«Слушают музыку», 1978-ой

Автор: Вадим Алексеевич Кулаков — советский и российский художник-монументалист и живописец (1939-2017).

Только такие вечеринки готова сейчас посещать.

БЕЛА ТАРР
правила жизни

1. Я работаю над развитием новых кинематографистов — молодых людей, которые пытаются найти новый путь вне системы. Я хочу, чтобы вы были смелыми. Ни к чему не прислушивайтесь. Больше никаких ожиданий. Вы должны нарушать правила. Потому что в XXI веке у нас больше нет правил. Вы можете снять фильм на свой телефон. Вы свободны.

2. Ненавижу линейное повествование. Логика таких фильмов, как правило, следующая: действие, монтаж, действие, монтаж. И для меня это нелепо. Мне нравится вслушиваться в детали — в лица, реакции и все эти мелочи. Для меня кусок стены сам по себе может быть историей.

3. У вас есть ответственность перед людьми, и вы не имеете права их обманывать. Когда вы просыпаетесь в четыре утра и должны быть на площадке в 5:15, вы думаете лишь о том, как сделать всё наилучшим образом, потому что зритель умен и чувствителен. Я их уважаю. Это вопрос морали. Я должен отдаться этому полностью и сделать всё возможное ради них. Они — мои партнёры. Когда я работаю, моё эго исчезает.

4. Вопрос в том, что вы чувствуете, выходя из кинотеатра? Вы стали сильнее или слабее? Мне кажется, что люди становятся сильнее. Если вы видите что-то тёмное или печальное и встречаетесь с этим лицом к лицу, понимая это, вы становитесь сильнее. В этом и состоит моя логика.

5. Я по-прежнему являюсь анархистом. Хотя есть старая фраза, как вы знаете: «Если вы не были коммунистом до тридцать, у вас нет сердца, а если вы остались коммунистом после тридцати, у вас нет мозгов». Эта короткая старая максима, с которой я не всегда согласен, потому что я думаю, что социальная чувствительность действительно является важной составляющей. Ты не можешь быть циничным, ты не можешь быть бессердечным. Ты не можешь делать что-либо без эмпатии. И кажется очевидным, что нужно встать на сторону бедных, несогласных и измученных. Это моральный долг, а не вопрос профессии или вашего социального статуса. Это просто вопрос чести.

6. Я прожил сорок лет при фальшивом коммунизме или фальшивом социализме, потому что это не были ни настоящие коммунисты, ни настоящие социалисты. Они просто обманывали людей — это было феодальное дерьмо. Я помню, как действовала эта цензура. Но сейчас ситуация каким-то образом повторяется: приходят эти буржуазные типы и смотрят твои работы лишь затем, чтобы защищать систему, которая направлена против человека. Я не могу выбирать между этими двумя видами дерьма.

7. Когда вы молоды, вы думаете, что существуют только социальные проблемы. «Однажды мы должны решить это, жизнь будет блаженством и воцарится рай на земле». Но позже вы понимаете, что они не являются онтологическими проблемами. Все не так просто. И тогда начинается новая фаза, когда вы понимаете: по сути, это что-то космическое. И от фильма к фильму вы созерцаете все это. Потому что, когда вы делаете фильмы, комплексы новых вопросов приходят вам на ум. И эти новые вопросы требуют новых ответов. Раз уж ты мыслишь, а не просто испытываешь чувства, ты исследуешь эти вещи все глубже и глубже.