В делах о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда арбитражный суд обязан проверять наличие в материалах дела нотариально удостоверенной копии решения третейского суда (в случае ad hoc-арбитража) и надлежащим образом заверенной копии соглашения о третейском разбирательстве.

Отсутствие этих документов, прямо предусмотренных законом в качестве обязательных приложений к заявлению, делает невозможным удовлетворение заявления и влечёт существенное нарушение норм процессуального права, подлежащее исправлению в кассационном порядке.

При этом компетенция арбитражного суда ограничена проверкой формальных оснований для выдачи исполнительного листа и наличия обстоятельств.

Суд не вправе пересматривать решение третейского суда по существу, включая оценку обоснованности заявленного требования или доводов о недобросовестности сторон. Однако при наличии сомнений в независимости арбитра заявитель должен представить доказательства, иначе такие доводы не могут служить основанием для отказа в выдаче исполнительного листа.

В делах о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности после прекращения производства производства по делу о банкротстве судам необходимо строго соблюдать пределы заявленных истцом оснований иска и не выходить за рамки фактических обстоятельств, положенных в его основание.

Применение презумпций, предусмотренных законом о банкротстве, требует не только формального установления обстоятельств (например, отсутствия документов или совершения сделок), но и всесторонней оценки их причинно-следственной связи с наступлением объективного банкротства, включая проверку существенности и убыточности оспариваемых сделок, масштабов хозяйственной деятельности должника и наличия иных объективных причин финансового кризиса.

Контролирующее лицо вправе опровергать презумпцию виновности, представляя доказательства добросовестного и разумного характера своих действий, а также объясняя причины невозможности передачи документации или иного поведения.

Суды обязаны надлежащим образом исследовать и мотивированно оценить все представленные доказательства и доводы, в том числе касающиеся влияния действий кредиторов (например, публикаций о намерении инициировать банкротство) на финансовое состояние должника, поскольку уклонение от такой оценки нарушает принципы состязательности, диспозитивности и справедливого судебного разбирательства.

Сделки, в результате которых иностранные инвесторы, не предоставившие информацию о бенефициарах в установленном порядке, приобретают возможность прямо или косвенно блокировать решения органов управления стратегического хозяйственного общества, подлежат предварительному согласованию.

Совершение таких сделок без соблюдения процедуры согласования нарушает публично-правовые императивы, направленные на обеспечение национальной безопасности, и влечёт их ничтожность независимо от формального соответствия гражданскому законодательству.

При установлении факта приобретения иностранцами контроля над стратегическим обществом через цепочку взаимосвязанных сделок, суд вправе признать недействительными все элементы такой цепочки, если они совокупно привели к возникновению у иностранного инвестора права распоряжаться более чем 25 % голосов или иной возможности блокировать управленческие решения.

Последствия недействительности применяются в целях восстановления законного порядка и предотвращения угрозы стабильности функционирования стратегически значимого объекта.

В правоотношениях, вытекающих из договоров, заключённых в рамках государственного оборонного заказа, условие об отсрочке окончательной оплаты до поступления средств от головного исполнителя не освобождает заказчика от обязанности действовать добросовестно и своевременно предпринимать меры для получения таких средств.

Если наступление срока оплаты по договору поставлено в зависимость от поступления финансирования от третьего лица, суд обязан проверить, имело ли место недобросовестное поведение стороны, которой выгодно ненаступление этого условия, включая уклонение от предоставления доказательств получения средств или отсутствия задолженности со стороны головного исполнителя.

При этом, в соответствии с принципами добросовестности и разумности, сторона, ссылающаяся на ненаступление условия оплаты, обязана доказать как отсутствие получения средств, так и отсутствие собственного влияния на задержку их поступления.

Непредставление таких доказательств и преждевременный вывод суда о ненаступлении срока оплаты без установления фактических обстоятельств, связанных с движением целевых средств, влечёт неполную оценку доказательств и нарушение правил распределения бремени доказывания.

Когда единственное лицо, обладающее полномочиями участника хозяйственного общества, вносит изменения в устав в период незавершённого спора о разделе совместно нажитого имущества — в частности, устанавливая ограничения на переход долей третьим лицам, — такие действия могут быть признаны направленными на искусственное воспрепятствование реализации имущественных и корпоративных прав бывшего супруга, имеющего право на долю в уставном капитале.

В подобных обстоятельствах лицо, не являющееся формальным участником общества на момент принятия решения, сохраняет процессуальный интерес к оспариванию этого решения, если оно объективно лишает его возможности вступить в состав участников и нарушает охраняемые законом интересы.

Судебная практика исходит из того, что право на оспаривание решений единственного участника общества не ограничивается только текущими участниками: оно распространяется и на третьих лиц, чьи законные интересы затронуты такими решениями, особенно когда изменения устава носят явно ограничительный характер и принимаются в условиях конфликта интересов, связанного с разделом имущества супругов.

Такие действия подлежат оценке на предмет злоупотребления правом и должны анализироваться в свете общих начал гражданского законодательства, включая принципы добросовестности и недопустимости извлечения преимущества из собственного неправомерного поведения.

Когда экспедитор в рамках договора транспортной экспедиции понёс документально подтверждённые расходы в интересах клиента — в том числе по оплате сверхнормативного использования контейнеров, выставленных третьими лицами, — и перевыставил их клиенту в порядке, предусмотренном договором, такие расходы подлежат возмещению независимо от того, участвовал ли экспедитор в конкретном этапе перевозки, если иное не оговорено соглашением сторон.

Отказ клиента от оплаты таких расходов без доказательного опровержения их обоснованности не освобождает его от обязанности возмещения и не лишает экспедитора права на неустойку за просрочку.

Суд при рассмотрении споров о взыскании возмещаемых расходов и связанных с ними санкций обязан оценить наличие и достаточность доказательств, подтверждающих как сам факт расходов, так и их связь с исполнением обязательств по договору экспедиции.

Игнорирование судом представленных доказательств (включая инвойсы третьих лиц, переводы, корреспонденцию и расчёты) либо принятие выводов, противоречащих материалам дела, влечёт нарушение норм материального и процессуального права.

В случаях, когда государственный или муниципальный заказчик вынужден заключить замещающую сделку вследствие одностороннего отказа от исполнения контракта по вине поставщика, убытки, понесённые публично-правовым образованием (в том числе через его бюджетное учреждение), подлежат возмещению, если установлено, что:
а) нарушение обязательства поставщиком носило существенный характер и повлекло прекращение контракта по основаниям, предусмотренным законом и контрактом;
б) замещающая сделка была совершена разумно и добросовестно, а её условия соответствовали рыночным;
в) убытки выражаются в разнице между контрактной ценой первоначальной и замещающей сделок (при условии разумности последней) и иных необходимых расходах, обусловленных нарушением.

Прокурор вправе выступать в защиту имущественных интересов публично-правового образования, даже если формальным заказчиком выступало бюджетное учреждение, — при наличии доказательств, что финансирование исполнения госзадания, а следовательно, и ущерба, осуществлялось за счёт средств соответствующего субъекта РФ или муниципального образования.

Такая позиция обеспечивает восстановление нарушенного баланса публичных интересов и предотвращает обогащение нарушителя за счёт бюджета.

Судебное установление сервитута допустимо лишь при доказанном отсутствии иной объективной возможности удовлетворить нужды собственника доминирующего участка, при этом препятствия к использованию уже существующих путей доступа (включая ранее установленные сервитуты) не должны быть обусловлены действиями самого истца.

Если затруднения проистекают из самовольных изменений истцом состояния чужого участка — без согласования с его правообладателем и вне рамок утверждённой документации по планировке, — оснований для наложения дополнительного обременения на третье лицо не возникает.

В случае, когда должник в деле о банкротстве обоснованно и документально доказывает фактическую невозможность пользования жилым помещением, находящимся в его собственности или в порядке совместного пользования, — в силу объективных обстоятельств, угрожающих его жизни, здоровью или достоинству личности, — суд вправе исключить из конкурсной массы средства на оплату найма иного жилья, даже если формально право на жилое помещение сохраняется.

Такое исключение не противоречит принципу защиты прав кредиторов, если заявленная сумма соответствует рыночной стоимости найма, не превышает разумных пределов и её выделение не влечёт существенного ущерба для удовлетворения требований кредиторов.

Ключевым критерием является реальная, а не формальная, возможность реализации конституционного права на жилище.

При этом отсутствие возражений со стороны финансового управляющего и кредиторов, а также невозможность (или экономическая нецелесообразность) альтернативных способов обеспечения жилья — таких как сдача в аренду своей доли или её реализация — подтверждает соразмерность и необходимость исключения соответствующих средств.

Суд обязан учитывать не только формальные признаки права собственности, но и совокупность жизненных обстоятельств, влияющих на возможность безопасного и достойного проживания должника.

При рассмотрении споров, связанных с прекращением договора строительного подряда, суды обязаны всесторонне установить не только факт расторжения договора, но и его юридическую основу — в частности, определить, имел ли место односторонний отказ подрядчика от исполнения обязательств, либо инициатива расторжения исходила от заказчика.

Невыполнение этой задачи влечёт нарушение принципа всестороннего и объективного исследования обстоятельств дела, поскольку от правильной квалификации оснований прекращения договора напрямую зависят выводы о возникновении и прекращении встречных обязательств сторон, включая зачёт штрафных санкций.

Кроме того, при применении зачёта встречных требований в виде неустоек или иных санкций суды обязаны проверить не только формальное наличие заявленных требований, но и их соответствие условиям договора и закону: обоснованность расчёта, соблюдение пропорциональности, наличие доказательств нарушений со стороны контрагента, а также возражения второй стороны относительно размера и правомерности зачёта.

В делах о признании права собственности на объекты недвижимости, возведённые до 1 января 1995 года, критически важно учитывать правовой режим, действовавший в период строительства: к нежилым зданиям, сооружениям и строениям, созданным в советский период, не подлежит применению понятие «самовольная постройка» в смысле ст. 222 ГК РФ, поскольку оно введено лишь с 1995 года и не имеет обратной силы.

Согласно ГК РСФСР 1964 года, основанием для признания постройки самовольной служило исключительно строительство жилых домов без разрешения; иное имущество, построенное хозяйственным способом в рамках уставной деятельности и с санкции уполномоченных органов, подлежало признанию законным, особенно если оно принималось в эксплуатацию актами соответствующих властей.

При применении института приобретательной давности судам необходимо всесторонне исследовать характер владения (добросовестность, открытость, непрерывность), а также фактические и документальные обстоятельства возникновения объекта — включая разрешительные документы, генеральные планы, акты приёмки и назначение строения.

Отказ в признании права собственности на объект, формально не включённый в акт приёмки, но соответствующий плану, функционально связанному с основным назначением комплекса и эксплуатируемый владельцем длительное время, требует особо тщательной мотивации и не может основываться лишь на формальном несоответствии перечня акта.

При наличии встречных денежных требований, в том числе основного долга и неустойки, зачёт и погашение обязательств должны осуществляться в строгом соответствии с очередностью: в первую очередь — издержки кредитора по получению исполнения, затем — проценты (не являющиеся мерой ответственности), и лишь в оставшейся части — основная сумма долга.

Неустойка, как мера гражданско-правовой ответственности, не входит в состав требований, подлежащих приоритетному погашению, и подлежит удовлетворению после основного обязательства.

Одностороннее изменение этой очередности стороной или судом без соглашения сторон недопустимо и влечёт нарушение принципа равноправия участников процесса.

Даже при отсутствии на момент совершения сделки установленных признаков неплатежеспособности или просроченной задолженности перед конкретными кредиторами, сделка может быть квалифицирована как подозрительная — если иные обстоятельства позволяют сделать вывод о наличии у должника цели причинить вред имущественным правам кредиторов.

В частности, презумпция такой цели сохраняет силу при совершении безвозмездной сделки с заинтересованным лицом, особенно в контексте участия должника в цепочке оспоримых или недействительных сделок, что свидетельствует о системном использовании имущественных операций для вывода активов из-под взыскания.