Мой батальон был по большей части из тех, кто добровольно подписал контракт. Но в наших рядах имелось и несколько донецких мобиков. Наскребли остатки откуда-то из разных подразделений.

На самом деле, мобики держались немного особняком от остальных, а остальные немного сторонились их. И это неудивительно: там, где эти ребята, там неприятности.

В располаге они не стремались втихую пригубить, хотя это и грозит штурмами. А один из них поставил растяжку на ящик с ништяками, когда стал замечать пропажи, из-за чего завхоза посекло осколками от запала. На построении же мобики любили подшучивать над офицерами, что распинались про дисциплину. Одного из них пытался избить какой-то штабной, но получил ответку. В общем, чудили они знатно, но сказать, что делали что-то неправильное, не могу.

Скажете: "Это не армия, а сброд". Не соглашусь. Конкретно эти люди имеют право смотреть свысока на штабных крыс, которые отправляют их вместо увалов вкапываться в окоп противника, из которого регулярно закидывают гранаты или сыпят по-сомалийски. Эти люди имеют право подъёбывать контрабасов, которые спустя полгода войны для них всё ещё сопливые дети. Эти люди имеют право посмеиваться над пафосом ЧВКашников и спецов, впереди которых частенько идëт мобик с советскими подсумками. Это уже не мобилизованные, не солдаты, это воины, которых сама смерть обходит стороной, от греха подальше. Ну а мы их между собой называли с тихой завистью: "боги войны".

Не знаю, почему, может, офицеры быстро прочухали про крепкие нервы, но меня достаточно рано стали ставить именно с ними. Ну, а я, будучи пулемётчиком, оказывался, на свою голову, старшим.

Поверьте мне, мобики проблемные не только в располаге. На передке с ними тоже "весело". Первые же разы я вообще охуевал с них знатно. Но так вышло, что мы нашли общий язык и даже подружились.

На передовой мобики показывали себя с другой стороны. За ними нужен глаз да глаз, чтобы они не пошли "гулять" по минным полям, не лазили в одиночку "хохлов покошмарить", не грелись на солнышке во время миномётных обстрелов. Инстинкт самосохранения у этих ребят, казалось, отсутствовал напрочь. "Пойду адреналинчика хапну", означало, что они идут творить какую-то дичь, за которую либо медаль дадут, либо свои же расстреляют. Этот же "адреналинчик" заменял им на передке все мутящие разум вещества, которыми они грешили на располаге.

Ну, и личные проблемы, куда ж без них. Мобик из тех, кто может пойти в СОЧ. Просто взять автомат и уйти. Большинство из них возвращаются сами, их направляют в штурма или выполнять другую грязную и кровавую работу. О некоторых мы узнаем по "мужицкому радио", что: "Твой тёзка, который ящики разбирал на досочки, чтобы потом шкатулки делать. Помнишь? Он жену застукал в постели с другим, застрелил их, а потом себя".

Не знаю, что сказать про моих донецких мобиков. Родные они стали, как умудрённые миллионами жизней дети. Да и чудили они знатно, но сказать, что делали что-то неправильно, не могу, ведь я уже "слился" с войны, а они ещё там, как воевали, так и воюют.

Даня Солдат

Вчера начался "марафон признаний" палестинского государства. Как и заведено, эту новость Беньямин Нетаньяху встретил на ковре у своего сюзерена, закрепив за Израилем статус «51-го штата США».

Пока Палестина переживает новую полосу признаний, Израиль продолжает пользоваться карт-бланшем на насилие не только в Палестине, но и на Ближнем Востоке в целом: налет ВВС Израиля на Катар показал, что даже «дружба» с Трампом не страхует от агрессии сионистов.

На сегодняшний день перед Нетаньяху и его правительством стоит единственный выход — аннексия Западного берега реки Иордан и окончательное дробление Палестины на анклавы. Когда последний земельный коридор между Раммалой и Вифлеемом окажется в руках сионистов — по независимой Палестине можно будет петь заупокойную.

Впрочем, Israel first. По крайней мере до момента, пока его высоковольтное насилие перекраивает регион в полном соответствии с ожиданиями Запада.

Партия нацболов поднимает болезненную проблему необходимости ротации бойцов. Фактически единственная патриотическая политическая организация, сохраняющая независимость, не являющаяся частью спектакля. Официоз эту тему блокирует, в Думе нельзя и заикаться про сроки возвращения бойцов домой, молчит и огромная вcкормленная государством «Русская община» . Госаппарат делает так, чтобы эта тема звучала как можно тише.

Здесь же, напротив, предлагается продолжение мобилизации. Фронтовиков надо сменить. Тезис непопулярный, но кто-то должен мыслить стратегически, не пытаясь угодить электорату, и говорить правду. Какой бы тяжёлой она ни была.

Цех 77. Лица волонтёров: Ксения

На этот раз #лица_волонтеров расскажут не о пайщике или 3д-шнике, как это было в наших прошлых выпусках, а о человеке, который занимается другим направлением производства: шитьем.

Ксения - мультифункциональный штурмовик нашей мастерской, но в первую очередь она является именно швеей.

В интервью Ксения рассказывает об общих положениях Цеха, о собравшемся в нём коллективе и о вариантах работы именно в рамках направления шитья различных изделий.

Как всегда напоминаем, что наш цех набирает волонтёров для совместного труда на благо Родины. Хочешь стать частью нашей команды? Пиши в бот обратной связи: @mskvolunteer_77

Поддержать ЦЕХ 77 можно переводом на карту:
💳 2200 7014 1127 7053
Т-Банк. Владислав Филиппович К.

Мобилизованные в 2022м и контрактники, кто еще жив, у нас стали вроде рекрутов из царских времен. Записали в солдаты и отправили воевать на годы, будто так и надо.

Особенно мобилизованные, которые военную судьбу не выбирали. Контрактники же подписывались на срок контракта, а по его истечению столкнулись с открытием, что сроков больше нет.

Систему набора в рекруты ввел Петр I.

Срок службы был поначалу пожизненный, к 1874-му году плавно сокращен до семи лет (и 8 в запасе). Рекрутами общество откупалось от необходимости участия в войнах. Жили по-прежнему за счет соседа Васи, которого отдали царю. Однако ход истории уже 1874-м году заставил Россию перейти к системе всеобщей воинской повинности.

Войны становились все более массовыми, и это задолго до тотальной Второй мировой.

На войне люди сгорают гораздо быстрее, чем просто "на службе", хоть бы и семь лет. 3 года на войне - это целая вечность. И в том, что людей на СВО не меняют, великое лицемерие. И столицы, и провинция живут как ни в чем не бывало, закрываясь от солдат и их проблем бравурными новостями с фронта, где якобы все замечательно.

А на деле отправив людей в ад без обратного билета.

Начинать подготовку к ротации надо было еще в 22-м, когда стало понятно, что война надолго. А в 23-м начинать менять людей. Но ничего не происходит.

И нет другого рецепта кроме неприятного слова "мобилизация". Ресурс для мобилизации есть - вышедшие на пенсию и действующие сотрудники силовых ведомств, в первую очередь. "Государевым слугам" и дело государственной важности доверять.

А чиновничий аппарат? Служители государства, как вам идея ввести ценз участия в СВО для любых административных работников? Чтобы получить ответственный пост, надо послужить Родине сначала, доказать что достоин.

Иначе что же получается, у нас граждане второго сорта появились? "Ненужные люди", а никак не "новая элита".

Это про военные кадры.

Но слово "мобилизация", оно про концентрацию не только человеческих ресурсов, а всех. "Людьми" победить сегодня невозможно.

Война XXI века - про дроны и умные системы вооружений. Почему не мобилизованы до сих пор инженерно-конструкторские мощности?

То, что делает наша донецкая мастерская, с легкостью могла бы выполнять любая мастерская при любой кафедре технического ВУЗа. Но там если что-то и делается, то по личной инициативе преподавательского состава, с постоянной оглядкой, и тоже за свой счет.

Снабжение Армии построено на рыночной основе. Но "рынку" не интересны тысяча и один дешевых, но необходимых войне расходников, ему интересны только "вкусные" направления, на которых можно заработать. А на "прочее" мужики тратят до половины своих военных, кровью заработанных, зарплат, покупая все, что можно купить, у разного рода фирмачей.

И годами здесь никаких движений сверху не видно, всех все устраивает. Закупать же для волонтеров-производственников материалы и компоненты чиновников и генералов душит жаба. Так и воюем.

Автотехника. За счет бойцов либо волонтеров, т.к. передаваемого государством остро не хватает. Иногда какие-то крупные компании делают адресные передачи техники конкретным подразделениям. Никаких изменений.

Растет технологический разрыв с противникам по ключевому направлению - беспилотным системам. Разработка, внедрение и масштабирование любых систем происходят как будто на дворе мирное время. Тогда как надо кинуть все силы на разработку средств борьбы с БПЛА и кратно увеличить производство дронов. И здесь тоже нужна мобилизация.

И так далее, и так далее, можно долго-долго говорить о проблемах.

Важно понимать, что каждая из не решаемых проблем стоит жизней наших бойцов, загоняет Армию в позиционный тупик, отдаляя Победу.

И острейшая на сегодня проблема Армии, общества, государства - это отсутствие ротации бойцов.