В делах, связанных с взысканием неосновательного обогащения за пользование земельным участком, на котором расположен арендованный объект недвижимости, существенное значение имеет точное установление площади фактически используемой территории, включая границы по обрезу фундамента здания.

Обязанность заключить договор аренды земельного участка возникает у арендатора, если участок сформирован не по обрезу фундамента, а его фактическое использование выходит за пределы той площади, плата за которую уже включена в арендную плату за здание.

При этом для правомерного расчёта неосновательного обогащения необходимо учитывать способ определения площади здания: если для кадастрового учёта она рассчитывается по внутренним поверхностям стен, то площадь участка по обрезу фундамента определяется по внешнему контуру наружных стен, что может приводить к значительной разнице в расчётах.

Суды обязаны всесторонне и полно исследовать представленные доказательства, включая документы о площади застройки, экспликации, кадастровые паспорта и иные материалы, свидетельствующие о фактическом землепользовании.

Игнорирование таких доказательств, необоснованное отклонение доводов о несоответствии расчётов или отсутствие анализа различий в методиках измерения площадей делает выводы суда неполными и противоречащими требованиям закона.

В спорах, связанных с оказанием услуг по аренде спецтехники с экипажем, односторонне составленные исполнителем первичные документы, включая рапорты-наряды и иные формы учета, не могут служить достаточным основанием для взыскания задолженности при отсутствии их подписания заказчиком или иных доказательств фактического оказания услуг.

Суды обязаны проверять, соответствуют ли правоотношения сторон заявленному характеру договора, и не допускать произвольного применения норм о подряде к арендным отношениям, если договор не предусматривает оказания дополнительных работ или услуг, выходящих за рамки предоставления техники и персонала.

Оценка доказательственной силы условных обозначений в документах (например, буквенных кодов простоев) возможна только при наличии подтвержденной и исследованной в суде системы учета, общепринятых правил или соглашения сторон.

Выводы о вине заказчика в простоях или об обязанности оплатить неоспариваемые в письменной форме документы требуют конкретных доказательств, а не предположений.

При этом взыскание неустойки, производное от основного обязательства, не может быть обосновано, если само обязательство по оплате не установлено на достаточной доказательной базе.

Факт ввода объекта в эксплуатацию и его приемка не освобождают заказчика от права оспаривать объемы и стоимость работ, предъявленных подрядчиком к оплате в односторонних актах, если эти данные расходятся с согласованной сметой и проектной документацией.

Достижение конечного результата по контракту не влечет автоматической обязанности заказчика оплатить все заявленные подрядчиком суммы, особенно когда имеются конкретные возражения относительно необоснованного завышения объемов, включения работ, уже оплаченных ранее, или использования расценок, не согласованных сторонами.

Суд обязан проверить обоснованность таких возражений, сопоставив акты выполненных работ со сметой и иной контрактной документацией, даже без назначения экспертизы, поскольку анализ соответствия объемов и расценок не требует специальных знаний.

Отказ от оценки доводов заказчика, изложенных с конкретной привязкой к позициям сметы, свидетельствует о неполном и поверхностном исследовании обстоятельств дела и влечет нарушение принципов объективности и всесторонности судебного разбирательства.

Для признания права юридического лица на приобретение в собственность земельного участка, расположенного в границах морского порта и ограниченного в обороте, необходимо установление факта использования находящихся на нем объектов недвижимости именно в деятельности морского порта на момент обращения с соответствующим заявлением.

Само по себе наличие права собственности на здания или сооружения, а также их ремонт или техническое переоснащение, без подтверждающих документов о фактическом функционировании в качестве портовой инфраструктуры, не свидетельствует о реализации портовой деятельности.

Судам при рассмотрении споров о признании незаконности отказа в предоставлении земельного участка в собственность необходимо проверять законность оспариваемого решения на дату его принятия, а не на основе данных, относящихся к предыдущим периодам.

Выводы о целевом использовании объектов должны быть основаны на конкретных, актуальных и достоверных доказательствах, представленных заявителем на момент обращения в уполномоченный орган.

Отсутствие таких доказательств не позволяет признать наличие оснований для продажи участка без торгов, даже если ранее подобные обстоятельства однажды были установлены в другом судебном процессе.

В делах, связанных с взысканием страхового возмещения по договору имущественного страхования, когда страховщик признал наступление страхового случая, но выплата возмещения не осуществлена, начало течения срока исковой давности определяется не с момента признания случая страховым, а с даты, когда страхователь узнал или должен был узнать о фактическом отказе страховщика в исполнении обязательства.

Такой момент наступает по истечении разумного срока, в течение которого страховщик обязан был организовать ремонт или принять решение о полной гибели имущества, включая подготовку необходимых документов.

Отсутствие реакции со стороны страховщика на запросы страхователя, игнорирование оформленного заказ-наряда на ремонт и непринятие решений по урегулированию убытка в установленные правилами страхования сроки свидетельствуют о недобросовестности и создают основания полагать, что обязательство исполняться не будет.

В таких обстоятельствах течение срока исковой давности начинается не с выдачи направления на СТО, а с момента, когда стало очевидно, что страховщик уклоняется от исполнения, что требует всестороннего анализа поведения сторон и условий договора.

В случае неправомерного отказа уполномоченного органа в предоставлении земельного участка в собственность, последующее исполнение арендных обязательств по участку не может автоматически квалифицироваться как убыток, подлежащий возмещению, если такие обязательства вытекают из действующего договора аренды, а переход права собственности еще не зарегистрирован.

Согласно правовой позиции высших судов, до государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок обязательство по уплате арендной платы сохраняется, поскольку использование земли является платным, а арендодатель (государственный или муниципальный орган) не уплачивает земельный налог и не несет бремя содержания участка.

Следовательно, арендные платежи, внесённые в этот период, являются законным исполнением договорных обязательств, а не прямым имущественным вредом, вызванным неправомерными действиями органа.

Для признания таких платежей убытками необходимо установить причинно-следственную связь между неправомерным поведением органа и фактическими расходами, а также доказать, что иное поведение органа могло бы привести к прекращению арендных обязательств ранее.

При этом выводы судов о возмещении убытков должны быть основаны на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, включая сроки подачи заявления, обязанности сторон по оформлению сделки, возможность досрочного прекращения аренды и момент возникновения обязанности по уплате земельного налога.

Закон требует совокупности: неправомерности действий, факта убытков и их прямой причинной связи с действиями органа — и при отсутствии хотя бы одного из них требование подлежит отклонению.

При оценке возможности освобождения гражданина от исполнения обязательств в рамках процедуры банкротства ключевое значение имеет установление добросовестности его поведения при принятии на себя финансовых обязательств.

Недостаточно ограничиться формальным соблюдением требований к раскрытию информации — необходимо выявить, соответствовала ли реальная цель получения заемных средств той, что была заявлена кредиторам.

Предоставление кредиторам заведомо неполных или искаженных сведений о целях кредита, особенно если они свидетельствуют о скрытой коммерческой или инвестиционной активности, исключает возможность объективной оценки рисков и подрывает основы добросовестного кредитования.

Одновременное заключение нескольких кредитных договоров в один день с разными кредиторами требует особого внимания: стандартным поведением добросовестного заемщика является раскрытие информации о параллельных кредитных обязательствах, чтобы каждый кредитор мог оценить финансовую нагрузку.

Отсутствие такой прозрачности, совмещенное с недостаточной проверкой судом реального уровня доходов и источников погашения задолженности, не позволяет сделать обоснованный вывод о добросовестности должника.

В таких случаях отказ в применении правила освобождения от обязательств является необходимой мерой защиты интересов кредиторов и поддержания устойчивости кредитной системы.

В случаях, когда по основному обязательству (например, возврат суммы займа) истец своевременно обратился в суд в пределах срока исковой давности, а требование о взыскании неустойки заявлено после исполнения решения по такому иску, течение срока исковой давности по требованию о неустойке приостанавливается на весь период судебной защиты основного долга.

Суды не вправе применять трехлетний срок исковой давности к требованиям о взыскании пеней, начисляемых за каждый день просрочки, механически отсчитывая его с даты возникновения просрочки, если по основному обязательству имела место непрерывная судебная защита, не прерываемая истечением общего срока давности.

Таким образом, если основное требование защищалось в судебном порядке вовремя, то требование о взыскании неустойки подлежит рассмотрению без применения презумпции пропуска срока исковой давности по всей сумме, а допустимый период взыскания определяется с учетом правила о продлении срока на три года до момента подачи нового иска, включая срок досудебного урегулирования.

Подобный подход обеспечивает реализацию принципа справедливой компенсации за пользование чужими денежными средствами и недопустимости изъятия выгоды от длительного неисполнения обязательств.

В случаях оспаривания сделок юридического лица его новыми участниками или органами управления необходимо учитывать, что при оценке законности сделки, совершенной до смены состава участников, решающее значение имеет экономическая обоснованность и соответствие интересам лица на момент совершения сделки.

Сделка не может быть признана недействительной исключительно по признаку разницы между кадастровой и договорной стоимостью имущества, если она являлась частью взаимосвязанных соглашений (например, комплексной сделки по продаже долей в уставном капитале), а её условия были согласованы в рамках единой хозяйственной цели и отвечали интересам действующих на тот момент участников.

Отсутствие явного ущерба для юридического лица как такового, при наличии доказательств согласования условий передачи активов и долей, а также осведомлённости новых участников о составе имущества общества на момент приобретения долей, исключает основания для признания сделки недействительной по мотивам злоупотребления правом или сговора.

При рассмотрении подобных споров суд должен всесторонне исследовать обстоятельства согласования активов, направленность воли участников на момент сделки и корпоративную целесообразность, избегая ретроспективной оценки интересов, возникших лишь после изменения контроля в обществе.

В случаях, когда уполномоченный орган отказывает в предоставлении земельного участка в собственность без торгов на основании его предназначения для размещения объекта регионального значения, суд должен установить, предусмотрено ли фактическое размещение такого объекта непосредственно на границах испрашиваемого земельного участка.

Само по себе указание на наличие объекта регионального значения в функциональной зоне, где расположен участок, недостаточно для обоснования отказа, если отсутствуют конкретные сведения о прохождении или размещении объекта именно на этом участке.

При наличии расхождений между документами территориального планирования (например, Генеральным планом и проектом планировки территории) суд обязан всесторонне исследовать юридическую значимость этих документов, их актуальность и соотношение в системе градостроительного регулирования.

Отказ в выкупе возможен лишь при достоверном установлении, что земельный участок действительно предназначен для размещения объекта федерального, регионального или местного значения в соответствии с утвержденной документацией по планировке территории.

В делах о взыскании неустойки (пеней) по договорам аренды лесных участков судам надлежит тщательно проверять методологию расчёта пеней, в том числе учитывать наличие и продолжительность просрочек по каждому периоду, а также применение понижающих коэффициентов к арендной плате.

Наличие понижающего коэффициента не исключает обязанности арендатора своевременно вносить плату в установленном объёме, а следовательно, не снимает автоматически начисленные пени за просрочку.

Ссылка суда на судебные акты по иным делам без индивидуальной оценки обстоятельств конкретного спора и без анализа представленных истцом пояснений и расчётных документов противоречит требованиям о распределении бремени доказывания и нарушает принцип объективной истины.

При рассмотрении подобных дел суд обязан проверить, имелись ли фактические просрочки исполнения обязательств и правильно ли применены условия договора и нормы материального права.

В случае расторжения договора лизинга по инициативе лизингодателя (в том числе в одностороннем порядке) обязательства лизингополучателя по возврату предоставленного финансирования и уплате платы за его пользование не прекращаются автоматически.

Последующие платежи, осуществляемые лизингополучателем, и их принятие лизингодателем не свидетельствуют сами по себе о возобновлении действия договора или отказе от его расторжения — такие действия являются исполнением обязательств, вытекающих из последствий расторжения, а не подтверждением сохранения договора.

Разрешение спора о взыскании неосновательно полученного обогащения после расторжения договора лизинга требует от суда обязательного определения сальдо встречных обязательств сторон с учётом всех взаимных предоставлений, включая стоимость возвращённого (или реализованного) предмета лизинга, сумму фактически полученных платежей и размер предоставленного финансирования.