Голландская война и очень коварный Людовик,
часть первая

В мае 1668 года Аахенский договор завершил Деволюционную войну. Голландская дипломатия постаралась добиться разрешения двух трудно совместимых задач: обеспечение безопасности своих границ и удовлетворение территориальных аппетитов французского соседа. Людовик XIV удержал завоёванные во Фландрии провинции, составлявшие примерно одну седьмую часть Испанских Нидерландов, но вынужден был вернуть испанцам Франш-Конте. Это не слишком беспокоило короля, поскольку французские полководцы утверждали, что смогут завоевать его вновь в любой момент, равно как и все Испанские Нидерланды, однако сам факт того, что его притязаниям была поставлена преграда, глубоко оскорбил тщеславного «наследника Карла Великого».

Если де Витт считал, что нашёл выход из потенциально опасной для Нидерландов ситуации, благополучно избежав худшего, то реакция Людовика XIV на голландское посредничество была совершенно иной. Король нескрываемо оскорбился «предательством Нидерландов», дав старт кампании во французской прессе, с той поры вновь и вновь поднимавшей тему «неблагодарности Гааги», якобы спасённой Парижем в Восьмидесятилетней войне. К самому де Витту Бурбон испытывал не менее сильные чувства: «короля-солнце» особенно задела памятная медаль, выпущенная голландцами в честь Аахенского мира, на которой «великого пенсионария» аллегорически изобразили в виде остановившего солнце Иисуса.

Остановить солнце? Уже в ходе переговоров с испанцами «уступчивость» Людовика XIV была продиктована желанием как можно скорее приступить к подготовке нападения на Нидерланды, и де Витт, даже не подозревавший о том, какую ненависть он вызывал теперь у Бурбона, напрасно надеялся на возобновление союзнических отношений с Францией. В Версале возобладали мстительные чувства: Людовик XIV собирался завоевать Соединённые провинции, и на этот раз никто уже не должен был помешать ему продиктовать условия мира.

В определённом смысле это столкновение было неизбежным: Бурбону определённо не доставало того, что можно было бы назвать «внешнеполитической эмпатией», и, подобно капризному ребёнку, он решил «сломать» то, что ему якобы мешало.

Помимо мстительности и стремления приблизить восстановление Каролингской державы, в состав которой некогда входила и территория Голландии, «король-солнце» опирался и на меморандумы своего министра финансов Жан-Батиста Кольбера. По мнению последнего, главную опасность для Франции представляли именно голландцы — росту их торговли надо было поставить предел. При этом Кольбер не был однозначным сторонником силовой политики и скорее полагался на меры экономического характера, но к аргументации такого рода Людовик XIV был не слишком восприимчив. Презирая политические институты, протестантскую церковь и военную слабость «торгашеской республики», монарх был уверен в быстрой и уверенной победе над Нидерландами, которые он собирался превратить в сателлита Франции.

Определившись с целью, Людовик XIV принялся подготавливать сцену для предстоящего триумфа.

Следовало разрушить Тройственный англо-голландско-шведский альянс и обеспечить пассивное отношение к предстоящей войне остальных европейских государств. Проще всего оказалось добиться первой цели: летом 1670 года из альянса вышла Англия, а осенью следующего года за ней последовала и Швеция. Секретный Дуврский договор предусматривал субсидии для испытывавшего нехватку средств английского монарха и французскую поддержку в намечавшемся противостоянии Карла II и оппозиции. В свою очередь, Людовик XIV обеспечивал себе участие Королевского флота в предстоящем нападении на Нидерланды. Тайное соглашение вскоре было дополнено официальным союзом, на который в английском парламенте дали согласие в основном из-за недовольства итогами последней войны с голландцами. Почему бы не напасть на торгового конкурента снова — на этот раз вместе с французами?

...

Прдлж слдт.

Импотенты нервно обсуждают военно-половой акт.

Помнится мне, вот что бы не происходило за последние несколько лет, российские патриоты всякий раз поднимают жалобный вой «а вот нам бы эдак и тогда!»

(«Тогда» — это триумфальная победа одинокой России над объединенной Украиной.)

Чего там, когда в октябре 2023 года натуральные упыри забивали в Израиле женщин и детей, нашлось множество военкоров, написавших свое «так и надо».

(Потом они все переключились на Газу, по примеру которой следовало бы разнести Киев.)

И вот, пожалуйста — новая яркая страница порно-журнала, очередной предмет вожделения.

Ну да, «вот как надо было». А еще надо было, чтобы Украина реально представляла из себя «страну 404», а не только в российских методичках. Пригодились бы еще нищее население и мафиозное «государство». Но вышло так, что собственные вооруженные силы разворовали наследники Боливара, а не Мазепы.

Бывает.

Интересно, а что бы делали американцы, начни их вертолеты сбиваться, а джипы с бравыми коммандос — гореть? В феврале 2022 года россияне пытались таким же макаром войти в Харьков, отправляя в город автоколонны крутых спецов — там они и остались.

Редкий случай — хочется сказать ватникам, что не стоит так уж посыпать головы пеплом. Им просто не повезло — Венесуэла оказалась не той системы.

- Товарищи фантасты оставили нам замечательное будущее, а мы его просрали!

Владимир Путин в разговоре с Сергеем Лавровым.

Замечательная книжка Георгия Савицкого, вышедшая каких-то пятнадцать лет назад, многое обещала венесуэльско-российскому братству по оружию.

Как известно, лучшее лекарство от кризиса - "маленькая победоносная война". И в 2012 году Соединенные Штаты решают поставить на колени непокорную Венесуэлу, чьи огромные запасы нефти необходимы рушащейся экономике США как воздух. Американский флот блокирует побережье, крылатые ракеты стирают с лица земли целые города, "зеленые береты" при поддержке местных наркоторговцев начинают наземную операцию по "освобождению" страны от "диктатуры Чавеса" (а заодно и от независимости, и от нефти). Однако Венесуэла - не Ирак, президент Чавес - не Саддам Хусейн, а Россия - уже не та, что десять лет назад. Крейсер "Петр Великий" прорывает морскую блокаду, русские истребители и системы ПВО очищают небо от американских стервятников, русские добровольцы приходят на помощь союзникам.
Они сбросят вражеский десант в море! Они ощиплют "белого орлана"! Они заставят "звездно-полосатую" тряпку склониться перед Андреевским флагом!
Наверх вы, товарищи, все по местам! Поле боя - Венесуэла!
Patria о muerte! Родина или смерть!

Недрогнувшей рукой открываем электронную версию в случайном месте - и сразу такая удача!

Пограничный инцидент с американской субмариной в территориальных водах Венесуэлы и попытка захвата фрегатами Четвертого флота ВМС США русского сухогруза вызвали довольно жесткие дебаты в Совете Безопасности Организации Объединенных Наций.
— Америка оставляет за собой право действовать в своих интересах, — заявил представитель США в ООН. — Кроме того, борьба с терроризмом…
— Мы делаем то же самое, — парировал его русский коллега. — И после того, как вы спровоцировали и фактически развязали настоящую войну на Украине, в самом центре Европы, вряд ли еще у кого-нибудь остались иллюзии по поводу вашей «борьбы с терроризмом». Мы лишь защищаем тех, кого вы избрали своей следующей жертвой!

Пусть скажут теперь, что российский фантаст слеп, как курица вечером. Листаем дальше.

У одного из фонарных столбов русский полковник остановился как громом пораженный, — увиденное поразило даже его. Это были мертвые дети, прикрученные к столбу колючей проволокой! У полковника Симонова потемнело в глазах. Еще один «привет» из бандеровской «самостійной» Украины. Такой же самый страшный «веночек» был сделан в одном из польских городов в 1939 году украинскими националистами.

Я так и знал, что без Украины не обойдется. Это Савицкий живописует зверства западных наемников на родной венесуэльской земле.

Но самое главное — люди. Это не ракеты и пушки кромсают F-15, F/A-18 и F-35 — русские парни дают отпор «хозяевам мира»! Их ярость била пламенем из управляемых сопел двигателей, ярость рвала воздух в невообразимых фигурах не высшего — а какого-то запредельного — пилотажа. Ярость отпечатывалась на затянутой багровым туманом сетчатке глаз тенью, перечеркнутой концентрической паутиной нашлемного прицела.
Как это ни удивительно, но ни один из семи Су-34ПЛ не был подбит.

Естественно. Финал, как вы уже догадались, оказался немного предсказуем.

На американском флагмане, атомном ракетном крейсере «Анцио», дрогнул и пополз вниз звездно-полосатый флаг. Поползли вниз по мачтам и фалам «Stars and Trips» и на других кораблях: на громадинах атомных ударных авианосцев, неповоротливых махинах универсальных десантных кораблей и вертолетоносцев-доков, на хищных эсминцах «Орлей Берк» и фрегатах УРО «Оливер X. Перри».

Восторженный рев исторгся из сотен русских глоток, с берега им вторили венесуэльцы — американская «непобедимая армада» спускала флаги и отступала!!! Ур-р-ра-а-а-а!!!

Нога американского агрессора так и не запятнала песок тропических пляжей небольшой гордой страны, которая отважилась бросить вызов бездушному миру гамбургеров и кока-колы. Вместе с могучей северной державой она доказала, что есть на свете идеалы превыше грязных и кровавых долларов!

Ура, что ли?

Танкисты в беде. В то время как Россия побеждает на полях сражений, показывая всему миру, чем пахнет стальной кулак путинской армии, в 20-й гвардейской общевойсковой не все еще обстоит благополучно. То есть, на самом-то деле все хорошо, и даже лучше, и если Верховный отдаст приказ, то армия с ревом, на предельно работающих моторах, ворвется в киевское логово. Минуя фермы пройдет она до Банковой, и чумазые, в копоти мехводы достанут украинского Мадуро прямо из постели.

Но приказа еще нет, и танкисты - в беде.

Беда носит гордое название 59-го танкового полка, откуда группу бойцов отправляют на боевое задание в район населенного пункта Карповка. Казалось бы - что здесь такого? СВО идет уже который год, и на вечное боевое задание отправилось больше сотни тысяч солдат, летчиков, моряков и старшин. Однако бойцы недовольны. Они бьют в набат тревоги, они записывают обращение ко всей российской общественности, сколько ее там осталось. Бойцы опасаются того, что в районе населенного пункта не будет возможности эвакуировать их обратно, подальше от этой самой Карповки.

Непонятно, правда, зачем им нужна эвакуация, если задание наверняка включает в себя задачу овладеть населенным пунктом, водрузив там знамя Победы. А вечером рапорт об этом взятии попадет в Генеральный штаб, где будет проанализирован, подшит, потерян, снова найдет и передан Верховному для торжественного нанесения на глобус специальной военной операции. Но бойцы не хотят быть натянутыми на глобус - бойцы пишут видео, показывают боевые раны и жалуются на фантомные боли.

Толку нам с этих калашей, если мы, блядь, ходить не можем, короче. Вот такой беспредел творится, короче, в 59-м танковом полку. Просто решили уничтожить. У меня "В" красная стоит, ноги не работают. Одна вообще не работает. Правая там — стопа сломана была, осколки в колене. Вот у человека тоже там отит костного мозга был. У одного вообще перешитый вдоль и поперёк. Вот человек без пальцев, который снимает на камеру. Покажи руку, блядь. Вот так они отправляют нас на БЗ. У этого человека правая рука висит, не работает, блядь.

Не работает рука - вот как стоит вопрос. Можно ли вообще отправлять колясочника в атаку - или это, как выразился один из танкистов, "утилизация"? Ответ очевиден - современная война, это война моторов, война колесная. На одних ослах Мадуро, как известно, не догонишь. Нужны китайские мопеды, оборудованные под сараи танки и люди, которые на этом всем будут слажено отправляться на боевое задание. Благодаря усилиям правительства, таковые имеются в достаточном количестве, и имеется предельно жестко.

Тем не менее, командованию 20-й армии и 59-го полка не стоит забывать о гуманизме. Сами бойцы на видео напоминают командирам об этом, угрожая убийствами офицеров, будто бы принимающими все более распространенный характер. Поэтому в современной войне не стоит забывать о правильной организации наступательных операций. Судя по тому, что после получения боевого задания в расположение полка немедленно прибыла военная полиция, руководство армией находится в умелых руках, но нельзя не отметить того факта, что танкисты все-таки успели распространить свое обращение.

Последнее, безусловно, является упущением со стороны офицерского состава.

Вообще, развитие технологий и уровень патриотического воспитания в России давно уже позволяет отказаться от устаревших тактик. Например, на этих кадрах мы видим, что танкисты собираются на штурм Карповки хромыми, но зрячими. Зачем это? Не вернее ли было завязать им глаза и выдать механическую собаку-поводыря, закупленную в Китае? После чего указать направление и спокойно отмечать количество потраченных противников дронов? Боевой эффект выйдет тот же, а бойцам, скованным, так сказать, одной цепью, шагалось бы много спокойнее. Не надо бояться новых форм!

«Король идёт!»

Юный «Старый Фриц» — ещё не «Великий» и даже не король, а кронпринц и «дрянца», тайком от папахена упражняется с флейтой. Теперь её надо срочно прятать, потому что к этому времени (вторая половина двадцатых годов XVIII века) отношения между старшим и младшим Гогенцоллерном стали почти невыносимы. Энергичный, как пушечное ядро, «король-солдат» Фридрих Вильгельм любил три вещи: профицит бюджета, приличную армию и хорошую драку с проклятыми французами. Прусский монарх рано вставал, поздно ложился, отвергал философию и заставил прусскую армию чистить зубы порошками.

Естественно, что отец ожидал от старшего сына того же, но к его ужасу юный кронпринц оказался кем угодно, только не образцовым прусским офицером. Он любил поспать, любил французскую литературу, переписывался с Вольтером и — противно и писать — сочинял на досуге стихи. Ну что это такое?

Я улизнул из tabagie,
Иначе был бы я задушен.

Там говорят лишь о войне,
Их споры мозг и сердце сушат.

Но я навеки пацифист,
Как голубь, перед миром чист.

Сбежав, на пир помчался я,
Чихая от табачных трубок,

И я пришёл сюда, друзья,
За королеву выпить кубок.

А ведь «Табачная коллегия» — практически единственное развлечение отца. Возможность на несколько часов снять с плеч тяжесть забот о Пруссии и побыть обыкновенным пехотным офицером, потягивая пиво в кругу полковников и генералов, отпуская понятные любому капралу шутки. Разве это плохо? Но юный Фридрих только посмеивался над простоватым отцом, не особенно скрывая презрения. Разве это — королевское дело?

В 1728 году Фридрих Вильгельм (не выносивший пустой переписки, да и писателей в целом) пишет сыну записку, исполненную глубочайшей боли:

Ты своенравный и злой мальчишка, не любящий своего отца. Ведь когда отца любят, выполняют его приказы. Причём не только когда он рядом, но и когда он тебя не видит. Кроме того, ты знаешь: я терпеть не могу неженок, не умеющих ездить верхом и стрелять, не курящих табак, неряшливых в одежде и носящих дурацкие причёски. Я говорил об этом тысячу раз, но всё напрасно и без всяких улучшений.
Наконец, ты грубый и чванный, не разговариваешь с людьми, не принадлежащими ко двору, ты не хочешь быть простым и общительным, корчишь дурацкие рожи и ни во что не ставишь мою волю, пока тебя не подчинят ей силой. Сначала возьмись за ум, а потом проси любви и радостей для себя.

Биографы Фридриха Великого обыкновенно становятся на сторону кронпринца, забывая о том, что между «философом из Сан-Суси» и юным пацифистом, открыто называвшим прусский мундир похоронным кителем, была огромная разница. И потом, какой родитель не хотел бы, чтобы его сын отказался от дурацкой причёски?

На рисунке рядом с кронпринцем изображён Иоганн Кванц — сын кузнеца, музыкант, учитель кронпринца. Спустя годы, став придворным капельмейстером, он пользовался у короля незыблемым авторитетом, никогда не щадя его за допущенные ошибки. «Известен ли вам самый страшный зверь Пруссии?» — спросил как-то Иоганн Себастьян Бах и тут же ответил на собственный вопрос: «Самый страшный зверь в Пруссии — собачка госпожи Кванц: она так страшна, что даже госпожа Кванц её боится, а госпожи Кванц боится господин Кванц, которого, в свою очередь, боится величайший монарх Европы — Фридрих Великий».

Но это потом, а сейчас музыкант полезет прятаться в шкаф — король идёт!

Многие из вас наверняка видели снимки, сделанные в американской «военной комнате», с выведенным на большой экран X. Видели — и спрашивали себя: «А как эти люди не ходят под себя? Как министру войны, разбившему себе яйца скейтом, удалось поймать самого Мадуро?» И даже: «Что происходит?»

Объясняю на пальцах, нацистах и Людовике XIV.

Вообразите себе крокодила в парике, который щёлкает пастью и кричит: «Тебя съем первым! Тебя — вторым! А у тебя только откушу Гренландию Пфальц!» Можно ли поверить, что какой-то ящер — существо доисторическое, примитивное — способен на такие подвиги? Поверить в это, безусловно, нельзя.

Ну а если за аллигатором стоят кольберы, артаньяны и прочие гугеноты, умножающие торговый оборот Франции? Честолюбцы, трудяги, да и просто крестьяне, которым нет дела до крокодильих амбиций, но очень хочется добиться чего-нибудь для себя лично? Под королевским стягом.

Совсем тогда выходит другая картина. Крокодил оказывается опасен не жадной своей пастью, но исполнительской совокупностью (это уже прямо уровень Канта, завидуйте). Был бы он румынским, то есть валашским, — и не страшно. Но крокодил-то французский. Или американский.

Понятно? Не вполне. Причём тут крокодил, откуда Бурбоны?

Читатель в массе сегодня пошёл тупой и жирный. Барахло читатель, будем откровенны — и без Гитлера нам тут не вытянуть. Тогда берём фюрера и спрашиваем себя: чего бы он добился не в Германии, а, скажем… в Италии? Или в Румынии? Или в Аргентине (ха-ха)?

Правильный ответ: того же, чего и Трамп, не будь за ним мощи сверхдержавы. Если же взять нацистскую партию в чистом, дистиллированно-идеологическом, так сказать, виде, очищенном от карьеристов и технических специалистов, то старые камрады могли бы угрожать разве что пивным, а не линии Мажино.

Но поставьте на службу нацистскому движению вермахт, науку, честных бюргеров, вовремя приходящих на работу и делающих её со всегдашней немецкой тщательностью, — и о! Вы не поверите своим глазам: эти парни запустят ракеты в космос и почти что дойдут до Индии. Хотя, казалось бы.

Означает ли это, что против лома нет приёма? В среднесрочной перспективе — да, безусловно. Но кувшин до того носят к колодцу, пока он не разобьётся. А политические ошибки подобны туберкулёзу, обнаруживая себя слишком поздно. Первое — немецкая поговорка, второе приписывают Бисмарку.

Лом вполне может затупиться (если окажется в руках тупицы). Не сразу, не в тот момент, когда этого ожидают недоброжелатели, но обязательно не вовремя. И тогда «военная комната» окажется дорогостоящей фотосессией, а застольные разговоры в ставке фюрера — обыкновенным словоблудием.

з.ы. Мы наблюдаем это и во внутренней политике многих стран. Владимир Владимирович, к примеру, чистый плацкартный дед-пердед, но у него на службе тысячи молодых, прогрессивных, возможно что и геев, айтишников — и вот, россияне уже боятся пукнуть в интернете. Не стоит судить по первым лицам, короче говоря.

Голландская война и очень коварный Людовик,
часть вторая

Сколачивая коалицию против своего союзника, в Версале не ограничились Англией. Шведы пообещали разместить в Померании большую армию, которая должна была предупредить возможное участие в войне Бранденбурга. Используя «шведскую дубинку», Людовик XIV попытался предложить Берлину союз, но, вопреки своей репутации беспринципного политика, Фридрих Вильгельм I категорически отказался участвовать в нападении на родину своей первой жены. Фридрих Вильгельм не соблазнился ни перспективами французских субсидий, ни долей в разделе Нидерландов, ни даже обещаниями поспособствовать Берлину в померанском вопросе. Гогенцоллерн немедленно предупредил голландцев о нависшей угрозе и даже предложил свою помощь, но де Витт всё ещё не верил в реальность французского вторжения.

Далеко не все в Империи оказались столь же щепетильны. Кёльн и Мюнстер, рейнские союзники Франции, обязались предоставить Людовику XIV своих солдат, а главное — открыть дорогу к нападению на Нидерланды в обход Фландрии. В Версале также добились заключения союзных договоров с Баварией и Пфальцем, что должно было служить предупреждением австрийским Габсбургам. Презирая Леопольда I ничуть не меньше, чем остальных современников, «король-солнце» полагал, что император останется безучастным наблюдателем завоевания Нидерландов. Казалось, что так оно и будет: осенью 1671 года Вена и Париж ратифицировали соглашение, предусматривавшее обоюдные гарантии — австрийский нейтралитет в обмен на французские гарантии не атаковать Империю и Испанию.

Несмотря на то что активность версальской дипломатии носила вполне однозначный характер, а масштабные военные приготовления уже невозможно было скрыть, в Гааге продолжали оставаться в счастливом неведении. Правительство готовилось к новой войне с англичанами, а сам де Витт охотно верил заверениям французского посла в неизменности дружбы двух стран. Внимание Великого пенсионария отвлекало и возобновившееся противостояние с оранжистами, требовавшими вернуть Соединённым провинциям пост штатгальтера, призвав к управлению страной Вильгельма Оранского. Не соглашаясь с требованиями оппозиции, де Витт всё же был вынужден назначить молодого принца главнокомандующим разношёрстной армией Республики — безвластную в мирное время должность.

К весне 1672 года в Версале сочли подготовку к войне законченной. Стараниями Франсуа-Мишеля Летелье, маркиза де Лувуа, — военного министра Франции и наиболее доверенного советника короля — полевая армия была увеличена до огромной по тем временам численности в сто двадцать тысяч пехотинцев и кавалеристов; ещё сорок тысяч человек было набрано в Швейцарии и выставлено рейнскими союзниками Франции. Уверенность Людовика XIV в предстоящем триумфе была настолько велика, что обычно старавшийся не рисковать своей репутацией полководца король принял номинальное командование войсками. Вместе с ним в поход отправились французские писатели, поэты и художники, призванные в прозе, стихах и картинах запечатлеть победоносное шествие солдат непобедимого завоевателя, которого уже начали сравнивать с Юлием Цезарем и Александром Македонским.

Однако первый выстрел в новой войне довелось сделать не солдатам Бурбона, а морякам Карла II Стюарта. В марте 1672 года Королевский флот напал на голландские торговые суда в Ла-Манше, и только в начале апреля, с разницей в один день, Франция и Англия объявили о состоянии войны с Нидерландами. Вместе с англо-французскими союзниками выступили Кёльн и Мюнстер, сразу же открывшие боевые действия. Французская армия устремилась к Рейну, английский флот угрожал высадкой войск на голландском побережье, а Дания — единственный официальный союзник Гааги — ввиду шведской угрозы не рискнула отправлять свои корабли в Северное море. Для Нидерландов начался «Год бедствий» — время отчаянной борьбы за само существование Республики.

Слышать это от россиян смешно, но еще смешнее аргументация сторонников США. Американцы не то, что из «правового поля» вышли — они в нем срать сели. Венесуэле даже войну не потрудились объявить — вот насколько им похуй.

Понятное дело, что в интернете полно умников, которые вообразили, что Штаты стараются для «мировой свободы» или хотя бы «западной демократии». Все это чушь, а что забавнее всего — чушь, которую отвергают сами американцы.

Мы «захватили Венесуэлу» ради нефти — и «потому что могли».

Надо заметить, что это даже не уровень риторики времен Карла Лысого, что сам фюрер германской нации — и тот облекал свои стратегические замыслы в бесконечно более пристойные одежды.

Сегодня вам не нравится Мадуро, но что вы будете делать завтра, когда настанет пора покончить с прогнившим Датским королевством? В опасные времена живем — никто уже даже формы блюсти не хочет, настолько все опростились.

Впрочем, не буду портить праздник по случаю победы свободы над авторитаризмом, лол.

Кажется, у нас появились аналоги «русофобии» и «геноцида» — производство кокаина и превентивная угроза.

Первое — коварный умысел, направленный против американских городов, концентрированное 9/11. В самом деле, сколько тогда погибло «хозяев мира»? Несколько тысяч? А тут каждый день откидывают копыта десятки (или сотни? да плевать, кто их там считает) граждан Республики.

США — вы знаете — такое социальное государство, там жизнь каждого на вес золота.

Второе — принцип, положенный в основу Римской империи. Она возникла схожим образом, начав формироваться еще в республиканские времена. Сначала вы создаете одну провинцию, а потом другую — чтобы обезопасить ту, первую.

И т.д., до Октавиана и Траяна, преуспевших бы еще больше, будь у них ПРЕКРАСНЫЕ технологии.

Стоит также отметить, что печальная необходимость захватить Гренландию из превентивно оборонительных задач, предсказывалась задолго до сегодняшнего дня — и отметалась, как немыслимое.

Но, надо думать, мы еще посмотрим на неопознанных негодяев, разоруживших датские гарнизоны. К счастью, на помощь Копенгагену немедленно придет Америка, а что там потом вскроется — да плевать.

Это как с «республикой Техас» — подробности уже давно известны, но Мексике от этого ни холодно, ни жарко. Американцы спасли ее от кайзера в 1917 году — и все, расчет окончен, не благодарите.

Собственно, это все к чему? Вы можете быть в восторге от США — и я не против. Не надо только говорить, что «это другое». Это оно самое, а может и похуже, потому что лучше вооружено и давно не получало целительных пиздюлей.

Все это звучит неплохо — относительно нынешних обстоятельств (роли США в обеспечении европейской безопасности, боеготовности армий ЕС и пр.), — осталось только убедить страну-агрессора взять паузу, чтобы ее противница могла оправиться.

Это может быть трудным. Путин многое способен продать россиянам, но эта «Незнаменитая война» уж слишком незнаменита.

На самом деле, конечно, все не так уж плохо: учитывая начало кампании и открывавшиеся тогда возможности, РФ в этом случае не просто унесет ноги, но и Крым с Донбассом. Не самый худший итог для СВО, однако…

…однако замах-то был на всю Украину — это раз; в пропагандистском угаре раздули дело до всенародной войны со всем Западом — это два.

Теперь надо либо ликвидировать военкоров с пропагандистами, либо объяснять почему восточноевропейские базы НАТО после 1997 года — недопустимо, а в Украине — позволительно.

Короче говоря, мы наблюдаем проблему всех «посткабинетных войн», когда даже самые авторитарные правительства вынуждены как-то отталкиваться от общественных ожиданий, вызванных их же пропагандой.

Ну и сроки, разумеется — Владимир Владимирович и так все свои каденции растратил на разрешение проклятого «украинского вопроса», а теперь, выходит, тот опять откладывается на неопределенный срок? Грустно это все.

з.ы. Россиянам, конечно, нервничать не надо, а надо соглашаться на все, посмеиваясь. Потом, когда Вашингтон увязнет окончательно и молниеносные операции обернутся чем-то очень неприятным, все эти «гарантии» можно будет отправить в корзину с Будапештским меморандумом. Но если б политики умели выжидать, то мы бы имели совсем другую историю.

А не надо нервничать, товарищ писатель. Не надо истерить, господин депутат. Утрите сопли, Росгвардии подполковник. Что такое, в самом деле?

Много лет вы и другие россияне жаловались на то, что Ганди — нет, остался только Данди, смешной и не страшный. Жаловались же? Было.

Говорили, что нет игроков на геостратегического уровня, что Владимиру Владимировичу буквально некого переигрывать. Что вокруг одни слабаки и пидерасы.

И вы хамили им в глаза, и за глаза, и клали в рот желтый снег назло «Западу», и поддерживали всякую дрянь и тут, и там. И все было хорошо или хотя бы было.

А потом, уважаемый кем-то живописатель милицейских сумерек, случилась Великая Отечественная СВО. Которая, как вы говорили, всякому делу проверка.

Она случилась — и пришел Трамп, оказавшийся вдруг не агентом Красновым, не жертвой шантажа, а тем самым крокодилом, которого вы так ждали. Ганди.

Хочется вежливо спросить: чем же вы, блядь, опять недовольны? Вот он, не европейский терпила, а НАСТОЯЩИЙ ИГРОК, задорно тролящий либерах.

Ну?.. Не этого ли вы так ждали, приближая многополярный мир, где десантник, голова и кирпич образуют природный симбиоз. Наслаждайтесь же!

Нет, не хотят. Венесуэлы жалко, Сирии, мамы-пыпы. Черт с ними, право слово. Зато Китай с вами, в вас. А пыпа новая отрастет, еще лучше. Не надо киснуть.

Странные люди, эти российские ватники — так спешили в новый мир, где «ножик в печень, никто не вечен», а теперь недовольны, обратно просятся.

А как обратно? Обратно уже никак. Привыкайте к геополитическим реалиям на земле и воздухе, так сказать. Переигрывайте, патронов не жалея.

Непонятно, почему патриотическая общественность опять недовольна (впрочем, она всегда такая — это ее неизменная черта, вроде проваленного носа у сифилитика).

Что не так?

Я бы гордился. Лучшие люди страны, якобы обложенной санкциями по самые помидоры, отплясывают на западных курортах, насмехаясь над евробюрократами и нищими релокантами.

И заметьте — не в мундире Штирлица, а открыто, не скрываясь. Вот как если бы европейцы приехали в Грозный (какие сейчас туристические места модны в РФ?) и спели там «Эрику».

Не едут, а значит и не могут. А русские люди — пожалуйста. Молодцы! Каждый на своем месте, кто в Купянске, кто в Куршавеле. Места там действительно красивые (я не про Купянск).

Быть может патриотическая общественность возмущена тем, что одни там, а другие — здесь? Что одни живут весело и долго, а другие подписывают контракт добровольца? Но на этом ведь и зиждется стабильность России.

Хорошо б вышло, когда бы танкисты отправились в Куршавель, а диджей с блядями оказались в Купянском котле. Что им там делать? Танкисты бы еще свинтили ручки, опозорив тем страну на международной арене.

Нет, всякий должен находиться там, где он нужнее: Верховный — у глобуса, генерал — на коне, солдаты — рядом с ослами, а диджей — за пультом. Так общими усилиями выкуевывается Победа. «РИА КАТЮША» просто завидует чужому блядскому счастью.

Вы заметили — как пенсионеру машину дать или вязанку дров, так Владимир Владимирович в первом ряду. Или когда пригрозить надо непонятно кому, но ядерным уничтожением — тоже он. А как международное безобразие какое, разбой и пиратство — так сразу Минтранс.

А что такое это министерство на фоне титанической фигуры Верховного главнокомандующего? Так, рябь на воде Истории. Разве Минтранс может тонко улыбнуться и сказать: «Его захватили»? Или, наоборот, посуроветь лицом — и пообещать, что все, мол, сдохнут, а мы в рай.

Не может, нет у него такой закалки. А у президента — есть. И повод есть, причем шикарный — не каждый день пиндосы российские корабли на абордаж берут. Вышел бы и ответил на эту провокацию несостоявшегося Киссинджера два нуль. Нет, молчит.

Ну, подождем.

Голландская война и очень коварный Людовик,
часть третья

Для Нидерландов начался «Год бедствий» — время отчаянной борьбы за само существование Республики.

Это могло показаться безнадёжным делом. Хотя в начале июня де Рюйтер сумел нанести поражение англо-французским эскадрам в битве при Солебее, победу никак нельзя было назвать решающей. Главная опасность угрожала с юга: переправившись через Рейн, армия Людовика XIV ступила в Голландию и очень быстро заняла Утрехт, угрожая полной оккупацией страны. Нидерланды оказались разрезанными надвое, сухопутное сообщение между западными и восточными провинциями стало невозможным. Принявший командование войсками Вильгельм Оранский требовал от правительства решительных действий, но де Витт колебался и медлил — великий пенсионарий никак не мог осознать того, что союз с Францией остался в прошлом. Надеясь убедить Людовика XIV остановить войну, в армию французского короля отправился Питер Гроций, сын выдающегося философа, юриста и писателя Гуго Гроция, автора знаменитого трактата «О праве войны и мира».

Представитель Нидерландов привёз «королю-солнце» голландские предложения мира: выплата огромной контрибуции и передача Франции всех завоёванных в ходе Тридцатилетней войны испанских земель. Гроций очень быстро убедился в том, что Людовик XIV настроен вполне определённо, будучи уверенным, что до полной победы уже рукой подать. Король собирался присоединить к Франции значительную часть Республики, передав англичанам несколько прибрежных провинций, — и заменить её республиканское устройство монархией Оранских. Совершенно не представляя себе характера принца Вильгельма, Бурбон видел его исключительно в роли французской марионетки. Поэтому ответ Людовика XIV был вежливым по форме, но издевательским по существу: ещё большая контрибуция, право для католиков занимать высшие государственные посты и беспошлинный ввоз французских товаров. А также официальные извинения голландского правительства за «предательство» в 1668 году.

Несмотря на то что «король-солнце» отказался прекращать боевые действия, де Витт всё же попытался ухватиться за выставленные условия, сделав их основой для начала мирных переговоров. Упрямому желанию голландского политика восстановить «естественный ход» событий положили конец бунты в голландских городах, заставившие его подать в отставку. Это не успокоило толпу, и в августе того же года де Витт был убит оранжистами. Республиканская партия отступила в тень, и полномочия пенсионария перешли к двадцатиоднолетнему штатгальтеру Вильгельму Оранскому. Таким образом, желание Людовика XIV уничтожить республиканское правительство наконец-то осуществилось, но в те дни французский король и не предполагал, что обрёл своего «персонального врага» и одного из наиболее деятельных противников идеи «универсальной монархии» в Европе.

Целеустремлённый, никогда не теряющий уверенности в себе Вильгельм Оранский, в жилах которого текла немецкая, голландская, английская и французская кровь, и не думал сдаваться на милость «короля-солнце». Дух уныния и взаимной подозрительности, охвативший Нидерланды в начале вторжения, постепенно начал уступать мрачной решимости, получившей наглядную демонстрацию в открытии шлюзов. Государство, некогда «отвоевавшее» себе землю у моря, пошло на крайние меры — вода хлынула на равнины, и французское наступление в буквальном смысле увязло в трясине. Это стало серьёзным ударом по самоуверенности Людовика XIV, ожидавшего от Оранского только капитуляции. Победный марш внезапно обернулся перспективой долгой кампании, обещавшей испытать на прочность стену, столь старательно возведённую французской дипломатией вокруг Нидерландов.

Как я погляжу, у военкора Котенка очень забавная манера чередования контента. Сперва читатель с интересом узнает о том, что такая-то группа армий с боями овладела населенным некогда пунктом Малые Бигуди.

— Теперь, — с натужной бодростью добавляет от себя Котенок, — открывается возможность оперативного прорыва в направлении Больших Бигудей.

В этом месте опытный читатель громко зевает, хищно ощерив глубокую пасть. Он уже знает, что порыва придется ждать минимум полгода, да и похож этот прорыв будет скорее на пропих, а то и на что-то похуже.

Но Котенок не сдается и публикует следом полет шмеля дрона, радуя читателей поражением советской техники китайским аппаратом. Все это, как вы понимаете, должно лишний раз свидетельствовать о неодолимой мощи РФ.

В прежние годы, когда техника еще не дошла до ручки и ножки, вместо таких видео корреспонденты помещали лихие заметки о подвигах казачего сотника Н., в одно рыло переколовшего двадцать немецких уланов.

Однако главный контент еще впереди. Покончив с пропагандой, Котенок начинает писать «для души». Это — его алиби перед Историей, его опус магна, его апелляция в высшую канцелярию.

Поднимутся когда-нибудь люди искать Правды, заваленной десятилетиями шапкозакидательских врак, дойдут до текстов Котенка — и скажут: «Да, был один, который бил в набат, о чем-то предупреждая и куда-то зовя».

И будет дан залп из башенных орудий.

Именно в такие моменты на военкоровском канале появляются посты о том, что воевать нужно грамотно, малой кровью и верным расчетом. А неграмотно, кроваво и глупо — не нужно. И к этому уже давно призывает Президент.

Приведенный ниже пост — как раз из таких.

Начав с того неопровержимого факта, что президенту Путину — уже не шестнадцать, Котенок горестно размышляет о том, как трудно живется в жестоком мире одинокой, беззащитной Федерации.

Буквально все норовят надуть, представляете? Разместят свои базы поближе, а потом в нужный момент организуют провокацию. Тупик какой-то, никаких международных гарантий, никакого доверия.

Да кто же построил этот ужасный мир, где право сильного — отбирать страну, ресурсы и танкеры у слабых?! Где всякая сегодняшняя граница — завтрашняя линия фронта?! Совершено непонятно.

И ведь что особенно страшно: даже эта, вымученная за двадцать пять лет стабильность — и та держится на соплях. В смысле — на «факторе Владимира Путина». А так хотелось бы надежных гражданских институтов (куда они, кстати, подевались?).

Проклятая Европа.

Я, кстати, легко представляю, что было бы с режимом Мадуро, окажись он у границ ЕС.

Ну, во-первых, не было бы превентивных санкций «за политику», потому как торговля — лучший друг прогресса, она превращает авторитарные режимы в прогрессивные демократии, не так ли?

(Тех, кто скажет «не так», мы запишем в правые популисты и радикалы. Ишь чего — не давить же на соседа, реализуя свои политические интересы? Так Гитлер делал. И Бисмарк.)

Во-вторых, Мадуро бы страшно боялись. Да — диктатор, но вы видели какая у него армия? Все эти генералы со звездами, в красных беретах. С такими лучше не связываться.

В-третьих, раздувшись от нефтебаксов, Мадуро начал бы скупать орбанов по всей Европе, одновременно торгуя антиколониализмом внутри Северной Венесуэлы.

— Зачем ему это? — спрашивали бы лучшие покупатели венесуэльской нефти и продолжали вкладываться в промышленность Венесуэлы.

(После февраля 2022 года эти производства банально, с хохотом, отжали бы у владельцев.)

Наконец, когда Мадуро начал бы войну с местной Колумбией (наследие Боливара не выдержит двоих), ЕС ответил бы «танковой коалицией», «коалицией решительных» и, конечно, «коалицией сухого белья».

Не воевать же с самим Мадуро?! Вы с ума сошли, ведь война — это же… война! А кто будет воевать за… ну… мультикультурализм, что ли? Левоцентризм? Нет, лучше потянем время, а там Мадуро, глядишь, помрет, и торговля вновь возьмет свое.

И т.д., и т.п.

Товарищи! Чему учат нас предпоследние иранские события? Предпоследние иранские события учат нас тому, что правительства могут делать с народами разнообразные безобразия практически бесконечно, но ровно до того момента, пока в карманах граждан остаются средства на тазик оливье (блюдо опционально).

Эта возможность наступает не сразу, но по мере достижения уровня обществ Англии времен Карла І и Франции Людовика XVI. Примерно. Иными словами, появления городских масс, с определенным уровнем достатка и образованности. До их появления, впрочем, все еще проще, но мы говорим о современных обществах.

И если этим массам совсем уж не залезать в карман, то можно вертеть ими в любую сторону. Хочешь — строй с ними Римскую империю два нуль, а хочешь — веди за собой в священный поход на поиски святого Грааля Корсуна. Пока правительство живет на свои, пусть и нефтяные — народу все равно.

Уничтожения Израиля, которого никто не видел? Да пожалуйста. Полутотальная война с ненавистными хохлами, которых все, наоборот, видели и знают? Веди нас, отец (ну, не нас, но кого поймаешь) в бой, веди! Но это крайности, а можно ведь просто целую страну заставить говорить, что роса.

Или, вот, как Дональд Фредович: нести бред, выкладывать фекальные ролики, подтираться флагом — никто ничего не скажет. А если скажет, то не сделает. А если сделает, то недостаточно. Но стоит залезть в карман — о! Тут же выпишут из гениев Карпат и потащат к гильотине под крики «Хлеба! Хлеба!»

А морально-этические струны можно рвать сколько угодно — они тревожат только интеллигенцию, узкая прослойка которой всякий раз идет не в ногу с ширнармассами. А как бы ей хотелось идти — она и сама не знает, сомневается. (Не считая национал-либералов, но где их теперь встретишь?)

Поэтому не знаю — перевесит ли третье иранское сословие персидских аграриев или нет, но если бы не инфляция, вам бы по-прежнему говорили: «Вот — Иран, вот — пример! Под санкциями и атаками, но держится, не уступает. Это — народ с многовековой историей, да!»

Пизда.

Видите? Так происходит, когда отстаивают свои интересы (присвоить венесуэльскую нефть), а не изображают «борьбу». Как те же американцы после двадцать второго года, что при Байдене, что при Трампе.

Вы помните этот «ленд-лиз», эти «секторальные» и «персональные» санкции, с постоянными кивками на ЕС: мол, только после вас. Вы там расплюйтесь с Россией, с Китаем, со всеми, а мы будем продавать вам газ, оружие и держать руку на пульсе (для прекрасных сделок).

Но когда дело дошло до своих, шкурных интересов — теневой флот тут же вышел из тени. И средства нашлись, и способы, и правовые основания. До этого три года не находились, а тут, вдруг, резко нашлись.

И это, в принципе, для Украины неплохо — как и все, что наносит хоть какой-то ущерб РФ, — но совершенно не существенно. Потому что с той же легкостью, с какой берут сегодня на абордаж эти корыта, завтра США могут «порешать» с РФ.

Угадайте — за чей счет?

Общественность, однако, так возбудилась, будто Трамп не венесуэльскую нефть захватывает и вполне откровенно готовится Гренландию аннексировать, а решил, что «украинская свобода» — это сфера интересов США. Как дети, ей Богу.

Если бы не лицо и не общественная физиономия военкора Сладкова, то в этом тексте можно было бы заподозрить злостное издевательство, практически глумление над Верховным.

И всей Россией.

Ну что это? Стоят, значит, бизнесмены, журналисты, политики, военные, педагоги и прочие паразиты, не качающие нефть. Стоят и слушают президента, который учит их профессии.

Делайте так! Бизнесмены — создавайте высокорентабельные, конкурентноспособные производства! Журналисты — пишите правду, но на базе любви к Родине! Политики — смывайте за собой воду!

Годами это происходит (десятилетиями, как мы знаем), а толку нет. Военные как были тупыми кирпичами, так ими и остались, никто не создает рабочих мест и все пишут неправду, причем какую скажут.

Просраны полимеры и засраны туалеты.

Президент все видит (ведь не слепой же он!), но продолжает говорить, говорить, говорить… И только умница Сладков знает выход из этой говорильни: откупорить Лобное место, пускай это стилистика по Фрейду.

Откупорить — и начать курочить головы. Слабых долой, воров в чан, янычарам почет и новые привилегии.

Ничего нового, классические методы, но где в этом всем Путин? В роли дурачка, которому военкор подсказывает решение, какое ему самому в голову за четверть века не пришло? А не слишком ли много берет на себя этот пропагандист?

Какой бы конфигурацией не кончился текущий конфликт, военкорам придется туго. Привыкли за годы СВО высказывать критические мысли, как бы поддерживая президента, а по факту — злая насмешка над Верховным.