Какие были отношения Бакунина с Прудоном? Часть 1.

Представляем вам отрывки из воспоминаний Замфира Арборе-Ралли, товарища Бакунина по русской секции Альянса и Интернационалу по этому вопросу:

"В 1844 году он [Бакунин] был в Париже. Здесь он сошелся близко с Прудоном и Леру. Относительно его знакомства с Прудоном мне лично известно лишь все то, что уже существует в печати. В 1872 году Бакунин просил меня переслать ему в Лoкарно некоторые из сочинений Прудона, а главным образом его «Общую идею революции ХIХ века» и «Исповедь революционера», в которых Прудон развил свою основную мысль о разрушении политического государства и организации экономической федерации общества. Эти книги послужили потом, немного позже, когда в Локарно приехал Зайцев, к написанию книги, озаглавленной «Анархия по Прудону», изданной нами в Цюрихе в 1873 году. Книга была написана Зайцевым [на самом деле Гильомом, Зайцев был переводчиком на русский] в то время, когда Бакунин уже засел за написание своей «Государственности и Анархии».

Михаил Александрович Бакунин считал Прудона метафизиком и очень плохим экономистом; поэтому он и был побит Марксом. Это мнение Бакунина, однако, следует принимать во внимание со следующей поправкой: Прудон познакомился с Кантом и Гегелем через Бакунина, который передал ему и свою диалектику и свой взгляд на историю, как метафизику в действии; ему же, Бакунину, Прудон обязан формулой, названной им именем антиномия. Конечно, впоследствии М. А. отказался от многого из своих философских взглядов, но это произошло много позже его общежития с Прудоном. Для того, чтобы составить себе ясное представление в той розни во взглядах, которые произошли впоследствии между учением Прудона и Бакунина, следует всенепременно прочесть книгу Зайцева «Анархия по Прудону», так как в ней излагается довольно ясно критика Прудона, сделанная М. А. в его беседах с нами по этому предмету.

Введение, написанное Зайцевым к «Общей идеи революции ХIХ в.», в котором обозреваются первые три этюда Прудона, было просмотрено Бакуниным, и на полях манускрипта, сохранившегося у меня, написано рукой Бакунина следующее начало первой главы:

Когда в обществе существует достаточная причина для революции, никакая человеческая причина не может помешать этой революции произойти. Если правительство или привилегированные классы пытаются воспрепятствовать ей, эти усилия подавить революционную силу, эти реакции, хотя бы на время казались успешными, только усиливают в сущности силу, которую хотят подавить; они только помогают революционной идее формулироваться; только вернее указывают революции путь, которым она должна следовать; только начертывают ей дорогу, которую, предоставленный самому себе, революционный инстинкт, быть может, долго искал бы безуспешно»".

Какие были отношения Бакунина с Прудоном? Часть 2.

Из воспоминаний Арборе Ралли:

«Не много далее, в этом же введении, написанном целиком рукой Зайцева, М. А. после строк «посмотрим же, каково положение, созданное во Франции буржуазным порядком, учрежденным в 1789», написал на полях манускрипта следующее:

«Революция, предпринятая в конце прошлого века против дворянства и монархии, имела двоякую задачу; задача это состояла в том, чтобы уничтожить во Франции и в Европе феодальный или военный порядок и заменить его всюду порядком равноправности или промышленным».

Далее тоже на полях рукой уже Зайцева идет дополнение к добавленному Бакуниным. Книга «Анархия по Прудону» была набрана нами же, печатали мы ее на ручном прессе в количестве 1200 экземпляров в Цюрихе, до разрыва нашего с Бакуниным, произошедшего вследствие несогласий с С-ным. Книга «Анархия по Прудону» вышла с небольшим предисловием в 2 с половиной страницы, продиктованным М. А. Бакуниным ее автору, Зайцеву.

Вот и все, что мне лично известно об отношениях М. А. Бакунина к Прудону. Из разговоров моих с Бакуниным я мог убедиться, что самолюбие М. А. всегда было некоторым образом шокировано тем, что многие считали его учеником Прудона, между тем как М. А. был серьезнее подготовлен в области экономических наук и философских мировоззрений, нежели Прудон, а потому был даже склонен считать скорее Прудона своим учеником, нежели учителем. Во всяком случае диалектикой, конечно, Прудон позаимствовался у Бакунина, а не последний у первого. Прудон не знал по-немецки, а поэтому вся философская литература германская, включая самого Гегеля, была ему мало известна, по крайней мере, по первоисточникам».

(Журнал «О минувшем» 1908, №10)

Возможно традиционное мнение, что Бакунина был последователем Прудона нужно изрядно так подкорректировать. Что еще интереснее, всеми знаемая последовательность «Прудон-Бакунин-Кропоткин» возможно, стоит несколько пересмотреть.

Личное и коллективное освобождение.

Дискуссия о кооперативах наталкивает на обсуждение ряда вопросов и догм «поп-анархизма» (то есть популярного представления об анархизме среди анархисто:к). Например, задавая вопрос «как построить анархию» самое лёгкое умозаключение гласит: анархия — это общество, экономика которого строится на кооперативах (от того, какими должны быть отношения между кооперативами зависит коммунист вы, индивидуалист, мютюэлист и так далее), следовательно, сейчас нужно строить кооперативы.

Несостоятельность этого простого утверждения очевидна, разбору его посвящены тонны текстов (в том числе и в классике) и не только те, которые опубликованы на этом канале.

Но тут необходимо рассмотреть не «эффективность» кооперативов, а про то, что по факту значит построение кооператива/ов для движения. Здесь мы подходим к дихотомии личного освобождения через коллективное (неизбежно с революционной перспективой) с одной стороны, и коллективного освобождения через личное с другой.

Под «коллективным» тут нужно понимать общество в целом, население определенной территории или некоторое большинство, множество, чьи имена один человек никогда не сможет запомнить.

Так вот получается, что построение кооперативов полностью подпадает под путь личного освобождения, конечным итогом которого должно быть освобождение коллективное, правда, чисто количественным прибавлением. Как и любой "личный" метод он страдает почти всем тем, что свойственно "идеалистическим" концепциям. Когда мы берём отдельного человека мы можем представить его любым, можем спроецировать на него собственное положение. Когда, чтобы построить анархию вы отвечаете - построй кооператив, вы буквально даёте совет, полностью оторванный от реальности.

Такой совет вряд ли подойдёт абсолютному большинству россиян, живущих ипотекой, кредитами, нищенским пенсиями и зарплатами. Не подойдёт он и тем, кто хорошо наварился на россиянах - у них и так все хорошо, зачем им кооператив?

Кооператив любого вида в определенных размерах, когда он оказывается способен вытеснить основную работу, - это бизнес, а когда у вас нет под рукой разваливающегося капитализма (как после февральской революции в России) он всегда превращается в элемент капитализма, и как экономическая основа вашей жизнедеятельности, двигает вас к тому, чтобы стать (коллективным) капиталистом и искать исключительно личное счастье, часто, за счёт других, вставая в противоречие с собственными идеями. Но до этого не дойдет, ибо по ходу такого дела легко принять как свои часть либеральных теорий, чтобы оправдать, замылить и замаскировать в собственных глазах собственную эксплуататорских (или эскапистскую) роль, прямую или косвенную. Все что хорошо бизнесу (и плохо людям или конкурентам), хорошо вам. Система так устроена, что в ней быть капиталистом и выгодно и поощряемо, а то каким капиталистом - дело десятое. В общем, сам капитализм - это система личного освобождения за счёт других.

Таким образом личное освобождение, как минимум в кооперации, приводит не к коллективному освобождению общества, а к личному освобождению за счёт коллективных сил общества, отдаляя, ну или не продвигая никак его реальное освобождение.

Метод же социального анархизма, начиная с Бакунина, - это коллективное освобождение всего общества, а через коллективное освобождение и освобождение каждой личности. Одним словом, коллективная борьба и активное участие в жизни большинства народа, в конечном итоге - революция.

Хотелось бы встать на защиту кооперативов. Но нуждаются ли они в ней?

автор: Цифровой тигр

Кажется, что на них был совершён налёт. Благо грабители не забрали ничего важного и ценного. Чтож. Давайте посмотрем что они упустили, пока кооперативы вылизывают свои раны.

Кооперативы правда являются способом выжить в капитализме. Мы в нём и так и так живём. Но вот скажите что лучше: работать на капиталиста, на государство и быть в капитализме, отдавая прибавочную стоймость одному из больших братьев, или оставлять свою прибавочную стоймость себе с неким шаном, что конкретно вы сможете перенаправлять её в борьбу? Лично мне всегде казался ответ очевидным.

Что ещё? Кажется, что кооперативы не должны быть самоцелью движения. Они должны быть одним из инструментов, которым кто-то может пользоваться, а кто-то нет. Если у вас половина движения это айтишники, которые делают сто долларов в минуту, то точно ли вам нужны кооперативы? Кажется, что в этом случае не нужны. Ровно то же самое, что у вас движение может состоять из людей, которые не могут попытать шанс и организовать с вами кооператив. Это правда нужно делать либо тем, у кого есть свободное время и какая-никакая подушка. Если это пытаться совместить с другой работой, то на деятельность времени точно не останется.

В целом растраивает то, что люди всё ещё рассматривают направления анархизма, как набор практик, которые нужно выбрать и стоять только на них. Как будто бы ты выбираешь класс или расу в игре. Анархизм эклектичный и именно это отличает нас от марксистов и им подобным.

Кооперативы — это всего лишь инструмент. Такой же инструмент, как профсоюзы, коммуны или рынок. Инструмент не может навредить, если он находится в руках революционных сил.

Был найден конец от бакунинской работы “Протест Альянса”. Вы можете его прочитать в библиотеке анархизма, она образует самый конец, 14-ую импровизированную главу этого труда.

Этот фрагмент конца пылился в файлах амстердамского института и не был ещё опубликован ни при жизни Бакунина, ни при жизни Гильома - того, кто предположил, что эту работу Бакунин вообще не закончил.

Получается, что “Протест Альянса” фактически насчитывает 165 страниц оригинальной рукописи (почти что книга!), правда первые 62 страницы Гильом сам выкинул. Эту работа раньше не имела начала и конца, а теперь определенно имеет конец.

Самое интересное в этом “конце” - это более менее развернутая критика экономического детерминизма Карла Маркса вместе с очень кратким изложением его “Капитала” и всяких иных экономических теорий и того, как угнетенные должны этими науками воспользоваться, чтобы освободиться.

В библиотеке анархизма помимо этой работы появилась множество уникальных работ Бакунина, например, статья о Кооперативах, незаконченные фрагменты к книге “Россия - революционный вопрос в России и в Польше” о взаимоотношениях государства и правящих классов и другие работы (также по теме критики экономического детерминизма).

"Можно высказать упрек господину Марксу и его ученикам. А именно, что они придают слишком второстепенное значение интеллектуальной и моральной стороне: религиозной, философской, политической и юридической в историческом развитии общества. Мы видели доказательство этого на Базельском Конгрессе в ходе дебатов об отмене права наследования. Господин Эккариус, горячий последователь Маркса, считал, что Конгрессу не нужно высказываться по этому вопросу: «Как только будет установлена Коллективная собственность, право наследования отпадет само собой; и в целом, добавил он, все интеллектуальные и моральные вещи, религия, политика и юридические права являются не причинами, а лишь следствиями экономического положения». Безусловно, сначала они являются лишь следствиями, но то, что школа Маркса, похоже, забывает, если не игнорирует, так это то, что эти следствия сразу же становятся историческими причинами.

Чтобы убедиться в этом, нам нужно только внимательно посмотреть на то, что происходит вокруг нас. Мы только что видели, например, что большая часть буржуазии, средняя и, прежде всего, мелкая буржуазия, находится под такой же угрозой своему существованию, как и пролетариат, из-за развития нынешнего экономического процветания. Почему она не присоединяется к пролетариату? Что удерживает ее в рядах реакции? Интересы? Вовсе нет, это политические и юридические предрассудки и буржуазное тщеславие, укоренившееся в этих предрассудках. Другой пример – крестьяне почти во всех странах Европы: революционеры по интересам и положению, они являются реакционерами благодаря силе своих религиозных предрассудков. Наконец, мы даже имеем пример большей части городского пролетариата, который все еще слишком часто поддается своим политическим, юридическим и даже иногда религиозным предрассудкам, уводящим его по пути, полностью противоположному его цели: освобождению труда и трудящихся.

Однако есть один момент, в котором Маркс и его школа, кажется, делают исключение из своего правила; это политический вопрос, именно тот, в котором они не должны были бы этого делать. Они подтолкнули своих друзей в Германии к тому, чтобы сделать столь необычное для социалистических революционеров заявление: «Завоевание политических прав есть необходимое предварительное условие экономического освобождения». Но эта ересь является лишь следствием их основополагающей ереси: Коммунистическое Государство, Народное Государство".

Михаил Бакунин. "Протест Альянса" (фрагмент конца рукописи).

А что там на западе?

Мы очень редко что слышим о том, что делают товарищи в других странах. От этого становится грустно, теряется понимание того, что анархизм – это движение мировое. Поэтому хотим представить небольшой текст-перевод новости из США.

Самая большая анархистская организация США «Черная Роза», имеющая свои ячейки во множестве штатов, а также имеющая «союзников» из других инициатив, 9-11 октября (новость об этом опубликована 19 ноября) этого года провела свой 11 конгресс.

Небольшой отчет с 11 съезда BRRN https://telegra.ph/Otchet-o-Nacionalnom-sezde-CHernoj-Rozy-2025-goda-v-SSHA-12-08

Эспецифизм – новое течение в социально-революционном анархизме. Часть 16. Что может свалить систему? Коллективная сила.

Настал черед вопроса «Что делать?». Ему не будет здесь дан полный ответ, но будут высказаны общие принципы, а конкретности более развернуто будут представлены в будущих частях.

Так, без чего невозможно победить государство? Без массовой организации, точнее без постоянно усиливающейся как количественно (числом), так и качественно (самодисциплина) организации, объединенной общей целью.

Важным аспектом в рамках этой парадигмы является классовая борьба: нынешнее общество – это фактически соотношение сил правящих и угнетенных, нынче правящие на верху, а мы все внизу. Но, это соотношение может изменяться через сопротивление и в этом смысле нужно иметь ввиду эффективные ее методы: пассивное сопротивление, хоть и бывает действенным, но не представляет собой никакой социальной силы, а изолированное скорее обладает не социальной силой, а социальной слабостью. Из этого само собой вытекает, что целесообразнее всего работать коллективно во множестве объединенных коллективов, стремящихся к увеличению собственной социальной силы на основе активного сопротивления:

«Дезорганизация, плохая организация и изоляция, по сути, поддерживают капитализм и государство – поскольку они не позволяют создать необходимую социальную силу … если мы не будем стремиться к хорошо отлаженной организации и объединению, то в итоге не сможем оказывать никакого влияния на борьбу, а значит, и на современное общество»

Социальная сила здесь почти то же самое, что и коллективная сила (умножение, а не простая сумма изолированных усилий), которая может быть организована как авторитарно, по-эксплуататорски, так и либертарно, то есть через свободное объединение ради общей цели. Энергичность индивидов, которые составляют эту коллективная силу, может быть разной в разное время.

Именно через объединение, поэтому, можно накапливать социальную или коллективную силу. Но чтобы это объединение было еще более эффективным нужна некоторая дисциплинированность. Это понятие, в принципе, соответствует самому термину «организованность», одного без другого быть не может, только в либертарной организации мы имеем осознанную самодисциплину, а в авторитарной механическую и отчужденную.

Преданность делу, ответственность и самодисциплина, которые все равно необходимы по-разному в разное время – это условия для построения либертарной организации, желающей увеличить свою социальную силу.

«рост социальной силы может быть достигнут с помощью различных средств, но в первую очередь – организации эксплуатируемых классов с максимально возможным количеством людей и хорошим уровнем организации – что обязательно подразумевает самодисциплину, преданность делу и ответственность... [такая] организация… – это… не только лекарство от власти, но и единственное лекарство от него… с помощью которого каждый из нас может привыкнуть принимать активное и осознанное участие в наших коллективных усилиях»

Эксклюзив. История Социализма Бакунина.

У Бакунина очень много неизданных, неизвестных, непереведенных и потерянных работ. Некоторые работы находились сильно поздно после смерти Бакунина (как например письмо Нечаеву, которое можно посмотреть в библиотеке анархизма), а эта работа, видимо нашлась, или разгреблась из кучи бакунинских листов, совсем недавно, настолько недавно, что ее нет ни в каких собраниях сочинений Бакунина, ни на русском, ни на французском. Она есть только на CD-ROM, с которого она была пока частично переведена на русский.

Собственно, представляем вам работу Бакунина "История Социализма" (это скорее философское обоснование истории Социализма, а не привычная история по личностям и движениям).

15 декабря таксисты "Яндекса" проводят забастовку в России, Казахстане и Беларуси. Низкие тарифы и высокие отчисления агрегатору приводят к 12-16 часовому рабочему дню без перерывов: только так у водителей есть шанс заработать. Таксисты требуют, что "Яндекс" вел с ними переговоры и учитывал их интересы.

Поддержать работу Автономного Действия

#протест #трудовые_права

Где искать революционный субъект?

Когда впервые заходишь в мир левых теорий сразу выучиваешь на зубок, что революцию устраивает трудящийся класс - пролетариат городов и деревень, потому что именно он в первую очередь заинтересован изменить систему.

Но вот незадача, пролетариат себя не осознает, не знает, что за права нужно бороться, - единственное что у него есть - это идея, глубоко личная, о том, что нужно защищать имеющиеся права, но до завоевания новых прав ещё очень далеко. Настолько все плохо, что некоторые утверждают, что рабочего класса больше нет, как минимум, в качестве социальной группы, которая себя осознает.

Так вот, главная мысль, которую вроде ещё нигде не была высказана (по крайней мере, я лично не нашел нигде): что революционный субъект, - те, кто совершает революцию, - формируется в борьбе, он начинает осознавать себя в борьбе, потому что бытие формирует сознание. Простого угнетенного положения недостаточно, если этого бы хватало, то капитализма уже бы не было.

Собственно, это нас подводит к ещё одной мысли - что бороться в современном обществе могут не одни лишь только рабочие как рабочие. Что какой-либо кризис в какой-либо сфере или регионе выдвигать на первый план может совсем иные идентичности, или точнее, сначала выдвигает какую-то борющуюся группу, и только затем уже идентичность их потихоньку сплочающую.

Это также значит, что типичный человек левых взглядов в России приходит к своим взглядам скорее простым умствованием, нежели согласованием собственного бытия и собственного жизненного опыта. Это порождает, например в марксизме, "скуфо-марксизм", "диванизм", "сталинизм", в анархизме - тот же диванизм, фразерство, позерство, склонность выдумывать собственный личный, а не коллективный, анархизм, анархизм как оправдание собственного асоциального образа жизни или своей предпринимательской жилки.

Бытие определяет сознание, если вы боретесь со своим начальником, владыкой, мэром, губернатором, президентом, у вас появляется необходимость ее оправдать более всеобъемлюще, подогнать под это действо какую-то идеологию. Это стремление согласовать "практику и теорию", дело и совесть, бытие и сознание. Та борьба, которую вы ведёте (или не ведёте) будет толкать вас к тому, чтобы у вас была и соответствующая ей идеология, другой исход - стать сектой, оторванной от собственного бытия.

Кстати говоря, классический анархизм можно назвать "анархизмом образа жизни", только не панка, позера, диваниста и прочих, а борющихся рабочих.

Социальный анархизм - это анархизм образа жизни борющихся угнетенных классов, осознающих себя в борьбе и в борьбе же становящихся анархистами.

Интервью с анархистами из Ирана и Афганистана

ФаКеЛ взяла интервью у представителей «Анархистского фронта», анархистов с Ирана и Афганистана.

Как мы писали ранее, они категорически осуждают радикальный ислам, выступают за права женщин и сексуальных меньшинств.

Интервью на русском и персидском языках. Курсивом выделены вопросы от нас, а жирным шрифтом выделены ответы.


Само интервью


مصاحبه با آنارشیست های ایران و افغانستان

فاکل با نمایندگان "جبهه آنارشیستی" و آنارشیست های ایران و افغانستان مصاحبه کرد.

همان طور که قبلاً نوشتیم، آنها اسلام رادیکال را به شدت محکوم می کنند و از حقوق زنان و اقلیت های جنسی حمایت می کنند.

مصاحبه به زبان های روسی و فارسی. سوالات ما با حروف italicized و پاسخ ما با حروف فصلی.


خود مصاحبه


#Вне_Кавказа #Интервью

Федерация Кавказских Либертариев / ФаКеЛ / ФКЛ

Некоторые подробности о Лионском восстании и Бакунине от Арборе-Ралли. Часть 1.

Из воспоминаний Арборе-Ралли, друга и товарища Бакунина:

«Решивши принять непосредственное участие в коммунальном движении Франции, М. А. покинул Лoкарно и переехал в Берн, где вступил в переписку с Бастелика и Комбом, которые находились в Марселе. Из Берна Бакунин направился в Лион, где его должны были встретить его друзья, между которыми был Озеров, бывший русский офицер, и Валенций Ланкевич, поляк типографщик. 11 сентября 1870 М. А. прибыл в Лион, где и принялся за организацию революционных сил города. Немедленно был сформирован вооруженный батальон федералистов, город был разделен на кварталы и каждый квартал имел свой комитет, в который вошли члены интернациональных секций рабочих. 28 сентября М. А. редактировал следующий декрет к армии:

«Принимая во внимание:

1-е, что противно демократизму и крайне опасно для народного самовластья существование иерархической организации в армии.

2-е потому, что все офицеры приобрели свои чины во время империи, а следовательно и не могут быть верными защитниками республики, народ признает, что военные граждане имеют право и обязанность выбирать сами своих начальников, и потому провозглашает всех офицеров армии разжалованными и приказывает солдатам немедленно избрать себе новых начальников».

Эту прокламацию, написанную Бакуниным, подписал Сень, делегат по военной части, и она тотчас же была афиширована во всех казармах города Лиона.

За день до этого, на большом митинге, где участвовали тысячи рабочих, Бакунин объявил о необходимости организовать новое правительство, названное им революционной федерацией коммун, которое должно было состоять из революционного конвента, образованного в Лионе; другие же города и села должны в тоже время поспешить провозгласить повсюду у себя комитеты общественного спасения, непосредственно зависящие от революционного конвента, имеющего законодательную власть.

Эта новая организация революционных сил была создана Бакуниным, имевшим вокруг себя не более 200 человек, преданных ему: при посредстве этих людей он предполагал создать революционное движение на юге Франции и идти на помощь Парижу».

Некоторые подробности о Лионском восстании и Бакунине от Арборе-Ралли. Часть 2.

«Утром 28 сентября Бакунин со своими политическими друзьями овладел силой зданием городской думы. С балкона этого здания Сень (Saignes), Парратон, Ришар и Бакунин говорили народу, собравшемуся перед зданием; тут же было объявлено, что генерал Клюзере назначается начальником лионской национальной гвардии. Первым делом этого начальника был арест всех офицеров и коменданта Мазюра. Для выполнения этого приказа Клюзере тотчас же отправился в рабочий квартал Рыжего Креста (Сroiх Roussе), где, однако, был задержан национальной гвардией, оставшейся на стороне павшего правительства. В то же время был схвачен на улице и М. А., которого заперли в одной из комнат городской ратуши, уже занятой приверженцами струсившей буржуазии.

Арест Бакунина продолжался несколько часов. Вот как рассказывал этот эпизод сам М. А.

– «Схватили меня на улице солдаты под начальством полицейских, одетых в статское, и заперли в одной небольшой комнате городской ратуши. Я видел и раньше уже, что дело наше проиграно, так как рабочий народ не присоединился к секциям Международного Общества Рабочих и ограничился лишь одними овациями нам. С другой стороны, комитет спасения не проявил должной энергии в аресте правительственных лиц. Сидя запертым, я был уже готов к расстрелу. Вдруг слышу сильный шум, ломались в двери. Будучи уверен, что это, ломятся буржуа, чтобы покончить со мной без всякого суда, я собирался вытащить свой револьвер, который висел у меня за спиной за поясом; в это время приотворяется дверь и первое, что я увидел, был длинный нос Озерова».

Бакунин был освобожден нахлынувшей толпой своих приверженцев, во главе которых был Озеров и Ланкевич. В то время, когда он был освобожден, реакционное правительство снова проиграло свое дело и Парратон захватил в свои руки городскую ратушу».

(Фактически, бакунисты установили Лионскую коммуну два раза за один день)

Эспецифизм – новое течение в социально-революционном анархизме. Часть 17. Концепция “Народной Организации”.

Народ, то есть вся совокупность эксплуатируемых классов, таит в себе скрытую силу, которая способна совершить революционные преобразования. Однако, пока эта сила скрыта, разбросана, изолирована от своих составных частей, не осознаваема, она бесконечно слабее государства. Чтобы постепенно высвободить и накопить эту скрытую Социальную силу до достаточного уровня необходима "Народная Организация".

Для начала нужно оговориться, что понимается здесь под словом «организация» – это объединение ради общей цели, и так как это объединение, оно умножает социальную силу народа. Это объединение должно быть плодом ассоциации представителей эксплуатируемых классов.

«Народная» же здесь указывает на широкий классовый характер, то есть эта организация должна объединять все категории эксплуатируемых классов, а не только какую-то особую ее часть (например, только промышленный пролетариат). «Вовлечение всех слоев, которые сильнее всего страдают от последствий капитализма, является, таким образом, приоритетом». Классовый характер стимулирует и усиливает классовую борьбу, в которую она изначально вовлечена. «Таким образом, народная организация строится снизу вверх, от периферии к центру, вне центров власти существующей системы».

Народная организация не является плодом спонтанного движения, хотя многие проявления классовой борьбы являются спонтанными. При этом ошибочно полагать, что капитализм сам по себе будет двигаться к своему концу без организованности, без народной организации, без действий. Таким образом, Народная Организация – это также инструмент борьбы.

Народная Организация – это еще и результат объединения, «слияния разнообразных общественных организаций и различных низовых движений, которые являются плодом классовой борьбы». Поэтому необходимо поддерживать все виды организаций и движений такого типа, ибо это вытекает из наших идей.

В следующем посте расскажем про концепцию «Социальных движений», из которых должна состоять Великая «Народная Организация», которая опустит Дамоклов меч над нынешней системой.

Какую работу Бакунина нужно считать самой главной? Часть 1.

Относительно недавно автор этих строк обнаружил в интернете достаточно массивный источник бакунинских рукописей, уже переведенных (не на русский) на электронный носитель, однако, он был бы идеален, если бы содержал бы в себе все введения и предисловия сделанные для сочинений Бакунина хотя бы самыми главными исследователями его и его друзьями-товарищами. Еще один огромный минус этого файла, помимо того, что там все на французском (и только то, что было изначально Бакуниным написано по-русски или на других языках, соответственно на этих языках, плюс перевод на французский) – это невозможность открыть личные письма Бакунина. В каком- то исследовании по Бакунину я слышал, что писем у Бакунина около 1200 и это не считая тех писем, которые Бакунин намеренно сжег или рекомендовал сжечь ввиду конспирации.

Так вот, если абстрагироваться от писем, а брать только те работы Бакунина, которые были предназначены для публикации, то однозначно самой важной и главной из этих книг нужно считать «Кнуто-Германскую Империю и Социальную Революцию» в обоих выпусках, вместе с его же предисловиями, Приложением, а также с не переведенными вариантами и фрагментами (не переведенных частей этой книги можно насчитать примерно на одну книгу).

Почему на роль главной книги по, так сказать, «бакунизму», нельзя брать, например, «Государственность и Анархию»? Все, кто пытались читать эту книгу наверняка заметили, что в начале нее стоит обозначение «Предисловие», а собственно книга почему-то нигде не начинается, если не считать Прибавлений. Так вот, это, так сказать, «не баг, а фича». В оригинальном издании этой книги на обложке значилось «Часть Первая. Введение» (горькая ирония заключается в том, что на следующей странице уже значится «Предисловие»). Целая книга задумывалась как Предисловие к полному изложению всех сокровенных мыслей Бакунина в последующих частях этой книги. Артур Ленинг, исследователь Бакунина, полагает, что задумывалось как минимум одна часть продолжения, а максимум – две-три. Однако, не стоит отчаиваться, возможно, в продолжение «Государственности и Анархии» должны были быть более систематизированные прошлые идеи и знания Бакунина, написанные в других работах, возможно в этих частях должна быть полная переработка для русского читателя книги «Кнуто-Германская Империя…». Однако мы этого не узнаем, потому что рукописи второй части Государственности и Анархии были утеряны (где-то я вычитал, что их потерял Карло Кафьеро по вине Андреа Коста, изобретателя «пропаганды действием», потом ставшего депутатом-реформистом).

Философские основания «бакунизма» содержаться в «Кнуто-Германской Империи…», но где содержится практическая часть? Так сказать, теория практики? Она почти вся находится в письмах Бакунина в рамках тайной переписки внутри Альянса Социалистической Демократии – в письмах к французу Альберу Ришару, к испанцу Мораго, а также к Нечаеву. Эти «организационные письма» следует считать более «живым» объяснением некоторых принципов уставов и программ бакунистских организаций, по страницам которых, как я посчитал по имеющимся в архиве, хватит опять же на целую книжку.

Но «практическая сторона» бакунизма не ограничивается исключительно тайной стороной, были и опубликованные труды – «К офицерам русской армии», может быть «Протест Альянса» (кстати, был найден и переведен «конец» этой работы, где Бакунин критикует Маркса с позиций материализма), также в эту категорию входят некоторые очень длинные публичные письма Бакунина.

Какую работу Бакунина нужно считать самой главной? Часть 2.

Итак, мы выяснили, что главной работой Бакунина можно считать «Кнуто-Германскую Империю…», но что она из себя представляет? – литературного монстра. Это плохо сочетающееся между собой темы – война во Франции, рекомендации к действию в этой ситуации, критика идеалистов, либералов, капитализма, государства и наконец марксистов, утверждение собственного бакунинского «исторического материализма», в основании которого стоит стремление истории человечества к свободе.

Стоит упомянуть, что эта книга на русском имеется лишь частично – полностью первый выпуск, Предисловие (Парижская коммуна и понятие о государственности), по большей части второй выпуск и Философское приложение. Пока еще не были опубликованы на русском «листы предшествующие Приложению» о капитализме и революции, также не был опубликован фрагмент продолжения – «Статья против Маркса» где более подробно критикуется марксизм и его исторический материализм, а также все фрагменты и варианты, кроме фрагмента «О коррупции», которых наберется на целую отдельную книгу.

Как вы понимаете, несмотря на всю литературную неряшливость Бакунина, он все же в конце жизни пытался привести в полный порядок все свои идеи, но не успел, а товарищи как назло, потеряли значительную часть рукописей. Поэтому, мне кажется весьма наивным считать, что анархизм просто из принципа «не завершен», как пишет во многих своих работах Рябов. Как раз таки нет, он был бы завершен, если бы Бакунину хватило времени изложить и опубликовать собственные задуманные работы. Фактически, по воле случая, «бакунизм» жил в моменте, не в книгах, а в революционной практике, от того он был фрагментарен, русские знали лишь об одной его стороне (возможно, поэтому русский анархизм 1860-1870х исчез, и только в 1903 году снова появился в России в кропоткинском изводе на значительно ином философском и практическом основании), а французы – о другой (многие старые франкоязычные бакунисты перекрестились в реформисты), испанцы – о третьей, итальянцы – о четвертой (именно итальянцы и испанцы, можно сказать, более менее в полной мере несли его знамя), а немцы и евреи вообще ужасались от такой теории.

Представьте себе, если бы Бакунин смог бросить курить, подлечить себя и прожить еще несколько лет в упорных трудах по систематизации своих идей? Мы бы наверняка бы сейчас не считали бы Кропоткина крупным теоретиком, он, возможно был бы теоретиком отдельного течения «доктринерского анархизма» в тени главного мэтра.

Философски кропоткианство от бакунизма отличался позитивизмом, верой в науку, соединенной с анархизмом, а бакунинское неявно включало в себя диалектический материализм в отношении философии и истории, в практическом плане кропоткианство бесконечно проигрывает бакунизму, просто в силу того, что Кропоткин не смог или не желал делать определенными свои взгляды насчет анархистской революционной организации, что предопределило возникновения скандала насчет «Платформы» в 1920е. Еще одно отличие – Кропоткин в своей философии смешивает коллективизм и индивидуализм, говоря что в принципе, если подумать, они неотличимы, в то время как Бакунин был жестким коллективистом, с (полным) самоотречением личности в пользу коллектива, в котором, при этом, индивиды находят свою полную свободу и развитие.

Поэтому, если оглянуть взором этот период классического социального анархизма, выходит, что традиционный анархо-синдикализм не является чьим либо наследником, как хочет того Дамье, он стоит полностью отдельно. В это же время "платформизм", да и в целом организационные течения гораздо более ближе к ним обоим, хоть скорее больше к Кропоткину, чем к Бакунину (потому что бакунинскую практику они нарабатывали с нуля, не зная о ней).

Из непереведенных рукописей Бакунина - Фрагмент об историческом фатализме, свободе и солидарности.

Недавно здесь писали о "главной работе Бакунина" и был упомянут фрагмент "О коррупции". Ныне же представляем вам фактически черновой фрагмент текста Бакунина (такой же, как и "о коррупции") из его незаконченного сочинения “Исторические софизмы доктринерской школы немецких коммунистов” под названием "Исторический фатализм. - Свобода и Солидарность". Оттуда:

Под свободой я не имею в виду свободу воли. Свобода воли – это невозможность, нонсенс, изобретение теологии и метафизики, которое ведет нас прямиком к божественному деспотизму, а от небесного деспотизма – ко всем земным властям и тираниям, следствие необходимое и несомненное. Таким образом, все земные тираны, все те, кто в любом качестве претендует на то, чтобы навязывать себя человеческому обществу в качестве правителей, управленцев или опекунов, являются ярыми сторонниками свободы воли, и одного этого достаточно, чтобы доказать, что свобода воли является полной противоположностью свободы. Свободы воли не существует.

Как самый гениальный человек, так и самый глупый, как самый благородный и самый добродетельный, так и самый бесславный и самый преступный, в каждый момент своей жизни, во всех своих поступках и мыслях, так же фатально определяется неопределенным сочетанием всех причин, которые происходят независимо от его воли, как и все остальные вещи, существующие в этом мире. Против природы, рассматриваемой как вечно воспроизводящаяся совокупность бесконечного множества сходных и несходных существ, которые существуют, непрерывно действуют и реагируют друг на друга, затем исчезают или превращаются в новые существа внутри нее, против этой природы для человека нет возможного бунта. Он не может восстать против нее, поскольку, будучи только ею и в ней, он сам не является ничем, кроме этой природы. Поэтому восстать против нее было бы с его стороны больше чем самоубийством, невозможностью, нелепостью. Есть только один способ освободиться от давления, оказываемого на него как внешней природой, так и его собственной природой, – это признать ее неизменные законы, отождествить с ними свою мысль и волю и применять их в своей работе, в своем собственном воспитании и в организации общества.

Свобода, таким образом, имеет только социальное значение. Человек не может, не должен и не будет свободен иначе, как по отношению ко всем другим людям, отдельно или коллективно. Поэтому вся его свобода состоит в следующем: подчиняться только своим собственным убеждениям, своим собственным мыслям, своей собственной воле и не позволять себе определяться убеждениями, мыслями, волей других людей, пока они не стали его собственными. Отсюда следует, что человек свободен и может стать свободным только тогда, когда он уже находится в каких-то отношениях с себе подобными; что человеческая свобода могла возникнуть только в человеческом обществе и что, следовательно, последнее (общество) обязательно предшествовало первому (свободе).

Анархизм и экономическая наука. Часть 1.

В чем самое главное преимущество марксизма над анархизмом? В том, что у марксизма есть вполне наукоемкий анализ нынешней экономической системы. Научность этого анализа дало марксизму имидж «научности» против «ненаучного» «вздорного» и «утопичного» анархизма.

Но изначально все не было так однозначно. Прудон еще до Маркса влез в экономику по самые уши, опубликовав в 1846 году два тома «Системы экономических противоречий или Философию Нищеты». Но попытка была скорее неудачной. В последующем анархисты не считали важным эту работу, можно было бы здесь описать, почему прудоновская экономика не стала для анархистов основой экономического анализа, но автор этих строк сам не знает ответа, ибо не читал Прудона. В любом случае, революционные анархисты вместо Прудона больше ценили экономический анализ Маркса, вставая в этом отношении к марксистам как бы в подчиненное положение «необразованного быдла».

Бакунисты, опираясь на экономический анализ марксистов, делали больший упор на определении значения государства в науке об обществе (включающую экономику). В принципе говоря, анархизм мог заиметь для себя экономистов такой же величины что и Маркс, но Маркс их опередил. В то время как анархисты все больше становились на материалистическую основу (а Бакунин даже диалектическо-материалистическую, сказалось юношеское увлечение Гегелем), Маркс уже начал работу над своим «Капиталом» и выпустил основные экономические работы. Анархистам оставалось только занять роль собственно революционеров, заимствуя экономический анализ марксистов для оправдания революционных преобразований анархистского характера.

В последующем в экономическую науку попытался влезть Кропоткин, однако его «наука» не смогла пережить его самого, хотя теоретические построения ее были вполне обоснованными. Кропоткин полемизировал с "Капиталом", с положением о концентрации Капитала, что когда-нибудь мелкая промышленность будет полностью поглощена большим, что страны обречены занять узкоспециализированное место в мировом разделении труда и другое. Это он сделал в книге «Поля, Фабрики и мастерские». Как мы видим, мелкая промышленность не умерла окончательно, она скорее перестроилась, капитализм постоянно порождает снова и снова новые мелкие предприятия взамен обанкротившихся. В страны начинают упирать, где правящий класс более разумен, на диверсификацию собственной экономики, дабы не зависеть в ключевых товарах от других стран. Другая часть «экономической науки» Кропоткина заключалась в том, что экономику нужно переставить с рельс «производства ради прибыли» на рельсы «производства ради удовлетворения потребностей», автоматически ставящих улучшение условий труда (то есть экономию труда) одной из главных задач, тем самым делая потребности центральным вопросом экономики. Фактически говоря, поставить экономику, как теоретически, так и практически, под контроль народа. Такой теоретический переворот в науке может, видимо, совершиться только после того как на смену капитализму придет иная система.

Анархизм и экономическая наука. Часть 2.

Революционный, социалистический и коммунистический анархизм сейчас не может полагаться ни на что, кроме марксистского политэкономического анализа. Но следует не во всем полагаться на него. Во времена Бакунина анархисты распространяли экономические труда Маркса разъясняя то, на чем покоятся основы нынешней системы. При этом, они распространяли труды Маркса с анархистскими комментариями.

Очевидно, не все положения в «Капитале» согласуются с анархизмом. Более того, сама «небуржуазная» экономическая наука шагнула далеко вперед, появились новые теории, объясняющие несправедливость современной системы. Среди них есть и теория Мир-системного анализа. Автор этих строк хоть и не прочитал все, что касается мир-системного анализа, но может определенно сказать, что он достаточно хорошо согласуется с анархизмом. Во-первых, у него есть собственный макроэкономический анализ истории, по крайне мере у Джованни Ариги в книге «Долгий XX век. Деньги, власть и истоки нашего времени», где автор подмечает развитие двух зол нашего времени – власти денег и власти государств. В империях, феодальных государствах господствовало абсолютное право монарха, в торговых городах-государствах уже скорее власть денег. История господствующего класса таким образом в средневековье характеризовалось среди прочего борьбой денег, финансовой олигархии против деспотов государства (вспомните борьбу Новгорода и Москвы, или Гвельфов и Гибеллинов, Ганзы и Империи, Венеции и Генуи против Австрии и так далее – очень похоже на историю Кропоткина, только без романтизации вольных городов). В какой-то момент они начали сливаться в один, например, в Испании перед колониальной экспансией. Центр экономической системы начал перемещаться из Италии, минуя Испанию, в Нидерланды, благодаря колониализму. Развитие «власти денег» привели к буржуазным революциям в Нидерландах и Англии, «Центр» переместился в последнюю и там, сочетаясь с ограниченной буржуазией властью государства, оформившийся капитализм распространился по миру. Сложилась Мировая система, где есть «Центр» продающий высокотехнологичные товары, заведомо дорогие, и периферии, продающей дешевые товары. Последние не были включены в капиталистическую систему, но государства запада насильно их туда включили в статусе колоний. В последующем «центр центра» (потому что страны Европы тоже становились центром) переместился в США, где остается поныне.

Неравенство между странами покоится таким образом на неравных экономических отношениях, практически таких же, как между пролетариатом и буржуазией. У одних есть капитал и дорогие товары, у других дешевые рабочие руки (в нашем случае, еще и дешевые производства), у одних технологии, у других отсталость. Отсюда появляется теория неэквивалентного обмена, составляющем одну из основ неравенства, которое закрепляет это неравенство неопределенно долго.

Фактически говоря, выход из этого положения находится в диверсификации экономики, как это пишут экономисты мир-системы и теории зависимости. Эта же формула, фактически, была еще у Кропоткина.

К сожалению, автор этих строк давненько читал мир-системщиков, поэтому рассказ выше крайне фрагментарен и неполон. Но надеюсь, он будет полезен тем, кто хочет реально понять, где искать ответы на вопрос, почему одни страны богатые, а другие бедные (и почему одни люди богатые, а другие бедные).