Вот лучший комментарий по закономерным новостям из Германии сегодня:

https://xn--r1a.website/russdiary/34073

Меткий сетевой юмор...

И надо отметить — понимание того, что жизнь сложнее и изощрённее любых конспирологий, с возрастом приходит далеко не ко всем.

Летающими уже никого не удивишь — стоим в шаге, даже в полушаге от повсеместно прыгающих, скачущих и ползающих беспилотников.

Ну и новая кавалерия на роботах тоже не за горами...

ПОСЛЕДНИЙ НАЛОГ ИМПЕРИИ...

К началу XX века электроэнергия стремительно вошла в быт городов. Провода и лампочки еще не дотянулись до сёл и деревень, т.е. были незнакомы большинству населения Российской империи, но для горожан это новшество технического прогресса перестало быть любопытным экспериментом, превратившись в часть повседневной жизни. Первую электростанцию для городского освещения в России построили в 1888 году, накануне русско-японской войны их было уже 35, а к 1914 году – 130. Лампочки накаливания стремительно вытеснили прежнее газовое освещение на улицах городов.

Столь же стремительно электричество завоёвывало позиции в промышленности, тесня прежнюю силу пара. К 1914 году Российская империя в этой сфере занимала восьмое место на планете, отставая лишь от Северной Америки и ведущих стран Западной Европы. Свыше 70% всех электротехнических предприятий в России принадлежали иностранному капиталу, а производство электричества на душу населения было в 25 раз меньше, чем в Германии, и в 46 раз меньше, чем в США. Однако темп электрификации царской России, особенно в промышленности, был одним из самых высоких в мире.

Не удивительно, что ещё в XIX веке на электричество посмотрели как на объект налогообложения. Впервые такая мысль возникла в России накануне 1887 года, когда разрабатывался акциз на «осветительные масла» — именно тогда Министерство финансов попыталось собрать первые данные и об электричестве, как источнике освещения и потенциальном источнике коммерческой прибыли. Однако царские чиновники пришли к выводу, что по электричеству данных недостаточно, так как отрасль еще не вышла из стадии экспериментов.

Электричество долгое время даже не считали товаром и имуществом. Но в 1902 году казалось бы банальное дело о мелкой краже, совершенной жившим на окраине Петербурга крестьянином Николаем Ивановым, дошло аж до самого Сената, высшего судебно-административного органа Российской империи. Крестьянин крал электричество, самовольно подсоединив лампочку в своём доме к городской сети. Суды всех инстанций на основе существующих законов признали Иванова невиновным, сочтя, что электричество «не подходит под понятие вещи, предмета или вообще имущества».

Лишь Сенат смог не без труда принять особое юридическое решение: «Электричество существует несомненно и вполне реально и, как сущее, оно успело уже стать для людей известным экономическим благом, т.е. обладает всеми признаками имущества в смысле закона».

На основе такого решения Минфин в 1906 году провел первую в стране «энергетическую перепись», подсчитав, что за предыдущей год во всей империи потребили около 382 млн. киловатт-часов. Для сравнения, это почти в три тысячи раз меньше, чем сегодня в РФ... Чиновники Минфина тогда составили пробный проект налога на электроэнергию, однако правительство не решилось показать его царю и Государственной думе — буквально вчера родившееся электричество ещё с трудом воспринималось как ценность и товар…

Вновь к вопросу налогообложения движения электронов вернулись с началом Первой мировой войны, когда казне срочно потребовались дополнительные средства. Однако против такого налога дружно выступили крупные промышленники. Главным противников выступал Эммануил Нобель, один из богатейших коммерсантов империи. Он доказывал, что налогом целесообразно обложить лишь электричество для освещения, но не энергию для промышленности.

Несмотря на войну, споры о потенциальном налоге длились более двух лет. Только в конце декабря 1916 года царский Минфин утвердил законопроект — предполагалось, при себестоимости электричества около 5 копеек за киловатт-час, брать с производителей электроэнергии по 1 копейке с каждого киловатт-часа «при освещении общественных мест», до 4 коп. при освещении квартир и льготно 0,5 коп. с каждого кВт/ч, используемого в промышленности «для технических надобностей». Проект спешно, вне очереди, внесли в Госдуму — предполагалось, что в наступающем 1917 году новшество даст казне не менее 18 миллионов рублей.

По понятным причинам ввести этот налог царская Россия так и не успела...

Чтобы любой политический режим был устойчив, ему вовсе не обязательна массовая поддержка. Режим может быть устойчив даже в случае, когда большинство населения его откровенно недолюбливает.

Достаточно контролировать силовые структуры и основные средства массовой информации, плюс чтобы данный режим поддерживало хотя бы несколько процентов социально активного населения.

Вспомним наши "святые девяностые", когда "либеральный" режим Ельцина откровенно ненавидело если не 90%, то уж 80% населения точно. Однако режим тот был вполне устойчив, имея свой небольшой, но заметный в обществе процент симпатизантов, разжиревших на воровской приватизации и прочей спекуляции.

Вот точно так же и на современной Украине. Там есть и вполне действенный контроль за силовыми структурами — контроль, сформированный в подаренный Россией необандеровцам период с 2014 по 2022 годы. Есть и небольшой, но вполне заметный процент населения, материально приподнявшегося на текущей войне (ибо вливания Запада в украинскую социалку огромны).

Плюс там есть ещё и откровенный террор, правовой и внеправовой. Так что даже в условиях масштабных боевых действий киевский режим вполне устойчив.

По разным оценкам, около 60 % иностранных компонентов для российских беспилотников и до 80 % тех, которые используются украинскими производителями, поставляются из Китая...

Весьма любопытная и насыщенная переводная статья о состоянии и специфике ВПК, Военно-промышленного комплекса нашего противника.

Захарий Голяшкин первые 35 лет прожил приказчиком (как сказали бы сегодня — менеджером среднего звена), на пике карьеры оптом торговал шоколадом. Но в 1903 году ему повезло — в наследство от тестя достался целый дом в центре столичного Петербурга. На свалившиеся деньги Голяшкин тут же открыл нелегальный игорный клуб.

Вскоре бывший приказчик сменил фамилию на более благозвучную, став почтенным купцом Ждановым, а его клуб переместился в самый центр, на Невский проспект. Растущие доходы и связи позволили перейти от карточных игр к биржевым. Акции с облигациями оказались даже выгоднее и азартнее игральных карт — уже в 1908 г. там же на Невском проспекте открылась банкирская контора «Захарий Жданов и Кº».

Свой опыт в человеческом азарте Голяшкин-Жданов перенёс на рынок ценных бумаг. Он первым из банкиров Петербурга дал возможность небогатым людям играть на столичной бирже. Для биржевых операций тогда в банках открывались особые «онкольные счета», для чего требовалось от 500 до 5000 руб. в зависимости от солидности кредитного учреждения. Но Захарий Жданов стал открывать такие счета с лимитом в 100 руб., более того — позволял открывать их нескольким лицам вскладчину.

Это нововведение, сопровождаясь шумной рекламой в газетах, попало в цель – кризис 1905-07 гг. сменял новый экономический бум, и у банкирской конторы оказалась масса клиентов, желающих вложить средства в разнообразные акции. Жданов не только успешно спекулировал на бирже, но и умело подогревал подобные настроения. Например, завёл собственную газету «Финансовый курьер» и массовыми тиражами издавал брошюры с названиями типа «Кратчайший и доступный каждому путь к богатству: Биржевые операции».

Купец не ограничился игрой на официальной бирже, вскоре он организовал свою собственную, оснастив её массой телефонов. «Вольная биржа» Захария Жданова функционировала и по ночам, после закрытия официальной, позволив ушлому банкиру влиять на котировки акций и заслуженно прослыть «королём биржевых спекулянтов». Банкир-биржевик стал популярен у петербургской прессы, с удовольствием излагая в газетах своё кредо: «Биржа не церковь и не театр. Здесь не место для высоких эмоций или нежных настроений. Здесь борьба. На бирже все равны, все свободны, и отвечают каждый за себя…»

Однако нестандартные действия, вкупе с откровенными биржевыми махинациями, противоречили законам Российской империи. Вдобавок на Жданова пошла волна жалоб от потерявших деньги клиентов. Минфин начал проверку его банкирской конторы, вскрыв массу нарушений. Сколоченный капитал (не менее 4 млн. руб. по оценкам прессы) позволил Жданову прекратить все возбужденные против него уголовные дела. Однако банкирскую контору пришлось ликвидировать, самому банкиру в 1913 г. официально запретили вести какие-либо операции на бирже.

Поэтому революцию 1917 г. Захарий Жданов встретил с азартом, но не политическим, а финансовым — пользуясь кризисом и хаосом начал скупать любые акции и ценные бумаги. В разгар гражданской войны купец не раз арестовывался ЧК, но освобождался – к любой политике он был непричастен. Вновь Жданов развернулся в годы НЭПа — припрятанные ценности позволили ему продолжить тихую скупку дореволюционных акций. В СССР эти капиталистические ценности стоили не дороже бумаги, и Жданов именно на бумаге скупил весомую часть дореволюционной промышленности…

Подвёл бывшего банкира соблазн продать в 1930 г. часть акций за границу, в Польшу – в той бывшей части Российской империи ещё сохранялись некоторые прежние акционерные общества. «Тройка» ОГПУ дала Жданову 10 лет – и тут банкир «вспомнил» про свои зарубежные вклады. Свыше 600 тыс. франков, перечисленных из Парижа в «Фонд индустриализации», поменяли тюремный срок на 3 года ссылки.

Бывший «король биржевых спекулянтов» умер в конце 30-х годов где-то под Архангельском. В 2001 году Прокуратура РФ пересмотрела его дело, Голяшкин-Жданов был реабилитирован по «политической» 58-й статье советского Уголовного кодекса, но обвинения по статьям «контрабанда» и «нарушение правил валютных операций» были оставлены в силе.