Похоже на текст «Пездузы», но нет, - из пресс-релиза МИД РФ о телефонном разговоре министров иностранных России и Белоруси Лаврова и Рыженкова:
«❗️ Акцентирована безусловная необходимость незамедлительно освободить законного Президента Венесуэлы Н.Мадуро и его жену, вернуть их в столицу страны и восстановить Н.Мадуро на посту главы государства».

https://xn--r1a.website/MID_Russia/71800

Жду новостей о Масуде Пезешкиане. Вспоминая сказанное им пару дней назад об ответственности власти за недовольство протестующих, президент Ирана мог бы оказаться в числе тех, кто возглавил бы протест, будучи неспособным его подавить. Если его самого раньше не устранят верные аятоллам командиры КСИР…

Хорошие, добрые люди не без оснований возмущаются нарушением международного права, совершенного США в отношении Боливарианской республики Венесуэла. Чувствую себя плохим и недобрым. Наверное, так и есть. Надо работать над собой.
Впрочем, не обещаю…

Он либо идиот, либо что-то знает. Это я о губернаторе Камчатского края Владимире Солодове
Этот замечательный руководитель сумел сильно напугать в Рождество подведомственных ему мирян, объяснив, чем вызваны перебои с мобильным интернетом в праздничные дни, начиная с 31 декабря

«В нынешних реалиях мы должны быть готовы к любым вызовам — угроза атак беспилотников на военные и инфраструктурные объекты актуальна не только для западных границ нашей страны. Ограничения будут сняты, как только позволит стратегическая и тактическая обстановка», — написал Солодов в своем телеграм-канале.
Столь высочайшая предосторожность настолько поразила
федеральное информагентство РБК, что оно выложило схему самых дальнобойных ударов вражеских беспилотников по российской территории.
Сообщение агентства заканчивается лапидарно:
«Расстояние от Камчатского края до зоны военной операции превышает 7 тыс. км. Официальных сообщений об угрозе ударов беспилотников на территории края до сих пор не было».
Обратил бы внимание, что при этом в сообщении никоим образом не упоминается топоним «Украина» либо производные от него прилагательные, мол, кто знает, откуда еще исходит угроза миру, и японские острова недалеко, и не приведи Господи, сама Аляска…
Что касается самого губернского начальника Солодова, выразившего столь глубокое сомнение в российской ПВО и одновременно - восхищение вражескими дронами, то его положение, похоже, теперь «хуже губернаторского»

От Рождества до Рождества, с 24 декабря прошлого года до 7 января нынешнего, прожил свою недолгую жизнь под российским флагом танкер «Маринера». Сегодня днем он был захвачен береговой охраной США по решению американского суда за нарушение американских же санкций. Не защитили бывшую «Бэллу», - так звали «Маринеру» до католического Рождества, - ни российские военные корабли, ни российская подлодка, устремившиеся было ей на помощь… Не решились. Что кажется, впрочем, разумным.
Сдавать, так сдавать. Вот, говорят, что Москва сдала Мадуро Трампу, позволив американцам бесцеремонно выкрасть венесуэльского диктатора чуть ли не из постели вместе с женой. Тогда «сдавать» было, скорее, фигурой речи. А вот сегодня - сдали буквально, только попросили проявить гуманность и отпустить домой российских моряков. Но вряд ли раньше, чем любопытные американцы обшарят пустые трюмы танкера, нет ли там чего занятного, ведь «Маринера» шла в Венесуэлу напрямую из Ирана…

Завтра, в пятницу 9 января, на «Живом гвозде» в программе «Без посредников» отвечаю на вопросы в прямом эфире.

Стариковский интернационал правит сегодня миром. Как-то само собой родилось это определение, когда пришлось отвечать в прямом эфире на простой вопрос, отразится ли СВО Трампа в Венесуэле на СВО Путина в Украине? Разумеется. Уже не раз было сказано, что корелляция между ними прямая, действия Трампа в моменте в интересах Путина. Как бы не выглядели болезненными для Москвы задержания американцами «российских» танкеров «теневого флота», на наших глазах происходит стигматизация мировых сфер влияния трамповской Америки и путинской России: первая закрепляет за собой контроль за двумя американскими континентами, вторая утверждает свои претензии на обширные территории Евразии. При этом отношения между Трампом и Путиным остаются подчеркнуто невраждебными. Ворон ворону глаз не выколет.
И все они немолодые, эти автократы, проводники новой политической морали, отрицающей международное право и утверждающей право силы. Скажем прямо, все они старики моего поколения, - уверенно 70+
Подсчитайте средний возраст трех «главных дядей», русского, китайского и американского, получится 75! А добавьте сюда 86-летнего аятоллу Хаменеи, израильского премьера Нетаньяху….
Эти люди «лампового» поколения диктуют миру своих детей и внуков, вступившему в эпоху «цифры» и ИИ, правила игры своего времени, когда их политические прародители делили мир после победы в мировой войне. Да, надо признать, с возникновением ООН и его главного исполнительного органа, Совбеза, была создана культура мирового баланса сил, система сдержек и противовесов. Все обратили внимание, что Совбез ООН даже не заметил «инцидента в Каракасе»?
Одним словом, пришел Трамп и Белый Дом объявил(Стивен Миллер, помощник президента США по внутренней безопасности), что «США при Трампе будут вести себя, как сверхдержава и отстаивать свои интересы в Западном полушарии». По его мнению, «будущее свободного мира» зависит от того, смогут ли США отстаивать свои интересы «без извинений». А сам Трамп и вовсе был лаконичен: «Есть одно ограничение. Моя собственная мораль. Мой собственный разум. Это единственное, что может меня остановить… Мне не нужно международное право».
Разве такая трамповская «Уловка - 2026» не карт-бланш для Кремля в выстраивании нужных ему границ «уникальной российской цивилизации» на отдельном, евразийском пространстве Восточного полушария? Вопрос кажется риторическим.
Но вот, спросили, что ждёт Иран, вернется ли к власти шахский наследник Реза Пехлеви, вмешаются ли Штаты по венесуэльскому сценарию? В том смысле, что если из Каракаса выкрали лидера, то в Тегеран, наоборот, привезут и посадят на кресло… Да не дай Б-г, по-моему… Иранцам можно помочь, но не мешать, должны разобраться сами, у них в случае свержения, а лучше - бегства Хаменеи в отсутствие лидера протестов почти неизбежна гражданская война.
Точно так же, пирровой победой для Трампа может оказаться силовая акция в отношении Кубы. Возможно, я ошибаюсь, но мой опыт нескольких поездок на Кубу в 2008, 2010, 2012 годах говорит, что кубинцы народ особый и у большинства из них чуть ли в генотипе, выработанном последними поколениями, лежит неприязнь к янки…
Так или иначе, у Трампа впереди еще много времени, чтобы сломать себе шею, начиная и заканчивая войны. Или установить новый Pax Americana… Всегда ли на радость Кремлю, это другой вопрос. Его мне в эфире не задали.

Даже Z-каналы в трансе…

Тяжело все это осознать, но сегодня был 1418-й день СВО.

Таким образом, длительность полномасштабных боевых действий на территории Украины сравнялась с длительностью Великой Отечественной войны.

Параллели проводить глупо, но задуматься о результатах заставляет. Как и о том, сколько еще дней, месяцев и лет все может продлиться и к каким последствиям приведет.

Военный Осведомитель

Вчерашний удар российского «Орешника» по западной Украине, пришелся, в частности, по военному аэродрому в городе Стрый на Львовщине, на котором 52 года назад я проходил военную службу. В моих мемориях тем дням отведена отдельная глава, которую я озаглавил предельно честно:

«Чешский хрусталь в крыльях истребителей-перехватчиков»

Летом 1973 года, после окончания 5 курса МЭИ я проходил двухмесячные военные сборы, - лагеря, как их тогда называли. Они проходили в городе Стрый, на Западной Украине, в гарнизоне бывшего польского кавалерийского полка, квартировавшегося там до Второй мировой войны. К моменту моей службы тем летом на плацу ковали свое военное мастерство солдаты и офицеры полка летного крыла войск ПВО СССР. В нескольких километров от гарнизона располагался военный аэродром, где базировались истребители-перехватчики Су-15. Там мы постигали на практике технические премудрости, теорию которых мы учили на военной кафедре МЭИ согласно военно-учетной специальности(ВУС): “электрооборудование летательных аппаратов”. Другими словами, аккумуляторы и проч
На военном аэродроме в Стрые с нами честно делились не только боевым мастерством, но и искусством бытового выживания отдельных категорий советских военных.
Это выглядело так.
- Курсант Дубнов, приставить стремянку к крылу летательного аппарата!
- Есть, товарищ старший сержант!
- Залезть, открутить и снять крышку люка на крыле!
- Есть, товарищ старший сержант!
- Что видишь внутри крыла?
- Ммм…, кажется, там какая-то коробка…
- Достать аккуратно, что видишь и передать курсанту П-ову!
- Есть, товарищ старший сержант!
Спускаюсь со стремянки и старший сержант раскрывает коробку, достает из нее аккуратно упакованный фужер, потом другой, третий…
- Хрусталь,- с уважением говорит старшОй, - чешский…
Мы, желторотые курсанты, в ауте! Оказывается, советские летчики летают в Чехословакию на учения с союзниками по Варшавскому договору. Там местные летчики загружают плоскости советских самолетов ценным чешским хрусталем, который в СССР - предмет чрезвычайной популярности и столь же высокого дефицита. Когда чехословаки прилетают в Союз с ответным визитом, то советские друзья снабжают их деньгами и те увозят домой предметы советского ширпотреба, ценимые у них на родине. Такое бытовое сотрудничество не могло не укреплять “братство по оружию”. Ни про какие обиды на Союз со стороны “братьев” либо возникавшие конфликты спустя пять лет после ввода советских войск в Чехословакию в 1968 году нам никто не рассказывал. Это было табу.
Еще в военных лагерях мы убедились, что рассказы о том, как к приезду высокого начальства в гарнизонах красят траву, - вовсе не солдатский фольклор. Однажды всех курсантов на полдня, причем, не в выходной день, неожиданно вывезли из гарнизона на речку купаться и загорать. Когда нас вернули назад, мы увидели на плацу свежезеленый газон. Выяснилось, что в полк с инспекцией прилетал сам командующий ПВО СССР.
И не забыть суициды среди старослужащих, случившиеся в полку, один непосредственно перед нашим прибытием на сборы, второй во время нашей учебы… По ее завершению мы получили звание лейтенантов запаса. Через несколько лет на гражданке нас повысили до старшего лейтенанта. На этом моя военная карьера закончилась».

- Взялся за фигуру, ходи! - учил меня шахматам в детстве старший брат (не путать с «взялся за грудь, - женись», брат бы такого не посоветовал). Трамп сам себе старший брат, взялся «помогать иранскому народу», отступать за край доски поздно. Вопрос, какие цели выберет на доске и успеют ли ответить аятоллы. У Израиля, как можно предположить, готов уже ответ на их ответ… Игра выглядит рискованной, но неизбежной.

В эту ночь 35 лет назад, с 12 на 13 января 1991 года советские десантники штурмом взяли телебашню в Вильнюсе. Погибли 15 человек. Попытка Кремля вернуть Литву в состав СССР(она объявила о выходе из Союза первой из советских республик в марте 1990-го) окончилась кроваво и неудачно. Литву в те годы возглавлял Витаутас Ландсбергис, он был председателем Верховного Совета Литвы.
Почти 10 лет назад, в мае 2016 года, готовив книгу о распаде СССР, я приехал к нему в Вильнюс, чтобы вспомнить события четвертьвековой(тогда) давности. Бывший литовский лидер встретил меня у входа в свою квартиру. Сначала мы покормили уточек…
Потом долго говорили, про штурм телебашни - меньше странички.

Я совсем не иранист. Но опыт многих лет прошлой жизни, которые в значительнейшей степени были посвящены попыткам понять происходящее в постсоветской Центральной Азии и Афганистане, дает мне некоторое основание судить и об Иране, где мне приходилось бывать несколько раз в 1990-е годы. Сегодня там происходит ужасное… Но почему-то меня это не удивляет, цена человеческой жизни в этой теократической автократии вот уже почти полвека выглядит чрезвычайно ничтожной. Сегодня правящие там аятоллы собираются публично казнить первого участника протеста, затем массовые казни обещано продолжать.
Рискну предположить развитие иранской драмы в ближайшие дни.
До 20 января США не решатся нанести ВОЕННЫЙ удар по Ирану. Во-первых, к первой годовщине инаугурации Трампа вряд ли в его интересах начинать военные действия с непредсказуемым результатом. Во-вторых, неминуемый скачок цен на нефть в результате такого удара противоречит базисным установкам Трампа.
Внедрение Пехлеви, сына свергнутого шаха, во власть в Иране не станет решением проблемы, а превратится в еще одну часть этой проблемы. Все должно разрешиться путем внутренне-иранских договоренностей. Поэтому продолжаю следить за попытками президента Ирана, «реформиста» Пезешкиана стать «своим среди чужих», противопоставляя правильных протестантов неправильным.
Не исключаю, что 86-летнего рахбара (духовного лидера) аятоллу Хаменеи могут попытаться экспортировать в невраждебную страну. Россия и Китай за его сохранение у власти не вступятся. И, конечно, если он останется жив к моменту принятия решения.
А пока - еще одна небольшая глава из моих меморий, иранская:

«МНЕ БОЛЬШЕ НЕ ХОЧЕТСЯ В ИРАН

В 1990-е, будучи активно вовлечен в проблемы таджикского и афганского мирного урегулирования, мне довелось несколько раз оказаться в Иране. Лидера исламской революции и первого духовного лидера Рухоллы Хомейни уже не было в живых, он умер в 1989-м, но при его преемнике Хаменеи, страна оставалось жестким клерикальным государством, враждующим чуть ли не со всем остальным миром. Шиитское духовенство главным своим противником рассматривало суннитские монархии Ближнего Востока, с которыми и до сих пор идёт жёсткое соперничество за влияние на мировую исламскую умму. Другими врагами иранских мулл были, есть и долго ещё долго будут США и Израиль. Одной из главных концептуальных установок внешней политики Ирана, как известно, является цель «столкнуть сионистское образование в море».
Понятно, что все имеющее отношение к Израилю иранцы воспринимают со смесью ненависти, страха и интереса. Убедился в этом однажды в 1995 году, прилетев в Тегеран и предъявив свой российский загранпаспорт иранскому пограничнику. Листая его страницы, в какой-то момент он внезапно меняется в лице и схватив паспорт, убегает в какую-то комнату. За ним вслед устремляются другие пограничники, сидевшие в других кабинах. Оттуда невнятный шум. Мои спутники смотрят на меня, в их глазах немой вопрос, но ответить им нечего, я сам в полной растерянности, паспорт у меня в порядке.
Проходит минут двадцать, пограничник возвращается, шлепает штамп въезда и стараясь на меня не смотреть, практически кидает мне паспорт. Через несколько минут все выясняется, на той стороне границы нас ожидает переводчик и с некоторым смятением рассказывает, что произошло. Пограничник наткнулся в паспорте на израильскую визу с шестиконечной звездой Давида, тогда ещё у России с Израилем не было безвизового режима, и ошарашенный, побежал ее показывать остальным. Визу рассматривали, как дети разглядывают картинку со страшилками. Это выглядело забавно.
В той же поездке случился и более неприятный инцидент. Нашу группу журналистов посадили в автобус и повезли в мавзолей Хомейни, обязательный пункт любой туристической программы. Дело было в ноябре, погода все дни стояла тусклая, небо низкое… И, о чудо, тучи вдруг разошлись, засветило солнце и Тегеран преобразился. Нарушая все строгие правила, предписанные сопровождающими, я попросил водителя остановить автобус.

Отказать он мне не решился, гость на Востоке фигура священная, дверь открылась и я нырнул, а вслед за мной Володя Сварцевич, известный московский фотожурналист(ныне покойный), обвешанный несколькими фотокамерами с длинными телеобъективами. Такой шанс он упустить не мог…
Останавливаемся, снимаем красоту вокруг, я быстро, Володя не торопится, то с одного ракурса одним объективом, то с другого - другим. Вдруг видим красивую армянскую церковь на фоне торца огромного дома, на котором нарисован Дядя Сэм и крючконосый «сионистский агрессор», которые обнявшись летят вниз. Очевидно, чтобы там разбиться насмерть. Картина впечатляющая. Застреваем. И не замечаем, что на нас обращают внимание прохожие. Кто-то из них вызывает полицейских, они появляются на угрожающе тарахтящем мотоцикле. Пытаются с нами разговаривать, но бесполезно, мы не знаем фарси, они - английский. Знаками показывают, что фотографировать здесь нельзя, мы пожимаем плечами, типа, не понимаем.
Проходит ещё полчаса и приезжают полицейские на машине, нас усаживают и везут в местный полицейский участок, там тоже диалога не получается. Сварцевич беспрерывно матерится. Радуюсь, что иранцы не понимают, по какому адресу он их посылает… Нас снова усаживают в машину и везут, как выяснилось, в главное полицейское управление Тегерана. Там заводят в большой зал, украшенный огромными, чуть ли не с пола до потолка, портретами духовного лидера Ирана и его президента. Немного даже съеживаемся под их суровыми взглядами, особенно духовного лидера…
В углу зала стол, мы усаживаемся и тут, наконец, начинается взаимоприемлемый разговор, офицер немного понимает английский.
* Кто, откуда, зачем приехали?
* Журналисты из Москвы, прилетели по приглашению МИД Ирана,
* Где живете? Тут я слегка теряюсь, не помню, есть ли название у гостиницы, куда нас накануне заселили, и где она находится, тоже не помню. Между тем Сварцевич продолжает неистово материться. - Прекрати, говорю ему, если этот офицер по-английский петрит, он может и твою ругань опознать. Если дело плохо пойдёт, я сам стальным голосом заговорю… Офицер требует наши паспорта. Показываем. Он берет сначала мой, листает, затем встаёт и собирается с ним куда-то идти. Тут я и вправду взрываюсь, выхватываю у него паспорт и рычу по-английски первое, что приходит в голову:
* It’s not your business, I need call my ambassador. Офицер, кажется, тоже в ярости, уходит. Очевидно, к более высокому начальству. Сварцевич затихает и смотрит на меня чуть ли не с восхищением. Я тоже очень горжусь собой. Минут через десять хозяин кабинета возвращается, молча нажимает на кнопку на столе и за нами приходят. Сварцевич потом говорил, что был уверен - отходят в тюрьму. У меня такого ощущения не было. Я оказался прав, нас вывели, если не сказать, вышвырнули на улицу…

Я был похож на американского шпиона

В 1996-м мне пришлось оказаться в Мешхеде, городе на севере Ирана, практически у самой границы с Туркменистаном. Там проходил один из последних раундов межтаджикских переговоров, дело близилось к мирному соглашению между правительством Таджикистана и таджикской оппозицией и важно было привлечь внимание к этому процессу, - заканчивалась самая длительная и кровопролитная война на территории СНГ, в которой таджики безжалостно истребляли друг друга.
Не дожидаясь конца в заседаниях, я отправился без сопровождения в аэропорт, в Москву предстояло возвращаться с пересадкой в Ашхабаде.
На пограничном досмотре внимание местных погранцов привлёк, похоже, невиданный ими ранее чемоданчик. Это был спутниковый телефон, полученный мною на время командировки на русской службе «Радио Свобода», где я тогда трудился политическим обозревателем. Когда иранцы приоткрыли крышку «спутника», они заподозрили неладное: кроме телефонной трубки, они обнаружили карту двух земных полушариев, обвитых лентами спутниковых орбит.

Стало очевидно, это шпионское оборудование, а его владелец - шпион. Я благодарил Б-га, что нигде на спутнике не было обозначения его принадлежности, ни к «Радио Свобода», ни, тем более, к США. Мои попытки объяснить, что я журналист, были безуспешны. Мы опять не находили общего, - в буквальном смысле, - языка с иранскими пограничниками. Тем временем, пока мы препирались, закончилась посадка на мой самолёт и он должен был улететь. Я сильно загрустил, самолеты в Ашхабад летали из Мешхеда не больше пары раз в неделю...
Иранцы продолжали суетиться, их старания увенчались, наконец, успехом, они нашли туркмена, который работал в аэропорту с приезжающими из Туркменистана торговцами. Парень сносно говорил по-русски и, разумеется, на фарси. С его помощью удалось объяснить служивым, что я не шпион, а журналист из Москвы, который с большим почтением относится к Ирану, который так много делает для восстановления мира в дружественным ему Таджикистане и я много об этом пишу в своих статьях. Надо сказать, что это не было ложью во спасение, обе страны роднит принадлежность к персидской группе языков, в те годы это особенно подчеркивалось как в Тегеране, так и в Душанбе.
В результате я был освобожден, после чего меня быстро и настойчиво вытолкали на взлетное поле, где к неописуемому моему восторгу стоял туркменский АН -24, у трапа которого с тыльной стороны стояла самая прекрасная в мире стюардесса. Она была в хиджабе, улыбалась, кричала мне что-то по-русски и энергично махала рукой, мол, скорее, скорее… Подбежав к ней и от избытка чувств приобнял ее(признаюсь, это было непозволительно в тех обстоятельствах): - «спасибо, моя хорошая, что дождались меня», и вбежал в салон. Самолёт был полон и меня препроводили на свободное место в первом ряду.
Но и это еще не было концом истории.
Пилоты включили двигатели, закрутились лопасти и я уже совсем было расслабился, - до свидания, Иран!
Но вдруг лопасти затихли, двигатели остановились. Я почуял недоброе, явно по мою душу… И оказался прав: в конце салона появился мой пограничник и по жестам стюардессы с ним общавшейся, понял, что он ищет меня, ну, думаю, пришли меня назад забирать…
Но тут случилось неожиданное, я увидел, как в мою сторону над головами пассажиров летит какой-то пакет, я успеваю его поймать и вижу в нем кучу разных батареек. Оказывается, досматривая мои девайсы, сверхбдительные служивые повынимали отовсюду батарейки, и вот, они их возвращали. Тут все по-честному.
Точно так же, совершенно честно должен заметить, что после той поездки никакого желания снова ездить в Иран не возникало. Ощущение, что тебя просвечивают не только на границе, но и на улице, где на иностранца едва ли не каждый прохожий кидает подозрительные взгляды. Страна уже тогда жила под санкциями и в окружении врагов…
В этих условиях приключением становился поход в специальный, один единственный в Тегеране ресторан, который держали местные армяне, где иностранцу можно было бы выпить, ведь употребление алкоголя в нынешнем Иране запрещено. Там из жестяных чайников тебе могли налить в армудик настоящий армянский коньяк, его трудно было отличить по цвету от черного чая…»

Иранский кунштюк Трампа
США запросили экстренное заседание Совбеза ООН по ситуации в Иране. Оно должно состояться вечером в ночь на 16 января, но решение должен принять председатель СБ, в январе эту должность занимает представитель Сомали
Решение Штатов выглядит забавным, учитывая то пренебрежение эффективностью ООН, которое демонстрирует Трамп. С другой стороны - логичным, ведь можно показать, что «мораль» 47-го президента США, исключающая, по его же словам, следование международному праву, тем не менее, допускает возможность политико-дипломатического решения конфликтов.
Однажды, в свою предыдущую каденцию, Трамп уже выкинул подобный кунштюк. 24 июня 2019 года США запросили созыв Совбеза ООН после того, как иранцы сбили американский беспилотник, который по мнению Тегерана, «явно участвовал в шпионской операции». Однако обращению к ООН предшествовало решение 45-го(тогда) президента США Дональда Трампа нанести военный удар по Ирану. Но за 10 минут до начала операции он отменил приказ. Трамп объяснил отмену тем, что в результате такого удара, по оценкам американских военных, погибли бы около 150 человек, что, по его словам, было бы "несоразмерно уничтожению дрона".
Сегодня ситуация вокруг Ирана выглядит беспримерно драматичнее. Но рисунок действий Трампа выглядит столь же и я полагаю, намеренно - хаотичным и непредсказуемым. На фоне ужаснейших расправ иранской теократии над протестующими, Трамп сначала обещает, что «помощь уже идет» к ним, грозит примерно наказать иранский режим, затем обнаруживает, что власть в Иране, кажется, образумилась и отменяет казни протестующих. Действительно, не было подтверждений что объявленная властями публичная казнь 26-летнего Эрфана Солтани вчера состоялась… и после этого созывает Совбез ООН
Ничего пока неизвестно, готовится ли к голосованию какая-либо резолюция, либо дело ограничится консультациями. Понятно, что никакая резолюция с осуждением правящего в Иране режима за брутальное по характеру подавление протестов не пройдет, Россия и Китай ее не пропустят. Максимум, на что способен сегодня Совбез, это на выражение «беспокойства и озабоченности» и на призыв к властям и протестующим «жить дружно». Но этого Трампу при желании может оказаться достаточным, если он решится на применение силы в случае, если сочтет, что аятоллы не хотят слушаться и вести себя примерно. Это «очень расстроит» американского президента. И тогда, даже не имея формального мандата Совбеза ООН, но согласуясь со своей «моралью», Трамп пересчитает допустимые потери в случае ответных ударов Ирана по своим военным базам в регионе, по союзникам, оценит вероятность дестабилизации региона, он решится наказать аятолл. Что будет дальше, предсказать невозможно. Единственно что, - и тут вынужден повторить сказанное вчера, - мне кажется маловероятным, что военные действия начнутся раньше 20 января, первой годовщины второго прихода Трампа в Белый дом. Можно еще немного потянуть время…