Если договор аренды земельного участка, находящегося в общей долевой собственности, заключается или продлевается с участием всех сособственников, то регистрация такого соглашения затрагивает волю каждого из них как единого собственника в части распоряжения имуществом, а потому наличие зарегистрированных ограничений (включая запреты на регистрационные действия) в отношении долей отдельных собственников препятствует государственной регистрации сделки в целом — даже если такая регистрация формально не влечёт перехода или прекращения прав на доли.

Приостановление регистрации является обязательным при наличии в ЕГРН актуальных записей об аресте или запрете на совершение действий с недвижимым имуществом, вне зависимости от характера регистрируемого действия, если оно предполагает юридическое воздействие на объект, в отношении которого установлены ограничения.

Устранение препятствий возможно лишь после отмены или снятия соответствующих ограничений по решению уполномоченного органа или суда.

В спорах об истребовании защитных сооружений гражданской обороны (ЗС ГО) из чужого незаконного владения наличие статуса объекта гражданской обороны устанавливается не по текущему техническому состоянию или фактическому использованию помещения, а по наличию надлежаще оформленного паспорта и иных учётных документов (например, учётной карточки), подтверждающих отнесение сооружения к ЗС ГО на момент ввода в эксплуатацию и на момент передачи имущества.

Отсутствие систем жизнеобеспечения, неудовлетворительное состояние или использование в мирное время в иных целях (в т.ч. как подсобного помещения) не исключает существования статуса ЗС ГО и не может служить основанием для отказа в удовлетворении виндикационного иска, особенно если объект первоначально возведён как убежище и не снят с учёта в установленном порядке.

Снятие с учёта ЗС ГО возможно лишь при строгом соблюдении регламентированной процедуры, включающей решение компетентной комиссии, составление и утверждение соответствующего акта, а также согласование с уполномоченными органами.

Сам по себе факт признания сооружения непригодным для использования по назначению — без формального снятия с учёта — не влечёт утрату его правового статуса и не препятствует применению виндикационного механизма.

Неправомерная передача объекта в муниципальную или частную собственность без соблюдения порядка разграничения государственной собственности и без отчуждения статуса ЗС ГО делает такую передачу недействительной в части, касающейся самого защитного сооружения.

При оспаривании сделок в деле о банкротстве по основанию неравноценного встречного исполнения заявитель обязан доказать существенное отклонение условий сделки от рыночных в сравнимых обстоятельствах либо заведомую невозможность встречного исполнения при наличии у должника соответствующего знания.

Само по себе отсутствие в материалах дела у конкурсного управляющего документов о встречном предоставлении не освобождает заявителя от бремени доказывания указанных критериев; презумпция добросовестности контрагента сохраняется, пока не представлены обоснованные сомнения (например, аффилированность, заведомо невыгодные условия, мнимость правоотношений).

Если же заявление основано на отсутствии встречного исполнения вообще, требуются иные правовые основания — в частности, оспаривание сделки с противоправной целью или мнимой, что предполагает доказывание специального умысла сторон при заключении или исполнении сделки.

При этом реальные платежи, произведённые во исполнение зарегистрированного и не признанного недействительным договора, не могут быть признаны мнимыми лишь по формальным признакам — вроде отсутствия расходной документации у контрагента, применяющего упрощённый режим учёта.

При рассмотрении споров об оспаривании внутренних актов юридического лица, затрагивающих права третьих лиц (в частности, работников, получивших премиальные выплаты), арбитражный суд обязан привлечь таких лиц к участию в деле.

Иное — нарушает принцип состязательности и равноправия сторон, поскольку судебный акт, устанавливающий недействительность акта в части, касающейся конкретных лиц, затрагивает их права и обязанности без предоставления возможности защитить свои интересы.

Такое процессуальное нарушение является безусловным основанием для отмены судебного акта.

Кроме того, если заявленные требования по существу связаны с условиями трудового договора (например, размером или правомерностью премиальных выплат единоличному исполнительному органу), а не с корпоративными интересами как таковыми, суду надлежит проверить подсудность спора.

Вопросы, вытекающие из трудовых отношений с руководителем организации, включая споры о выплатах, предусмотренных трудовым договором, подведомственны судам общей юрисдикции, а не арбитражным судам.

При оспаривании сделок, необходимо установить не только наличие аффилированности сторон и признаков неплатежеспособности должника, но и доказать, что оспоренные платежи представляли собой возврат ранее предоставленного компенсационного финансирования.

Само по себе исполнение обязательств по реально существующему договору, в том числе с аффилированным лицом, не свидетельствует о причинении вреда конкурсной массе, если за ним следует равноценное встречное предоставление.

Для признания сделки недействительной в подобных обстоятельствах суд обязан всесторонне исследовать характер взаимоотношений сторон, включая вопрос о наличии или отсутствии у контролирующего лица действий, направленных на временное поддержание деятельности должника в условиях кризиса.

Когда груз перевозится под сопровождением ведомственной охраны, обязанность по обеспечению его сохранности — включая количественные характеристики — возлагается на охраняющую организацию с момента принятия груза до его передачи получателю.

Даже при отсутствии в договоре на охрану прямого условия о проверке массы груза, профессиональный участник рынка обязан проявить разумную заботливость и осмотрительность, в том числе использовать доступные способы фиксации объёма ответственности (например, участие во взвешивании или запрос данных у отправителя).

Подписание актов приёма без замечаний означает согласие с заявленным количеством, и последующее обнаружение недостачи создаёт презумпцию вины охраны, которую она обязана опровергнуть.

Условия договора между охраной и грузоотправителем не могут ограничивать права третьего лица — грузополучателя, имеющего законный интерес в сохранности имущества.

Если получатель своевременно зафиксировал недостачу, известил всех участников перевозки и предпринял меры к совместной проверке, но те уклонились от участия, суд должен оценить представленные доказательства в совокупности, а не ограничиваться формальным отсутствием согласованных документов. Непринятие таких мер охраной влечёт предпринимательский риск, реализующийся в виде ответственности за убытки.

Если в рамках уголовного дела установлено фактическое принадлежание имущества лицу, не участвующему в последующем гражданском или арбитражном процессе, суд обязан учитывать эти обстоятельства как обязательные в силу закона и при необходимости — привлечь такое лицо к участию в деле.

Игнорирование выводов вступившего в законную силу приговора о принадлежности спорного имущества и рассмотрение иска об изъятии без участия заинтересованного лица нарушает принцип процессуальной правоты и ведёт к вынесению противоречащих друг другу судебных актов.

Особенно это актуально в спорах об изъятии объектов культурного наследия, когда реализация имущества может затронуть права лица, чья собственность была установлена в уголовном процессе, даже если формально право зарегистрировано на другое юридическое лицо.

В таких случаях удовлетворение иска без надлежащего привлечения сторон и оценки уголовно-процессуальных обстоятельств образует существенное нарушение норм процессуального права.

Когда ущерб имуществу причинён в результате падения дерева на проезжей части дороги местного значения, ответственность за его возмещение может быть возложена на орган местного самоуправления, если будет установлено, что дерево находилось в зоне, подконтрольной данному органу, и его расположение или состояние противоречило требованиям обеспечения безопасности дорожного движения.

В таких случаях истец обязан доказать факт причинения вреда и связь его с условиями содержания дороги, тогда как ответчик — свою невиновность, включая принятие мер по устранению угрозы или установке предупреждающих знаков.

Судебные инстанции обязаны всесторонне выяснить обстоятельства происшествия: допустимость размещения препятствия над проезжей частью, наличие временных ограничений движения, действия водителя в момент ДТП, а также возможность применения норм о совместной вине сторон.

При разделе имущества, находящегося в долевой собственности, суд обязан учитывать не только формальную соразмерность выделяемых долей, но и реальную равноценность образуемых объектов с точки зрения их технического состояния, коммерческой привлекательности, функциональной пригодности и затрат, необходимых для обеспечения автономной эксплуатации.

Игнорирование этих факторов, включая отсутствие оценки рыночной стоимости выделенных частей и распределения расходов на переустройство, нарушает баланс интересов сособственников и препятствует достижению цели раздела — прекращению общей собственности без ущемления прав одной из сторон.

Если части имущества объективно неравнозначны по своим эксплуатационным характеристикам, суд не вправе ограничиваться чисто геометрическим или идеальным разделом.

В таких случаях необходимо либо установить денежную компенсацию за разницу в стоимости, либо иным образом устранить дисбаланс, в том числе определив порядок и сторону, за счёт которой будут произведены работы по физическому выделу.

Отказ от установления этих юридически значимых обстоятельств делает судебный акт неполным и не позволяющим достичь правовой определённости в споре.

Если в ЕГРН зарегистрировано право собственности на объект, формально обозначенный как единый недвижимый комплекс, но в действительности состоящий из элементов, не обладающих признаками недвижимости (например, бетонных или щебёночных покрытий, выполняющих вспомогательную функцию по отношению к земельному участку), такая регистрация нарушает права собственника земли.

В подобных случаях иск о признании права отсутствующим допустим, поскольку запись в реестре ограничивает возможность распоряжения участком, а сам объект не может быть признан недвижимым в силу отсутствия неразрывной физической или технологической связи, необходимой для образования единого недвижимого комплекса.

При этом наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего право собственности на часть объекта (например, на сооружение минимальной площади), не позволяет признать отсутствующим право на весь увеличенный объект целиком — требуется дифференцированный подход: исключить из реестра неправомерно зарегистрированную часть, сохранив ранее признанное право.

При оспаривании премиальных выплат как подозрительной сделки в деле о банкротстве недостаточно ограничиться формальным сопоставлением условий трудового договора и фактически начисленных сумм.

Для признания сделки неравноценной необходимо установить, что совокупное вознаграждение работника — с учётом оклада и премий — существенно (в разы) превышает рыночный уровень оплаты труда за аналогичную должность, объём и сложность работы у сопоставимых работодателей.

Бремя доказывания такой неравноценности лежит на конкурсном управляющем, а не на работнике.

Отсутствие локального акта о премировании, формальные недостатки в оформлении выплат или сам факт начисления премии в период после возбуждения дела о банкротстве сами по себе не свидетельствуют о злоупотреблении правом или причинении вреда кредиторам, если исполнение трудовых обязанностей не оспаривается и встречное предоставление соответствует обычным условиям хозяйственного оборота.

Приобретатель объекта недвижимости, расположенного на земельном участке, находящемся в публичной собственности, не освобождается от обязанности платить за пользование этим участком лишь потому, что уполномоченный орган уклонился от регистрации перехода права собственности на землю.

Принцип платности землепользования, закреплённый в законодательстве, требует, чтобы любое фактическое использование земли сопровождалось соответствующей платой — либо в виде арендной платы, либо в виде земельного налога, в зависимости от правового статуса пользователя.

Недобросовестное поведение публичного органа не может служить основанием для полного освобождения пользователя от платы, однако может влиять на её размер и форму.

В случае, когда регистрация права собственности на землю задержана по вине уполномоченного органа, суд при разрешении спора о взыскании неосновательного обогащения обязан определить, какую именно плату (арендную или налоговую) пользователь был бы обязан вносить при надлежащем исполнении обязанностей органом.

Отказ в удовлетворении требования только на основании неправомерного поведения органа без установления подлежащей взысканию суммы противоречит принципу платности землепользования и нормам о неосновательном обогащении.