Вчера был день памяти воинов, павших при обороне Севастополя и в Крымской войне 1854-1855 гг. Героическая оборона продолжалась 349 дней.

КОРОЛЕВА ЭЛИНОР
фрагмент баллады

Королева Британии тяжко больна,
Дни и ночи ее сочтены.
И позвать исповедников просит она
Из родной, из французской страны.

Но пока из Парижа попов привезешь,
Королеве настанет конец...
И король посылает двенадцать вельмож
Лорда-маршала звать во дворец.

Он верхом прискакал к своему королю
И колени склонить поспешил.
- О король, я прощенья, прощенья молю,
Если в чем-нибудь согрешил!

- Я клянусь тебе жизнью и троном своим:
Если ты виноват предо мной,
Из дворца моего ты уйдешь невредим
И прощенный вернешься домой.

Только плащ францисканца на панцирь надень.
Я оденусь и сам, как монах.
Королеву Британии завтрашний день
Исповедовать будем в грехах!

перевод С. Маршака

КОРОЛЕВА УМЕРЛА — РЫЖИЙ РОДИЛСЯ.
Еще вчера это произошло

В России расстаются навсегда.
Ещё один подкинь кусочек льда
в холодный стих.
…И поезда уходят под откос,
…И самолёты, долетев до звёзд,
сгорают в них.

Борис Рыжий

КОГДА-КОГДА НАПИСАНО? КЕМ-КЕМ?!

"Не имея ни какой связи с происходящим в Европе, мы, следовательно, более бескорыстны, более сдержаны, более безличны, более беспристрастны по всем предметам спора, нежели европейские люди. Мы являемся в некотором роде законными судьями по всем высшим мировым вопросам. Я убежден, что нам предназначено разрешить самые великие проблемы мысли и общества... "

П. Чаадаев - кн. П. Вяземскому. 9 марта 1835 г.

Отступление от Вуотты,
Полыхающие дома…
На земле сидел без заботы
Человек, сошедший с ума.
Мир не стоил его вниманья
И навеки отхлынул страх,
И улыбка всепониманья
На его блуждала губах.
Он молчал, как безмолвный Будда,
Все сомненья швырнув на дно, —
Это нам было очень худо,
А ему уже — все равно.
Было жаль того человека,
В ночь ушедшего дотемна, —
Не мертвец был и не калека,
Только душу взяла война.
. . . . . . . . . . . . .Не от горя, не от оружья,
Не от ноши не по плечу, —
От безумного равнодушья
Я себя уберечь хочу.
В мире радостей и страданья,
В мире поисков без конца
Я улыбку всепониманья
Терпеливо гоню с лица.

Вадим ШЕФНЕР

ПЫЛЬ

Первые три строфы — Р. Киплинг
в переводе Ады Оношкович-Яцыны.
Остальные досочинил на фронте (а потом спел) Е. Агранович.

День, ночь, день, ночь
Мы идем по Африке,
День, ночь, день, ночь
Всё по той же Африке.
Только пыль, пыль, пыль, пыль
От шагающих сапог.
Отпуска нет на войне.

Ты, ты, ты, ты —
Пробуй думать о другом.
Чуть сон взял верх —
Задние тебя сомнут.
Пыль, пыль, пыль, пыль
От шагающих сапог.
Отпуска нет на войне.

Я шел сквозь ад
Шесть недель, и я клянусь:
Там нет ни тьмы,
Ни жаровен, ни чертей —
Только пыль, пыль, пыль, пыль
От шагающих сапог.
Отпуска нет на войне.

Весь май приказ:
Шире шаг, и с марша в бой,
Но дразнит нас
Близкий дым передовой.
Пыль, пыль, пыль, пыль
От шагающих сапог.
Отдыха нет на войне.

Года пройдут,
Вспомнит тот, кто уцелел,
Не смертный труд,
Не бомбежку, не обстрел,
А пыль, пыль, пыль, пыль
От шагающих сапог,
И отдыха нет на войне.

Я сижу в темноте. И она не хуже
в комнате, чем темнота снаружи.
Иосиф Бродский

НАПОМНИЛИ, СПАСИБО!

* * *
Сжалась Родина, но вроде
Велика ещё пока,
Как в четырнадцатом годе,
В этом роде велика:
Там – пируют,
Там – крадут,
Там – головушки кладут,
До последнего снаряда
Защищая свой редут.

Николай Дмитриев
(1953 – 2005)

МАНДЕЛЬШТАМ ВОИНСТВЕННЫЙ

Он родился в ночь на 15 января. Но повелось отмечать 14-го. Кто не болел Мандельштамом в юности, лишён иммунитета. Кто не вернулся к нему в зрелости... Ну, тут и говорить попусту!
С днём рождения, Осип Эмильевич!

«В поэзии всегда война. И только в эпохи общественного идиотизма
наступает мир или перемирие».
«Vulgata» («Заметки о поэзии»)
1923

Обороняет сон мою донскую сонь,
И разворачиваются черепах манёвры —
Их быстроходная, взволнованная бронь
И любопытные ковры людского говора…

И в бой меня ведут понятные слова —
За оборону жизни, оборону
Страны-земли, где смерть уснёт, как днём сова…
Стекло Москвы горит меж рёбрами гранёными.

Необоримые кремлёвские слова —
В них оборона обороны
И брони боевой — и бровь, и голова
Вместе с глазами полюбовно собраны.

И слушает земля — другие страны — бой,
Из хорового падающий короба:
— Рабу не быть рабом, рабе не быть рабой, —
И хор поёт с часами рука об руку.

1937 г.

МАЙЯ НИКУЛИНА
«Урал» №8

***
Просто идём на свет —
зверем на верный след,
слухом на голоса,
памятью крови в цель —
так норовит лоза
в волосяную щель,
чтобы собой разъять
каменные миры
и расцвести опять
с той стороны горы.

Браво, Майя Петровна!

Что актуальнее может быть в День Неопалимой купины?

Дмитрий СУХАРЕВ

ЛЮБИ МЕНЯ

Люби меня, целуй меня в тоске
За то, что мир висит на волоске,
За то, что мир, тобою населённый,
Так сладостен и так необъясним,
Что каждый раз робею перед ним,
Как в первый раз теряется влюблённый.

Люблю тебя — и чушь твою, и суть,
Шепчу тебе одно и то же: будь!
О, будь со мной, мне ничего не надо, —
Не мне ль удача выпала во всём?
Люби меня, и мы себя спасём,
Не уводи блуждающего взгляда!

Сезон удачи кончится скорей,
Чем грянет залп, пугая сизарей,
И в шуме крыльев брызнет кровь на стену.
За то, что жизнь висит на волоске,
Прижмись ко мне, расслышь меня в тоске,
Не дай беде прийти любви на смену!
1980

***
Листья ходят по саду,
Сбивчиво говорят.
Взлетят, а потом присядут
Друг на дружку, не в ряд,
 
Их поджимает прожелть.
Кто умелькнуть сможет
Хоть на полуверсту
От осеннего жома?
Тянется лист к чужому
Дереву и кусту.
 
Как совершенно летний,
Дольше и безбилетней,
Жох, Дориан Грей,
Зелен один чубушник,
Но в заплатках бэушных
Он у моих дверей.
 
Чуткий к иным обновам,
Каждым дрожит пестом,
Палым, златым, кленовым
Сплошь обсажен листом.
 ©

С РОЖДЕСТВОМ ПРИСНОДЕВЫ ВЛАДЫЧИЦЫ НАШЕЙ ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЫ,
братие и сестры!

* * *
 
Обнажаются ближние рощи,
И у дальних редеют края,
Чтобы храмов нетленные мощи
Нам являлись в чаду забытья.
 
И в эпоху тотальной пластмассы
Столько золота – ну, посмотри, –
Словно содраны иконостасы
И разбиты в куски алтари.
 
Не осилим и этих вериг мы...
Ладно, горшей беды не накличь!
...А рябин киноварные стигмы
Проступают сквозь битый кирпич.
©

​​Уильям Фолкнер родился 125 лет назад, 25 сентября 1897 года. Фолкнер говорил о себе, что он не писатель, а фермер, что не помешало ему получить в 1949 году Нобелевскую премию по литературе. И занять место в «большой тройке» американских писателей середины ХХ века вместе с Хемингуэем и Стейнбеком.

Известность Фолкнеру принесли романы «Шум и ярость» и «Святилище», написанные в 1929 и 1931 году, но на русский его долгое время не переводили. Знакомство советских читателей с творчеством нобелевского лауреата началось в конце 1950-х с рассказов, хотя в послесловии отмечалось, что «именно романами ужасов Фолкнер снискал мировую и в известной степени скандальную славу». Зато в 1964-1965 годах издали сразу всю трилогию о семье Сноупсов — романы «Деревушка», «Город» и «Особняк».

Потом у нас выпустили и многие другие книги Фолкнера — было даже собрание сочинений в 6 томах. Сейчас можно купить «Когда я умирала», «Святилище», «Осквернитель праха» и др., но по-прежнему наибольшей популярностью пользуются «Шум и ярость», который в переводе Ирины Гуровой стал называться «Звук и ярость», и «Город», издающийся все в том же первом и ставшим уже классическом переводе Р.Райт-Ковалевой и В.Хинкиса. На картинке — первое издание «Города» на русском и сборник 1958 года «Семь рассказов».

168 лет назад, 25(13) сентября 1854 года, началась оборона Севастополя. Почти целый год гарнизон героически противостоял превосходящим англо-французским силам. Вместе с русскими солдатами и офицерами все тяготы осады разделяли сёстры милосердия. 2 июня 1855 года в газете «Одесский вестник» была опубликована статья военного медика П. Дьяконова «Женщина и женщины в Севастополе», посвящённая подвигу сестёр Крестовоздвиженской общины в годы Крымской войны. Материал доступен по ссылке.