языка — самая серьезная угроза для будущего традиционной культуры. Как отмечает Т. А. Чурей, «в наши дни процесс формирования новых свадебных обрядов происходит в трех направлениях. Первое — сохранение традиционных элементов, претерпевающих существенные изменения. Второе — формирование новых элементов обрядности. Третье — деградация, поскольку на чужбине забвение родного языка не позволяет развивать и сохранять песенную культуру».

### Как язык связан с песней?

Традиционная песня — это не просто мелодия. Это поэтический текст, в котором каждое слово имеет значение. Когда исполнитель не понимает смысла того, что поет, песня превращается в набор звуков, теряет свою глубину и магическую силу. Особенно это касается обрядовых песен, где слово и действие неразрывно связаны.

Утрата языка бьет и по импровизационным жанрам. Тосты-благопожелания (хохи, аныхуауа) требуют от тамады не только знания традиционных формул, но и умения создавать новые тексты, играть словами. Без живого владения языком это невозможно.

В последние годы в Турции активизировалось движение за изучение родных языков. При культурных обществах открываются курсы адыгского и абхазского языков для детей и взрослых. Издаются учебники, словари, сборники фольклорных текстов.

Однако масштабы этих усилий пока недостаточны, чтобы остановить языковой сдвиг. Большинство молодых людей в городах говорят по-турецки даже в семье, и родной язык для них — скорее символ, чем средство общения.

Что ждет традиционную культуру абхазов и адыгов в Турции? Исследователи смотрят в будущее с осторожным оптимизмом.

С одной стороны, процессы глобализации и унификации продолжаются. Молодежь все больше ориентируется на общеевропейские и общемировые стандарты, интерес к традиционной культуре часто носит «фестивальный», поверхностный характер.

С другой стороны, именно в диаспоре происходит то, что можно назвать «вторичной фольклоризацией» — сознательное возвращение к истокам, изучение традиции через записи, книги, общение со старшими. Молодые музыканты создают ансамбли, разучивают старинные мелодии, шьют национальные костюмы.

Как отмечает Т. А. Чурей, «в настоящее время фиксируются процессы возрождения традиционного инструментализма в новых социально предустановленных формах». Это означает, что традиция не просто сохраняется в музеях, а живет и развивается, отвечая на вызовы времени.

Важно и то, что сама Турция меняется. Отказ от политики «единой нации», признание многообразия культур создают более благоприятные условия для развития этнических традиций. Черкесские общества получили возможность легально действовать, издавать газеты и журналы, проводить фестивали.

Таким образом, будущее традиционной культуры абхазов и адыгов в Турции зависит от того, удастся ли найти баланс между сохранением аутентичности и адаптацией к современности, между языком предков и языком страны проживания, между древними обычаями и новыми формами их воплощения. Пока есть люди, которые помнят старинные песни и танцы, пока матери поют колыбельные своим детям, пока молодые люди надевают черкески на свадьбы — традиция живет. А значит, есть надежда, что она будет жить и дальше.

Семён Иванович Васюков о дольменах Черноморского побережья
«Кстати, в горах Черноморья сохранились удивительные сооружения из огромных каменных плит (пяти), сложенных наподобие жилищ, с круглым отверстием с одной стороны. Эти памятники называются дольменами, а по-местному – богатырскими хатами.

Одни дольмены находятся высоко в горах, другие ниже, в ущельях. Кто, когда, какой народ, и для какой цели строил их – неизвестно. Эти удивительные по крепости постройки называются доисторическими памятниками, которыми дорожили, оберегая их, черкесы.

Главным образом инженеры и подрядчики, большинство дольменов разрушили, употребив их огромные камни на постройку мостов во время проведения в 1891 году берегового шоссе от Новороссийска в Сухуми...»

Семён Иванович Васюков,
«Общий характер природы Черноморскочй губернии».

Делитесь набором стикеров от Нарта и Синэф))

https://xn--r1a.website/addstickers/sinef01

Сквозь туман веков: как античные авторы открывали миру загадочную Черкесию
### Античность: у порога ойкумены

Впервые «нежные сведения» о далеких предках адыгов появляются в эпосах, которые и сегодня завораживают своей красотой. Слепой поэт Гомер в «Илиаде» и «Одиссее» создал загадочную картину этой земли, которую, как пишут авторы монографии, до конца так и не удалось «расшифровать» .

Но настоящую известность региону принес «отец исфтории» Геродот. В V веке до нашей эры он зафиксировал важнейшее наблюдение: «Многоразличных племен обитает на Кавказе». Благодаря ему, закрепилось представление об этом мире как о древнем, кипящем страстями месте, где идет бесконечная борьба. Описания Геродота, по словам исследователей, стали ключом к пониманию того, что «предметом истории являются человеческие действия» .

Географ Страбон пошел еще дальше. Он не просто описывал территории, но и стремился дать подробную характеристику народам. Именно благодаря ему и другим античным авторам, мы знаем, что отдаленные предки адыгов — меоты и синды — были «вписаны» в мир народов Северного Причерноморья .

### Средневековье: перекресток культур

Средние века принесли новый интерес к Кавказу. Арабский историк и путешественник аль-Масуди, которого называли «арабским Геродотом», в X веке оставил удивительное свидетельство о племени кашаков. Это был народ, писал он, «благоустроенный, многочисленный и воинственный». Аль-Масуди предупреждал: «если народы, говорящие их языком, сплотятся, то ни аланы, ни другой какой народ не будут в состоянии ничего предпринять против них» .

Чуть позже, в XI-XII веках, свой голос в описание региона вплела Русь. В «Повести временных лет» появляются рассказы о воинственных касогах. Самый яркий из них — история о единоборстве русского князя Мстислава и касожского великана Редеди в 1022 году. Эта запись, как подчеркивают авторы книги, невероятно важна: касожский князь воспринимался летописцем как равный сыну киевского князя, а сам поединок был делом чести, соответствующим рыцарским обычаям .

### Эпоха Возрождения: первая энциклопедия черкесской жизни

XIII век открыл новую страницу: на Черном море появились генуэзские торговцы. С этого момента сведения о Черкесии потекли в Европу широким потоком. Но настоящей сенсацией стала книга, вышедшая в 1502 году.

Генуэзский чиновник и интеллектуал Джорджио Интериано создал труд, который авторы монографии без преувеличения называют «энциклопедией адыгской жизни XV века». Интериано впервые четко указал самоназвание народа — Adiga. Он подробно описал его обычаи: «Есть у них знатные и вассалы, и сервы, или рабы. Знатные пользуются среди прочих особым почетом и значительную часть времени проводят на коне» .

Особенно поражает одно его наблюдение: «Эти зихи по большей части красивы и хорошо сложены, а в Каире можно встретить людей [отличающихся] величественной наружностью между мамелюками и эмирами, большинство которых... из их племени».

Это было первое подробное «окно» в Европу, через которое просвещенный мир увидел реальную, а не мифическую Черкесию.

### Век Просвещения: рациональный взгляд

С течением времени интерес становился все более прагматичным. В XVIII веке, после поражения шведов под Полтавой, европейские политики начали искать в черкесах потенциальных союзников. В 1711 году Абри де ла Мотрэ совершил специальную поездку в Черкесию и оставил яркие записки, отметив необыкновенную свободу местных женщин-всадниц: «Я в дальнейшем видел множество всадниц с колчаном за плечами и с луком в руке... которые мчались галопом, сидя верхом, как мужчины» .

Вершиной же просветительского подхода стал труд дипломата Шарля де Пейсонеля «Трактат о торговле на Черном море» (1787). Его глубоко впечатлило то, как адыги воспринимали пространство — как реальный ресурс жизни, который они осваивали веками. Трактат не просто описывал земли, а представлял Черкесию как сложный общественный организм со своими законами и экономикой .

### Своя история: голос изнутри

Но все эти записи были взглядом «извне». Ситуация изменилась в XIX веке, когда появились первые адыгские историки. Книга Шоры

Ногмова и труды Султана Хан-Гирея стали настоящим прорывом — поворотом к написанию «своей» истории.

Хан-Гирей, блестящий офицер русской армии, в 1836 году писал: «История народов есть предмет важный... его изучать не только любопытно, но даже необходимо, чтобы иметь об них удовлетворительные понятия». Он надеялся, что знание обычаев черкесов поможет наладить мирную жизнь на Кавказе. Его «Записки о Черкесии» и сегодня поражают глубиной и точностью описаний.

Так, шаг за шагом, из отрывочных свидетельств античных географов, восторженных записок ренессансных купцов и скрупулезных трудов просветителей сложился многогранный образ страны, которая никогда не была безмолвной, а всегда говорила с миром — на языке своей удивительной и древней культуры.

Поддержка проекта Адыги.RU
Поддерживая наш канал, Вы поддерживаете созранение культуры и традиций, даете нам возмодность создавать больше контента, писать больше статей и интересных материалов.

Араб, генуэзец, русский летописец и другие о Черкесии, как большой и неизведанной территории
История адыгов уникальна: тысячелетиями этот народ жил, воевал, любил и растил детей, не имея собственной письменности. Но это не значит, что их прошлое кануло в Лету. Летопись Черкесии создавалась… соседями. Арабские историки, русские монахи, генуэзские купцы и европейские авантюристы — каждый из них оставил свой след, вплетая нить адыгской истории в полотно мировой.

### Арабский взгляд: «Если они сплотятся…»

Первыми заговорили о черкесах на Востоке. В X веке «арабский Геродот» — историк и путешественник Абу-ль-Хасан аль-Масуди — сделал удивительную запись о племени кашаков. Он назвал их народом «благоустроенным, многочисленным и воинственным». Но самое главное — он предупредил потомков: «Если народы, говорящие их языком, сплотятся, то ни аланы, ни другой какой народ не будут в состоянии ничего предпринять против них» .

Это поразительное свидетельство. Арабский ученый, живший более тысячи лет назад, уже тогда разглядел в разрозненных племенах скрытую мощь, которая веками позже проявится в сопротивлении Кавказской войны. Для него черкесы — не просто дикое племя с окраины ойкумены, а серьезная военная сила, с которой нельзя не считаться.

### Русская летопись: поединок равных

В это же время, на другом конце средневекового мира, русские летописцы на страницах «Повести временных лет» фиксировали свои встречи с касогами — так на Руси называли предков адыгов. И эти записи поражают одним важным нюансом: отношением к ним как к равным.

Самая яркая история произошла в 1022 году. Князь Мстислав пошел войной на касогов. И князь касожский Редедя вышел ему навстречу не с войском, а с предложением: «Чего ради погубим дружины? Но сойдемся, чтобы побороться самим. Если одолеешь ты, возьмешь богатства мои, и жену мою, и детей моих, и землю мою. Если же я одолею, то возьму твое все».

Русский летописец не изображает Редедю дикарем. Напротив, это благородный воин, действующий по рыцарскому обычаю. Он предлагает бой без оружия, «борьбою». И его вызов принимают как вызов равного. Даже когда Мстислав, нарушив договоренности, в схватке добивает Редедю ножом, летописец фиксирует факт, не умаляя достоинства побежденного .

Этот эпизод — первое свидетельство того, как по-разному видели друг друга две культуры, и как высоко ценили друг в друге воинскую честь.

### Генуэзские фактории: окно в Европу

XIII век открыл Черкесию для Западной Европы. В Северном Причерноморье появились генуэзские торговые фактории. Итальянские купцы не только торговали, но и создавали точнейшие географические карты — портоланы, на которых впервые с удивительной точностью была изображена страна черкесов .

Но главным подарком генуэзцев истории стала книга Джорджио Интериано. В 1502 году этот чиновник и путешественник опубликовал «Быт и страну зихов, именуемых черкесами». Авторы монографии называют этот труд не иначе как «энциклопедией адыгской жизни». Интериано впервые четко записал самоназвание народа — «адига». Он описал социальное устройство, обычаи и даже внешность: «Эти зихи по большей части красивы и хорошо сложены» .

Интериано создал образ, который будет кочевать по европейским книгам столетиями: гордый всадник в кольчуге, благородный воин, живущий по законам чести.

### Новая европейская традиция: от романтики к политике

В XVII-XVIII веках Черкесия становится объектом пристального внимания всей Европы. Османский путешественник Эвлия Челеби оставил подробнейшее описание черкесских селений — «пшуко», их воинских обычаев и даже того, как черкесы, жившие в Стамбуле, отправляли детей на родину, чтобы те учились языку и воинскому искусству .

Вслед за ним потянулись и другие. Французский дипломат Шарль де Пейсонель в 1787 году создал уже не просто записки, а серьезный экономический трактат. Англичане Джеймс Бэлл и Эдмунд Спенсер в XIX веке прожили в Черкесии годы, оставив бесценные свидетельства о быте, нравах и военных буднях народа, сражающегося за свою независимость.

Бэлл, например, с удивлением описывал черкесских стариков, которые, несмотря на возраст, сохраняли

удивительную силу и бравость, а их жены и дочери свободно разъезжали верхом с соколами на руках .

Каждый из этих авторов видел что-то свое. Араб — военную силу и потенциал. Русский летописец — достойного противника. Генуэзец — экзотическую, но высокоорганизованную культуру. Англичанин — трагедию народа, истребляемого огнем и мечом.

Их свидетельства сложились в удивительную мозаику. Благодаря им мы знаем, что Черкесия никогда не была «белым пятном» на карте истории. Она всегда была на виду — у соседей, торговцев, дипломатов и авантюристов, которые, сами того не желая, стали главными летописцами этого удивительного народа.

Бегство хана в Керчь (1782 г.): как Шагин-Гирей был изгнан собственными братьями
К весне 1782 года положение последнего крымского хана Шагин-Гирея стало критическим. Европейски образованный реформатор, пытавшийся насаждать в Крыму просветительские идеи и европейские порядки, утратил поддержку не только знати и духовенства, но и значительной части простого населения. Его реформы — отмена выборности хана, создание регулярной армии, попытка введения гражданского судопроизводства вместо шариатского — воспринимались как попрание веры предков. В народе упорно ходили слухи, что хан принял христианство .

Недовольство вылилось в открытое восстание, которое возглавили родные братья хана. Старший брат — Батыр-Гирей (Бахадыр II Герай), сераскир Едичкульской орды, кочевавшей на Кубани, давно считался соперником Шагин-Гирея. В 1781 году сам хан утвердил его в этой должности, надеясь удержать брата под контролем, однако расчет оказался ошибочным . Вместе с Батыр-Гиреем выступил другой брат — Арслан-Гирей, также занимавший пост сераскира .

Непосредственным исполнителем переворота стал царевич Халим Герай, собравший трехтысячное войско. Когда Шагин-Гирей направил против восставших свою гвардию, солдаты отказались подчиняться и перешли на сторону мятежников .




В мае 1782 года восставшие атаковали ханский дворец в Бахчисарае. Шагин-Гирей, оставшись без военной поддержки, в панике бежал сначала в Кафу (Феодосию), а оттуда морем — в Керчь, под защиту русского гарнизона . Вместе с ним Крым покинул российский резидент П.П. Веселицкий .

Батыр-Гирей немедленно переправился с Кубани в Крым, занял Бахчисарай и провозгласил себя ханом. Его брат Арслан-Гирей получил должность калги — второго лица в государстве . Новый хан начал энергичные действия против русских гарнизонов; по некоторым данным, в столкновениях крымцы убили до 900 русских солдат .

Ситуация осложнилась вмешательством Османской империи. В Кафе турецкие эмиссары провозгласили ханом другого претендента — Махмуд-Гирея, сераскира Едисанской орды, также приходившегося родственником Шагин-Гирею . Крымское ханство оказалось расколотым между двумя ханами, ориентировавшимися на разные внешние силы.




Екатерина II, получив известия о мятеже, 3 июня 1782 года писала Г.А. Потемкину: «Теперь нужно обещанную защиту дать хану, свои границы и его, нашего друга, охранить» . Императрица и её наместник были единодушны: медлить нельзя, тем более что Порта направила в Суджук-Кале трехбунчужного пашу для поддержки мятежников.

Потемкин предложил план: хану надлежит переехать из Керчи в Петровскую крепость (ныне Бердянск), откуда он с русскими полками вступит в Перекоп. Императрица утвердила этот план и 3 августа направила Шагин-Гирею письмо с обещанием военной помощи .

2 сентября 1782 года Потемкин прибыл в Петровскую крепость, провел переговоры с изгнанным ханом и отдал приказ генерал-поручику А.Б. де Бальмену занять Крым. В операции участвовал и сам Шагин-Гирей, под командование которого выделили два пехотных полка и отряд донских казаков .




Русские войска действовали стремительно. Без единого выстрела был взят Перекоп, затем Карасубазар (ныне Белогорск). В сражении под Чонгаром корпус де Бальмена разгромил войско Халим-Гирея, сам предводитель бежал, но вскоре был пленен . Батыр-Гирей и Арслан-Гирей попытались бежать на Кубань, однако были захвачены и отправлены в Херсон, где содержались в заключении . Махмуд-Гирей, турецкий ставленник в Кафе, также оказался в плену .

К ноябрю 1782 года восстание было полностью подавлено. Шагин-Гирей вернулся в Бахчисарай — на русских штыках и при полном отсутствии поддержки со стороны собственных подданных. Дипломатический агент Я.Н. Рудзевич в донесении Потемкину прямо констатировал: «Шагин-Гирею никто бы не повиновался без русских войск» .




Возвращение хана ознаменовалось жестокими казнями. По приказу Шагин-Гирея был казнен Махмуд-Гирей. Хан требовал смерти и своих братьев, однако Потемкин и Екатерина II спасли Батыр-Гирея и Арслан-Гирея от расправы, понимая, что дальнейшее пребывание на престоле столь жестокого и непопулярного правителя

невозможно .

Этот эпизод стал началом конца Крымского ханства. Убедившись в полной неспособности Шагин-Гирея удерживать власть без прямой военной поддержки и в нежелании населения признавать его своим государем, российское правительство ускорило подготовку к присоединению Крыма. Уже 8 апреля 1783 года Екатерина II подписала манифест, а 14 апреля Шагин-Гирей отрекся от престола .




* * *

*Источники: Дубровин Н.Ф. Присоединение Крыма к России. СПб., 1885-1889. Т. 4; Сборник документов «Черкесы и другие народы Северо-Западного Кавказа в период правления императрицы Екатерины II». Т. III. Нальчик, 2000; Лашков Ф.Ф. Шагин-Гирей, последний крымский хан. Киев, 1886; Гайворонский А. Созвездие Гераев. Симферополь, 2003.*

Символы Адыгеи: Код тысячелетней истории
Символы Адыгеи Код тысячелетней истории

Основоположник нейрохирургической службы в Адыгее Инвербий Гвашев
Сегодня исполняется 90 лет со дня рождения основоположника нейрохирургической службы в Адыгее, первого заведующего нейрохирургическим отделением Инвербия Гвашева.

Инвербий Пшихизович родил с в ауле Большой Кичмай в семье участника Великой отвечестенной войны, с отличием окончил Майкопское медучилище, Кубанский мединститут, а затем и ординатуру Ленинградского научно-исследовательского нейрохирургического института им. А.Л. Поленова.

С 1966 года он работал ординатором в Адыгейской областной больнице, где функционировали нейрохирургические койки и где в 1974 году по его инициативе было открыто нейрохирургическое отделение на 40 коек, которое он возглавлял до тех пор, пока мог противостоять своей тяжелой болезни.

В 1977 г. Инвербию Гвашеву была присвоена высшая категория по нейрохирургии. Но, несмотря на это, он все время совершенствовался. Возвращаясь с курсов повышения квалификации, он щедро делился знаниями и навыками с коллегами, внедрял новые методы обследования и лечения нейрохирургических больных.

Им широко оперировались больные с опухолями головного и спинного мозга, с дискогенной патологией позвоночника. Им была освоена и внедрена операция передним доступом при травме и заболеваниях позвоночника; для медицинской реабилитации больных освоено лечение гипотермией спинного мозга при острой травме позвоночника и спинного мозга, а также с тяжелой спастикой и не купирующимися болями; внедрена операция – гидротермическая деструкция чувствительного корешка тройничного нерва при его невралгии.

В отделении были освоены и выполнялись практически все нейродиагностические операции. Благодаря усилиям И.П. Гвашева, его энтузиазму, творческому подходу к делу в отделении стали расти кадры. Вокруг заведующего постепенно сплачивался коллектив. В отделение пришли работать А.В. Никонов, В.А. Шеуджен, Н.Х. Татлок и другие.

При нем отделение стало оснащаться новым, современным для того времени оборудованием. Так, на протяжении десятилетий в отделении использовался пневматический шприц-автомат, с помощью которого осуществляли диагностику заболеваний головного мозга. Он был изготовлен по эскизам Инвербия Пшихизовича на майкопском заводе «Промсвязь».

Он имел много официальных благодарностей – от Адыгейского областного отдела здравоохранения, от Краснодарского крайздравотдела. Приказом министра здравоохранения СССР И.П. Гвашев был награжден медалью «За доблестный труд» и значком «Отличнику здравоохранения». Но главное – за его спиной стояла, без преувеличения, огромная армия спасенных в его отделении людей, которые с его помощью обманули смерть. К сожалению, сам для себя он этого сделать не смог.

28 мая 1992 года в Адыгейской республиканской больнице его прооперирует высококвалифицированная бригада краснодарских хирургов, но прогноз врачей, увы, окажется неутешительным. В возрасте 57 лет, 6 февраля 1993 года, Инвербия Пшихизовича не стало. На гражданской панихиде один из его коллег, бывший главврач больницы Н.Ц. Хагундоков закончил свою речь словами: «Светя другим, сгорел сам».