает общую нервозность внутри власти.
Ведь когда «папочка» с завязками есть на каждого, активация дела зависит не столько от факта нарушения, сколько от политической конъюнктуры или простого случая.
А поди, предскажи политическую конъюнктуру в современных условиях.
@ausguck
Это вполне может выглядеть прямым отражением общей картины ужесточения внутриэлитной борьбы и методов управления в стране.
А также [добавлю банальное], очередной сигнал элитам: неприкасаемых нет.
Однако в условиях системной коррупции такой прецедент предсказуемо повышает общую нервозность внутри власти.
Ведь когда «папочка» с завязками есть на каждого, активация дела зависит не столько от факта нарушения, сколько от политической конъюнктуры или простого случая.
А поди, предскажи политическую конъюнктуру в современных условиях.
@ausguck
Тезис: Системный сбой, а не частные проблемы
Интересное наблюдение — в начале июля 2025 года ВЦИОМ зафиксировал синхронное падение рейтинга доверия ко всему российскому политическому классу.
Понятно, что надо смотреть дальнейшую динамику, но уже сейчас, это выглядит не набором случайностей, а единым симптомом.
Когда рейтинги снижаются одновременно и у представителей власти, и у системной оппозиции, это указывает на то, что общественное недовольство направлено не на конкретных деятелей, а на всю политическую систему в целом.
Граждане перестают видеть политические нюансы и проецируют свой пессимизм на всех, кто ассоциируется с властью, воспринимая всех их как коллективно ответственных за ситуацию в стране.
Статанализ данных ВЦИОМ подтверждает этот тезис. Политические фигуры из опроса четко группируются в два блока с чрезвычайно высокой внутренней корреляцией рейтингов.
В «блоке власти» показатели доверия к Президенту и Премьер-министру движутся практически в унисон (коэффициент корреляции ≈ +0.98).
Аналогичная ситуация в «блоке системной оппозиции», где корреляция между лидерами КПРФ, СР, ЛДПР и «Новых Людей» достигает значений от +0.85 до +0.99.
Ключевым же является наличие не столь значительной, но все-таки устойчивой положительной корреляции между блоками «власти» и «системной оппозиции».
Это математическое доказательство существования мощной внешней силы, которая, как отлив, тянет за собой все политические фигуры, независимо от их партийной принадлежности.
Этой внешней силой выступил «идеальный шторм» из негативных новостей, сформировавшийся летом.
Тревожные экономические прогнозы о риске рецессии наложились на психологическую усталость от затяжного военного конфликта и новостей об усилении международного санкционного давления.
Этот фон был усилен внутриполитическими событиями, такими как резонансные коррупционные дела в высших эшелонах, подрывающими веру в справедливость государственных институтов. В совокупности эти факторы создали в обществе токсичную атмосферу неопределенности и отчуждения.
Таким образом, в сложившихся условиях электоральные рейтинги перестают быть инструментом измерения популярности отдельных политиков и превращаются в барометр легитимности всей системы..
Синхронное падение доверия — это сигнал не о временном недовольстве конкретными решениями конкретных персоналий, а о нарастающем разрыве между ожиданиями общества и действиями всего политического класса.
При развитии тенденции можно будет говорить о том, что это показатель, свидетельствующий об эрозии доверия к системе как таковой. И вполне может указывать на переход от пассивной лояльности к растущему скептицизму.
Что в долгосрочной перспективе создает риски для устойчивости всей политической конструкции.
@ausguck
Интересное наблюдение — в начале июля 2025 года ВЦИОМ зафиксировал синхронное падение рейтинга доверия ко всему российскому политическому классу.
Понятно, что надо смотреть дальнейшую динамику, но уже сейчас, это выглядит не набором случайностей, а единым симптомом.
Когда рейтинги снижаются одновременно и у представителей власти, и у системной оппозиции, это указывает на то, что общественное недовольство направлено не на конкретных деятелей, а на всю политическую систему в целом.
Граждане перестают видеть политические нюансы и проецируют свой пессимизм на всех, кто ассоциируется с властью, воспринимая всех их как коллективно ответственных за ситуацию в стране.
Статанализ данных ВЦИОМ подтверждает этот тезис. Политические фигуры из опроса четко группируются в два блока с чрезвычайно высокой внутренней корреляцией рейтингов.
В «блоке власти» показатели доверия к Президенту и Премьер-министру движутся практически в унисон (коэффициент корреляции ≈ +0.98).
Аналогичная ситуация в «блоке системной оппозиции», где корреляция между лидерами КПРФ, СР, ЛДПР и «Новых Людей» достигает значений от +0.85 до +0.99.
Ключевым же является наличие не столь значительной, но все-таки устойчивой положительной корреляции между блоками «власти» и «системной оппозиции».
Это математическое доказательство существования мощной внешней силы, которая, как отлив, тянет за собой все политические фигуры, независимо от их партийной принадлежности.
Этой внешней силой выступил «идеальный шторм» из негативных новостей, сформировавшийся летом.
Тревожные экономические прогнозы о риске рецессии наложились на психологическую усталость от затяжного военного конфликта и новостей об усилении международного санкционного давления.
Этот фон был усилен внутриполитическими событиями, такими как резонансные коррупционные дела в высших эшелонах, подрывающими веру в справедливость государственных институтов. В совокупности эти факторы создали в обществе токсичную атмосферу неопределенности и отчуждения.
Таким образом, в сложившихся условиях электоральные рейтинги перестают быть инструментом измерения популярности отдельных политиков и превращаются в барометр легитимности всей системы..
Синхронное падение доверия — это сигнал не о временном недовольстве конкретными решениями конкретных персоналий, а о нарастающем разрыве между ожиданиями общества и действиями всего политического класса.
При развитии тенденции можно будет говорить о том, что это показатель, свидетельствующий об эрозии доверия к системе как таковой. И вполне может указывать на переход от пассивной лояльности к растущему скептицизму.
Что в долгосрочной перспективе создает риски для устойчивости всей политической конструкции.
@ausguck
Интересный законопроект
Истинная «прелесть» этого механизма в его безграничном потенциале для будущих обновлений. Если понадобится.
Сегодня основанием для штрафа служит поиск материалов с ярлыком «экстремистские». Это, так сказать, базовый пакет. Но стоит лишь убрать [изменить] из формулировки это уточняющее слово, и вуаля — инструмент готов к работе в полную силу.
Поиск «недостоверной информации», «дискредитирующих сведений» или просто «излишне любопытных фактов» легко превратится в наказуемое деяние.
Не нужен будет никакой «великий русский файрвол», не нужно будет строить суверенный интернет.
Данная инициатива обладает потенциалом сделать российский сегмент интернета непригодным для использования по прямому назначению. Он превратится в декорацию, в минное поле для любопытных, где каждый клик может оказаться очень дорогим.
Интернет в России не запретят. Проще сделать его по умолчанию токсичным [за исключением мессенджера MAX и «белого списка» правильных сайтов].
@ausguck
Истинная «прелесть» этого механизма в его безграничном потенциале для будущих обновлений. Если понадобится.
Сегодня основанием для штрафа служит поиск материалов с ярлыком «экстремистские». Это, так сказать, базовый пакет. Но стоит лишь убрать [изменить] из формулировки это уточняющее слово, и вуаля — инструмент готов к работе в полную силу.
Поиск «недостоверной информации», «дискредитирующих сведений» или просто «излишне любопытных фактов» легко превратится в наказуемое деяние.
Не нужен будет никакой «великий русский файрвол», не нужно будет строить суверенный интернет.
Данная инициатива обладает потенциалом сделать российский сегмент интернета непригодным для использования по прямому назначению. Он превратится в декорацию, в минное поле для любопытных, где каждый клик может оказаться очень дорогим.
Интернет в России не запретят. Проще сделать его по умолчанию токсичным [за исключением мессенджера MAX и «белого списка» правильных сайтов].
@ausguck
Telegram
РИА Новости
Комитет Госдумы одобрил поправки о введении штрафов до 5 тысяч рублей за поиск в интернете экстремистских материалов и получение доступа к ним.
Распространение рекламы средств доступа к инфоресурсам, доступ к которым ограничен, предлагается наказывать штрафом…
Распространение рекламы средств доступа к инфоресурсам, доступ к которым ограничен, предлагается наказывать штрафом…
Любителям исторических параллелей:
23 февраля 1981 года на XXVI съезде КПСС Генеральным секретарем ЦК КПСС Леонидом Брежневым был озвучен тезис «Экономика должна быть экономной — таково требование времени».
К началу 1980-х годов советская экономика столкнулась с серьезными проблемами, что и послужило причиной для выдвижения такого лозунга:
Снижение темпов роста. В стране замедлялись темпы экономического роста. Этот период позже получил название «эпоха застоя».
Неэффективность и расточительность. Руководство страны признавало, что советская экономика была слишком расточительной. В своем докладе Брежнев отмечал, что «по сравнению с лучшими мировыми показателями на единицу национального дохода мы тратим больше сырья и энергии».
Переход к интенсивному развитию. После периода бурного экстенсивного роста в 1970-х годах, когда экономический потенциал практически удвоился, возникла необходимость в качественных изменениях. Акцент смещался с простого увеличения объемов производства на повышение качества продукции и более эффективное использование имеющихся ресурсов.
Иссякание «нефтяных денег». Поток доходов от продажи нефти, поддерживавший экономику в 1970-е, начал сокращаться, что заставило искать внутренние резервы.
Что было дальше — все знают.
@ausguck
23 февраля 1981 года на XXVI съезде КПСС Генеральным секретарем ЦК КПСС Леонидом Брежневым был озвучен тезис «Экономика должна быть экономной — таково требование времени».
К началу 1980-х годов советская экономика столкнулась с серьезными проблемами, что и послужило причиной для выдвижения такого лозунга:
Снижение темпов роста. В стране замедлялись темпы экономического роста. Этот период позже получил название «эпоха застоя».
Неэффективность и расточительность. Руководство страны признавало, что советская экономика была слишком расточительной. В своем докладе Брежнев отмечал, что «по сравнению с лучшими мировыми показателями на единицу национального дохода мы тратим больше сырья и энергии».
Переход к интенсивному развитию. После периода бурного экстенсивного роста в 1970-х годах, когда экономический потенциал практически удвоился, возникла необходимость в качественных изменениях. Акцент смещался с простого увеличения объемов производства на повышение качества продукции и более эффективное использование имеющихся ресурсов.
Иссякание «нефтяных денег». Поток доходов от продажи нефти, поддерживавший экономику в 1970-е, начал сокращаться, что заставило искать внутренние резервы.
Что было дальше — все знают.
@ausguck
Telegram
ЕЖ
Спикер Совфеда Валентина Матвиенко призвала готовиться к «жесточайшей экономии» денег в госбюджете РФ.
«Девиз следующих бюджетов — жесточайшая экономия, эффективность каждого рубля», — заявила она на заседании верхней палаты парламента.
Платформа X (ru)|Платформa…
«Девиз следующих бюджетов — жесточайшая экономия, эффективность каждого рубля», — заявила она на заседании верхней палаты парламента.
Платформа X (ru)|Платформa…
В России резко ускорились события, которые указывают на системный подход к регулированию интернет-пространства.
Массовые отключения мобильного интернета, новые законы о штрафах и продвижение государственного мессенджера — всё это выглядит не как разрозненные меры, а элементами одной большой конструкции.
Уровень 1: Контроль над инфраструктурой
Ключевой элемент системы — возможность физически ограничивать доступ к сети.
Что происходит: Летом 2025 года отключения мобильного интернета стали достаточно регулярной практикой. Официальная причина — обеспечение безопасности и борьба с беспилотниками.
Логическое предположение: Независимо от первоначальной цели, выглядит это так, как будто власти отрабатывают и легитимируют механизм «цифрового рубильника».
В случае социального или политического напряжения этот инструмент позволяет мгновенно пресечь координацию людей через мессенджеры и соцсети, а также затруднить распространение информации с мест событий.
Это создаст информационную изоляцию в конкретных городах или регионах.
Уровень 2: Контроль над информацией
Второй уровень — это воздействие не на технологию, а на человека.
Что происходит: Принимаются законы, вводящие штрафы за факт поиска или просмотра информации, признанной «экстремистской», за использование VPN.
Логическое предположение: Главная цель таких мер — не столько массово штрафовать граждан, сколько создать «охлаждающий эффект». Риск наказания приведет к обширной самоцензуре — снижению посещаемости оппозиционных ресурсов, самоограничениям использования VPN.
В результате общество добровольно сузит свой доступ к альтернативным источникам информации и станет более зависимым от официальной новостной повестки.
Уровень 3: Контроль над платформами для общения
Третий и, возможно, самый важный уровень — это контроль над средой, в которой люди общаются.
Что происходит: На фоне слухов о блокировке WhatsApp и других иностранных сервисов активно продвигается государственный мессенджер «Max», интегрированный с «Госуслугами».
Логическое предположение: Цель — заменить независимые и неподконтрольные платформы на отечественные аналоги. Иностранные компании неохотно идут на сотрудничество со спецслужбами и не всегда выполняют требования о передаче данных.
Государственный мессенджер по определению будет полностью прозрачен для властей. Перевод общения граждан на такие платформы даст государству прямой доступ к коммуникациям граждан.
Это позволяет не только реагировать на события, но и отслеживать настроения в обществе в режиме реального времени.
Вывод: создаётся конструкт для управления и контроля общества в кризис
Если сложить эти три уровня вместе, вырисовывается целостная система. Она не столько направлена на борьбу с текущими угрозами, сколько является подготовкой к возможным будущим вызовам, в первую очередь — к острому социально-экономическому кризису.
В такой ситуации система позволит:
(1) Отключить связь, чтобы не допустить организации протестов.
(2) Ограничить доступ к информации, чтобы контролировать общественное мнение и не допускать паники.
(3) Мониторить общение, чтобы выявлять очаги недовольства и лидеров мнений на ранней стадии.
Таким образом, мы наблюдаем последовательное [при этом выглядящее, как поспешное] выстраивание управляемого цифрового пространства, которое дает государству инструменты для сохранения стабильности и контроля в любых, даже самых сложных, условиях.
@ausguck
Массовые отключения мобильного интернета, новые законы о штрафах и продвижение государственного мессенджера — всё это выглядит не как разрозненные меры, а элементами одной большой конструкции.
Уровень 1: Контроль над инфраструктурой
Ключевой элемент системы — возможность физически ограничивать доступ к сети.
Что происходит: Летом 2025 года отключения мобильного интернета стали достаточно регулярной практикой. Официальная причина — обеспечение безопасности и борьба с беспилотниками.
Логическое предположение: Независимо от первоначальной цели, выглядит это так, как будто власти отрабатывают и легитимируют механизм «цифрового рубильника».
В случае социального или политического напряжения этот инструмент позволяет мгновенно пресечь координацию людей через мессенджеры и соцсети, а также затруднить распространение информации с мест событий.
Это создаст информационную изоляцию в конкретных городах или регионах.
Уровень 2: Контроль над информацией
Второй уровень — это воздействие не на технологию, а на человека.
Что происходит: Принимаются законы, вводящие штрафы за факт поиска или просмотра информации, признанной «экстремистской», за использование VPN.
Логическое предположение: Главная цель таких мер — не столько массово штрафовать граждан, сколько создать «охлаждающий эффект». Риск наказания приведет к обширной самоцензуре — снижению посещаемости оппозиционных ресурсов, самоограничениям использования VPN.
В результате общество добровольно сузит свой доступ к альтернативным источникам информации и станет более зависимым от официальной новостной повестки.
Уровень 3: Контроль над платформами для общения
Третий и, возможно, самый важный уровень — это контроль над средой, в которой люди общаются.
Что происходит: На фоне слухов о блокировке WhatsApp и других иностранных сервисов активно продвигается государственный мессенджер «Max», интегрированный с «Госуслугами».
Логическое предположение: Цель — заменить независимые и неподконтрольные платформы на отечественные аналоги. Иностранные компании неохотно идут на сотрудничество со спецслужбами и не всегда выполняют требования о передаче данных.
Государственный мессенджер по определению будет полностью прозрачен для властей. Перевод общения граждан на такие платформы даст государству прямой доступ к коммуникациям граждан.
Это позволяет не только реагировать на события, но и отслеживать настроения в обществе в режиме реального времени.
Вывод: создаётся конструкт для управления и контроля общества в кризис
Если сложить эти три уровня вместе, вырисовывается целостная система. Она не столько направлена на борьбу с текущими угрозами, сколько является подготовкой к возможным будущим вызовам, в первую очередь — к острому социально-экономическому кризису.
В такой ситуации система позволит:
(1) Отключить связь, чтобы не допустить организации протестов.
(2) Ограничить доступ к информации, чтобы контролировать общественное мнение и не допускать паники.
(3) Мониторить общение, чтобы выявлять очаги недовольства и лидеров мнений на ранней стадии.
Таким образом, мы наблюдаем последовательное [при этом выглядящее, как поспешное] выстраивание управляемого цифрового пространства, которое дает государству инструменты для сохранения стабильности и контроля в любых, даже самых сложных, условиях.
@ausguck
Посмотрел сценарии развития России от Татьяны Становой (в реестре иностранных агентов).
Общий вектор предсказания выглядит действительно неутешительно. Не споря по существу прогноза [с которым скорее согласен, чем нет], напомню об одном историческом казусе, который можно назвать «ошибкой Ленина».
В январе 1917 года, выступая в швейцарском Цюрихе, будущий вождь революции сказал молодым социалистам: «Мы, старики, может быть, не доживём до решающих битв этой грядущей революции».
Ирония истории в том, что буквально через месяц российская монархия рухнула. Ленин, человек, который всю жизнь готовил революцию, оказался застигнут врасплох.
Вывод простой: Клео любит подбрасывать сюрпризы именно тогда, когда мы меньше всего их ожидаем.
Поэтому, какими бы логичными ни казались прогнозы, всегда держим в голове тот факт, что настоящий «чёрный лебедь» всегда прилетает не по расписанию.
Или не прилетает — «черный лебедь» птица вольная.
@ausguck
Общий вектор предсказания выглядит действительно неутешительно. Не споря по существу прогноза [с которым скорее согласен, чем нет], напомню об одном историческом казусе, который можно назвать «ошибкой Ленина».
В январе 1917 года, выступая в швейцарском Цюрихе, будущий вождь революции сказал молодым социалистам: «Мы, старики, может быть, не доживём до решающих битв этой грядущей революции».
Ирония истории в том, что буквально через месяц российская монархия рухнула. Ленин, человек, который всю жизнь готовил революцию, оказался застигнут врасплох.
Вывод простой: Клео любит подбрасывать сюрпризы именно тогда, когда мы меньше всего их ожидаем.
Поэтому, какими бы логичными ни казались прогнозы, всегда держим в голове тот факт, что настоящий «чёрный лебедь» всегда прилетает не по расписанию.
Или не прилетает — «черный лебедь» птица вольная.
@ausguck
Telegram
Stanovaya Тяга
Часть 2.
СЦЕНАРИЙ 3: Разрыв / крушение режима
(вероятность: 5–10%)
Резкое завершение через потрясения, поражение в войне или переворот.
3A. Военное поражение и распад режима
(например, в 2025–2030 гг.)
• Маловероятно без масштабной эскалации со стороны…
СЦЕНАРИЙ 3: Разрыв / крушение режима
(вероятность: 5–10%)
Резкое завершение через потрясения, поражение в войне или переворот.
3A. Военное поражение и распад режима
(например, в 2025–2030 гг.)
• Маловероятно без масштабной эскалации со стороны…
В системе власти России стал заметен острый перекос в сторону силовой составляющей, что создает риски для устойчивости вертикали власти.
Усиление давления со стороны силовых структур проявляется в значительном росте числа задержаний и арестов высокопоставленных чиновников.
За первое полугодие 2025 года под следствием оказались не менее 28 региональных и федеральных представителей власти, включая министров и заместителей губернаторов, что соответствует частоте не реже одного случая в неделю.
Более того, за тот же период к уголовной ответственности за коррупцию привлечены 596 лиц с особым правовым статусом, что на четверть больше, чем в первом полугодии 2024 года.
Такой акцент на силовые методы управления, хотя и демонстрирует решимость в борьбе с коррупцией, может подрывать доверие внутри элит и провоцировать кадровую [а значит, и управленческую] нестабильность.
Частые задержания, аресты и отставки создают напряженность, которая потенциально угрожает целостности системы и вертикали власти.
Всё это ведёт к страху, апатии и усталости управленческого аппарата всех уровней власти — проявляется эрозия и снижается способность к мобилизации и стратегическому реагированию.
В такой конфигурации система власти может оказаться неспособной к полноценному управлению в условиях кризисов — будь то социальные протесты, технологические катастрофы или внешнеполитическое давление.
Или, не дай Бог, всё это вместе.
@ausguck
Усиление давления со стороны силовых структур проявляется в значительном росте числа задержаний и арестов высокопоставленных чиновников.
За первое полугодие 2025 года под следствием оказались не менее 28 региональных и федеральных представителей власти, включая министров и заместителей губернаторов, что соответствует частоте не реже одного случая в неделю.
Более того, за тот же период к уголовной ответственности за коррупцию привлечены 596 лиц с особым правовым статусом, что на четверть больше, чем в первом полугодии 2024 года.
Такой акцент на силовые методы управления, хотя и демонстрирует решимость в борьбе с коррупцией, может подрывать доверие внутри элит и провоцировать кадровую [а значит, и управленческую] нестабильность.
Частые задержания, аресты и отставки создают напряженность, которая потенциально угрожает целостности системы и вертикали власти.
Всё это ведёт к страху, апатии и усталости управленческого аппарата всех уровней власти — проявляется эрозия и снижается способность к мобилизации и стратегическому реагированию.
В такой конфигурации система власти может оказаться неспособной к полноценному управлению в условиях кризисов — будь то социальные протесты, технологические катастрофы или внешнеполитическое давление.
Или, не дай Бог, всё это вместе.
@ausguck
Хороший вопрос
Чем больше будет подобных кейсов в паблике, тем больше вероятность того, что окончание деполитизации общества пойдёт по самому негативному сценарию. Возможно, даже не рассматриваемому кремлевскими стратегами.
«Мир — хижинам, война — дворцам!» — понятно, что впрямую этот лозунг никто из системной оппозиции рассматривать не будет. Ибо…
Но проблема из-за этого меньше не становится. Особенно, если эта идея начнет прорастать в обществе сама. Мы же помним, что идея — это самая заразная штука, которая существует.
Радикализация общества не всегда через организованную пропаганду происходит, а в основном через спонтанное народное возмущение.
И нарастающее количество подобных «кейсов» — идеальный катализатор для превращения латентного недовольства в открытый протест.
@ausguck
Чем больше будет подобных кейсов в паблике, тем больше вероятность того, что окончание деполитизации общества пойдёт по самому негативному сценарию. Возможно, даже не рассматриваемому кремлевскими стратегами.
«Мир — хижинам, война — дворцам!» — понятно, что впрямую этот лозунг никто из системной оппозиции рассматривать не будет. Ибо…
Но проблема из-за этого меньше не становится. Особенно, если эта идея начнет прорастать в обществе сама. Мы же помним, что идея — это самая заразная штука, которая существует.
Радикализация общества не всегда через организованную пропаганду происходит, а в основном через спонтанное народное возмущение.
И нарастающее количество подобных «кейсов» — идеальный катализатор для превращения латентного недовольства в открытый протест.
@ausguck
Telegram
НЕЗЫГАРЬ
Российские клиники замалчивают хакерские атаки и утечки данных о пациентах.
Это серьезная проблема, на которую не обращает внимание Роскомнадзор.
Это серьезная проблема, на которую не обращает внимание Роскомнадзор.
Помнится, в середине благостных «нулевых» в моде была концепция «Россия — энергетическая сверхдержава». Подразумевалось геополитическое влияние России на мир через диктат ээкпорта нефтегаза.
Прошло двадцать лет. Идея энергетического влияния России на мир трансформировалась от модели поставщика премиум-класса к позиции дисконтного поставщика больших объемов.
При этом, способность использовать энергетические ресурсы как инструмент политического давления существенно ограничилась географически и функционально.
Одновременно усилилось влияние крупных азиатских потребителей на российскую энергетическую политику.
Китай и Индия приобрели значительные рычаги воздействия на условия поставок, сроки и объемы контрактов. Что привело к инверсии первоначальной модели энергетической дипломатии — уже потребитель диктует условия поставщику.
То есть, концепция «энергетической сверхдержавы» фактически исчерпала себя. Новая реальность для России — это статус ключевого, но зависимого поставщика для ограниченного круга азиатских партнёров.
И проблема в том, что (1) российская нефть более развивает чужие экономики чем свою. И при этом, (2) даже статус регионального поставщика оказывается очень зависим от решения третьих лиц — угрозы Трампа.
@ausguck
Прошло двадцать лет. Идея энергетического влияния России на мир трансформировалась от модели поставщика премиум-класса к позиции дисконтного поставщика больших объемов.
При этом, способность использовать энергетические ресурсы как инструмент политического давления существенно ограничилась географически и функционально.
Одновременно усилилось влияние крупных азиатских потребителей на российскую энергетическую политику.
Китай и Индия приобрели значительные рычаги воздействия на условия поставок, сроки и объемы контрактов. Что привело к инверсии первоначальной модели энергетической дипломатии — уже потребитель диктует условия поставщику.
То есть, концепция «энергетической сверхдержавы» фактически исчерпала себя. Новая реальность для России — это статус ключевого, но зависимого поставщика для ограниченного круга азиатских партнёров.
И проблема в том, что (1) российская нефть более развивает чужие экономики чем свою. И при этом, (2) даже статус регионального поставщика оказывается очень зависим от решения третьих лиц — угрозы Трампа.
@ausguck
Telegram
ЕЖ
Расходы Индии могут увеличиться на 9–11 миллиардов долларов в случае отказа от российской нефти. Об этом сообщает Bloomberg со ссылкой на аналитические данные. Индия получила значительную выгоду, быстро заменив нефть по рыночным ценам на российскую сырую…
Август‑2025: стресс‑тест и фактор предстоящего саммита Путин–Трамп
Начало августа 2025 выглядит если не как «прилёт чёрных лебедей», то как явный стресс‑тест для Кремля: по данным «Доминантов» ФОМ, рейтинги президента опустились к годовым минимумам, а одобрение работы Правительства РФ балансирует на уровне «чуть больше половины», при этом почти треть оценивает его работу как «скорее плохо».
Плотная негативная повестка удерживает высокое «тревожное» настроение окружающих — около 40%, что характерно для фазы латентной раздражённости и неопределённости.
Что тянет рейтинги вниз:
— Атаки БПЛА по тылу и локальные закрытия инфраструктуры (включая аэропорты) транслируются в бытовые переживания: «дроны летают по всей России», «тревожно живут, не спят по ночам» — сюжет, поддерживающий высокий уровень тревоги.
— Техногенные ЧС: «взрывы газа», «обрушение дома», крупные ДТП, пожары — серия инцидентов, создающих нарратив уязвимости повседневности в «тяжёлый» августовский сезон.
— Сбои связи и интернета: замедление, отключения, ухудшение качества связи — раздражитель для городских и активных групп.
— Инфляционно‑тарифный фон: рост цен на продукты и услуги, тема ЖКХ и «падение рубля» — прямые триггеры повседневного недовольства, быстро отражающиеся на оценке правительства.
— Регуляторные и цифровые ограничения: запреты в интернете, новые штрафы и ограничения переводов воспринимаются как снижение удобства и свободы в быту.
Всё это формируется в совокупный эффект: фаза мобилизации общества сменяется усталостью; негативная повестка перестаёт консолидировать и начинает «съедает» доверие к эффективности управления.
Фактор грядущей встречи Путин–Трамп:
На следующей неделе запланирована встреча президентов России и США на Аляске и вынесена в публичную повестку как возможная попытка «разморозки» трека по Украине.
Сам факт двустороннего саммита после длительной паузы уже является символическим ресурсом, однако ожидания внутри России и внешние сигналы расходятся: Кремль транслирует готовность к разговору с позиции долгой игры, тогда как Вашингтон подаёт встречу на фоне жёсткой риторики и обсуждения санкционных опций.
Потенциальные эффекты для рейтингов и общественных настроений в РФ:
Эффект события: сам факт встречи может слегка «подморозить» просадку доверия.
Эффект результата: даже ограниченная договорённость (техническая рабочая группа, сигналы по деэскалации дальних ударов) даст быстрый плюс к одобрению правительства и президенту, снизит тревожность и «серую зону» оценок.
Эффект провала/жёсткой развязки: отсутствие видимых договорённостей, усиление санкционной темы или публичная конфронтация — усилят ощущение уязвимости и могут продлить августовскую эрозию рейтингов, особенно на фоне продолжающихся инцидентов и инфляционных сигналов.
Важно: несмотря на готовность Кремля к переговорам с Трампом, позиция Путина относительно проведения СВО остаётся неизменной — достижение военных целей.
Это минимизирует шансы на быстрые и реальные договорённости. И создаёт предпосылки возникновения рисков несоответствия между ожиданиями общества и тем, что произойдёт в реальности.
Определяющие триггеры рейтингов и состояния общества ближайших 2–3 недель: исход саммита Путин-Трамп и его медийная упаковка; повторяемость атак и масштабы ЧС; динамика цен/курса.
@ausguck
Начало августа 2025 выглядит если не как «прилёт чёрных лебедей», то как явный стресс‑тест для Кремля: по данным «Доминантов» ФОМ, рейтинги президента опустились к годовым минимумам, а одобрение работы Правительства РФ балансирует на уровне «чуть больше половины», при этом почти треть оценивает его работу как «скорее плохо».
Плотная негативная повестка удерживает высокое «тревожное» настроение окружающих — около 40%, что характерно для фазы латентной раздражённости и неопределённости.
Что тянет рейтинги вниз:
— Атаки БПЛА по тылу и локальные закрытия инфраструктуры (включая аэропорты) транслируются в бытовые переживания: «дроны летают по всей России», «тревожно живут, не спят по ночам» — сюжет, поддерживающий высокий уровень тревоги.
— Техногенные ЧС: «взрывы газа», «обрушение дома», крупные ДТП, пожары — серия инцидентов, создающих нарратив уязвимости повседневности в «тяжёлый» августовский сезон.
— Сбои связи и интернета: замедление, отключения, ухудшение качества связи — раздражитель для городских и активных групп.
— Инфляционно‑тарифный фон: рост цен на продукты и услуги, тема ЖКХ и «падение рубля» — прямые триггеры повседневного недовольства, быстро отражающиеся на оценке правительства.
— Регуляторные и цифровые ограничения: запреты в интернете, новые штрафы и ограничения переводов воспринимаются как снижение удобства и свободы в быту.
Всё это формируется в совокупный эффект: фаза мобилизации общества сменяется усталостью; негативная повестка перестаёт консолидировать и начинает «съедает» доверие к эффективности управления.
Фактор грядущей встречи Путин–Трамп:
На следующей неделе запланирована встреча президентов России и США на Аляске и вынесена в публичную повестку как возможная попытка «разморозки» трека по Украине.
Сам факт двустороннего саммита после длительной паузы уже является символическим ресурсом, однако ожидания внутри России и внешние сигналы расходятся: Кремль транслирует готовность к разговору с позиции долгой игры, тогда как Вашингтон подаёт встречу на фоне жёсткой риторики и обсуждения санкционных опций.
Потенциальные эффекты для рейтингов и общественных настроений в РФ:
Эффект события: сам факт встречи может слегка «подморозить» просадку доверия.
Эффект результата: даже ограниченная договорённость (техническая рабочая группа, сигналы по деэскалации дальних ударов) даст быстрый плюс к одобрению правительства и президенту, снизит тревожность и «серую зону» оценок.
Эффект провала/жёсткой развязки: отсутствие видимых договорённостей, усиление санкционной темы или публичная конфронтация — усилят ощущение уязвимости и могут продлить августовскую эрозию рейтингов, особенно на фоне продолжающихся инцидентов и инфляционных сигналов.
Важно: несмотря на готовность Кремля к переговорам с Трампом, позиция Путина относительно проведения СВО остаётся неизменной — достижение военных целей.
Это минимизирует шансы на быстрые и реальные договорённости. И создаёт предпосылки возникновения рисков несоответствия между ожиданиями общества и тем, что произойдёт в реальности.
Определяющие триггеры рейтингов и состояния общества ближайших 2–3 недель: исход саммита Путин-Трамп и его медийная упаковка; повторяемость атак и масштабы ЧС; динамика цен/курса.
@ausguck
fom.ru
Доминанты. Поле мнений. Выпуск 31 / ФОМ
Результаты еженедельных всероссийских опросов ФОМ. С 1992 года ФОМ проводит еженедельные опросы общественного мнения. Регулярно измеряются: отношение к властям разного уровня и оценки их работы, протестные настроения, показатели восприятия